Последний шинигами

Прошло около полутора недель после инцидента с покушением на Ичиго, и сказать, что он был расстроен — ничего не сказать; полиция, присматривающая за ним, могла это заметить: парень сидел, скрестив руки на груди и невидящим взором глядел куда-то сквозь стену. — Король, самобичевания тут не помогут… я думал, ты давно готов к такому повороту событий, — скучающе отчитал Занпакто хозяина. — Всё так, Зангетсу. Просто… Просто это очень тяжело — второй раз терять мать, глядя на её смерть своими глазами. Впервые-то это было невыносимо, а сейчас… — так и не произнесённые слова повисли в воздухе. — Во-первых, мы оба знаем, что эта стерва тебе не родня, а во-вторых, печёнкой чую, что перед суицидом она была одержима чем-то… Демоном, например, — деловым тоном проговорил Пустой, однако Куросаки промолчал и вновь уставился в стену. Зангестсу понимал, он чувствовал это, чёрт возьми — страдания Короля были почти материальны: за недолгую жизнь парня его покинули уже две женщины-матери, и в гибели обеих он винил только себя. — Ичиго, кто-то идёт, — шепнул Белый, и, приподняв голову, Куросаки увидел мужчину с короткими чёрными волосами в официальном брючном костюме. — Юичиро Амане это Вы? — серьёзно поинтересовался незнакомец, по неясным причинам напомнивший рыжему и его двойнику капитана Кучики, и Ичиго лишь согласно кивнул — ему вдруг стало неуютно находиться рядом с этим человеком. «Что это за духовное давление? Он, конечно, скрывает реяцу, но даже так её мощь ощутима…» — подумал Пустой, с прищуром глядя в небо. — Хорошо, следуйте за мной; полиция не смогла найти Ваших родственников, поэтому сейчас мы направляемся в приют, — мужчина грубовато схватил Куросаки за локоть и, покинув участок, потащил за собой к стоянке, где был припаркован большой блестящий чёрный автомобиль; всё происходило в молчании — никто из присутствующих не сказал ни слова, страшась вступать в спор и потерять больше, чем работу. — Садись, — сухо скомандовал незнакомец, приоткрывая дверцу для ребёнка, который чуть помедлил, осматриваясь вокруг. Когда они оба оказались внутри, мужчина продолжил, пристёгиваясь: — Знаешь, я буду откровенен — ты абсолютно никому не сдался, и сейчас мы едем в место, в котором собраны такие же ненужные дети, как и ты; прошу это понять и все истерики оставить при себе. «Даже рельсы не такие прямые», — беззвучно хмыкнул Зангетсу, а Ичиго лишь удивлённо округлил глаза. — На твоём месте, Король, я бы уже давно назвал его мудаком… — Пустой еле сдерживал смех, глядя на выражение лица хозяина, смотревшего, не моргая, в окно мчавшейся, как стрела, машины. Человек на переднем сидении скосил глаза на зеркало и обнаружил сзади автомобиль, подозрительно похожий на «хвост»; посмеиваясь и оглядываясь на дорогу, он подумал: «Секта Хакуя всё ещё мне не доверяют, и думают, что я доставлю Серафима вампирам? Миленько.»

