Мы лучшие

Рыжие волосы развивались на ветру, поблескивали золотистые прядки. Черная ткань длинного платья волочилась по пыльному полу, ведь его владелица даже не удосужилась слегка приподнять его. Янтарные глаза были сосредоточены лишь на одном объекте — синей двери, скрывающей за собой гримерку. Последние несколько спешных шагов — и вот она стоит напротив деревянной ограды. Серебристая, гладкая ручка опустилась вниз и двери приоткрылись.      Желтый свет ламп, заполнявший собой арку зеркала, был единственным освещением для столь маленькой комнаты. На гримерном столике лежали разные помадки, пудры, блестки. Недалеко от него стоял столик по больше, под который были задвинуты несколько стульев и диванчик. На его синей коже сидел рыжеволосый парень, покорно ждавший её.      — Аленка! — воскликнул он, приподнявшись и раскинув руки — А я тебя тут жду, хочу подбодрить перед выступлением — лучезарно улыбнулся он, выйдя из-за стола.      Алена сжала губы.      — Я не буду выступать — кротко, тихо, будто не уверена в своих словах, заявила она.      — Это ещё почему? — скривил он лицо в гримасе недоумения, опустил руки. Девушка ещё больше поникла.      — Илья…      — Иди сюда — призвал он её, сделав навстречу ей первый шаг, вновь раскинув руки. Долго не задумываясь, она подошла к брату, обхватила его своими руками, вжалась в его грудь так, будто это их последняя встреча. Илья мягко улыбнулся, обнял её в ответ. Его рука легла на её мягкие волосы, поводила по ним рукой — Выкладывай давай.      — Я… он… — заикаясь подбирала слова она — Один парень… не захотел приходить на мой концерт, и я…      — Лён, ты сейчас серьёзно? — отпрянув от сестры, строго спросил он. Получив кивок в ответ, он закатил глаза, цокнул — Ты же понимаешь, что это бессмысленно. Ты бросаешь концерт из-за какого-то там паренька?      — Он не какой-то! — прикрикнула девушка, зажмурив глаза.      — Ты подводишь людей из-за своей безалаберности. Вспомни о Владе. Он же совсем недавно вернулся с больничного, надеялся на тебя, а ты просто так всё бросаешь!     — Да, я такая, и что?! Я не смогу выступить, потому что я выступала для него! Всё это я готовила для единственного зрителя, который в итоге ушёл, так какой смысл? Он один слушал, а не смотрел!     Илья резко прижал Алёну к себе, заставляя молчать. Его руки сильно давили на спину, что дыхание стало тяжелее. Одна ладонь легла на талию, другая — на плечо. Она, словно маленький беззащитный ребенок, была обвита теплыми, братскими объятиями, дарящими тепло, нежность, любовь. Её руки медленно поднялись на его талию, мягко обхватили её. Щека облокотилась на твёрдую тёплую грудь, и рыжая расслабилась.      — Тебя не переубедить. Раз судьба решила так, то хотя-бы…      — Хватит о судьбе, философ — легонько ударила брата по спине девушка, усмехнулась.      — Хах — улыбнулся парень — В любом случае скажи Владу о том, что ты не будешь выступать, ладно?     — Ла-апчхи! — вдруг чихнула Алена, шмыгнула — Хорошо.      — О-ой — словно мамочка охнул Илья, отпрянул — Заболела?      — Похоже — почесала затылок девушка, виновато улыбнувшись.      — Бо-оже — протянул он, поведя бровью — Пулей к Владу и сразу ко мне — лечить будем.      — Будет сделано — картинно подняла ладонь к виску девушка, в ту же секунду бросившись к двери. Илья лишь усмехнулся.      Высокий парень бродил по коридору. Он, впав в глубокие раздумья, взъерошил опрятно уложенные волосы, цвет которых напоминал темнейший деготь. Чистые голубые глаза его были направлены куда-то в пол, пытаясь, похоже, ухватить что-то там. Он делал размеренные большие шаги, словно замеряя длину линолеума, так не аккуратно постеленного под школой. Но вдруг до его проколотых в некоторых местах ушей донесся до боли знакомый голосок, звонко пробежавшийся по перепонкам.      — Владик!      Он поднял взгляд в поисках источника столь приятного голоса, и встретился с янтарными глазами, находящимися так далеко от него. Он ускорил шаг, а девушка, что отчаянно звала его на протяжении долгой минуты, подбежала в ответ. Они столкнулись, остановились друг напротив друга и не отрываясь смотрели в глаза. Парень улыбнулся.      — Мой огонёк готов к выступлению? — ехидно поинтересовался он.      — Я как раз по этому тебя и ищу — серьёзно произнесла Алена, от чего Влад посерьёзнел.      — Так?      — Я не смогу выступить.      Такой краткий ответ его не устроил.      — И почему это?      Рыжая начала придумывать очередное оправдание, которое она расскажет другу. Не будет же она выкладывать реальную причину. Но не успела. Глаза вдруг сузились, брови приподнялись, а рот приоткрылся.      — Апчхи! — звучно чихнула девушка, резко прикрыв рот ладонью. Новое, более правдоподобное оправдание пришло ей в голову, и она выдала — Заболеваю.      — Ну-у, чтож… — окинул взглядом стену черноволосый — Ладно. Иди.      Алена мило потерла нос, привлекая этим заинтересованное внимание парня. Она улыбнулась, сделала шаг вперёд, но вдруг оказалась прижата к стенке. Одна рука уперлась в стенку, другая была в кармане. Девушка подняла удивленный взгляд на Влада, заметила его хитрую лыбу.      — «Она до сих пор не замечает подвохов» — подметил для себя голубоглазый — Но сначала поцелуй меня.      — Ты что! — стукнула его раскрытой ладонью в грудь девушка — Я же болею. Ты тоже хочешь слечь?      — Ничего, вместе лечится будем.      — Очень ошибаешься. Братик тебя лечить не будет.      — Илюша то как раз таки и будет.      — Ой, ну тебя — махнула рукой рыжеволосая, потянувшись к черноволосому. Мягкие губы коснулись щеки парня, оставив на них влажный от помады след и мурашки, волной прошедшие по всему телу. Она быстро отстранилась, вышла из «клетки» руки и побежала к выходу.      — Слишком здорово двигаешься для больной, красотка! — крикнул ей в след Влад в момент, когда на его лице проступила нескрываемая улыбка. Надежда родилась.

