Никто не узнает

Смешанная направленность
R
Закончен
30
автор
Размер:
Драббл, 30 страниц, 8 частей
Описание:
Стоп, снято. По новой, еще сцену и еще, покуда удовлетворение от представления собственного он не получит.
Посвящение:
Чёртов Родохрозит, Nachttoter.
Примечания автора:
Сборник, потому что не хочу заполонять фандом отдельными мелкими историями. Единой тематики нет, я просто пишу то, что придет в голову. Ограничений в рейтингах\жанрах\предупреждениях у меня тоже нет, поэтому эти параметры после обновлений могут измениться.

Здесь исключительно канон. Может встречаться "Юу", которую\ого можно воспринимать как вас самих или ваших персонажей, мне без разницы, ибо пишу о максимально нейтральной личности.

Сборник с оригинальными персонажами: https://ficbook.net/readfic/9420358
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
30 Нравится 6 Отзывы 3 В сборник Скачать

Россыпь моей боли (Рук/МС, Леона/Вил) [G]

Настройки текста
Примечания:
Челлендж.
      Юу за всем уследить пытается, того же Грима из поля зрения не потерять, но голодный тануки, на вкусности ароматные оглядываясь, за Эйсом и Дьюсом увязывается. Теплые цвета фестиваля чудного в глазах пестрят, а костюмы прихожан, в азиатском стиле выполненные, лишь больше красок происходящему добавляли. Решение согласиться на предложение студенческое плохим вовсе не выглядело, но Юу, потерявшись среди толпы, заблудившись в коридорах множества ярмарочных палаток, чувствовала себя… не очень.       Улыбка, с которой она на бодрую болтовню неизменных спутников своих отвечала, угасла, сменившись на растерянный взгляд, быть может, затравленный немного. Когда вокруг снует столько людей, совершенно ей незнакомых в этом абсолютно непонятном и чуждом для нее мире, возникает стойкое чувство тоски. Пытаться найти Эйса или Дьюса — бессмысленно, на звонки увлеченные мини-играми мальчишки не отвечают, и резко возникшее в груди давление в сторону выхода девушку тянет.       Выбраться бы из шума этого ненадолго, вздохнуть спокойно, расслабиться. Но теплые огни фонарей словно гипнозом одурманивают, плутать и дальше заставляя, и Юу кажется, словно весь фестиваль этот необъятных размеров, без конца и края, а чужие фигуры вот-вот утопят, в реку Стикс загонят.       Краем взгляда девица, что задыхаться от беспокойства начала, огонек искристый, звезду копирующий, замечает. Он скакать по крышам палаток начинает, а затем, призывно качнувшись, за поворотом исчезает. Юу, потерявшись в потоке, за свет этот спасительный вниманием хватается, спешит за ним следом и догадаться старается: что это такое? Фея? Иль очередное новое для нее волшебное существо?       За поворотом искры разделяются, до десятка доходя, и заметно девице, что все они в сторону выхода ведут, туда, где людей поменьше. Пробираясь фигуркой своей миниатюрной сквозь смеющихся и веселящихся, Юу, наконец, из потока чужих душ выходит. И замирает.       Огни в неведомом количестве над озером раскрывшимся играют, по поверхности проносятся, друг в друга врезаются. Искры фейерверком вспыхивают, на гладь воды оседая, и вновь все повторяется, завораживая удивительной своей красотой. Взгляд Юу загорается, и она ближе к краю озера подходит, с удивлением вдруг замечая — никого рядом нет. Неужели явление это столь обыденное, что жителей данного мира таким даже не удивить? Изумление девицы вновь восхищением сменяется, и руку она в сторону к приблизившемуся огню протягивает, завороженно в глубину света заглядывая.       — Я не думаю, что это хорошая идея, Юу, — девица вздрагивает, чуть было в воду не сваливаясь, когда над самым ухом ее шелестящий голос возникает. Отдергивая руку от искристого огонька, она к Ханту оборачивается, особый навык его проклиная.       — Рук-семпай, частые испуги могут привести к инфаркту, — Юу вздыхает тихонько, вновь к огням оборачиваясь, что снова сплетались друг с другом в чудных танцах над водой. — Они опасны?       — Ma chéri, ты ведь знаешь — я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось, — он улыбается мягко, но голос его непривычно тихий. Не для того ли, чтобы не спугнуть видения, что перед ними красочно кружили? Но, мимолетно на лицо спутника своего взглянув, Юу в глазах зеленых тоску глубинную замечает.       — И все же… — здесь, у озера, чуть дальше от фестиваля, приятно и тепло. Шум со стороны освещенной территории пусть и долетал до ушей увлеченных, не сбивал своей громкостью, как раньше, да не запутывал в бесконечных улочках развлечений. — Странно, что здесь только мы.       — Отнюдь. Остальные, кто смог их заметить, предпочитают заниматься чем-то более увлекательным, нежели схожим с нашим преследованием. Разве твои друзья не веселятся прямо сейчас, пытаясь поймать ртом яблоки? Эпель очень гордится тем, что ферму его семьи выбрали в качестве поставщика в этот раз, — Хант ладонь вдруг протягивает, ласково собеседнице своей улыбаясь, а та, не имея ни малейшего желания отказать, маленькую ручку в нее вкладывает. А затем, когда юноша аккуратно к озеру начинает ее вести, поддается.       — Думаю, ребята справляются и без меня, — голос девушки вздрагивает, но вид она старается не подавать. Увлеченная действиями чужими, она думать о том, как тем хорошо и без нее, не желает. В конце концов, чужаку в этом мире и правда не место. — Что вы делаете, Рук-семпай?       — Разве эти камушки не чудесные? Их внешний вид не напоминает тебе волшебную дорожку, открывающую нам путь через зеркальную гладь озера? — воодушевленное состояние юноши вновь ему возвращается, и тянуть он настойчивее решает, на парочку камней в воде вдруг перепрыгивая. — Прошу, следуй за мной! И мы увидим красоту, с какой ты раньше не встречалась.       Юу крепче руку чужую сжимает, взгляд на неустойчивую дорожку переводя, на округлые камешки, края которых вода лизала. Какая у озера глубина? Что будет, если они оступятся? Хотелось задуматься о последствиях, но настойчивость спутника ее говорит сама за себя. В глаза зеленые заглядывая, решительность всю свою собирая, девушка следом прыгает, теперь только понимая, что юката ее узкая еще как помешает.       Но отступать некуда. Там, позади, шумная жизнь веселых людей.

