Его глаза

      Человеческая точка зрения разнообразна. Она бывает такой разнохарактерной, такой неординарной, что в ней легко запутаться как мысленно, так и по-настоящему. Тем не менее, несмотря на всё, у людей бывает и схожий взгляд на какие-то определённые вещи, или же этот взгляд навязан, что не отменяет тех немногих фактов, в которых мнение всё равно остаётся таким, каким его хочет видеть его хозяин.       Интересно, но даже в такой мелочи, как цвет глаз, у людей бывает разное мнение. Хотя, цвет глаз — это не такая уж и мелочь, но, боюсь, если сейчас начну рассуждать на эту тему, тогда придётся сидеть и сидеть, путаться в своих мыслях, а потом возвращаться к сделанному, чего, уж простите, пока не хочется делать. На мой взгляд практически каждый, в своё время, решит подумать о чьих-то глазах, и, при этом, в его голове всплывут одни мысли, а если, к примеру, он спросит у собеседника его мнение по этому поводу, скорее всего их взгляды, пусть чуть-чуть, но будут различаться.       Вот, к примеру, возможно, что некоторые люди бы сказали, что глаза, а, точнее, глаз Джокера чем-то напоминает ежевику, или, если быть точной, её сок. Возможно, они бы оказались правы, в той или иной мере и степени, потому что у обóих объектов есть небольшая схожесть. Но вот Лихт бы с этим поспорил.       Для него глаза черноволосого больше были похожи не на эту вкусную ягоду, а на аметист. Он не знал, с чем конкретно это было связано, но это было так. Его единственный глаз напоминал учёному этот красивый, и, в какой-то мере неповторимый, камень. Глаз Джокера блестел той же загадкой, был также необычен. Если вспомнить о том, что аметист является крепким, по-свойству, камнем, можно сказать, что он олицетворяет собой этого любителя покурить, который, в какой-то степени выглядит таким же завораживающим, как кристаллы аметиста, на которые падает свет.       Хотя, конечно, возможно он не прав. Возможно даже, что так считает лишь он, а другие просто даже не задумывались над этим. Но, даже если это так, ему всё равно. Он не старается навязать, а уж тем более рассказать об этом. Нет. Он просто хранит это в себе, как нечто особенное и волнующее. Один раз в сообразительной голове учёного даже промелькнула мысль, что это симпатия, или, если быть точнее, любовь, но эта мысль тут же улетела в воображаемую мусорку, из которой её, скорее всего, вряд ли достанут. Хотя, кто знает, может быть эта мысль ещё случайно залетит в голову Виктора и даже, может, пустит там корни и будет цвести.