Sex Education

Гет
NC-17
В процессе
360
Размер:
планируется Макси, написано 157 страниц, 13 частей
Описание:
Дано:
искушённая Вики Уокер;
неопытный узник башни;
сексуальное напряжение в условиях противостояния ангелов и демонов
Найти:
решение, удовлетворяющее все стороны конфликта

Задача кажется такой простой, но есть одно НО...
Посвящение:
Каждому - и никому 🖤
Примечания автора:
Ссылки на саундтрек к истории:
**Spotify:**
https://open.spotify.com/playlist/1ZajvNWF50faBUQuaz49cv?si=3fuEJmvAQXiNpQ3-NCbi6w
**Яндекс.Музыка:**
https://music.yandex.ru/users/amaredudd/playlists/1002

Все дополнительные материалы (саунды, визуал и пр.) можно найти в моём канале http://t.me/skyis0ver и в инсте https://www.instagram.com/amaredudd/
А ещё там можно пообщаться)
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
360 Нравится 225 Отзывы 102 В сборник Скачать

Глава 13. Грехопадение

Настройки текста
Примечания:
Вы ждали. Вы верили.
И ваши молитвы были услышаны 😈

Все саунды, как обычно, по ссылкам в шапке или в телеге: http://t.me/skyis0ver
Type O Negative — Black № 1 (Little Miss Scare-All)       Адам всё с тем же угрюмым выражением лица кивнул и беззвучно выскользнул за дверь, оставив нас с Лилит наедине. Я переминалась с ноги на ногу, не зная, как реагировать на сидящую в кожаном кресле даму, с интересом рассматривающую меня сквозь плотную пелену табачного дыма.       — Ну же, Виктория. Не стесняйся, — бархатистый голос Лилит звучал необычайно низко. Должно быть, я выглядела совсем затравленно, потому что она усмехнулась, закатила глаза и коротким кивком указала на кресло напротив. — О, да не съем же я тебя, в самом деле. Присаживайся. Кофе будешь?       — Не откажусь, — я облизала внезапно пересохшие губы и осторожно приземлилась на предложенное место, утопая в неожиданной мягкости кресла.       Демоница неаккуратно затушила сигарету о медную пепельницу, встала из-за стола и направилась куда-то вглубь кабинета, оставив после себя только небрежно накинутый на спинку кресла пиджак и лёгкий флёр парфюма: бергамот, горький цитрус и что-то ещё, неуловимо знакомое и приятное. Щелчок пальцев — и комнату окутал мягкий свет лампы, позволивший мне, наконец, рассмотреть таинственную Хозяйку с ног до головы. Строгий брючный костюм свободного кроя подчёркивал хрупкость её фигуры, а тонкий шёлковый топ на бретельках, как магнит, притягивал взгляд к острым лопаткам и ключицам. В своих ботинках на маленьком, едва заметном каблуке она едва ли была выше меня. Если бы не два тёмно-бордовых крыла, я бы сочла, что нахожусь на приёме у главы корпорации, офис которой находится где-то на верхнем этаже небоскрёба.       — Сахар? Сливки? Амаретто? — на последнем слове она развернулась ко мне и лукаво подмигнула, не переставая возиться с массивной, явно дорогой по земным меркам кофемашиной.       — Пожалуй, последнее будет точно не лишнее, — поддаваясь её обаянию, уже чуть более спокойно ответила я. — Не думала, что среди демонов в ходу будут земные технологии.       — Ах, это… Конечно, можно было бы повозиться и приготовить кофе на песке, но я, знаешь ли, не склонна к дешёвой театральности, — пожала плечами Лилит, подставляя кружку под тонкую струйку горячего напитка. — А с учётом того, сколько я пью кофе, устраивать из его приготовления церемонию всякий раз было бы довольно утомительно. К тому же, эта машина, — демоница похлопала ладонью по боковине, — идеально вписалась в интерьер. Я провожу в этом кабинете практически всё время. В таком большом замке почти невозможно остаться наедине с собой — все куда-то бегают, суетятся, или, наоборот, сидят в ожидании очередного совещания или аудиенции у правителя Ада… — она щедро плеснула в чашки миндальный ликёр.       — Здесь довольно уютно, — я ещё раз обвела взглядом кабинет, на мгновение остановившись на висящей на стене древней карте мира. Такие карты сильно уступали в точности современным, но вместо этого представляли собой настоящие произведения искусства. И вновь — довольно занятный выбор для жены самого Дьявола. С другой стороны, когда-то же она была человеком… — Если бы вы не сказали, ни за что бы не подумала, что нахожусь в замке. Или в Аду.       — Мне никогда особенно не хотелось соответствовать местному укладу на все сто процентов, задвинув собственное «я» на самую дальнюю полку. У тебя никогда не возникало желания, глядя на все эти постные морды ангелов или демонов, выкинуть что-то эдакое, отчего бы их лица вытянулись от смеси ужаса, неодобрения и плохо скрываемой зависти?.. — Лилит расставила на столе чашки, бросила на меня короткий взгляд, от которого у меня зашевелились волосы на затылке, и удовлетворённо усмехнулась. — Конечно, возникало. В тебе ощущается это стремление к свободомыслию, потому я и захотела побеседовать с тобой, Вики. Я ведь могу так обращаться к тебе?.. — она вернулась в кресло напротив и поставила локти на стол, сцепив пальцы в замок.       — Да, разумеется, — я выдавила из себя вежливую улыбку и отхлебнула ароматный напиток, стараясь не выдать своего замешательства. Кофе вышел изумительный: умеренная горечь зёрен идеально балансировалась сладковатым привкусом миндаля. По телу тотчас разлилось приятное тепло, придавшее мне спокойствия и уверенности.       Лилит потянулась к знакомой красно-белой пачке, небрежно валявшейся среди бумаг; щелчок колёсика зажигалки — и горьковатый дым снова наполнил комнату.       — Надеюсь, ты не возражаешь?.. — она помахала в воздухе рукой с зажжённой сигаретой в резном мундштуке из чёрного дерева с серебряными вставками. — Я редко принимаю посетителей, а потому слегка отвыкла от правил приличия. Если дым обычных сигарет доставляет тебе дискомфорт, я могу перейти на электронные или вообще на кальян. У меня большая коллекция курительных приспособлений; ещё одна маленькая слабость, наряду с кофеином.       — Нет, что вы, — закашлялась я скорее от неожиданности, чем от табака, представив эту элегантную женщину с каким-нибудь боксмодом в руках и в окружении плотного пара. Хотя, нужно признать, что даже такой образ подходил бы ей на сто процентов. — Мой отец тоже дымил как паровоз, так что я привыкла. И спасибо за кофе, он и правда восхитительный.       Конечно, пока я была маленькая, папа старался этого не показывать. Иногда даже доходило до смешного: как-то раз я проснулась ночью, спустилась вниз попить воды и увидела его в окно — он курил и разговаривал с нашим соседом, мистером Доринтоном. Но я была сонная, и даже не слишком удивилась — просто не поняла, что происходит, а на утро, спросив у отца напрямую, получила ответ, что мне показалось. Мне было… лет десять, наверное. Потом, конечно, когда я стала чуть старше, сама попросила его не прятаться по углам. Попытки вести себя как школьник, который не хочет, чтобы его родители узнали о вредной привычке, доставляли папе определённые неудобства. А мне хотелось, чтобы ему было комфортно.       — Уверена, ты была прекрасной дочерью, Вики, — Лилит сделала большой глоток и подняла на меня свои тёмные глаза. Её губы тронула чуть заметная тёплая улыбка. — Твоему отцу очень повезло с тобой. Мои же дети доставляли мне в разы больше неприятностей, чем ты можешь себе представить, — она покачала головой.       — Требовали к себе повышенного внимания или наоборот, были слишком самостоятельными? — позволила я втянуть себя в разговор, не понимая, к чему она ведёт. Обстановка хоть и действовала расслабляюще, но совсем терять бдительность не хотелось.       — По-разному, — выдохнула горьковатый дым Лилит и запустила пятерню в волосы, взъерошивая короткие каштановые пряди. — Атмосфера Ада, сама понимаешь… Здесь дети быстро привыкают ко многому — крики грешников и их наказания, климат, опять же, не самый благополучный. Самые старшие рано познавали ужасы войны — в те времена конфликт с Небесами был практически перманентным, Школу, в которой тебе довелось учиться, ещё не создали… Многие сбегали воевать ещё в том возрасте, который у людей принято считать подростковым, и возвращались живыми далеко не все, — потёрла она переносицу. — А младшенькие, дети поздней эпохи, пожинали все плоды изобильной послевоенной жизни. Со всеми вытекающими из этого последствиями. Это ты как раз вполне можешь представить, ведь с одним из моих милых деток ты довольно хорошо знакома, — демоница покрутила массивный серебряный перстень на пальце и посмотрела мне прямо в глаза. — Люц никогда не отличался покладистым нравом.       — О, — только и смогла выговорить я. Атмосфера из приятной и расслабленной сразу же стала какой-то напряжённой. Или напряжённой стала я, потому что Лилит вела себя абсолютно также; но, приметив, как мои пальцы с силой сжали чашку, она приподняла брови в изумлении. Несколько секунд она, сощурившись, смотрела на меня, пытаясь понять причину моего состояния, а потом вдруг мелодично рассмеялась, прикрыв глаза ладонью. Либо она была чертовски проницательна, либо краска, стремительно прилившая к моему лицу, выдавала меня с потрохами.       — Не-ет, не переживай. Я пригласила тебя не для того, чтобы говорить о Люцифере, — утерев выступившие в уголках глаз слезинки — и как только леди умудряются делать это, не размазав тушь по всему лицу — она расслабленно откинулась на спинку кресла, сползая по ней ещё ниже. Зажав зубами мундштук, она продолжила чуть менее разборчиво. — Он уже большой мальчик, и, в любом случае — аборт делать уже поздно. Так что он вполне сможет самостоятельно разобраться со своей личной жизнью, — сделала она акцент на последних словах.       — Мы с ним не…       — Милая Вики… — небрежным движением стряхнув пепел, продолжила Лилит. — Я, как ты уже успела понять, не одобряю этот ужасно несправедливый Закон, и сожалею, что никак не могла повлиять на его принятие. Моя скромная вечеринка — лучшее тому доказательство.       — Скромная?.. — подавилась я кофе, да так, что он чуть не пошёл носом. — Я нисколечко не ханжа, но… Это было довольно откровенно.       — Ох, моя милая, — хлопнула в ладоши Лилит. — Нам бы с тобой встретиться во времена Древней Греции! Какие тогда были Дионисии! Шепфа, что только не придумают люди, чтобы объяснить простое и вполне понятное плотское влечение. Помнится, мы с Цирцеей, очаровательной супругой не менее очаровательного Мамона, устроили знатное… пиршество. Если ты понимаешь, о чём я, — подмигнула она мне.       Я не то чтобы понимала, но догадывалась. В общих чертах. Если совокупляющиеся по углам в самых невероятных позах бессмертные — это скромная вечеринка, то что же тогда нескромная? А вообще, к чёрту. Не хочу знать. Или хочу, но уточнять всё же не стоит.       — Словом, голова после него даже у бессмертных гудела ещё месяц. Не говоря уже о прочих частях тела… — на лице демоницы появилась блаженная улыбка, какая бывает только тогда, когда человек придаётся самым сладким, самым приятным воспоминаниям. — Славные были деньки, да… Но я отклонилась от темы. Меня совершенно не касается, есть ли что-то между тобой и моим сыном. Это исключительно ваше дело, — она вновь пригубила кофе, затянулась сигаретой и насмешливо прищурилась. — Хотя, признаться, я была бы не удивлена, если бы ты не устояла перед обаянием Люца. В конце концов, сукин сын — довольно иронично так говорить о собственном порождении, но из песни слов не выкинешь — чертовски привлекателен, что не удивительно с такими-то генами… — она вновь коротко рассмеялась, и, по-озорному закусив губу, мягко выдохнула дым колечками.       — Теперь я понимаю, в кого Люцифер такой… интригующий, — отстранённо ответила я, обводя подушечками пальцев ободок чашки. Фамильное сходство не бросалось в глаза на первый взгляд, но отчетливо ощущалось в манерах, наклоне головы, интонациях и привычке смотреть прямо на собеседника, практически не моргая. От этого возникало ощущение, что тебя сканируют, как на МРТ, только подсвечиваются не внутренние органы, а твои скрытые мысли, намерения и чувства.       — О, дорогая! — женщина вскинула брови. — Ты просто ещё не имела чести познакомиться с моим супругом. Но, думаю, однажды у тебя вполне может появиться такой шанс.       По спине пробежал неприятный холодок. Не думаю, что я так уж жаждала встречи с Сатаной. Хотя может статься, что не так страшен чёрт, как его малюют… По крайней мере пока ни один встреченный мной демон не вызывал у меня неприятных ощущений или ужаса.       — Прошу прощения за мою бестактность… Я думала, что Люцифер ваш единственный ребёнок. И в Школе его все называют наследником Сатаны… Неужели, все ваши дети?..       — Нет-нет, Вики, всё в порядке. Не стоит извиняться, — она доверительно протянула ко мне руки. — Да, многие из моих детей пали в бесконечных конфликтах, как верно и то, что Люц — наш единственный ребёнок с Сатаной. Всё просто — другие дети не от него.       — Оу… — снова покраснела я. Я уже пожалела, что задала этот неловкий вопрос и встала на скользкую дорожку чужих откровений. Воистину, любопытство однажды не доведёт меня до добра. С другой стороны — терять-то уже нечего, да?.. — А как же ваш брак?       — Я больше предпочитаю определение «партнёрство», — Лилит махнула уже почти дотлевшей до основания сигаретой и неаккуратно затушила её об пепельницу. От последней потянулась тонкая струйка дыма. — Мы с Самаэлем — ты ведь знаешь, что Сатана скорее титул, нежели имя, — доверяем друг другу достаточно и всегда имели довольно прогрессивные даже по нынешним понятиям взгляды, чтобы выдержать свободные отношения. Да и на пороге войны давать этим святошам козырь в виде ребёнка главного из бунтовщиков… Сама понимаешь.       — Я думала, что Сатана не из тех, кто любит делиться.       — Нельзя распоряжаться тем, чем ты не обладаешь, Вики. А я вполне самодостаточна и нахожусь с Самаэлем исключительно по собственной воле, а не по каким-то там древним заветам или договорам. Он, поверь, прекрасно об этом осведомлён; более того, такое положение вещей его полностью устраивает. За прошедшие годы я стала для него больше, чем просто супруга… Другом, верным соратником, поддержкой, не лишённой своего мнения, не боящейся спорить с ним, когда считает нужным. И я его доверие ни разу не предавала. И как бы я могла? Я шла с ним рука об руку с самого Раскола — и не потому, что потеряла голову от страсти. И уж точно не из-за предательства Адама: эта версия вообще смехотворна, мы никогда не выходили с ним за рамки дружеских отношений. А что знают обо мне люди? «Лилит, убийца младенцев». Сейчас бы считать, что женщина не имеет права решать, что делать со своим телом, — поджала губы Лилит. — Еве тоже неслабо досталось — как же, уговорила муженька откушать яблочка и лишила всё человечество шанса на безбедную жизнь в Раю. Как будто Адам телок несмышлёный и сам не понимал, на что идёт.       Было заметно, что Лилит не в восторге от «официальной» версии давних событий. Когда она заговорила о Расколе — если я правильно поняла, под ним подразумевается восстание Сатаны против Небес и все последовавшие за этим события, — в тоне её голоса стали едва уловимо прослеживаться стальные и презрительные ноты. Но коль скоро она выбрала меня в свои конфидентки, кто я такая, чтобы отказываться этого?       — А почему тогда вам прислуживает именно он? Это же он, тот самый Адам?       — Да, как ты и сказала, это тот самый Адам. И да, после окончания его земной жизни он стал моим вечным слугой, но лишь потому, что сам выбрал такой способ искупления вины. Скажем так, однажды он был на распутье, и выбрал не ту сторону. О чём и пожалел впоследствии — всё же, дураком он никогда не был, всего лишь наивным идеалистом.       — Кажется, я слегка запуталась, — я угрюмо потёрла глаза; голова начала закипать — то ли от избытка новой информации, то ли от усталости, то ли от всего и сразу.       — Это не удивительно… Чтобы помочь разобраться, мне придётся устроить тебе краткий экскурс в историю. Да на самом деле всё не так уж и сложно, просто общепринятая версия несколько… как бы выразиться помягче… приукрашена, — на лице у демоницы заходили желваки от негодования. — Что поделать — правда обычно бывает невыгодна ни одной из сторон, но… Времена меняются… — пробормотала демоница, колеблясь, но потом всё же приняла решение и продолжила. — К сожалению или к счастью, современная земная наука просто не может объяснить многого, поэтому для тебя, ещё недавно бывшей человеком, принять все эти нематериальные концепции довольно трудно. Вот смотри, — Лилит раскрыла ежедневник на развороте и, пошарив немного среди нагромождения бумаг и свитков, выудила откуда-то серебряную перьевую ручку. — Нет, не так… Здесь не разобраться без чего-то покрепче… Ах, обожаю метаболизм бессмертных, — она развернулась и сдвинула украшавшую стену старинную карту Земли, за которой обнаружился вполне достойный мини-бар.       Вот тебе и необычный элемент декора.       Передо мной оказались два стеклянных бокала, в которые демоница кинула по паре кубиков льда. Достав из бара бутылку, Лилит открутила пробку и помахала ладонью перед горлышком, чтобы почувствовать аромат напитка. Судя по всему, она осталась крайне удовлетворена её содержимым, потому что кивнула куда-то в пустоту и плеснула янтарную жидкость в стаканы примерно на два пальца. Потом призадумалась на минуту, взвешивая все «за» и «против», и налила себе ещё столько же.       — Теперь можно и приступать, — сделав глоток, она прикурила сигарету и подтянула ежедневник ближе, располагая его между нами. — Что тебе известно об устройстве мира?       Я пожала плечами. Так ли это важно?.. Всё равно с высокой долей вероятности все мои знания ошибочны.       Лилит махнула рукой и начертила на бумаге аккуратный овал.       — Вот представь, что это Вселенная. Для удобства я буду звать её материальным миром: он подчиняется своим законам, которые можно исследовать, измерить и упорядочить. А есть наш мир, который в эту картину не укладывается, — она нарисовала произвольную фигуру поверх круга, — нематериальный. Кто-то описывал его, как трёхслойную структуру, где Небеса находятся сверху, посередине — Земля, а снизу — Ад. Отголоски этого мы до сих пор используем в нашей повседневной речи: вспомни только, как часто мы говорим, что «спускаемся» в Ад, хотя на самом деле водоворот просто переносит нас в другую точку пространства, не всегда расположенную ниже. Например, наш замок, — она обвела руками кабинет, прежде чем сделала глоток из своего стакана, — находится на горе и расположен даже выше, чем ваша Школа. Понимаешь, к чему я веду? Нематериальный мир не имеет линейной структуры; он скорее, окутывает мир материи, пронзает его, но на самом деле не имеет физических точек соприкосновения с ним. Связь между ними осуществляется только через водовороты, кротовые норы, позволяющие нам перемещаться туда и обратно.       — Почему мне это напоминает биврёст? — ага, только Хеймдалля не хватает. Вместо него у нас есть Геральд, готовый открутить голову всякому ученику, открывшему водоворот не ради задания. Хорошо, что все уже давно научились обходить эти запреты. То, что на самом деле водовороты не отслеживаются, мне сообщили довольные Мими, Ади и Сэми ещё на третий день моего пребывания в Школе. Единственное ограничение — водовороты практически никогда нельзя открыть в помещениях, как, например, в этом замке — так работает защита этих мест, древняя магия, вплетённая в кладку стен. Сюда беспрепятственно перемещаться только доверенные существа, вроде Адама, если я всё верно поняла, или их обитатели; в Школе же, занимающей нейтральное положение между Адом и Небесами, и вовсе никому не дано было вызвать водоворот.       — Потому что это он и есть, — одобрительно закивала Лилит. — Потому что все земные культуры так или иначе основываются на культуре Крылатых. Для того нас тогда сюда и позвали… Меня, Еву и Адама, — в числе прочих, разумеется. Мы не были уникальными, но были первыми. Просто одна из первобытных общин, избранных Крылатыми, чтобы нести слово Шепфа людям, — она нарисовала три маленькие бескрылые фигурки. — Они обучили нас речи и письменности — вначале примитивным, но достаточным для того, чтобы потом развиться в современные людские языки. Ты пей, не стесняйся, — указала она кончиком сигареты на мой непочатый бокал. — Мы должны были стать своего рода проводниками, помочь человечеству освоиться в недружелюбном материальном мире. Так и случилось, в конечном счёте… Просто не без… скажем так, нюансов.       — Иронично: по нашим религиозным учениям Адама и Еву изгнали за плод с древа познания, а по вашему рассказу выходит, что вас пригласили именно для познания. И уж точно я окончательно перестала понимать, почему во время Турнира нужно убить змея, если никакого грехопадения по сути-то и не было.       Лилит облегчённо откинулась на спинку кресла и с видимым наслаждением выпустила струйку сигаретного дыма.       — Я в тебе не ошиблась, Вики, — она поводила плечами, точно стряхивая с них скопившееся напряжение. — Потому что всё пошло не так, как задумывалось, и всем нужна была удобная легенда. Нет, поначалу всё было прекрасно — обучение, философские беседы. Способности Крылатых поражали: умения читать мысли, концентрировать и направлять силу… И полёты. О, да, не удивляйся. Даже древние люди грезили о небесах и завидовали птицам. Но особенно подкупало то, что Крылатые относились к нам не как к низшим существам, а, скорее, как к младшим братьям, о которых заботятся и всячески опекают. Тогда-то я и сблизилась с Самаэлем… — Лилит откинула голову назад и прикрыла глаза. — И со временем стала понимать, что не всё так уж и безоблачно. И что среди Крылатых уже зрели идеи о собственном превосходстве над нами, смертными. Якобы, Шепфа не просто так создал людей слабыми… И мы должны подчиняться. Слепо следовать за тем, что говорят Крылатые, жить так, как они хотят, как они позволят нам жить. Стать рабами без права на самостоятельный выбор, иначе — Небытие. И Самаэль восстал, как и часть его собратьев.       — И вы стали на его сторону?       — Да, — просто ответила Лилит. — Я и малая горстка тех людей, кого призвали из материального мира. Те, кто не купился на речи Михаила, одного из старших Крылатых, о том, что все их действия направлены на достижение большего блага для людей. Большее благо, — фыркнула женщина. — Скорей уж, большее или меньшее зло, но называть вещи своими именами никому не нравится. Благом в той истории и не пахло, как и заботой о людях.       — Михаил?.. Это тот, который архангел?.. — цензурные слова у меня стремительно подходили к концу. Это какой-то Пиздец, с большой буквы «П».       — О, ну все эти титулы и чины появились уже сильно позже, — отмахнулась рукой демоница, точно от чего-то несущественного. — Уже после войны, вроде как. О-о-о, узнаю этот взгляд. Сейчас ты наверняка думаешь, что я как эдакий адвокат Дьявола пытаюсь убедить тебя встать на нашу сторону… Но ты не настолько глупа и ведома, так что не стоило бы и пытаться. Нет, я не стремлюсь перевернуть твоё мировоззрение и обличить всех, кто сражался на стороне Михаила, или обелить сторонников Самаэля. Он же не просто так Сатана, в конце-то концов! — хлопнула себя по коленкам Лилит. — Разумеется, дело было не только в свободе людей. Михаил концентрировал в своих руках слишком большое количество власти… Во имя заветов Шепфа, разумеется, хотя никто из живущих тогда уже не мог похвастаться тем, что видел его лично. Никто, разумеется, кроме самого Михаила как первородного создания. Хотя я бы не стала полагаться на его честное слово. Политика — всегда политика, — скривилась женщина, и я поёжилась от исходящей от неё волны неприязни. — Адам же поверил в его россказни, несмотря на все мои попытки доказать ему, что их тащат в загон, как овец. И Ева поверила, хоть и со скрипом. Она первая в итоге и отреклась от их взглядов, когда поняла, на что они пытаются обречь человеческий род. За что и поплатилась репутацией в глазах своих же соплеменников. Правда, было уже поздно.       — Но ведь в итоге люди же не лишены свободы воли… — задумчиво протянула я. — Да и сейчас уже приверженцев религиозных догматов стало намного меньше, а те, что остались, не так чисты и непорочны, как это подразумевалось в их же учениях.       — А это, милая моя Вики, и есть результат того, за что проливали кровь Самаэль и его сторонники, — запрокинув голову, она влила в себя остатки виски. — Раскол среди Крылатых привёл к разделу сфер влияния. Теперь, после наступления физической смерти у души есть выбор, куда продолжить путь: на Небеса, в Ад или… переродиться в нечто совершенно иное, — Лилит недвусмысленно посмотрела на меня, — поступив на обучение. Да, для части душ процесс проходит автоматически, если можно так выразиться: отпетые негодяи отправляются сразу в Преисподнюю, в то время как для истинно добродетельных людей открываются врата Рая. Но таких идеально «тёмных» или «светлых» душ всегда намного меньше, чем тех, кто жил самой обыкновенной жизнью.       — И из-за этого и возник весь сыр-бор? Не могли отделить грешников от праведников и устроили братоубийственную войну? Звучит как-то неправдоподобно, — прикончила я свою порцию напитка вслед за демоницей.       — Думаешь, фразу «Люди — это новая нефть» придумали сами люди? — засмеялась Лилит. — Крылатые, конечно, не нуждаются в углеводородах или иных видах ископаемого топлива, но и им необходимо откуда-то черпать силы. А человеческая душа представляет собой неиссякаемый источник энергии, и, примыкая к той или иной стороне, способна усилить последнюю. Если не физически, пополнив ряды ангелов или демонов, то энергетически. А кто сильнее — того и правда, ведь так?.. Apocalyptica — Seemann (feat. Nina Hagen)       — Да уж, такого нам в университете не рассказывали… Да и здесь, на уроках истории — нам просто представили как данность, что…       — Слышала выражение — «историю пишут победители»? Даже здесь, в Библиотеках обоих отделений не получится найти источники, которые рассказывали о событиях Эры Раскола с достаточным уровнем достоверности; что уж и говорить о земных? Деление мира на чёрное и белое, на абсолютных героев и злодеев — один из самых гениальных ходов, когда-либо придуманных Крылатыми. И работает как на тех, кого сейчас принято называть ангелами и демонами, так и на людей там, внизу. Идеальный механизм управления, миф, сросшийся с реальностью настолько плотно, что уже перестал быть от неё отделим.       — Вы с таким пренебрежением говорите о них… Презрительно называете «Крылатыми», но ведь у вас тоже есть крылья, как и у всех, даже Непризнанных. Неужели за многие годы вы так и не стали считать их своими? — многократно повторённое слово сильно резало слух, как и сквозившие в нём эмоции демоницы.       — Своими? — озадаченно переспросила демоница, и задумчиво погладила подбородок. — Не думаю, что могла бы забыть о тех временах, когда я была человеком. Да, я знаю, это идёт вразрез с тем, что вам говорят в Школе, вынуждая выбрать сторону, — ответила она на мой невысказанный вопрос. — Дело тут не в наличии или отсутствии крыльев, хотя способность парить над землёй сама по себе невероятна… Но вот образ мыслей, тот опыт, который мы переживаем, будучи смертными, даже сама смерть как событие… Запрятать это глубоко внутри, стараясь лишний раз не бередить раны, не обращаться к нему годами, веками, тысячелетиями, но не искоренить полностью. Нет, вряд ли хоть кто-то из тех, кто ранее был человеком, может полностью ассимилироваться и стать стопроцентным ангелом или демоном. Что же касается терминологии… Нет, это не то, о чём стоило бы говорить сейчас. Думаю, что я уже достаточно утомила тебя сегодня, — произнесла Лилит и обворожительно улыбнулась, подводя черту под этим разговором.       — Нет, нисколько, — вежливо ответила я, хотя мои глаза уже начали слипаться, что точно не укрылось от Лилит. — Это было безумно увлекательно, но меня не покидает мысль, что вы пригласили меня не ради простой светской беседы или исторического экскурса.       — Вики, Вики, Вики, — взгляд магнетических глаз Лилит моментально стал серьёзнее. — Светские разговоры, особенно здесь, никогда не бывают «просто так», — ногти демоницы побарабанили по поверхности стола. — А сейчас это более чем актуально. В такие времена, знаешь ли, полезно поддерживать даже самые неожиданные знакомства. А ты за короткий промежуток своего пребывания в Школе успела зарекомендовать себя как человека сообразительного.       — При всём уважении, но я не сделала ровным счётом ничего, что могло бы навести вас на такие мысли, — поморщилась я от этой, бесспорно лестной, но совершенно неправдоподобной характеристики. И она назвала меня человеком?       — Тебе нужно избавляться от этого, — нахмурилась и скептически отметила Лилит, — этот комплекс самозванца. От него одни проблемы. Когда ты начинаешь верить в себя и свои силы, ты заковываешь свою душу в броню, которую не смогут пробить другие. Уж поверь мне, я знаю, о чём говорю, — в голосе демоницы появилась покровительственная интонация, но, как ни странно, в этой ситуации меня это не отталкивало. Всё же, Лилит была одним из немногих созданий, действительно имевших на это право, с учётом того, через что ей довелось пройти. — Как бы это смешно не звучало, я говорю об академической успеваемости и успехах при вылазках на Землю. Да-да, Вики. Мы наблюдаем за тем, как Непризнанные справляются в Школе. Твой подход к выполнению заданий мне более чем импонирует. Эта гибкость ума… Полезное и, как ни прискорбно, столь редкое здесь качество.       — Мне казалось, здесь от этого больше проблем, чем пользы, — пожала я плечами. — И… раз уж вы… присматриваете за нашей учёбой, — откашлялась я и со всей возможной тактичностью постаралась избежать слова «слежка»; по чуть дрогнувшему уголку губ моей собеседницы стало понятно, что подтекст она заметила, — то знаете, что я одна из немногих на курсе, не проявивших никаких способностей.       — Да, этот момент от меня не укрылся, — задумчиво кивнула женщина, — как не укрылось и то, что ты вполне можешь компенсировать это трудолюбием и целеустремлённостью. Мало кто из учащихся наведывается в Библиотеки обоих факультетов так часто, как это делаешь ты. Рискну предположить, что этим ты пошла в свою достопочтенную матушку.       — Этим, как вы выразились, я пошла в то, что не хочу оказаться в Небытие как непригодная для чего-то более значимого, — процедила я сквозь зубы и вскочила с кресла, моментально проснувшись. Лёгкая алкогольная дымка тоже испарилась, будто бы её и не было. Похоже, тень Серафима Ребекки будет преследовать меня до скончания веков. А я то уж раскатала губу, что хотя бы Лилит видит во мне меня.       — Именно! — ничуть не обескураженная этим грубым выпадом Лилит поднялась вслед за мной и подошла ближе. — Вот видишь, стоило вывести тебя на эмоции, как ты сразу начала оценивать себя чуть более трезво. Прости, что надавила на болевую точку, — демоница прислонилась к столу, поняв, что я не собираюсь выбегать из кабинета, и понимающе погладила меня по предплечью. — Не любишь, когда тебя сравнивают с матерью?       — Что, не вяжется с образом примерной дочери? — усмехнулась я и скрестила руки на груди. — Увы, я не знаю свою мать. Она умерла до того, как я успела с ней познакомиться. Что же касается Серафима Ребекки… — выдохнула я, стараясь подобрать верные слова. — Мне ещё не удалось пообщаться с ней, и я не уверена, что хочу этого. А вы знакомы?       — Так, встречались. Имели пару… светских бесед, — многозначительно протянула Лилит. — Преинтереснейшая женщина, должна я заметить. Досадно, что и она, и Винчесто оказались в этой ситуации.       — Досадно? Советник Рондент рвал и метал после оглашения приговора, и клялся, что Сатана не оставит этого просто так. А вы сейчас так спокойно говорите об этом, и даже будто бы расстроены.       — Потому что мне действительно жаль их, — с огорчением в голосе ответила Лилит и нервно сцепила пальцы в замок. — Особенно Адмирона, которому уготована незавидная участь разменной монеты в противостоянии Ада и Небес. Кто-то осознанно и методично выводит обе стороны на открытую конфронтацию, отвлекая внимание от чего-то более важного.       — Например, от слухов о Мальбонте?       — Мальбонте… — протянула демоница, потирая виски и морщась, точно от боли. — Милый мальчик. Внимательный, любознательный, наивный. Я была знакома с его родителями, — пояснила она. — И видела его ещё совсем малюткой… Даже тогда он умел делать удивительные вещи. Они прятались на Земле, в полузаброшенной деревеньке в горах. Там они могли не привлекать лишнего внимания Небес и Ада… Всё же, они были весьма выдающимися представителями Крылатых, и могли обеспечить и себе, и сыну достойную защиту… Жаль, что в итоге им это не помогло. Однажды этот мальчик, которой только-только научился стоять на ногах, заставил вырасти и распуститься крокусы — знаешь, такие маленькие фиолетовые цветки — прямо посреди заснеженной пустоши. Его мать, Анабель, очень их любила. А он хотел, чтобы мама улыбнулась. Такой милый, спонтанный порыв ещё неконтролируемой энергии…       — Но… Как же?.. Вы общались с ними даже после того, как они начали скрываться? Ведь к их уничтожению приложил руку ваш супруг…       — Я смотрю, ты уже достаточно осведомлена о произошедшем. Сдаётся мне, кое-кто очень любит влезать в неприятности и узнавать то, что ей, вроде как, знать не положено, — Лилит с усмешкой протянула руку и легонько щёлкнула меня по носу; от такого выражения негодования, неожиданного от этой элегантной дамы, я опешила. — Мы же уже обсуждали это, Вики. Прости за каламбур, но без него, видимо, никак. Муж и жена — не одна Сатана, тем более в нашем случае. Я не разделяю взглядов Самаэля на Неприкосновение и считаю, что для того, чтобы лезть в постель к кому бы то ни было, должна быть более веская причина, чем нежелание разбираться с последствиями таких союзов. А лучше вообще туда не соваться! — внезапно вспыхнула женщина. — И чего они добились своими радикальными мерами?! Превратили невинное дитя если не в непримиримого врага Ада и Небес, то как минимум в символ сопротивления действующим порядкам! И теперь кто-то убивает бессмертных, а хрупкое равновесие готово вот-вот обернуться хаосом и войной…       — И война эта явно играет кому-то на руку… — хмыкнула я.       — Думаю, тебе уже пора. Ну и засиделись мы с тобой, однако… Давно у меня не было здесь таких приятных собеседников, — моментально свернула с опасной темы Лилит, вставая со своего места. — А по поводу твоих слов… Война всегда кому-то играет на руку, Вики. Хаос — это лестница, — ехидно завершила свою мысль демоница.       — Кажется, я слышала эту фразу в одном популярном на Земле сериале… — удивляться осведомлённости этой женщины о современной массовой культуре, пожалуй, было бессмысленно.       — Я тоже его смотрела. Правда, они жутко напортачили с финальным сезоном? — рассмеялась Лилит уже в дверях, проводив меня к выходу. — Уверена, что даже если события и не противоречили исходной задумке автора, его окончание истории было в разы интересней. Но как же долго он пишет продолжение, чёрт возьми! К счастью, у меня есть преимущество, как у хозяйки Ада — даже если он не успеет дописать последнюю книгу при жизни, я всегда смогу найти его и заставить-таки закончить рукопись, — уже откровенно развеселилась женщина. — