Корпус Bt-19. Перерождение

      Согласитесь, на планете происходит множество загадочных и не поддающихся объяснению вещей, которые остаются тайной по сей день. Многие из них пугающие, заставляют кровь стынуть в жилах, если только ты не отчаянный любитель Стивена Кинга, Дзюндзи Ито (и многих других, эти знакомы, думаю, большинству) и ночных одиноких прогулок с постоянной потребностью дозы трэша и расчленёнки с жуткими теориями. Эти чокнутые люди, как наркотиком, питаемые теориями и экспериментами учёные, месяцами просиживают в четырёх стенах и часами залипают на свои пробирки, мониторы компьютеров, микроскопы и бумаги. А иной раз посвящая и отдавая своему делу жизни. Но что ими движет? Интерес. Неиссякаемый интерес, подкреплённый тайной и возможным переворотом в истории человечества. Но, как и любой другой человек, учёный стремится к чему-то новому, однако боится этого, ведь не знает, чем всё обернётся. Может славой, а может предательством, богатством, смертью, дабы избежать огласки тайны уничтожением «свидетелей». И чего же человек боится и жаждет больше всего с точки зрения величайших открытий? Верно, встречи с ними, «высшими разумами», собратьями из космоса, пришельцами с далёких галактик и параллельных миров. Никто их не видел, многие попросту не верят в их существование. Но они есть, следы деятельности на снимках тому доказательство. Если люди и утверждают, что видели, сами же нередко сходят с ума, или находят известность, или же в страхе боятся повторной встречи. Что же думать, ужасны они, или прекрасны? Злые или дружелюбные? Загадка…

***

«Как представляешь себе работника лаборатории? Наверное, строгая одежда, аккуратная причёска, очки, начищенные ботинки и медицинский халат с логотипом? Серьёзный и сосредоточенный? А может противоположность: неопрятный, взъерошенный вид, будто помотало изрядно или только из недельного запоя; растрёпанные волосы, халат на распашку и груда неаккуратно сваленных в одну кучу бумаг? Могу сказать, что всякие бывают, но я умудряюсь сочетать в себе оба образа: опрятный, но «в развалку», всё на своих местах, широкие брюки и свободные свитера поверх рубашек, круглые очки, которые заёбывают сползать вниз (к слову, поначалу это раздражало, а потом поправлял и забывал о них вообще, но не суть). Не знаю, что именно нужно оставлять о себе в записях. Ладно, пусть будет, пока пишется. Надеюсь это никто не прочтет. Три года прошло, как закончил учёбу в медицинском университете, но, честно говоря, я рад, что окончил его, а аспирантура пошла на хуй, хватило узкой направленности и опережения курсов по учебе. Не терплю ту суматоху и большие толпища людей, мне уютнее здесь, в своей небольшой исследовательской лаборатории в тихом соседстве с толстенными папками с отчётами о наблюдениях, реактивами (эта атмосфера опасности и гробового спокойствия), иногда с гостями-зверюшками (хорошо я не касаюсь опытов с ними, мне жаль братьев наших меньших). Коллеги не терпят тишины почему-то от слова «совсем», а мне это кажется земным раем. Нередко слышу в свой адрес «странный», «чудик» и другое (в шутку конечно). В общем-то мне нравится, только не когда подходят со спины и начинают нести чепуху над ухом, ещё и когда в моих руках стеклянные колбы с «бомбой мгновенного действия»! Что ж, здесь начинается рассказ, как и начинается первый рабочий день в новом корпусе исследовательского центра. Не правда ли хороший повод начать вести записи в ежедневнике? Как по мне, лучше не придумать! Хорошего рабочего дня, Тэ~» Подпись: (вечный практикант)Ким Тэхён. 