***

     В её голове бушевал ураган эмоций. Разные нехорошие мысли вызвали у белокурой приступ бессонницы, заставив её шляться по комнате в поисках воды, таблетки или телефона. Да ещё и вечно кашляющая Алёна, просыпавшаяся то от жара, то от бредовых снов. И просидели они вместе на пару всю ночь, под утро уснув в обнимку на полу. Утро тоже не задалось — надоевшие вздохи, от которых уже болела голова, да ещё и эта восьмиклассница светила собой перед голубыми глазами, кидая в её сторону ухмылки и злобный взгляд. Не уж то ли просто не может отстать?      Укутавшись в белый пиджак, Снежка высыпалась прямо на холодной парте, а на её плече мягко посапывала Алёнка, уснувшая от монотонной речи географички. Тема, в прочем, была очень интересной, но её голос работал лучше всяких успокоительных. Но, по понятной причине, её голос становился всё громче, пока по классу эхом не разнёсся удар чего-то деревянного о поверхность той же консистенции.      — Снежана и Алёна — говор вдруг сменился на сталь, от чего девушки резко поднялись. Алёна слегка потерла одними лишь пальцами веки, поморгала глазами. Снежка глубоко зевнула, прикрыв рот ладонью. Учительница цокнула — Во сне информация усваивается лучше?      — Так точно, ваше географичество — выпалила Алена, потянувшись. По классу раздались смешки.      — Нам к Василисе Васильевне? — наивным голоском спросила Снежка, получив на свой вопрос кивок учительницы — Пойдём — чуть тише сказала она, повернувшись к рыжеволосой. Та пожала плечами, скинув в сумку разноцветные книжку и тетрадку и сверкающий пенал, взвалила её на плечо. Снежка схватила учебник, из которого торчала зелёная тетрадка, сняла с крючка голубенький рюкзак. Всего несколько шагов отделяло их парту от двери, и сделав эти шаги, они подошли к ней. Снежка открыла её, ступила за порог. Алена обернулась, поймала на себе взгляд Саши, сидевшего у окна на третьей парте, и…      — Апчхи! — издала она, не успев прикрыть рот рукой. Их глаза вновь встретились.      — «Заболела всё-таки» — приподнял он бровь, ухмыльнулся.      — «Бывает» — сжала губы она, еле заметно пожав плечами.      — «Не должно быть» — помотал шатен головой, ударив указательным пальцем воздух.      — «Ну тебя, индюк» — закатила рыжая глаза, развернулась. Она вышла из кабинета, и дверь с грохотом закрылась.      Меря коридор шагами, девушки полусонно шли в нужном им направлении, молчали. Ладонь рыжеволосой потянулась к её глазам, но вспомнив о том, что они у неё накрашены, она опустилась вниз. Снежка же смотрела куда-то в окно, изучая вид оттуда.      Свет мягко падал на мраморный пол, заставляя его легко блестеть. Белые пластиковые окна были приоткрыты, впуская в просторное помещение свежий воздух. За ними покачивались деревья, осыпая пожелтевшими листьями дорожку, прибавляя работы уборщикам. Хотя, скорее ученикам, потому как в этом месяце они ни разу не пришли на физкультуру, выходя на улицу с граблями и мешками в руках. Все от мала до велика надраивали каждый уголок школьного двора, убирая с земли всё что можно и нельзя. А недалеко виднелся город, плотно заставленный высокими многоэтажками, разношёрстными заведениями и широкими дорогами, заполненными машинами.      По коридору разнеслись тихие шаги, еле донёсшиеся до острого слуха Снежки. Она воровато оглянулась, ища источник звука. Топаз её глаз цеплялся за каждый уголок, пока разум сквозь пелену сна пытался осознать, зачем и что именно он ищет. Но вот, она зацепилась за краешек белой юбки, появившейся из-за угла и всё вмиг стало ясно — чертова восьмиклассница.      Она гордо вышагивала по коридору, вздёрнув нос. Стук её каблуков, уже приближавшийся к ним на достаточное расстояние, отдавался диким звоном в голове. Короткая юбка, совсем не скрывавшая стройности её ног, плавно болталась от каждого её шага. То же самое делали и черные, поблёскивающие на свету, волосы, обвязанные в высокий хвост. Туман её глаз встретился с льдом, и в голове Снежки родился план.      — Алён — шепнула девушка подруге, на что получила заинтересованный взгляд — Я поболтаю с этой, — ткнула она на сероглазую пальцем — а ты подожди за углом. Чтобы подсобить в случае чего. Окей?      — Понял, принял — кротко выдала рыжеволосая, ускорив шаг. Блондинка же развернулась, грозно двинулась на девушку. Сделав несколько шагов, она с силой толкнула ту к стене, прижала, не давая прохода. Восьмиклассница не растерялась, облокотилась о стену, ухмыльнувшись.      — Решила устроить стрелку прямо сейчас? — поинтересовалась девушка, не подняв взгляда на голубые, почти озверевшие, глаза блондинки.      — Боюсь, не удержусь. Руки чешутся дать тебе по харе, чтоб глазками своими не стреляла — приблизилась она к сероглазой, почувствовала её легкое напряжение.      — Ой, как страшно то — наиграно произнесла она, состроив гримасу испуга, но тут-же поменялась в лице — Не уж то ли ты ударишь меня прямо на камеру? — она ткнула пальцем в стену, заставив девушку обернуться — Опа, а камеры то и нет — выпалила черноволосая, резко ударив противницу в живот, высвободив себе путь. Светловолосая схватилась за живот, согнулась. Подлый удар пришёлся куда-то в ребро, принеся с собой неприятную бурю тупой боли.      — Лёна! — крикнула изо всех сил Снежка, подняв глаза.      Восьмиклассница, одурманенная мыслю о мелкой победе, не заметила рыжую фигуру, резко появившуюся прямо перед ней. Она схватила её за воротник, притянула ближе.      — Чё, думала удрать, сучка? — раздался музыкальный голосок, янтарные глаза сверкнули. Ладонь соприкоснулась с щекой, послышалась звонкая пощёчина. Лицо сероглазой обернулось в бок, на щеке проявился нездоровый румянец, форма которого напоминала отпечаток руки. В серых глазах сверкнула чья-то еле заметная фигура, и её лицо обрело эмоцию безудержного страха, картинно наползшего на неё.      — Не надо, прошу — проскулила она, прикрыв глаза. Алена с маньяческой улыбкой вознесла руку с диким желанием ударить ещё раз, но её запястье вдруг обхватила чья-то холодная рука. Рыжая обернулась.      Светлые, с легкой желтизной, волосы аккуратно уложены назад. Большие голубые глаза смотрели прямо в её янтарные, сверлили её будто насквозь. Холодная ладонь сильнее сжала запястье, опустила руку девушки вниз.      — Отпусти её — приказал Филипп, что Алёна сделала, рассержено глянув на восьмиклассницу.      — Попадись мне ещё на глаза — печень отобью, да в 10 раз сильнее, чем ты Снежке — отдернула она руку, от чего от рубашки девушки оторвалась молочная пуговичка — Сгинь!      Черноволосая быстро ретировалась, не оставив после себя и следа. Алёна, вырвавшись из хватки блондина, направилась в сторону Снежки, лежащей на холодном полу и держащейся за живот. Она подошла к ней, помогла подняться. Фил тут-же оказался рядом, перекинул руку блондинки через своё плечо. То же самое провернула и Алёна, вставшая с другой стороны. Они, еле перебирая ногами, тащили пострадавшую через весь коридор, идя по новому маршруту, быстро выстроенному в головах — в медпункт.      — Что тут произошло? — спросил Фил, посмотрев на Алёну. Та вздохнула, оскалилась.      — Эта скотина…      — Она ударила меня по животу — тихо, рвано выдала Снежка, согнувшись от резкой боли в боку.      — За что?.. Так, объясните мне, из-за чего всё это началось? — недоумевающе спросил блондин, сильнее прижав больную к себе. Голова голубоглазой упала на его плечо.      — Да так. Эта вертихвостка уводит из-под моего носа паренька — загадочно тихо произнесла Снежка.      В висках кольнуло. У Снежки есть парень? Её фраза мерзким эхом разнеслась в его голове, а мысль о том, что девушка теперь для него окончательно недоступна, укрепилась в его сознании сильнее, чем знание собственного имени. Кто он вообще такой? Филипп? Может, Михаил? Или Олег?      — «Нет, наверно всё-таки Олег " — горькой усмешкой пронеслось в его голове — «Да. Хорошая работа, Олег. Упустить такую классную девчонку могу только я…»      От тяжести мыслей, хватка парня ослабла, и Снежка могла вот-вот сползти вниз. Алёна, подхватив подругу посильнее, взвалила её на себя, от чего Филипп почувствовал легкость. Но не надолго.      — Извините, задумался — оправдался блондин — Постойте.      Девушки покорно встали. Ну, как встали. Снежка, еле стоя на ногах, держась за бок, облокотилась на Алёну, готовую в любой момент свалиться на холодный пол. Голубоглазый обошёл девушек, сел перед ногами блондинки на корточки.      — Забирайся — пригласил он девушку, слегка обернувшись на девушек. Снежка, улыбнувшись, облокотилась на спину парня, удобно положив голову на его затылок. Он обхватил её ноги, приподнялся, встал. Идти, на удивление, было не так тяжело, как до этого. Хотя вес Снежаны давал о себе знать, парень будто его вовсе не замечал. Алёна, облегченно выдохнув, выпрямилась, подвигала тазом, разминая тело. Пожалуй, драка — самый лучший вариант взбодриться после бессонной ночи.

