Обыкновенный человек

-А теперь просто молчи, понял? Говорить буду я! – строго велела Марина рейхсфюреру, сделав выразительный жест – проведя себя по горлу. Тот кивнул, похоже, понял. Они вошли на ярко освещённую веранду дачного домика, где сидели, кутаясь в спортивные куртки, Эльвинг и Амариэ. Лица у обеих были крайне встревоженные. -Как хорошо, что вы нашлись! – воскликнула Эльвинг, - Мы так перепугались… Ой, а кто это? -Познакомьтесь, это Хайни, - Зойсайт расплылся в радостной улыбке, - это реконструктор из Германии, приехал сюда на игру и заблудился, - он похлопал Гиммлера по плечу. -Здравствуйте! – Амариэ улыбнулась, - Очень приятно, меня зовут Анна. -Guten Abend! – поздоровалась Эльвинг, - Ich heiße Olga! – она единственная из всех подруг учила немецкий. Гиммлер обрадовался. Он тотчас понял, что эти барышни не собираются его расстреливать. По крайней мере, сейчас. -Здравствуйте, Ольга! – заговорил он, - Меня зовут Генрих… Рыжая девушка толкнула его локтем в бок. Кажется, она велит ему не раскрывать своё настоящее имя и должность. -Генрих Хитцингер, - закончил он, - Приятно познакомиться! Барышни усадили его за стол и угостили чаем, беспрестанно что-то щебеча на русском. Одеты они были очень странно, в штатское. Скоро вернулась та высокая брюнетка, которая была в подвале, одна, без третьей подруги. Судя по её огорчённому лицу, они поссорились, и третья девушка куда-то ушла. -Короче, он сильно вролился, и у него немного крыша поехала, - вполголоса рассказывал Зойсайт подругам, лихорадочно сверкая глазами, - Он никак не может вспомнить, что война закончилась, на полном серьёзе считает себя какой-то важной партийной шишкой, попавшей в плен. Короче, если он будет какую-то ерунду нести, не обращайте внимания. Через пару дней всё вспомнит… Мелькор поперхнулся чаем. Так талантливо и вдохновенно врать, как это делает Зойсайт, у неё никогда не получалось. -А ещё он по-русски совсем не говорит, - добавила она. Амариэ и Эльвинг смотрели на Хайни с сочувствием. Нечасто встретишь дядьку за сорок, который умеет хорошо вролиться. Амариэ за всю свою жизнь только одного такого встречала на полигонке в Москве, да и то, как оказалось, шизофреника со справкой. -А мы решили, что вы полезли в ту лабораторию, - призналась Эльвинг, - С вас же станется. Я просто знаю, что пару лет назад туда какие-то школьники забрались и пропали. Их потом в федеральный розыск объявили, но они как испарились. Говорю же – место нехорошее. -Я проснулась потому, что мне показалось, что мир вздрогнул! – заявила Амариэ, закатывая глаза, - Такое нехорошее предчувствие, будто произошла какая-то катастрофа. Погодите-ка, а почему Тауриэль ушла? Вот так прямо и ушла? -Ну, - Мелькор опустил глаза в чашку, - Мы малость поругались… -Она просто терпеть не может реконструкторов по Вермахту, - быстро ответил Зойсайт, - для неё это болезненная тема. Сказала, выбирайте, или Хайни или я. -Прямо так и сказала? – ужаснулась Эльвинг. -Ну да. Она взаправду решила, что он настоящий нацистский преступник, - Зойсайт нервно хохотнул, - Примерно как лет пять назад Амариэ нас считала взаправдашними Сауроном и Мелькором и терпеть не могла. -Не так всё было! – Амариэ обиделась, - Я тебя терпеть не могла за троллинг на форуме и слэш по Толкину. У Риты покраснели уши. До такого чудовищного искажения фактов она бы точно не додумалась. Она мельком взглянула на Гиммлера. Он пил чай, с аппетитом лопал сухари, прислушиваясь к разговору, но ничего не понимая. Обычный среднестатистический мужичок-очкарик, похожий на институтского препода. Не знать, кто он, в жизни не подумаешь, что этот тщедушный дядька со смущённой улыбочкой наводил ужас на всю Европу. А что если всё происходящее – и вправду какая-то ошибка? И что если это и не Гиммлер вовсе, а какой-то обычный левый человек, которого затянуло в пространственную дыру? Вот будет забавно, если легенда про реконструктора окажется правдой. Эльвинг принялась звонить Тауриэль, но телефон у той оказался отключен. -Завтра перезвоню ей. Надеюсь, что с ней ничего не случится. -Половина четвёртого, - Амариэ подавила зевок, - Неплохо бы лечь спать, мне завтра в город возвращаться, это у вас троих отпуск, а у меня-то нет. К счастью, дачный дом Эльвинг был полноценным жилищем с несколькими комнатами, одну из которых выделили для Хайни, поставив ему раскладушку. -Скажи ему, что у нас он в безопасности, - попросил Зойсайт, - А то удерёт ночью и вляпается в неприятности. Сама посуди – ни документов, ни денег, русского не знает, головушка совсем куку. Его тотчас в дурку закроют. -А ему вправду врач не нужен? – заволновалась Эльвинг, - Что если у него действительно шизофрения? -Не, он просто контужен, - Зойсайт махнул рукой, - Рядом с ним пушка выстрелила, он громкого звука испугался и кинулся бежать, не разбирая дороги. Бывает. У нас на «гаррипоттеровке» одна девчонка так вролилась в Белатриссу, что неделю потом была как не в себе, рыдала из-за смерти Тёмного Лорда. Ничего, оклемалась, а так бы её в психушку бы посадили – разве хорошо? «Странное дело, - подумала Эльвинг, засыпая, - Хайни не знает русского, а Зой – немецкого, как она узнала такие подробности?»

***

-И что мы теперь будем делать? – сердито шипел Мелькор, размахивая свободной рукой. В другой он держал кружку с чёрным кофе, - Первое время он поживёт на даче у Эльвинг, но вечно так продолжаться не может! Думаешь, так просто выправить документы человеку, который возник из ниоткуда? Это тебе не прошлый век, сейчас везде камеры, электронная регистрация. Ну придём мы в консульство Германии и скажем: вот ваш гражданин с амнезией у нас потерялся, думаешь, они не знают, сколько реальных граждан Германии пересекало границу в ближайшие годы? Максимум, что ждёт Хайни – это безвылазное бомжевание у нас. А если он чистосердечно признается, кто он такой – ещё и психушка. Обе они сидели в саду, под яблоней, где была оборудована площадка для пикника. Эльвинг в кухне жарила сырники, Амариэ ещё спала. Марина шмыгнула носом. -Мы не отдадим Хайни в психушку! И бомжевать не дадим! Поживёт пока на даче, потом заберём в город. -В нашу студию?! Добро бы хоть однушку! Все заводят котиков, а Зойсайт завёл Гиммлера! Отлично! -А что ещё делать?! – Зойсайт готов был рыдать, - Не выкидывать же его на улицу! Мы в ответе за тех попаданцев, кого выдернули. Прокормим как-нибудь. Я на вторую работу устроюсь… В это время новоявленный «котик» вышел на крыльцо. Девушки уставились на него и разинули рты: одетый в клетчатую рубашку и адидасовские треники, Гиммлер сделался неотличим от обычного российского дачника. Он радостно улыбнулся и что-то сказал, видимо, поприветствовался. -Надо срочно учить немецкий, - вздохнула Рита. -Надо ещё осторожно объяснить ему, куда он попал, - Зойсайт поставил кружку в траву, - А то и вправду свихнётся. Он вскочил на ноги и побежал к Хайни. Рита покачала головой; скоро в дурдом они поедут все вместе. Не то что бы Гиммлер ей нравился или был ненавистен; как и многие исторические личности, он воспринимался чем-то вроде сказочного персонажа, таким же нереальным в их современности, как и эльфы Толкина. Этот забавный очкарик в трениках не имел ничего общего с преступным рейхсфюрером кроме внешности. В двадцать первом веке, среди ижорских болот он не представлял никакой опасности, вот только невольно поссорил их с Тауриэль.

***

      За сутки Генрих Гиммлер начал понемногу адаптироваться к внезапно изменившимся условиям. Судя по всему, он попал в какую-то интригу спецслужб Союзников, и одна из них похитила его у другой. Удивительным казалось даже не то, что его охранниками были хрупкие девушки, которые относились к нему с внезапным дружелюбием, а то, что эти девушки оказались русскими. Уж от кого рейхсфюрер СС ждал меньше всего снисхождения, так это от русских. Хотя, скорее всего, это была какая-то ловушка на доверии, в надежде, что он быстро согласится сотрудничать. Умно, Гиммлер оценил это. Что же его ждёт дальше? Сами очаровательные барышни не спешили его допрашивать, они занимались мирным сельским трудом, беспрестанно щебеча между собой. Казалось даже, что немецким свободно владеет лишь одна из них, однако, это тоже могло оказаться уловкой. Гиммлер лишь поражался эмансипированности девушек, тому, как свободно они вели себя и одевались; кроме того, судя по отсутствию обручальных колец, ни одна из барышень не была замужем. Утром все вместе позавтракали оладьями, хозяйка усадьбы Ольга показала пленнику свой огород, что ему, как агроному по образованию, было весьма приятно. Ближе к полудню Ольга и та рыжая толстушка, которую он встретил первой, предложили Гиммлеру прогуляться. «Возможно, сейчас-то они и отведут меня в штаб на допрос», - подумал рейхсфюрер, пытаясь сообразить, в чьи же руки он попал, и что от него собираются узнать. По дороге Гиммлер украдкой озирался, пытаясь понять, где же прячутся настоящие его охранники, но вокруг был дачный посёлок, состоящий из маленьких и частью убогих домишек совершенно не немецкой архитектуры. Кое-где на огородах трудились местные жители, и ничто не напоминало о войне. Место, куда они втроём пришли, оказалось небольшим магазином, где Ольга заговорила с продавцом по-русски. Впрочем, это могло быть частью большого коварного спектакля, решил рейхсфюрер. Рыжая девушка (кажется, её звали Зоя, если Гиммлер не ослышался) без конца говорила ему что-то на своём языке, жестикулируя и улыбаясь. Иногда она просила подругу перевести, но смысл её фраз сводился к тому, что сейчас они купят продукты для обеда, а он поможет девушкам их отнести. Зоя досадовала на своё незнание немецкого, но обещала привезти словарь и разговорник. Гиммлер кивал и старался ни о чём не спрашивать, предпочитая наблюдать и анализировать ситуацию. -Хотите, мы покажем вам море? – спросила Ольга, - Сейчас отнесём покупки домой, и прогуляемся. -Море? – Гиммлер удивился, ему казалось, что они находятся в окрестностях Люнебурга. -Мы так называем Финский залив, - Эльвинг улыбнулась, - Залив – это всё-таки часть моря. А вы, кстати, из какого города? «Она делает вид, будто не знает, кто я такой, - Гиммлер задумался, - Но Зоя знает всё. Скорее всего, они хотят убедиться, нужного ли человека задержали. Что же делать? Зоя накануне выразительно велела молчать, значит ли, что внутри этой спецслужбы тоже ведётся подковёрная борьба?» Он украдкой покосился на Зою, но та в этот момент смотрела в другую сторону, поэтому ответил нейтрально: -Из Мюнхена. Я никогда не жил у моря. -Тогда вам должно быть интересно! – радостно воскликнула девушка. Через час Генрих Гиммлер стоял на берегу Финского залива. Белоснежный песочек, сосны и почти полное отсутствие людей. «И всё-таки, как я сюда попал? – размышлял рейхсфюрер, - Должно быть, они оглушили меня или применили какой-то наркотик, а потом переправили на самолёте. Судя по положению солнца, это южный берег, то есть, не Финляндия. Но раз они пошли на такую операцию, значит, они знают, что я не просто сержант, которым переоделся». -Как называется это место? – спросил Гиммлер у Ольги. -Это заповедник Лебяжий, примерно пятьдесят километров от Петербурга. Гиммлер вздрогнул. Его привезли в окрестности Ленинграда, хотя он надеялся оказаться хотя бы в Эстонии. Что ж, значит, его решила завербовать советская сторона. Если он хочет оставаться живым, придётся согласиться: это не англичане, церемониться не станут, пристрелят и захоронят в лесу без суда и следствия. Всё-таки эти русские куда хитрее, чем он думал. -Здесь очень красиво, - дипломатично заметил Гиммлер. Зоя радостно схватила его за руку и повела вдоль берега, рассказывая о чём-то. Ольга не успевала переводить, но ничего серьёзного в этой болтовне не содержалось, что-то про летний отдых и костёр на берегу. Потом Зоя вынула из сумки маленький прибор вроде плоской коробочки и, как показалось Гиммлеру, начала фотографировать. Но затем этот же самый прибор начал проигрывать музыку, весёлую танцевальную мелодию, совершенно не похожую на всё то, что рейхсфюреру доводилось слышать раньше. -Что это такое? – не выдержал Гиммлер. -Мобильный телефон, - Ольга удивлённо посмотрела на него, - А вы свой потеряли? Гиммлер не знал, что ответить. Вероятно, у него хотели выяснить, владеет ли Рейх подобной техникой. Устройство и вправду поражало воображение, ничего себе, как далеко ушли советские спецслужбы, раз доверяют такие устройства рядовым сотрудницам. Или всё-таки не рядовым?.. Рыжая Зоя посмотрела на него с хитрым видом, словно демонстрируя превосходство. Пожалуй, неудивительно, что советы выиграли войну. -У нас нет ничего подобного, - честно ответил Гиммлер. Зоя в ответ показала ему прибор: на плоском экране была отличного качества цветная фотография его самого. Она что-то заговорщически шептала, но он, разумеется, ничего не понял. Потом они вернулись обратно в посёлок. Из слов девушек Гиммлер понял, что дом принадлежит Ольге, и ему предстоит жить здесь некоторое время. По пути им встретился автомобиль, и рейхсфюрер едва не свернул шею от любопытства: на капоте он явственно разглядел эмблему BMW, но автомобиль имел совершенно фантастическую обтекаемую форму, и он мог поклясться, что ничего подобного не выпускал ни один из известных ему заводов. -Чья это машина? – шёпотом спросил рейхсфюрер Ольгу. -Не знаю, кого-то из дачников, - ответила девушка, равнодушно пожав плечами. -Дачников? Это загородные усадьбы? -Ну да, - Ольга удивлённо поморгала, - Далековато, конечно, до цивилизации, зато тихо. Правда, в выходные из города приезжает много любителей пляжного отдыха. «Эта машина наверняка принадлежала кому-то из руководства, - решил Гиммлер, - Наверняка меня нарочно увели оттуда, чтобы дать инструкции девушкам. Что же всё это значит?»