3 июня 20** года. — Фу-х, — потянулся, разворачиваясь на кресле в сторону массивных дверей с электронной системой безопасности. — Снова придётся идти на нудное мероприятие. Ох, инфузория, мутируй ради моего спасения! — поправив очки и поднявшись, плетётся к выходу. Осторожно озираясь вдоль коридора, решился пойти в совещательный зал. Несмотря на скучный монолог зануды-лектора, мне нравилось там; можно поглазеть на вьющиеся концы волос, спадающие на глаза, порисовать в блокноте или покрутить в руке ручку. Да кого я надуть пытаюсь? Все здесь нудные или чересчур болтливые. — Тэ-э-э-э-хён! О боже, блин, блять, нет! Не надо! Только не… — Чон Чонгук… — с полудохлым вздохом произнёс, убирая его руку с плеча. — Слезь, пиздюк мелкий, ты тяжёлый вообще-то. — Ну зачем же так грубо, хён? И мы всего на год отличаемся возрастом. К слову, ты впервые за всё время правильно произнёс моё имя! — улыбка растянулась по лицу, а руки так и наровили обнять. — Наконец запомнил! — Отвянь ты уже! Я сразу такого милашного говоруна с мускулами запомнил, чтобы избегать. — Не вырваться, придётся идти так. — А имя специально каверкал, думал, может взбесит такое обращение. Но ты, видимо, мазохист. Его самодовольная улыбка стала ещё шире. Не по себе от этого чудилы с явными кроличьими повадками ниже пояса. И с хера ли прославились лучшими друзьями? А всё по милости самого Гука. Метафора с банным листом на мягком месте тут в самый раз. Хотя тот выполняет часть заданий, порученных Тэхёном (из всего нужно иметь выгоду). Конечно же маловажных, ибо серьёзные задачи, как и своё тело на расправу, парень ни за что не доверит. — Хён, собрание начнётся через несколько минут, пойдём скорее! — Ну идём, только клешни разомкни, а то по воздуху ходить не умею, — косясь взглядом в сторону, фыркнул ему в ответ. « Лифт… Хоть кто-нибудь пусть появится сейчас, а то оставаться с ним наедине не горю желанием. О, кажется я уверовал! Идёт… зануда-лектор…» — Здравствуйте, будущее науки и человечества. На совещание? Какое совпадение, тогда едем вместе. — Нажал кнопку седьмого этажа, нынешний был четвёртый (если считать от уровня моря. А по факту это второй). «Вообще он человек неплохой, славный старик. Правда часто меняет темы повествования, отчего слушать его нет особого желания. Опять же, болтун. За плечами у него около сотни работ (не считая мелкие задачи), дюжина которых имеет международное значение. Он был моим коучем во времена учёбы и практики, остаётся примером и мотивацией по сей день. Нас объединяет лишь одно — безграничная любовь к тому, чему посвещаем всё своё время — работе.»

***

(Переход на повествование от лица Ким Тэхёна) До начала «посиделок» оставалось пару минут. Мы прошли в большой зал с овальным столом и голограммами над ним. Я старался ухватить самое дальнее и, как мне казалось, спокойное место, но мой самопровозглашённый друг уселся рядом, что означало «прощай дремота и здравствуй страх за своё очко». Буквально. Прошёл час. Отчёты по исследованиям, распределение по корпусам лаборатории и пояснение нововведений в жизнь семиэтажного организма подходили к концу. Как и ожидалось, мне было не до дремоты, пришлось слушать всё. Чонгук частенько поглядывал в мою сторону. Хотя возле меня сидит довольно симпатичная доктор нанотехнических наук с откровенным вырезом. Дружочек, она не давалка, сдайся сразу (за год, сколько я здесь, она стольких отшила, сколько ты в Пекине не встречал. Да и старовата, нет? Если ты любишь постарше, то что уж… У тебя есть тут выбор.). Наконец-то закончилось. Только я поднялся с места, как тут же плюхнулся в него обратно. Д (док)1– Что это было? Д2 — Это было землятресение? Д3 — Нас бы предупредили. Д— Так что это? Когда тряска прекратилась, все спокойно вышли из зала и двинулись к стеклянным трубам-коридорам и террасе. Как позже выяснилось, ударная волна подошла с ближайшего острова южнее Чеджудо. Начали выяснять источник ударной волны, но приборы на мгновение вышли из строя под действием дисбаланса магнитных волн. Отдано распоряжение. Смотря на всю эту суматоху, самому становится тревожно. Все почти отправились по лабораториям и личным комнатам отдыха. Так просто разойдутся? — Тэхён, я пойду к себе, хорошего отдыха и удачи с работой. — Угум, — после я развернулся и направился к лифту. На лице тонсена была лёгкая паника. «Корпус Вt-19, кабинет номер 13. Моё рабочее место начиная с сегодняшнего дня. Здесь же решил провести и ночь. Итак, всё на своих местах, много пространства пока пустует, но это дело времени.» Оглядевшись, взгляд мой упал на ежедневник с закладкой в форме цыплёнка (я посчитал её довольно милой).       — Пожалуй, сделаю ещё пару пояснений. — Обращаясь к фантому, подошёл к столу. Открывая вторую страницу, подписал время «19:47» и начал писать задуманное: «Сейчас мы находимся на территории острова Чеджудо, в самой южной его части. Один из самых крупных островов, принадлежащих Южной Корее. Остров туризма, но пять лет назад здесь вырос исследовательский центр с различными сферами изучения. По рекомендациям от директора университета и пары важных шишек города я попал сюда, в лучший коллектив из болтунов и работников-одиночек, в место мечты учёного-интроверта. Всего в здании (какое же оно огромное) 7 этажей: 3 подземных и 4 наземных. Каждый этаж предназначен для определённых задач: первый предназначен для складирования и хранения оборудования, реактивов, подопытных, их корма, и тд. Второй подразумевает под собой комплекс крытых искусственно отстроенных полигонов для пробега небольшой техники, подопытных, а иногда и вооружения под контролем оборонных сил Кореи (не знаю, почему именно такое расположение взбрело в голову проектировщикам сего творения). Третий (нулевой) предназначен для особо опасных исследований, также разделён на корпуса, но лаборатории расположены много дальше друг от друга. Четвертый и пятый отведены под лаборатории, разделены на корпуса и подразумевают под собой муравейник с множеством ходов и тупиков, которые являются дверями к другим переходам и коридорам. Меж всеми ходят слухи о тайных коридорах. Шестой этаж — это столовые, душевые и личные комнаты «осёдлых» учёных, которые живут в огромном муравейнике (да, довольно щекотливое чувство осознания, что под тобой может что-то взорваться). Наконец, седьмой, залы с техникой и кучей мониторов для контроля за деятельностью «сложного организма», ещё включена метеостанция, развлекательный корпус с спортзалом, а также совещательные комнаты. Совсем близко расположена большая башня с военной техникой, на крыше которой находятся три вертолёта и взлётная площадка. Внутри располагается огромный грузовой лифт. Здание соединяется с башней двумя стеклянными (толщиной в 3,5 сантиметра) коридорами на прочных опорах, центры которых равноудалены от зданий и являются входами на большую смотровую площадку, накрытую куполом всё из того же стекла. Не жизнь, а научная фантастика, не правда ли? Каждый корпус имеет своё название. Вt-19, биотехнический исследовательский корпус с девятнадцатью лабораториями и, примерно, двадцатью офисами, ещё с парочкой архивов. Лаборатория номер 13 — моё рабочее пространство. Я был непомерно рад, когда тремя месяцами ранее меня определили не как помощника, а как учёного в эту сферу. Это стоило немалых трудов и бессонных ночей над бумагами и опытами…». Я, наконец, перестал записывать и закрыл ежедневник, потягиваясь в кресле. Потом незаметно для себя, начал клевать носом. Помню странную вибрацию и…влагу на коже?

***

(Тэ мучительно постанывает и морщит переносицу. Говорит шепотом сам себе.) — Закат. Или же рассвет? Не могу определить время. Как же странно, я по пояс в воде, позади песчаный берег, но я по-прежнему в своей рабочей одежде. Это точно не мой отпуск, эх. Воа! , у скалы что-то плещется. Рыболовные сети… Там вдалеке огромная медуза?! Или, стоп, это не походит на живое существо. Айщ, подойду и посмотрю, любопытно же. Хм… Схоже с медузой. Оно растворяется в воде… Хах, это гигантский космический корабль как из фильмов! Неужели я на съёмках? К ноге что-то прицепилось. Те самые рыболовные сети. А они длинные, порваны местами… Потянув за них, почувствовал сопротивление. Кто-то попался. Далее всё случилось за секунды: солнце ослепило, не смог разглядеть, но на меня что-то напрыгнуло и прижало собой, благо был на мели. Существо было холодным, скользким, точно амфибия. Единственное, большие ясные глаза за человеческими волосами светлого оттенка. Темнота…

***

Подскочив на месте, я потираю глаза и надеваю очки. — Что за странный сон? И замечаю, что брюки и халат на спине еле влажные. В этот самый момент голограммой высвечивается сообщение от имени главы центра о срочном собрании. — Чёрт, как же вовремя. Даже переодеться нет уже времени. Ай, нафиг, никому не важен мой внешний вид. Как оказалось, срочное совещание было о поступлении нового оружия на полигон. Но тогда почему я, биотехник, здесь, ещё и единственный из всего корпуса? Обычно о подобных делах остальным сообщают в электронном письме. Странно… О, лектор тоже здесь! Всё оставшееся время он косился на меня. Ещё больше странностей! Я напортачил с отчётом? Да нет, этого никогда не было, кроме единственного раза, когда Чонгук заходил ко мне и нечаянно уронив бумаги со стола в самый неподходящий момент, перемешал со своими. Не понимаю, что происходит? Вскоре, когда все начали расходиться, я думал незаметно ускользнуть, но был остановлен. — Профессор Ким, нам необходимо обсудить одно дело, пройдите за мной. — Доброй ночи, — посмотрел на часы, было 23:42. — Скажите, сэр, для какой цели я был вызван? Ведь биотехникам нет необходимости присутствовать на такого рода мероприятиях, и отчего так поздно? Не лучше бы провести утром? — Понимаю ваше любопытство, но в подробности этого серьёзного дела я могу посвятить только вас, если считать из основного коллектива кроме глав, также военных. Это связано с землетрясением ранее. Опустим формальности… Ты ведь заметил странность происшествия? — Да, сэр, — мой неуверенный тон наверное заставил его в чём-то усомниться, ведь тот мельком окинул меня взглядом. — Обычно нам сообщают о стихийных бедствиях и подобном с метеостанции. Хотя в этот раз вся техника вышла из строя, начав барахлить примерно за полчаса до ударной волны, — проходя в зал, замедляю шаг и касаюсь задумчиво подбородка. — Обратил на это внимание, когда во время вашего выступления голограммы перемигивали и мониторы рябили цветами. — Как я и думал, ты довольно наблюдательный. Так же не любишь распространяться о чём-либо и умеешь вести дела с людьми из любых сфер. Потому и… Мы остановились у большой панели на стене, на которую с прикреплённых к ней проводами приборов и мониторов стекала информация. Этот жулик что-то недоговаривает мне. С какой такой радости я избран? К нам подошли глав.профессора каждого из корпусов, а также начальник по кибербезопасности семиэтажного организма. — … Потому и позвал именно тебя. Назревает дело глобального масштаба. Вероятно, пришло время для встречи с братьями из Вселенной. Буквально несколько секунд я стоял в полнейшем шоке и в мыслях кричал: «что?! Меня разыгрывают? Скажите, что это шутка. То есть пришельцы? Какого хрена тут происходит?!». — Стоп-стоп-стоп, подождите. Значит, все эти странности происходят и уже точно узнали в чём дело? Пришельцы? Тогда при чём тут я? Что происходит, объясните мне, — как можно спокойнее и вежливее тороторил с отвисшей челюстью, округлив глаза чуть ли не больше очков. В этот момент инициативу разговора перенял на себя вошедший в двери высокий, при униформе и серьёзной мине, командующий оборонными силами Кореи с двумя сопровождающими, которые были одеты в снаряжение. Один из них был высоким и отчасти простоватым, но накаченным, другой был ниже остальных, но его леденящий взгляд пробирал до костей. — Боец, не суетись, иначе не уловишь всю информацию, как подобает. Лучше выслушай, что тебе хотят донести. — Как скажите, сэр… В этот самый момент «ледышка» столкнулся со мной взглядом и всматривался, я же отвёл взгляд на начальника кибербезопасности. — После произошедшего вечером этого дня, все занялись выявлением причины сбоя. После, восстановив данные со спутников на компьютере, не удалось обнаружить никакой информации о метеорите как причине встряски, или подземных толчках. И лишь чуть более часа назад удалось выяснить, что неопознанный объект вторгся на Землю без нарушения слоёв атмосферы, но вызвав тем мощную магнитную бурю. Что очень странно, это именно не землятресение и не вулкан, но так же не было вспышек и объектов в небе. Отчасти кажется нереальным… Говоря кратко, нужно лично выяснить, что стало причиной всего. В этот момент мужчина в форме снова начал говорить, бесцеремонно прервав речь говорившего. Первый цыкнул через плечо и повернулся к компьютеру. — Главные профессора не могут покинуть здание, ведь достаточно работы, требующей постоянного надзора. Так же, не исключены интересы в деле другими государствами, ведь нечто яркое не могло проявиться только в этой области. В дальнейшем, дабы не вызвать подозрений, главы останутся здесь. Я же буду на рубеже между наукой и политикой, контролируя процесс. Ты был выбран доверенным лицом от исследовательского центра на возможность личного расследования и полномочий на ведение дела «от» и «до». С рассветом ты с этим молодым и талантливым бойцом, — я думал, кто из двух его помощников будет приставлен ко мне, и меня передёрнуло, когда его рука опустилась на плечо равнодушного парня, — полетишь на осмотр примерного места происшествия. — Можно пару вопросов? Не кивая, лишь приподняв деловито подбородок и сощурив глаза, дал свой ответ. Я смотрел ему прямо в лицо. — Почему этим будет заниматься кто-то незначительный, вроде меня? — оглянулся на всех собравшихся, остановив глаза на главе моего корпуса. — Почему не ФБИ или военные? Спецназ? Ну или тот из нас, кто чуть более опытен, физически сильнее? И откуда вам знать, что это именно вторжение из космоса? Вам это не кажется слегка абсурдным? Бугай-помощник командующего и большинство из собравшихся начали выказывать раздражение и говорить о моём невежестве. А мне вот как-то поебать, ведь вся ситуация кажется бредовой. Да и на грани риска моё спокойное существование в стенах центра. — Молчать! — голос командующего зазвенел эхом в голове до боли. — Раз есть вопросы, значит небезразлично происходящее. Да и я бы не поверил в существование каких-то иноземных тварей, — смех звучал противнее протухшего тунца, надменный и грубый. Судя по атмосфере, никто не переносил этого человека на дух. Лишь бы не лишиться права на своё имя и место работы, собравшиеся стиснули зубы и молчали, источая душой неприязнь. На его стороне был высоченный служащий, мне, как и «ледыхе» было ровно. — Малец, военные уже помогают в этом деле, учёные остаются руководить из центра, а ты пока примешь роль собачки-исполнителя, — подошёл вплотную, слегка склонившись над моим ухом, говоря громко. — Не думаю, что ты откровенный слабак, видно упражняется с гантельками, — сжал плечо, сильная хватка… — Об этом деле не должны знать власти, тем более другие страны, хотя бы ближайшее время. Я лично берусь за надзор утечки информации. Иначе… Резко отдернул руку от моего плеча. Чувствую, как вены вновь заполнились кровью под кожей. Больно, гад! В одну секунду воздух стал спёртым и на глазах у всех проступила тревога. Парень с морозящим взглядом повернулся то ли на спину говорившего, то ли на меня с тенью ужаса. Я замер в холодном поту. — Иначе, кто-то всё равно должен будет нести ответственность. Любая хорошая или плохая новость будет проходить лично через меня. Только сейчас я в полной мере понял, что этот человек был полной мразью, с которым не стоит вести близких разговоров. Его красит лишь должность, то есть власть. На деле от него смердело жестокостью и величием. Ему ничего не стоит убрать неугодного, даже равного по статусу. Неожиданно для всех, первым нарушил тишину мой (как оказывается теперь) наставник. — Можете не волноваться, за малое время работы, этот молодой человек проявил себя с наилучших сторон. Не стоит сомневаться в моём выборе и выборе совета. На удивление, он был абсолютно спокоен. От его слов жестокий тиран в униформе даже смягчился и в уголках губ затеплилась улыбка. — Мой старый друг, уж в твоём выборе я не сомневаюсь… Все собравшиеся имеют общее представление ситуации, так что официальное начало операции начнётся с рассветом. Кроме находящихся в этих стенах, никто не должен узнать о деталях дела, даже ваши доверенные друзья-коллеги. Все свободны. Первыми уходят командир (буду называть его «Кровавым Кардиналом»: почудился мне запашок крови от его холодных пальцев) и его странные прихвостни. Думаю, с ними стоит осторожничать и не подпускать близко. Профессор Хван подошёл ко мне вместе с другими профессорами. Дав некоторые советы в сношениях с командующим, расходятся по своим комнатам и кабинетам. Мы же с профессором разговорились и решили пройтись перед отдыхом. –…Не воспринимай того человека с исключительно плохой стороны. Он ответственен и решителен в делах. — Он сказал о вас, как о старом друге. Я заметил, что возраста вы хоть и не одного (профессору около шестидесяти, а кардиналу примерно сорок с помпоном), но настроение его смягчилось при виде вас. — История встречи право необычная и начинается почти двадцать пять лет назад. Мальчишка семнадцати лет с амбициями и уже состоявшийся в своём призвании профессор выручили друг друга. Он спас от беды, бросившись навстречу машине, чтобы вызволить растяпу, я же замолвил словечко за ним другу в военных кругах. Я упустил момент, когда он стал таким жестоким и резким, зато явно сохранил добрые начала… Я к тому, что, пока нам с тобой позволено пересекаться и пока не начались трудности, тебе не стоит переживать. «Значит они будут…» Стоя уже у начала коридора корпуса Bt-19, обменялись подбадривающими словами насчёт предстоящего дня и разошлись. Подхожу к своей лаборатории и замечаю уснувшего за рабочим столом Чонгука. Вот какого чёрта он здесь дрыхнет? На часах уже полпервого ночи, есть ли смысл уже спать? Пока размышляю, подхожу к спящему генератору энергии и пальцем собираюсь тыкнуть в лицо, чтобы разбудить, но медлю. Не придавал значения тому, насколько его лицо красивое и миловидное когда спит и нет той ухмылки. Концы волос осветлены и выкрашены. Когда только успевает? У меня волосы отросли почти до той длины, когда можно собирать хвост на затылке! Да, с такой внешностью не составит труда привлечь внимание какой-нибудь девушки, да даже и парня. Для учёного он выглядит чересчур красивым и накаченным. Сугубо моё мнение. Не касаясь, обхватываю руку и в удивлении стою секунд десять. Моих рук еле хватает, чтобы обхватить его плечо! Что за монстр спит передо мной?! Всё же рискнул разбудить, не представляя с какой силой и причиной он накинется на этот раз. Хотя, вялость после сна его притормаживает. — Э-эй! Чего разлёгся? С хера ли ты тут забыл, твоя комната несколькими этажами выше. Ключ-карту в лапы и погрёб! — Хё-о-он, ты засиживаешься допоздна, а я не мог уснуть, — с просоня потягивается, не отлипая от стола и облизывает высохшие губы от недостатка воды, — поэтому думал придти за тобой и идти отдыхать вместе. — Ты что, дитя малое? — достаю из выдвижного ящика бутилированную воду. — Вот, выпей, а после прись к себе, у меня остались дела. — Ким Тэ Хён, я пойду только с тобой! — хватает меня за руку и подкладывает её под свою щеку, фыркая носом от недовольства. — Слушай, мелкий. У меня остались дела, не мешай и иди к себе, по-хорошему прошу, даже без матов. Беги, пока не бомбануло! — Тебе нужно отдыхать, я пойду только с тобой, — смотрит на меня снизу вверх, — иначе… Он разворачивается на кресле всем телом ко мне и резко дёргает за руку. Получается так, что я падаю к нему на колени, тот обнимает меня, чтобы не было возможности вырваться, снимает с меня очки и шепчет на ухо: — …Иначе утащу силой. — Придурок недотраханный, отпусти меня! — по силе он явно превосходит, но не по хитрости. — Отпустишь, я быстренько доделаю и пойдём вместе. — Прямо сейчас, — кладёт голову мне на плечо, от чего холодок пробежал по спине до задницы. — Ну хорошо, сейчас так сейчас, — только он ослабил хватку, как я вырываю из его клешней свою руку и ударяю в бок локтем. — А прямо сейчас ты идёшь на хер! Вскакиваю и стою между ним и дверями, намекая, что ему лучше свалить поживее. Чонгук же, опираясь локтями на свои колени, усмехается. — А удар не промах, хён. Но тебе и правда надо поспать, третьи сутки без сна ни с каким кофе не выдюжишь, — поднимает на меня сонные глаза полные заботы, под влиянием которых я наконец сдаюсь. — Ладно, уговорил. Но не смей делать больше подобного, иначе попрошу приставить ко мне охрану от тебя. Идём. Чон энергично подскакивает и мы идём к лифту, предварительно заблокировав двери лаборатории. Дойдя до личных комнат, обменялись короткими пожеланиями «доброй ночи» и разошлись. После, уже переодевшись и умывшись, лёжа в постели, я размышляю о случившемся за сутки. В голове не укладывается, новое место, происшествие, кровавый кардинал с простаком и ледышкой, ещё и похотливый кролик!