***

     Потеплело. В полупустой автобус легко пробирались яркие лучи закатного солнца. Рыжее небо затянули редкие, но очень большие, голубоватые облака. Деревья, стоящие через несколько метров друг от друга, слегка покачивались, теряя мелкие сухие листочки. По своим делам ходили люди, перебегавшие дорогу, прогуливающиеся по тротуару или выходившие из домов. Разноцветные машины образовывали мелкие пробки, в миг пропадавшие от зелёного света, засветившего на светофоре. Всё-таки, город внутри совершенно отличается от того, что видно снаружи, из окон их школы.      Длинные темные волосы, завязанные в низкий хвост, болтались на спине. Рукава лилового бомбера скрывали маленькие ладони за объемными складками. Тонкие пальцы держали телефон, на указательном блестело серебренное колечко, форма которого напоминала корону. Аметист её глаз разглядывал экран телефона, который девушка, по неосторожности, уронила. На защитном стекле красовалась тонкая линия трещины, пересёкшая его с верху до низу. Девушка стояла на ступеньке, находившейся рядом с сиденьями. На них ворковали бабульки, обсуждавшие последние новости. Вдалеке, у самого окошка стояли ребята, бурно разговаривали на совершенно разные темы. От грязи до политики, от мультиков до спектаклей, от погоды до душевного состояния — не было свободной темы, которую они бы не затронули. В конце вагона, на оттенённых сиденьях, вальяжно развалились офисные работники. Все они, одинаково с иголочки одетые, капались то в бумажках, то в телефоне. А у кабинки водителя, держась за поручень, одиноко стоял высокий шатен, держащий в руке маленькую книжонку. На его плече висел коричневый рюкзак, на сиденье рядом с ним, стоял небольшой пакетик.      — Девушка — вдруг послышался хриплый голос, и Варя обернулась. Перед ней стоял мужчина средних лет. Рост его был не большой — он был едва ли выше самой девушки. От него разило алкоголем, а его глаза затуманила пелена, отделяющая его от реальности и вымысла. Он криво улыбнулся, сделал навстречу шатенке шаг, пошатнулся. Страх колкой волной пронёсся от сердца по всему телу, она шагнула назад. С каждым его мелким движением сердце билось всё быстрее, кололо всё сильнее — Не подскажете, я доеду до проспекта Кощеева?      Пассажиры замолчали. Напряжённая атмосфера повисла в автобусе, вытесняя из транспорта воздух, заставляя всех задыхаться. Стало жарко.      — Д-да — заикнувшись выдала она, испуганно улыбнувшись. Мужчина заметил это.      — Ты что, боишься меня? — алкоголь в его крови заставил его голос звучать слишком страшно, игриво. Он был словно клоун без костюма, мило болтавшим с ребеночком — Не бо-ойся, — протянул он, сделав ещё один шаг навстречу к девушке — Я не обижу.      Колкий страх, охвативший Варю с ног до головы, заставил её замереть. Конечности онемели. Она, словно заржавевший аниматроник, не могла сдвинуться с места. Лишь ждала чего-то, что явно не предвещало ничего хорошего.      От резкого тормоза водителя, автобус пошатнулся. Мужчина дернулся, резко схватился за поручено, не удержался. Он повалился на Варю, но успев перехватить одной поручень, другой рукой ухватил тонкую талию лиловоглазой, не позволив той упасть. Руки девушки выставились перед ней, уперевшись в грудь пьяного, держа между ними, хоть и маленькую, но дистанцию. В нос ударила вторая волна сильного, неприятного запаха.      Автобус остановился, но они так и остались стоять в столь странном положении. На лицо мужчины наползла коварная улыбка, которую Варя так не хотела видеть. Её ладонь нырнула в карман бомбера, а его — куда-то вниз. Нащупав в кармане что-то острое, она ощутила на своём бедре холод. Шикнула.      — Ну что-же ты, я не кусаюсь.      — Отстань! — крикнула Варя, дернувшись назад. Когда между ними появилось расстояние, девушка выставила перед собой небольшой нож-бабочку, направленный прямо на живот мужчины. Он ехидно улыбнулся, но резко поменялся в лице, дернулся в её сторону раскинув руки в стороны. От испуга шатенка попятилась назад, выронив нож из трясущихся ладоней. В автобусе всё ещё стояла гробовая тишина. Все боялись двинуться в строну пьяницы, остановить его. Они покорно ожидали продолжения, не дрогнув. Такая безучастность людей вокруг пугала Варю ещё больше, говоря ей о том, что её конец пришёл.      — У тебя такие красивые глазки — протянул мужчина, впившись глазами в её глаза. Зрачки Вари сузились.      — Что за цирк ты тут устроил — послышалось укоризненное замечание, и все обернулись на голос.      Кофейные глаза направились на мужчину, заставляя того захлебнуться в горечи густой смеси. Рыжий свет, падающий на его лицо, акцентировал внимание на естественном блеске его лица, отражался от толстых линз очков. Сухих жестких дред на его голове уже не было — на их месте появились под корень выбритые виски и более короткие волосы, уложенные назад. Его рука легла на плечо Вари.      — Вик? — шепнула она парню, но тот даже не взглянул на неё.      — Ты пугаешь девушку, так чего же продолжаешь к ней клеиться?      — Мальчик, ты кто вообще такой? — уперевшись о перила, спросил мужчина.      — Заведующий магазина, в котором ты водку покупаешь — выдал парень, прижав шатенку ближе — Пойдем отсюда — тише сказал Вик, обратившись к Варе, на что та кивнула. Автобус остановился, Вик взял пакет, оставленный на сиденье, и, подхватив лиловоглазую под руку, вывел её из транспорта.      Автобус уехал, оставив пару наедине. Хрупкая тишина охватила пространство между ними, появилось неловкое молчание. За одинокой остановкой виднелся широкий крутой спуск, ведущий к школе «Гранд». Деревья, плотно росшие друг к другу, спускали длинные зеленые ветви к земле, давно притоптанной людьми и их машинами. На уже порозовевшем небе почти не было облаков. Подул легкий ветерок, заставивший девушку произнести первые слова      — Спасибо, что спас — вдруг произнесла Варя, заправив выпавшую прядку за ухо.      — Ты была в сложной ситуации — ответил Вик, взглянув куда-то в небо — Я не мог не помочь.      На его ладони он вдруг ощутил тепло, обернулся, слегка одернув руку.      — Позволь теперь мне помочь — виновато улыбнулась она, подняв взгляд с пакета парня на него. Тот едва заметно улыбнулся.      — Да ладно тебе, забей — убрал он пакет в другую руку, посмотрел вперёд — Пойдём, нас уже ждут.      Парень сделал шаг вперёд, ступив на земельную дорожку, круто спускающуюся вниз. Варя сжала кулаки, посмотрела на затылок парня.      — Подожди — вдруг произнесла она, от чего Вик обернулся, мотнул головой, предлагая продолжить — Знаешь… мы… я… О-ох — выдала девушка, прижав ладонь ко лбу — Как же, иногда, сложно составить обычное предложение — себе под нос отметила лиловоглазая, усмехнулась. Вик развернулся к девушке, подошёл ближе — Мы попали в очень… тяжёлую ситуацию. Наши жизни, конечно, не висят на волоске, но и не намного лучше. Кира и Фил вызвались нам помочь, но без твоего участия мы далеко не уедем — она подняла виноватый взгляд на шатена, встретилась с его глазами. В них отражалось маленькое солнышко, устало опускавшееся за горизонт. Очередной порыв шаловливого ветерка качнул темные волосы парня, свалив их слегка в право. Ресницы девушки дрогнули — Мне очень жаль, что из-за меня ты попал в больницу, и я не знаю, как искупить свою вину, ведь она велика… — Девушка окинула взглядом траву, мирно росшую недалеко от остановки — … но я буду тебе безумно благодарна, если ты согласишься — на лице Вика появилась улыбка — Да даже если откажешься, я всё равно буду тебе благодарна.      — За что? — наконец подал голос шатен, сделав шаг навстречу девушке. Их глаза вновь встретились. В её оттенённых лиловых глазах виднелись цветные узоры. Темный фиолетовый тесно граничил с тонкой полоской светлой сирени. Лиловый цвет в её глазах то резко, то плавно переливался от более темного к более светлому. Может именно из-за этого её глаза напоминали аметист?      — За то, что простил.      — «Если бы попросил кто-то другой…» — он мягко улыбнулся — Пойдём — позвал Вик Варю, развернулся — «…я бы отказался»