***

      Вил чашку обратно ставит, хмурый взгляд на собеседника своего переводя. У того минимум счастья на кислом лице, зевки постоянные и широкие, неинициативные ответы на вопросы. Прогулка, обещавшая подарить разнообразие в отношения смешанные, в пытку их личную обратилась, ни первому удовольствие не принося, ни второго никак не развлекая. Есть ли смысл и дальше пытаться, когда характеры столь разные снова и снова в конфликте сталкиваются, пересекаясь разве что в сценах интимных? От которых ни рыба, ни мясо — удовлетворение механическое, романтику нисколько не привносящее.       — Похоже, бессмысленное созерцание пейзажа для тебя куда интереснее, чем диалог со мной, — голос Шоэнхайта ядом сквозит, но взгляд остается твердым. Холодная красота, величие абсолютной концентрации и спокойствия, на которую Кингсколару, видно, плевать. Тот даже оправдаться не пытался, лениво кончиком хвоста в стороны разные дергая и наблюдая внимательно, как на том конце озера два идиота по камням продвинуться пытаются. — Леона!       — М-м, — он мычит недовольно, голову в сторону склоняя, да упираясь щекой о кулак свой. — Как думаешь, как скоро этот проблемный Хант под воду свалится и травоядное за собой утянет?       — Что? — Вил за чужими развлечениями не наблюдал, да и только сейчас осознал, что потерять заместителя своего умудрился еще в начале их прогулки. Похоже, тот поспешил оставить их с Леоной наедине, вновь в свою увлекательную охоту падая. Ну, разве стоит его в этом винить? Шоэнхайт и сам понимал, что ловить рядом с ними нечего — даже сам он внимание этого избалованного котика поймать не может. Что, казалось бы, с самого начала абсурдно.       — Чье-то свидание проходит намного интереснее, вот что, — кривая усмешка появляется на лице Леоны, когда тот взгляд свой снисходительный в сторону партнера скашивает, ожидая словно, когда тот в яростном садизме своем отреагирует.       Но Вил, похоже, все еще держится. С колен приподнимаясь, чтобы на Рука с Юу взглянуть, он изумленно бровь выгибает. Неосвещенное темное озеро — совершенно непримечательное место для любых свиданий.       — Прогулки в таком диком месте… как это на него похоже, — Шоэнхайт обратно опускается, глаза устало прикрывая и виски свои потирая. Проблемы, нервы, сплошные беды. Планы расслабиться по-человечески на этот вечер разбиты вдребезги.       — Оу. Так ты не видишь, — возникший огонек интереса в глазах Кингсколара быстро потухает, и он снова возвращается к созерцанию чужих прогулок, игнорируя теперь словно бы полностью существование своего возлюбленного. Впрочем, можно ли было назвать их отношения любовью? Вряд ли.       — Вижу что? — Вил теряет терпение. Голос его, острый и резкий, приятную тишину разрезает, и Кингсколар глаза закатывает, с места поднимаясь. Хотел ли он и дальше пытаться на контакт с человеком этим выйти, что перед собой имел сомнительные цели? Да нет. Лучше найти укромное местечко и поспать.       Или, возможно… чуть ближе понаблюдать.       — Россыпь своей боли, идиот, — Леона ткань с плеча упавшую обратно возвращает, а затем из помещения чайного неторопливо выходит, в темноте исчезая. Вил, взглядом его поверженным проводя, в тишине теряется. Фразу чужую он нисколько не понял и фигуры игривые на озере глубоком интересными нисколько не нашел. Однако поведение принца и равнодушие его откровенное в груди болезненный отклик нашло, и Шоэнхайт глаза свои закрыл, состояние вернуть в адекватное стараясь.       Какого черта? Как умудрился он влюбиться в зверя дикого, чудовище грубое, того, кто о чувствах других никогда не задумывался? Так к чему фраза эта, непривычно изящная, не для уст Леоны созданная?       Неприятно. Мерзко. Обидно. Вечер привнести расслабление от дел насущных должен был, отвлечь от проблем с работой, с извечной конкуренцией, с войной с самим собой за совершенство и красоту. Но послевкусие горькое еще долго преследовать юношу будет, каким бы чудесным фестиваль на деле не казался.       — Хватит, Вил, — он к самому себе обращается, с лица своего ладони убирая и дыхание сбившееся восстанавливая, — хватит страдать. У нас еще есть дела.       Но мысли тяжелые в момент пропадают, когда Шоэнхайт, глаза открывая, одинокий огонек перед собой замечает. Искрясь светом, игриво по столику и полу прыгая, тот вдруг в сторону балкончика вылетает, к поверхности озера опускаясь. Вил, с места поднимаясь, настороженно за огнем этим следует, возле края самого становясь и замечая, как в темноте полной вдруг свет ярчайших звезд возникает. И как двое молодых людей, смеясь в унисон где-то там, на середине глубокого черного озера, кружились друг с другом на неустойчивых камнях посреди живой россыпи общей боли.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты