Рождество в Ла Фере

Декабрь выдался холодным и снежным в этом году. Но Элен это казалось самым верным - какое же Рождество без снега? Правда, Рождество было как минимум без одного атрибута – елки. Молодая графиня собиралась было об этом заговорить, но ее опередил случай: в Париже обсуждали елку как рождественское дерево, однако же в лютеранских странах, упоминали еще, что украшают это древо и в Эльзасе. И Элен, мгновенно сообразив, что мужу ни в коем случае не понравится гугенотский обычай, как и обычаи мятежной провинции, предпочла об этом умолчать, ведь не сводится же праздник к елке. Нет, дело не в елке… Графиня весь канун праздника суетилась между малой столовой, кухней и бальной залой, которой завтра суждено будет стать приемной. Атос, конечно же, не во всем понимал ее. Но Элен осмелилась настоять на своем. И сегодня отпустила слуг так рано, как только это было возможно, чтобы каждый мог встретить праздник с родными. Некоторым, как кухарке мадам Мартине, графиня настойчиво всучила часть кушаний, приготовленных для господского стола. - Нам с мужем надо немного, - улыбнулась она. – А у вас двое детей и шестеро внуков! Они заслужили угощение в праздник. Правда, было немало еды, которая складывалась в корзины, чтобы завтра стать дарами для фермеров и крестьян, среди прочего там хватало и сладостей для детишек – Элен очень хотелось дать им то, что составляло непременную частицу праздника в иное время, а здесь было необычайной милостью и удачей. Весь последний месяц графиня с несколькими служанками была занята шитьем и вязанием: перекраивали старые вещи, делали новые – все тоже для подарков, которые будут вручены на Рождество. Но это все – завтра. Завтра они будут принимать некоторых из этих арендаторов и фермеров у себя. А потом непременно проедут по владениям, чтобы развезти дары другим – Элен уговорила мужа присоединиться к ней в этом. Завтра… Если будет время, она непременно утащит Атоса играть в снежки. И пусть он сейчас кажется таким строгим и неприступным графом! Но завтра он будет уворачиваться от белых снарядов! И вместе с нею падать в сугробы! Но – завтра… Сегодня в Ла Фере с хозяевами оставался лишь Гримо, не имевший своей семьи. Он подал праздничные кушания на стол, за который графиня усадила и его самого, непреклонно заявив, что в этот вечер нет и не может быть разницы между ними. Что об этом думал Атос, никто не знал, но внешне он не показал ни капли недовольства и общался со слугой на равных, если вообще их короткие реплики можно назвать общением. Зато граф отметил и праздничного гуся, и все иные яства. Позже, однако, Гримо, налив себе бокал горячего пунша, удалился, с поклоном пожелав супругам доброй светлой ночи. Граф с женой остались одни в малой гостиной. Атос кочергой ворошил поленья в камине, в то время как Элен наблюдала за ним с мягкой улыбкой, оглядывая комнату, украшенную ветками омелы. Ее взгляд надолго замер на фигурках крэш ноэль*: она видела их уже не первый день, сама расставляла, слушая рассказ мадам Мартины, что эти статуэтки уже много лет в семье Ла Фер, были давно подарены к Рождеству еще королем Франциском и с тех пор каждый год непременно украшают дом. Но и сейчас молодая женщина поражалась красоте этих фигурок… - Я забыла про носки, - вдруг вырвалось у нее. - Носки? – удивленно повернулся к ней муж. - Ну… у камина… чтобы… дети могли найти в них… сладости и иные подарки… - к концу этой фразы Элен поняла, что, пожалуй, и этому еще не пришло время, она слишком торопится. - Какая милая затея, - ответил ей улыбкой граф. – Но давайте осуществим ее… когда у нас с вами будут дети. Молодая женщина сглотнула слезы. Да, дети… она давно ждет момента, когда в ней зародится жизнь. - Я уверен, это будет скоро, - прошептал Атос, садясь рядом и обнимая ее за плечи. И как угадал ее мысли? Впрочем, что там угадывать! Он желает того же. Стараясь скрыть свои эмоции, Элен поспешила подняться с места, чтобы налить им обоим пунш и подать рождественское полено. - Старое бургундское? – угадал граф по одному глотку, несмотря на все добавленные специи. - Я угодила вашему сиятельству? Элен вновь села к нему ближе. - Полностью, мадам! – уверил ее супруг. - О, у меня же для вас подарок! Но граф, отставив тарелку с поленом, удержал Элен на месте, притягивая в свои объятия. И покидать его совсем не хотелось. - Потом, - предложил он. - Потом, - согласилась она. В камине трещал огонь. Супруги Ла Фер сидели с одним лишь пуншем, Атос обнимал жену за плечи, а та поудобнее устроила голову у него на плече. Они ни о чем не говорили. Да и страстные поцелуи были лишними в эту ночь. Между ними было понимание. И светлые мысли о Рождестве, тихие молитвы, что звучали сегодня на мессе, о великом событии, их собственные мольбы о ниспослании им дитя и счастье и спокойствии в их поместье.