***

     Комнату освещала широкая лампа, висевшая на высоком потолке. Тёмные окна уже давно зазановесили бежевой шторкой, угрожающе смотревшей на подростков с подоконника. У кровати посередине лежал скомканный белый пакетик и ещё не разобранный рюкзак. На кровати сидели Арт и Вик, а на его ногах удобно расположилась Кира, заправившая уже окончательно осветлевшую прядь за ухо. А вдалеке, на своей кровати, одиноко лежал Фил, играющий в очередную «очень интересную» игру.      — …Там всего несколько аккордов, ничего космического — заявила Кира, взглянув на брата снизу вверх.      — Нет — жестоко ответил тот, положив ладонь на её лоб.      — Ну почему-у?      — Я закончил музыкалку 4 года назад.      — И что?      — Не помню уже ничего.      — Так там ничего помнить и не надо — выдал Фил, вынув наушник из уха. Все обернулись на него — Там просто нужно выучить пару комбинаций и дело в шляпе — оторвав взгляд с экрана, взглянул он в кофейные глаза парня.      — Я…      — Ну ради сестры-то можно постараться — перебил Вика блондин, остановив его на полуслове. Шатен сжал уголок губ. Он приподнял бровь, взглянул на Киру, которая уже сделала «милое личико», вздохнул.      — Чего не сделаешь ради сестры — выдал шатен, покачав головой. Девушка радостно шикнула, резко приподнялась, вжавшись в грудь брату.      — Ты лучший! — произнесла она, улыбнувшись.      — Я знаю — самовлюбленно выдал он, пройдясь ладонью по волосам. Фил хихикнул.      Тусклый желтый свет старательно освещал комнатушку, отражаясь от зеркал, вряд выставленных на длинном столе. На него, кроме всякой косметики, вывалилась красная коробочка, внутри которой что-то прошуршало. Рыжие волосы упали с плеча, зажимавшего между собой и ухом холодный телефон.      — Отлично, ждём — весело произнесла Алёна, положив рюкзак на стул и взяв смартфон в руки — Целую, пока!      Кашель, который она так долго сдерживала, наконец сильным порывом вырвался из неё. Гаджет упал на деревянную поверхность стола и ладонь прикоснулась к дрожащей от спертого дыхания груди. Когда порыв прошёл, девушка тяжело вдохнула, приводя дыхание в норму. Всё-же она не ожидала, что болезнь начнёт прогрессировать.      — «И какой черт потащил меня сегодня на сцену?» — спросила рыжеволосая себя, щелкнув по лбу.      Снежка, разминаясь, ударила ладонью об ладонь. Темнота на заднем дворе школы разбавлялась тусклым светом из общежитий, в которых сейчас отдыхали ученики, и школы, по которой бегали учителя, заполнявшие последние бумажки перед окончанием рабочего дня. К блондинке со спины подошла Варя, положившая на напряжённое плечо подруги ладонь. Она, как всегда во всеоружии, держала в руках игральную биту, которую, по всей видимости, стащила из школьной кладовки. Та обернулась.      — Привела кого смогла — безнадежно сказала шатенка, мотнув головой вбок. Снежка посмотрела за её спину.      За ней шли две блондинки — подружки Марина и Карина. Они, смахивая волосы с плеч, кинули телефоны куда-то в сторону. Из-за тренажёров вышла розововолосая Алиса. Она, наспех натянув ярко-розовые спортивки, подбежала к девушкам, которые уже собрались в небольшой круг.      — Добрый вечер, девчат — поздоровалась с подругами Снежка, окинув девушек взглядом — Жаль, конечно, что нас пришло так мало, но вы хотя-бы пришли — обратилась она к блондинкам и Алисе, ободряюще улыбнувшимся ей в ответ. Позади послышались металлические шорохи.      Через белоснежный, поблёскивающий от оконного света, забор, перелезали. Три массивные, черные фигуры, спрыгнув с металлические ограды, отряхнулись, направились прямо на девушек. Некоторые из подруг блондинки попятились назад, Снежка сделала шаг навстречу незнакомцам. Но серьезность с её лица тут-же пропала, когда черные фигуры показали свои лица.      — Луиза?!      Филипп, неподвижно лежащий на покрывале кровати, вынул голубой наушник из уха, повернул голову на голос. Кира, поджавшая ноги под себя, пристально смотрела на парня. Тот вздохнул.      — Что? — на выдохе спросил он, оторвав взгляд от её лица.      — Ты чего такой грустный? — мягко поинтересовалась брюнетка, скинув ноги на пол.      — Хуй сосал невкусный — равнодушно выдал он, нащупав наушник ладонью. Кира цокнула.      — Остроумно — закатила глаза девушка, встав с кровати — А если серьезно?      Парень окинул взглядом комнату. На него была направлена пара мужских заинтересованных глаз, жаждущих узнать подробности. Но только пара, что ввело блондина в ступор.      — А где Саша? — спросил он, впившись взглядом в кофейные глаза девушки — «Только его для полного комплекта не хватает»      — Та-ак, ясно — протянула Кира, обернувшись назад — Это личное — улыбнулась она — Так что вышли оба.      — А-а… — хотел было что-то сказать Арт, но по спине ударила чья-то жесткая рука.      — Пойдем, Артишок — приказал Виктор, встав со своей кровати. Артём похлопал глазами, но не стал перечить воле брата подруги, последовал за ним. Ох уж эта родственная солидарность. Вдохновляет.      Как только послышался звук, оповещающий о том, что дверь закрылась, Кира плюхнулась на кровать Фила, опустила на него заинтересованный взгляд.      — Я вся во внимании.      По просторному бару эхом раздалась соблазнительная гитарная мелодия, послышались тихие удары барабана. На сцене, держась за стойку микрофона, бедрами двигала рыжеволосая красотка. Черное, совершенно не скромное, тканевое боди было словно корсет, сдавивший её тело, сделав её ещё более стройной. На боках и спине колыхался коротенький подол, еле дотягивавшийся до середины бёдер. Ладони, облачённые в кружевные перчатки, слегка просвечивали через них. Притягательные черты ее лица скрывала латексная маска, из макушки которой торчали длинные заячьи ушки. Она была словно неполная — на глазах были большие прорези, которые открывали свету её янтарные глаза и рыжие брови, а границы её были едва-ли не у тех самых прорезей, расстояние от которых был буквально сантиметр. Рыжие сияющие волосы были завязаны в тугой высокий хвост. Розовые, пухлые губы припали к микрофону.

Don't need permission Made my decision to test my limits

Её ладонь спустилась по холодному металлу. От удовольствия она прикрыла глаза.

Cause it's my business, God as my witness Start what I finished

Дверь бара закрылась. Невнятная фигура сложила руки на груди, облокотилась о дверную арку.

Don't need no hold up Taking control of this kind of moment

  Её голос подействовал на незнакомца словно гипноз, и он, как заворожённый, спустился по лестнице вниз, подошёл к свободному столику. Его глаза приковались к её силуэту, уши навострились, ловя каждую букву, произнесённую тем манящим голосом. Рыжеволосая приоткрыла глаза, и её взгляд в ту же секунду заинтересовал вошедший.

I'm locked and loaded Completely focused, my mind is open

     — Я узнал, что у Снежки есть парень — выдал Фил, перевернувшись на другой бок. Кира закатила глаза.      Её бесили тряпки. Тряпками она считала людей, не готовых бороться за своё счастье, узнав о едином препятствии на пути к своей цели. Ведь целей может быть много, и каждая из них, от мала до велика, напичкана разной сложности препятствиями. Тем более, что в его случае их почти не было. Она допускала, что каждый может дать слабину, оступиться, но не принимала этого.      В её глазах Фил был человеком, напролом шедшим к своим стремлением, не замечая ни единой помехи на своём пути. И его бездействие сейчас очень огорчало девушку.      — Филь… — начала было брюнетка, как вдруг услышала тихий голос блондина.      — Но знаешь, что странно? — дал возможность предположить подруге, сделав небольшую паузу. Он обернулся, зацепил её взгляд. Ничего. Она кротко пожала плечами, помотав головой. Парень криво улыбнулся, опустил взгляд — Так странно… — усмехнулся он, подбирая слова — …мне…всё равно, что ли?      На лице Киры не дрогнуло ни единой мышцы. Филипп поднялся, оказавшись очень близко к девушке.      — У неё нет парня — кротко выдала кареглазая, переведя взгляд на темное окно, скрытое за бежевой тканью шторы — И она сейчас борется за тебя там — на школьном дворе с какой-то восьмиклассницей — сказала девушка, не шелохнувшись при этом. Она удобно облокотилась на руки, выставленные назад, пальцем задела ногу друга — Зачем-же ты так с ней поступаешь?      С макушки упал черный капюшон, открыв взору жидкие светлые волосы, завязанные в высоких хвост. На её лице не было ни единой эмоции, кроме жестокого, каменного спокойствия. Её, словно свежая смола на коре дерева, глаза, казались ещё темнее от ночных лучей мрака. Она, высокая, пухлая девушка, стояла напротив маленькой, худенькой Снежки, создавая между ними сильный контраст. Девушка ударила кулаком в ладонь, зажала его.      — Приветик, Снегурочка — женским басом произнесла она, и её лицо вмиг подобрело. Тонкие губы растянулись в задорную улыбку, а руки раскинулись по сторонам. Снежка, лучезарно улыбнувшись в ответ, прыгнула на грудь девушки, крепко обняла её.      — Луи-изочка! — протянула она, прикрыв веки.      Луиза была их давней подругой, бывшей одноклассницей. Она с самого детства была подвержена дворовым законам, и даже школа «Гранд», в которую она пришла в 1-м классе, не смогла исправить её детских привычек. Многие боялись её, обходили, а она лишь находила сторонников своей религии и, как бы она сказала, «корешилась» с ними. В начальной школе это было трудно, но со временем многие начали узнавать о её культуре, и присоединяться к единственному представителю в лице Луизы. Но стойкая, бойкая девчушка не смогла удержаться на своём месте и вскоре её отчислили.      Алена стала первой, кто познакомился с девушкой. Она, как и все другие, боялась светловолосую, но узнав её получше, поняла что эта девушка очень даже классная, и на неё можно положиться в трудной ситуации. Второй стала Снежка. Как только она познакомилась с рыжей, тут же встретила и Луи. Их общение проходило по идентичному сценарию, и вскоре они стали хорошими подругами. С Машей и Варей девушке не удалось толком пообщаться, так как всего через несколько недель ей пришлось уйти со школы.      — Но подожди — глаза Снежки распахнулись, она отпрянула от светловолосой — Что ты тут делаешь?      — Я по Аленкиной просьбе — выдала она — Слышала, у вас тут проблемы с какой-то шавкой.      — Да-а — оскалилась голубоглазая, сжав ладони в кулак.      — Ну вот я и приехала — пожала плечами Луиза, обернувшись назад — Подружек своих привела — ткнула на них девушка, на что все обернулись на подруг, мрачно стоявших в темноте.      Эти девушки были невероятно похожи на Луизу. Обе они плотного телосложения — руки и ноги соревновались в том, кто сильнее, массивнее. Глаза их сверкали злобой, что казалось, выставив перед ними красную ткань, они сорвутся словно бычихи. На лицах их, выточенных разными привлекательными и не очень чертами, был будто камень — ни единой эмоции, говорящей о их состоянии. Друг от друга их отличали лишь рост и волосы — у кого темнее, у кого ярче, кто выше, кто ниже.      Они сделали шаг навстречу подруге, встали рядом с ней. Снежка улыбнулась.      — «Алёнушка… Никогда не бросишь меня»      Филипп взглянул на окно, затянутое бежевой шторой. Он смотрел почти в то же место, куда смотрела и его подруга — на третий изгиб ткани с левой стороны. На нём виднелась бордовая капелька варенья, которым Вик, по не аккуратности, испачкал её. Оно, по чистой случайности вытекшее из пирожка, купленного для него Кирой, было его любимым — вишнёвым. Кира же, подобно своему братцу, тоже обожала его. Этот сладкий, с ярко-кислым оттенком, вкус возвращал девушку в позднее детство, когда в их жизнях ещё не было разных заварушек, приходивших под ручку с переходным возрастом. Тогда они ещё только приходили в школу, предвкушая интересные занятия, новые знакомства. Они с радостью шагали в учебное заведение, а не гонимые собственными одноклассниками убегали из этого страшного места, лишь бы не возвращаться туда больше. Они, свесив ножки с лавочки, покорно ждали автобус у дороги, а не плакали, стоя у бордюрчика, отделявшего их жизни от смерти. От склизкого страха, противных мыслей, девушку перетряхнуло, она зажмурила глаза. Думать о плохом больше нельзя.      — Это была лишь мимолётная влюбленность — тихо, словно себе под нос, оправдался Филипп, не отводя глаз от бежевой ткани. Кира усмехнулась.      — Сможет ли наша опасная Снежана Метель принять это, когда услышит? — с некой иронией спросила она.      — Мне это уже не важно — отрезал блондин, вдруг переведя взгляд на брюнетку. Кира обернулась на друга, столкнувшись со льдом в его глазах, замерла. Шутить больше не хотелось. Его глаза словно кричали о том, сколько серьёзности он вложил в сказанные слова. Сколько трепета, надежды он вложит в будущие — Моё сердце теперь колотится для другой.      В висках кольнуло. Кира не знала, от чего её перекосило. От того ли, как эта фраза была сказана, или же от самой сути? В голове заработало миллион извилин. Она всегда желала своим друзьям только добра, но осознавать, что человек, который ей не безразличен, вот так вот признается в том, что ему кто-то нравится, заставляет напрячься. Но его взгляд, его мягкий, приятный тихий голос, заставлял душу успокоиться и отпустить эту мысль. Но избавившись от одного вопроса, их вдруг стало два. Приходили новые, неотступные мысли, и она отвела взгляд, лишив себя частички спокойствия. Фил заметил тревожность Киры, положил на её плечо ладонь, вернув тем самым её внимание на себя.      — Всё хорошо? — с беспокойством спросил он, впиваясь в её взгляд, пытаясь, похоже, найти в нём ответ. Девушка кивнула, не решившись заговорить. Ей нужно подумать, но сначала…      — Я должна идти — кротко произнесла она, встав с постели.      — На улице темно, я пойду с тобой — поднялся за девушкой блондин, не отрывая от подруги взгляд.      — Нет, оставайся — выставила перед другом ладонь — Я пойду одна, ты будешь лишним.      Саша, сидевший за столиком прямо у подножья подиума, неотрывно смотрел за выступлением на сцене. Его привлёк манящий голос певицы, исполняющей страстную, тягучую песню. Её лицо скрывала черная, блестящая на свету софит, маска, но он уже знал, кто за ней скрывается. Он помнил её глаза наизусть, знал каждый блик, каждую ресничку. Та банальная, слащавая фразочка — «Узнаю её из тысяч» — идеально подходила к этой ситуации.

Nothing to prove and I'm bulletproof and Know what I'm doing

     На последнем слове её голос неестественно дрогнул, что не ушло от внимания Александра. Рыжеволосая слегка пошатнулась, но, как ни в чём не бывало, самозабвенно продолжила петь.

The way we're movin' like introducing Us to a new thing

     Болезнь всё ближе подступала, постоянно напоминая о своём присутствии. Горло страшно драло, и от каждой высоко схваченной ноты глотка болела всё сильнее. Связки дрожали, в язык отдавала острая боль, но Алена терпела. Терпела ради удовольствия от пения, приносящих ей сейчас и в недалёком будущем последствия, ради шоу. Она на всю жизнь заучила: Шоу должно продолжаться.

I wanna savor, save it for later, The taste of flavor, cause I'm a taker

     Голос её стал громче, от того в горло отдавало всё сильнее. Она старательно, и очень успешно, сдерживала кашель, что так давно рвался из неё наружу. От больших усилий, захвата сильных нот, её глаза стали щелочками, через которые прорывался янтарь её глаз. Ладонь, скрытая за черным кружевом, непроизвольно поднялась к груди, вжалась в неё, помогая выдавить из девушки более сильный, красивый звук.

