Больше не будет нежного пения

Джен
R
Закончен
«Горячие работы» 2
автор
Размер:
Драббл, 3 страницы, 1 часть
Описание:
— Ну, как тебе сказать... Воины, а уж тем более герои, редко бывают добрыми, особенно такие горделивые, как ты. Это блещет эгоизмом — первым признаком зла в душе.
Посвящение:
Дрэму и Саньку.
Примечания автора:
Часть "Библиариума ролевых историй".

"Канда" — не персонаж аниме и манги D.Gray-man, хотя начальный образ был взят именно оттуда.

Всё, всё, всё и даже больше — https://vk.com/public_gurifisu
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Награды от читателей:
Нравится 2 Отзывы 4 В сборник Скачать
Настройки текста
      Меч с чавкающим хрустом резко выходит из тела, и дракон, почти полностью обратившийся в человека, истошно вопит. Его раздирает нестерпимой болью, и прежним остаётся лишь крыло, страшно изуродованное, израненное. Основная стержневая кость сломана в двух местах, из-за чего перепончатая часть лежит на земле уродливым скукожившимся полотном. Ещё сохраняется хвост, почти половина которого оказалась обрублена. Человеческие серебристые кудри, которыми раньше нескончаемо любовались, намокли в крови и теперь выглядят невыразительными сальными патлами.       Канда не обращает на это никакого внимания, когда подходит ко второму лежащему на земле противнику.       — Н-нет… пожалуйста… не трогай его! — визгливо закричал Дрэм, глупо веруя, что сейчас то Канда его послушает, когда уже одержал победу. Последний всё с тем же холодным и равнодушным выражением лица пнул другого дракона сначала в плечо, затем в бок. Тот почти не шевелится, не издаёт ни единого признака жизни, хотя чувствуется, что она в нём всё ещё теплится.       Тело лишь наполовину приняло человеческий облик. Смотрится это весьма омерзительно.       — П-пожалуйста… Канда, прошу, — тянет и тянет тонкие дрожащие ноты Дрэм, начинает рыдать навзрыд, поэтому следующие слова то неслышны совсем, то просто неразборчивы. Мечник в это время оттирает парные вакидзаси от крови прямо о чистый участок чужого тела, после чего вгоняет их в ножны. Особо не церемонясь, перешагивает через распростёртые конечности, когда в его сторону вдруг тянется вытянутая розовокожая голова с широкой пастью.       — Сана! — зов, должный остановить, приструнить неразумного друга, однако по скорости всех опережает стоящий на ногах: смачно и резво подошва сапога опускается на раздутый носовой хрящ, напирает сильнее, когда чувствуется продавливание смягчившегося черепа.       Ещё больше криков, слёз и мольб. Уголок губ Канды дёргается, когда он отнимает ногу и немедленно идёт дальше.       — Прости нас, прости нас, п-прости… сти… прости нас, прости н-нас… — всё бормочет и бормочет Дрэм, пытается подтянуть к груди обычную руку, чтобы приподняться, но у него совсем не хватает сил. Крови он потерял слишком много и все эти раны… Неужели он умрёт? Прямо здесь и сейчас?!       — Ты не умрёшь. Максимум твоих театральных способностей на данный момент — притвориться трупом, как это делают опоссумы.       Взгляд яркий, но потерянный оказывается направлен на возвышающегося мечника. На фигуру в равной степени прекрасную и ужасающую. На человека, которого Дрэм всё ещё любит, любит до безумия! И поэтому происходящее кажется ему сплошным лихорадочным бредом.       Он тянется к нему, чтобы попросить о помощи, но сей неприкрытый посыл тела и души Канда успешно игнорирует. Не отходит и не проявляет брезгливого отторжения, нет; однако стоит ему опуститься на корточки да воззриться с уничтожающей непроницаемостью, как тут же становится ясно, что теперь он чётко разграничил роли.       — Мы не хотели… м-мы не…       — «Вот теперь я зол! Посмотри, как я зол! Такого Дрэма ты хотел видеть?!» — Канда даже не пытается передразнивать чужой юношеский голос, не повышает громкость собственного. И без того слова из его уст звучат унизительно. — Вы напали на меня. Я защищался.       — Но мы ведь!..       — Атаковали не первыми? Ну, тут уж я пошёл на опережение. Говорил ведь — у меня отличная реакция. И тем более замечательное чутьё.       Дрэм продолжает просить прощения. Его до того миловидное лицо, теперь обратившееся в сплошной синяк, из-за плача стало ещё более уродливым, гиперболизировано раздутым, однако ни единым мускулом мечник не выдал, насколько тяжело ему на подобное смотреть. Он продолжает так делать, почти не моргая. Замечает, что всё-таки дракону удаётся сдвинуть человеческую руку с места, но не шевелится.       Разве что ветер перекидывает с плеча на спину его длинные волосы, собранные в хвост.       — А я ведь по-хорошему тебя бросил, проявил порядочность, — кажется, что Дрэм этого вовсе не слышит, поскольку разревелся аж до звучных бульканий. — Не стал прятаться, как делают это прекрасные мужчины обычно. Не стал исчезать из твоей жизни, заставляя думать о всякой чуши.       Хотя бы гнев, хотя бы злоба… Что угодно, лишь бы не тотальная пустота и бесчувственность!       — По какой же ты причине разозлился на меня, м? Из-за того, что «грустненько» стало? Впрочем, не важно. Мне не интересно.       — Сто-о-ой!.. кхы-кхы… — дракон таки вскидывает руку, претерпевая дикую боль, широко растопыривает пальцы, однако это не даёт ему возможности ухватиться за полу плаща, которая вмиг ускользает. — Н-не ухо… у-о… не уходи. От меня!.. — Он продолжает попытки барахтаться на земле, хоть как-то двигаться, будучи похожим лишь на жалкую медузу, которую выбросило на берег. Несчастное создание, не имеющее надежду на спасение, так ещё попавшееся в руки мальчишки, обожающего тыкать палкой во всё особо занимательно выпуклое.       Таким мальчишкой Канда не был, конечно. Но и уходил не сразу, будто не насмотревшись на зрелище чужого тотального поражения.       Спустя время он отходит ещё немного дальше. Устраивает руки на рукоятках вакидзаси, встаёт немного вальяжно, то и дело бросает взгляд на второго дракона, сознание которого так и кануло в небытие. Дрэм замечает в этом особый характер: Канда неприкрыто гордится своей работой, он, наверно, воспринимает произошедшее, как совершение великого подвига!       Или скорее, как доказательство правильности его суждений и мыслей. Безукоризненность идей, с которыми он ни с кем не сумеет никогда поделиться. Не поймут.       — Пожалуй, ты был прав, интерпретировав мои прощальные слова так, как мне потом представил. Мне действительно был и будет нужен кто-то удобный.       — Канда… п-прости…       — Нет. Такого подарка я тебе не оставлю.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Укажите сильные и слабые стороны работы
Идея:
Сюжет:
Персонажи:
Язык:
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты