День сурка

— Ты постоянно их ешь. Не надоело? — скривился Чимин, глядя на то, как Юнги за обе щеки уплетает яичные рулетики, которых в контейнере почти не осталось. — Нет, — качнул головой Мин, — с детства их люблю. — Отправив в рот последнюю пару кусочков, он довольно сощурился, продолжая жевать. — На кота похож, — тихо фыркнул Чимин, опускаясь на скамейку рядом с блондином.       Молча смерив Пака хмурым взглядом, Юнги подумал, что ему не особо хочется вступать в очередную перепалку, поэтому прикрыл глаза, подставляя лицо молодому весеннему солнцу.       Они часто спорили о какой-то ерунде, то и дело распугивая любопытных одноклассников неожиданными возгласами, смехом и подколами. Юнги оказался куда оживленнее, чем думалось Паку по началу. Он активно поддерживал разговоры, шутил и весело смеялся над шутками Чимина, обнажая десны в яркой улыбке. И Чимину нравилось видеть эту улыбку. Нравилось теплое чувство в груди, которое разливалось от хрипловатого смеха и морщинок в уголках глаз. А ещё ему нравилось проводить с Юнги время.       Все чаще, хоть и не без труда, Паку удавалось вытаскивать блондина на улицу, прогуливаться в его компании, есть рамен в круглосуточных магазинчиках, покупать мороженое и стучать зубами от холода, кормить в парке белок и просто разговаривать.       Чимин считал, что, наконец, смог найти человека, которого ему хотелось назвать другом.       Однако, Юнги видел другую сторону их неожиданного сближения. Он считал, что парень растерял всех своих друзей как раз из-за того, что якшался с таким, как Мин. Банда Пака после потасовки больше не доставляла проблем, зато игнорировала Чимина. Он буквально растерял свое влияние, угас, отделился, и больше всего Мин боялся, что парень тоже станет изгоем — таким же, как и он сам.       Но и самостоятельно все оборвать с Чимином Юнги не мог. Неожиданно Пак стал слишком важен для блондина, и Мину было страшно от мысли, что в один ужасный день ему придется все так же, как и раньше, продолжать бороться в одиночестве. Ведь не может же Пак остаться его другом… Волку не место рядом с паршивой овцой.       В очередной раз задумавшись об этом, Юнги не заметил, как задремал, и его голова медленно опустилась на плечо Чимина. Сначала брюнету захотелось подшутить над парнем, но умиротворённое лицо с подрагивающими густыми ресницами заставило Пака слегка развернуться — ровно настолько, чтобы голова Мина опустилась ближе к ключицам — и приобнять Юнги за плечи.       Рассматривая кошачий разрез глаз и приоткрытый рот с алеющими на фоне молочной кожи губами, Чимин поймал себя на мысли, что хотел бы осторожно к ним прикоснуться, не нарушая хрупкого сна Юнги.