Cause I'm a giver, it's only nature I live for danger

     Светло-карие глаза шатена уловили странные движения Алены, заставив своего владельца приподняться. Он начал вслушиваться в её голос, следить за каждым её движением, чтобы подтвердить свою догадку — болезнь прогрессирует.      Из-за темного угла школы вышла черная маленькая фигура. За её стройным силуэтом вышло ещё несколько идентичных с ней по росту и размеру. Они грозно двинулись на толпу Снежки.      — Ну что, пришла всё-таки? — крикнул знакомый слащавый голосок, принадлежащий ведущему толпы. А точнее ведущей.      Им понадобилось немало шагов, чтобы преодолеть пространство между ними и Снежкиной компанией. Но вот, последний шаг отделил их спокойствие от безудержного гнева, и лица девушек показались. На удивление, подружки сероглазой с ней не оказалось, зато, как на подбор, стояли наштампованные красотки, похожие по сложению тела и лицу, к слову, скрытых за черными балаклавами. Хвосты волос — один другого выше, губы пухлее, а глаза ярче и злее. Снежкина команда, сложенная буквально на коленке, и рядом не стояла с бандой, в рядок стоящей позади черноволосой.      — Я уж думала испугалась — скрывая свою неуверенность за маской решительности, Снежка шагнула вперёд. На лицах её подруг появился оскал неприязни, и они подошли ближе к своему «предводителю».      — Знай — Районная ничего не боится — хитро улыбнулась девушка, сложив руки на груди.      — Районная — повторила фамилию противницы блондинка, хихикнув в кулак — Зря ты начала эту войну со мной.      Сероглазая двинула челюстью, окинув взглядом темный пейзаж спортивной площадки. Она вдруг прыгнула на голубоглазую, оказавшись буквально в сантиметре от её лица.      — И почему же?      — Я — опасная, и это неизбежно.

All that you got,

     Алёна схватилась за стойку микрофона.

Skin to skin,

     Горло напряглось, отдалась боль.

Oh my God,

     Саша напрягся, сжал кулаки, желая, чтобы рыжеволосая дотянула до желаемой ноты.

Don't ya stop, boy

     Пение сорвалось на крик, и она смогла. На секунду она замолчала, уступая место аккомпанементу. Тихо, но очень гармонично в сочетании с резкой мелодией, запела подпевка, медленно качающаяся из стороны в сторону в такт музыке. Образы девушек, подпевавших Алене, были совершенно одинаковы: черное атласное платье, тянувшееся к самому полу. Оно держалось на тонких бретельках, переброшенных через хрупкие плечи девушек. На ключицах висели золотые и серебристые украшения, издали напоминавшие малюсенькие точки, на пальцах блестели кольца, с запястьей свисали тоненькие цепочки. Их голоса напоминали голоса сирен — такие-же манящие и дурманящие.

Somethin' 'bout you

     Но вот, они вытянули свою партию, что казалась слишком мала, и Алена вновь вступила в бой с самой собой, и…