***

Спустя десять минут езды послышался тонкий скрип тормозов, и машина, наконец, остановилась около большого здания, из окна которого выглядывал светловолосый мальчик с голубыми глазами, ровесник Ичиго. — Давай, выходи, малыш, это конечная, — произнёс сопровождающий, покидая своё сидение и открывая дверь Куросаки. «Ну хоть манерам обучен», — одновременно пронеслось в мыслях у двойников. Шагнув на асфальт, рыжий задрал голову, рассматривая будущий дом; к удивлению Ичиго, по-первости ожидавшего увидеть подобие церкви, как в Каракуре, он оказался довольно-таки приятным с виду, даже красивым. Однако это созерцание длилось недолго — парня снова больно хватанули и снова поволокли за собой. — Будь добр, пошевеливайся! Мне некогда с тобой возиться! — прикрикнул мужчина, провожаемый озадаченным взглядом голубых глаз; а Куросаки тем временем, путаясь в ногах и еле поспевая за незнакомцем, рассматривал территорию и заметил кое-что интересное неподалёку — автомобиль с тонированными стёклами, а в нём… — Зангетсу, ты чувствуешь? — мысленно обратился Ичиго к Занпакто. — Ещё бы! У людишек в той машине есть реяцу; и пофиг, что она уровня безрангового шинигами — впечатляет само наличие. «Что происходит, чёрт возьми?» — подумал Куросаки, когда сопровождающий распахнул дверь и шагнул внутрь здания, где их встретила сухонькая старушка, которая наигранно сладким голоском пропела: — Что за Ангелочка ты на этот раз привёл, Макото? — Приветствую, мэм, это особый случай, — он подтолкнул Ичиго вперёд, — Его семья погибла в пожаре. Смотритель кивнула; Макото, больше не говоря ни слова, развернулся и направился обратно к своей машине, будто бы судьба ребёнка его вообще не волновала… — Пойдём познакомимся с остальными, дорогуша? — приветливо предложила старушка, однако в её голосе слышался приказ. Ичиго кивнул и последовал за ней в гостиную. — Детишки, спускайтесь, у меня для вас сюрприз! — воскликнула женщина, и на лестнице послышался топот множества маленьких ног собирающихся вместе ребят. — Мне уже не нравится это место, — недовольно застонал Зангетсу, — бабулька пугает до дрожи. Куросаки не мог не согласиться, он тоже чувствовал, что со смотрителем что-то не так. — Итак, детишки, сегодня в наших рядах пополнение, относитесь к нему как к родному, — глядя на рыжего сверху вниз, будто бы на автомате проговорила старушка, — Представься, котик. Ичиго оглядел ребят. Двое были на вид его ровесниками: голубоглазый блондин и кареглазая девочка с длинными, собранными в перекинутый через плечо высокий хвост каштановыми волосами. — Меня зовут Юичиро Амане, — спустя несколько секунд произнёс рыжий. Смотритель кивнула и, улыбаясь, обратилась к детям: — Вот и славно. У меня появились кое-какие дела, поэтому оставляю всё на вас — помогите новичку осмотреться. Когда же она скрылась из виду, блондин приблизился к Куросаки, протянул ему руку и с энтузиазмом проговорил: — Привет, я Микаэла Хакуя. Добро пожаловать в нашу приютскую семью! — С-спасибо, — глядя ему в глаза и улыбаясь, ответил на рукопожатие Ичиго. Внезапно послышался голосок девочки, пришедший рыжего в замешательство: — Теперь ты тоже Хакуя. Юичиро Хакуя. — Н-но… моё настоящее имя… — Забудь, — перебил Микаэла, — тебя зовут Юичиро Хакуя и, поскольку мы с тобой самые старшие, наша обязанность — защищать младших братьев и сёстёр. Понял? Куросаки приподнял уголки губ. У него больше общего с этим парнем, чем он мог подумать. — Опять нашёл на свою задницу приключений, — вздохнув, проворчал Зангетсу, — Молодец, что сказать. — Захлопнись уже, — мысленно бросил Ичиго в ответ Пустому, а вслух произнёс, вызывая улыбку ребят, — Так точно! «Быть может не всё так плохо?» — подумал рыжий, глядя на свою новую семью. Ах, если бы он только знал, что происходит в соседней комнате… — Ты уверена? — поинтересовался мужской голос из динамика телефона. — Говорю тебе! — протараторила старушка-смотритель, наблюдая через дверной проём за общающимися ребятами, — В его душе сто пудов засел ещё кто-то, причём пострашнее Серафима. — Хм-м, необычно. Не трогай пока мальца, — ответили ей спустя несколько секунд раздумий, — Я уточню, возможно ли использовать это «что-то» в наших целях. Тем временем Микаэла уже начал свою «обзорную экскурсию» для новобранца. — Слушай, а почему я должен звать тебя Мика? — смущённо поинтересовался у брата Куросаки. — Так короче, проще, да и у нас всех есть клички. Ты, например, отныне будешь Юу. Идёт? «Простое запоминающееся прозвище… Кажется, других вариантов нет.» — Ха-ха, так и быть, договорились! Когда Мика показал парню все комнаты в доме, они направились на ужин, который в честь прибытия новичка состоял из карри, заставившего Куросаки с улыбкой вспомнить стряпню Юзу. — Ну как, Юу-тян, тебе нравится? — проглотив полный рот карри с рисом, поинтересовалась Акане. — Лучшее, что я пробовал! — откликнулся Ичиго, однако он покривил душой — по сравнению с карри сестрёнки, это блюдо было намного более водянистым, что значительно портило его вкус. Впрочем, плохим оно тоже не было, просто каким-то не таким… непривычным. Оказавшись после трапезы в своей комнате, Куросаки задумался. Сначала он того не заметил, но сейчас, в тишине и покое, парень явственно осознал, что за ужином он чувствовал реяцу, исходящую от Микаэлы и Акане. Вот только это духовное давление не было похоже на принадлежащее Шинигами или Пустым; это была… сила Квинси? Однако её концентрация, похожая на Финальную гетсугу, просто менее мощную, заставляла Ичиго волноваться — он не мог взять в толк, откуда у простых детишек привилегии «того» мира. — О чём задумался, Юу-тян? Кажется, ты чем-то обеспокоен. Куросаки подскочил от неожиданности и повернулся к Мике, уставившегося на него с любопытством: — А… Нет, ничего такого. Я просто рассуждал о здешней жизни. — Не переживай, Юу-тян, мы будем держаться вместе, и всё будет хорошо, — улыбнулся Микаэла. Ичиго вернул улыбку: «Да, наверное, и правда всё будет хорошо». Рыжий даже не заметил, что дождь в его внутреннем мире поутих, из штормового превратившись в ласковый грибной, и открыл взору расслабленно ухмылявшегося Зангетсу инородное нечто — блестящую в ослепительном свете фигуру, вскоре растворившуюся в воздухе. — Что за… Что это место сделало с тобой, Ичиго?! — удивлённо вытаращил глаза Занпакто.