Makes me feel like a Dangerous…

    …последнее слово она не пропела. Голос предательски сорвался, и девушка, обессилив, упала на колени перед залом, полным жаждущих её волшебного голоса, зрителей. Из горла вырвался сильнейший кашель, руки потянулись ко рту, груди. Она задыхалась, избавляя себя от мук, приходивших к ней снова и снова.      — Алёна!      Саша сорвался с места. От резкого движения его стул упал, отозвавшись громким глухим ударом. Некоторые присутствующие оборачивались на звук, замечали шатена, со всех ног бегущего к лестнице сцены. Он вмиг оказался на ней, подбежал к рыжеволосой, помог ей подняться. Из зала послышались редкие вздохи, гулкий шум голосов. Выступление быстро свернулось, закончившись на столь неоднозначной ноте.      Алёна, еле перебирая ноги, шла в гримерную. Её рука была перекинута через плечо Саши, его ладонь сжималась на её талии. Они, медленно, но верно, двигались к двери, по счастливой случайности приоткрытой. Шатен распахнул её, ввёл пострадавшую в комнату, закрыв за собой деревянную ограду. Рыжеволосая, не сдерживая кашель, удушающим, царапающим комом подступившим в горлу, поползла к диванчику у стола. Голова её была пуста, в ней звенело миллионы разных звуков, не похожих даже издали на человеческие. Она страшно болела, отдавая острую боль в глаза. Всё тело зудело, стало будто тяжелее.      Александр воровато огляделся — помощь Алёне нужно оказать прямо сейчас не теряя ни единой минуты. Она больна, а такие люди очень слабы, почти беззащитны. Даже такие, как она. Шатен подошёл к гримировочному столу, оглядел его в поисках хоть чего-нибудь. На глаза его попалась красная коробочка, и он слёту выхватил её, достал пачку с капсулами и вытащил одну из них. Впопыхах парень вытащил инструкцию, развернул её.      — Глотать не разжевывая не более 4-х раз в сутки… — проконстатировал он, откинув бумажку в сторону. Взяв со стола бутылку, он широкими шагами направился к умирающей подруге, наклонился к ней.      Алёна уложив лоб на руку, сидела на коленях, припав к углу дивана. Она обернулась, подняла глаза на Сашу. От сильного напряжения по его телу расходилась мелкая дрожь, становилось жарко. Его глаза бегали по девушке, пытаясь понять, как ещё ей можно помочь. Он протянул ей открытую бутылку воды и капсулу, которые она приняла из его рук. Капсула скользнула в рот, горлышко бутылки пристало к губам. Полилась вода, и в горло отдал холод, неприятно протекающий от языка в организм. Девушка оторвала бутылку от себя, отставила на стол. Тяжело, медленно дыша, она окинула взглядом помятый в некоторых местах линолеум, не аккуратно постеленный со времён постройки школы.      — Алёнушка — не сдержался парень, положив ладонь на макушку девушки, погладил по волосам. Девушка едва заметно дрогнула, но не подняла взгляда — Зачем же ты пошла выступать, раз тебе так плохо? — без единой ноты укора спросил парень, не получив ответа.      Слово «Зачем» эхом раздалось в рыжей голове, и девушка замерла. Она вспомнила Влада, их, казалось, совсем недавние отношения. Она искренне любила его. Но его скверный характер не позволял ему говорить таким тоном, а потому парень сначала мог наругать свою девушку, в шутку или серьезно, и лишь потом начать печься о её самочувствии. Хотя Алена была намного эмоциональнее своего экс-бойфренда, она не любила ругань и скандалы, но с её черноволосым, голубоглазым принцем так и случалось. Монотонное движение ладони по её голове заставляло вспомнить каждую ссору, каждую неприятную шутку, что были когда-то сказаны.      А Саша таким не был. Он всегда помогал тем, кто неимоверно в этом нуждался, не отшучивался или ругался в сложной ситуации. Его темперамент такого бы просто не позволил. Он не был тем бед боем, о котором мечтает каждая школьница, а являлся его полной противоположностью. Гуд бой?      Однообразные движения по голове резко прекратились, заставив окаменевшую Алену очнуться. Она подняла на Сашу глаза полные непонимания и отчаяния.      — Ты куда? — тихо спросила Алена, похожая сейчас на испуганного котенка.      — А куда я могу идти? — вопросом на вопрос ответил шатен, улыбнулся — Тебя одну тут нельзя оставлять.      От столь мягкой, приятной фразы парня, на лицо девушки наползла счастливая, искривленная её плачевным состоянием, улыбка. Она резко обхватила парня за талию, за что поплатилась сильнейшим кашлем. Рыжая прижалась к кареглазому, боясь, похоже, вновь оттолкнуть его от себя. Её щека легла куда-то на грудь, удобно пристроившись на мягком белоснежном пиджаке. Саша улыбнулся, обняв девушку в ответ, удобнее устроившись в её по-детски крепких объятиях.      В непроглядной темноте коридора слышались быстрые шаги. Кто-то очень быстро бежал, скрываясь от известных лишь ему невзгод. Черные, едва заметные в лучах темноты, локоны развивались на бегу. На их темном фоне выделялась окончательно выцветшая, выбеленная прядка.      — Чёрт — шикнула Кира, стараясь ускориться.      Глаза её — темные, кофейные — строго держались в одной точке, не оглядывая пространство по сторонам. Да и что можно было оглядеть? — одинаковые белые двери с золотистыми значками, стоявшие через несколько метров друг от друга, стены, пол, редкие широкие окна. Подол длинного сиреневого кардигана, чья вязка была крупнее ноготка на мизинце, бесполезно мотался позади девушки. Она бежала не оглядываясь, и постепенно слышала неспешные шаги позади. Они были далеко, что позволяло ей оторваться от «школьного маньяка», бродившего по бесконечному лабиринту коридора. Но вот, последние шаги, и брюнетка нырнула на лестничную площадку.      Кира быстро спускалась вниз, пока в голове её крутилась лишь одна мысль.      — «Хоть бы друг друга не убили»      Брюнетка не понаслышке знает, что такое драка, и чем она обычно заканчивается. Питер — город, в котором она жила — был довольно криминальным. Пустые, бессмысленные драки происходили прямо в её дворе, а иногда и в подъезде — гопники, выясняющие отношения, пьяницы, вообразившие себе всякого, родители, не поделившие что-то, школьники, пришедшие мстить однокласснику за напоминание учительнице о домашке. Да, и такие тоже бывало, и, к слову, ей пришлось унимать собственных одноклассников, которые и ей потом чуть не отвесили. В таких реалиях жить тяжело, но возможно. И вот она, в очередной раз выступая в роли того, кто разнимает драку, подбегает к двери, отделявшей её от коридора, и замирает.      Наверху послышался стук двери, явно закрывающейся, неспешные шаги. Кира испугано взглянула наверх, но поняв, что это ужасно глупо, да и вовсе не увидев никого, ринулась к двери. Она с грохотом закрылась, и Кира побежала к выходу на задний двор.      Удары были жестокими, подлыми. Девушки не жалели ударов, щедро угощая противниц. Половина из них уже лежала на земле, другая отчаянно боролась. И, похоже, совсем не на жизнь.      Снежка, наконец вырвавшаяся из цепкой хватки Районной, отвесила ей звонкую пощёчину, от которой черноволосая сложилась пополам. Ладони потянулись к высокому хвосту девушки, уцепившись за него и дернув куда-то в сторону. Девушка не устояла — упала на траву, испачкавшись в черной земле. Снежка поставила на неё ногу, руки о бока.      — Это тебе за удар под дых — многозначно произнесла она, ударив ещё раз — уже словами.      За руки её схватил кто-то сзади, не дав девушке вырваться. Но, на удивление, её быстро отпустили, и она упала прямо на противницу, обернулась. Варя оттолкнула ту, что скрутила белокурую, оттряхнула ладони. Она лучезарно улыбнулась, что тяжело было заметить в непроглядной темноте.      — Обращайся.      Кира выбежала из общежития, окинула взглядом двор, наполненный темными фигурами. Они с силой размахивали руками, падали, поднимались. Тусклое свечение комнат не давало брюнетке до конца понять кто есть кто, а потому она, не долго раздумывая, рванула в толпу.      Алиса испуганно пятилась назад, выставив ладони перед собой. Драться она не умела, боялась. А её противница, гордо носящая балаклаву на своем лице, сверкнула болотными глазами, сделала резкий выпад вперёд, от чего розововолосая упала. Зеленоглазая рассмеялась.      — Ничтожество — проконстатировала она своим слащавым голоском, но вдруг наклонилась в Алисе — Что ты вообще можешь.      — Я могу — послышалось издалека, от чего девушка в балаклаве обернулась, что сделала очень зря. В щеку ей влетели жёсткие костяшки кулака, и она упала. Пока та потирала больное место, Алиса вскочила, окинув вороватым взглядом свою спасительницу.      — Спасибо тебе! — воскликнула розововолосая, улыбнувшись девушке напортив.      — Пожалуйста — улыбнулась Кира, и спасенная скрылась из её виду.      Не успела Кира развернуться, как вдруг получила по ногам, плюхнулась на землю. Чьи-то массивные ботинки начали учить её, как нельзя делать, доставляя неимоверную боль. Она кричала, брыкалась, пыталась встать, но было бесполезно — она в заложниках приближающейся смерти.      Её избиение продолжалось не долго — трёх, как оказалось, девушек оттащили от брюнетки, и они получили по заслугам. Дрожащие руки не давали избитой подняться хотя-бы на локтях, и она упала на землю. Истоптанная, смешанная с песком и землёй, трава приятно щекотала лицо, и была единственным положительным из всего произошедшего за эти 5 минут. Сознание потихоньку улетало, оставляя на своем месте лишь темноту, захватывающую весь разум. Она уже и не вспомнит как её подняли, погрузили на чью-то спину, и понесли в школу.      Луиза, подхватив Киру за ноги, харкнула, плюнула на одну из девушек, лежащих на полу. Хромавшая Карина, появившаяся позади неё, отряхнулась, сплюнула кровь. Варя, вся потрёпанная, испуганная, подбежала к Луизе.      — Что с ней? — с отчаянием в голосе спросила она, не отводя глаз от бездыханного тела брюнетки.      — Избили — равнодушно ответила она, сделав ещё один уверенный шаг вперёд — Хорошо, что не до смерти.     Снежка почесала нос. На ней, кроме растрепанности и грязи, не было ни единой царапины. А вот на Кире были и царапины, и синяки, и кровь. Маленькая, едва заметная капелька медленно потекла из её губ, скатилась по подбородку и упала на кофту.      — Кира! — послышался отчаянный крик, и все увидели парня, стоящего совсем недалеко от них.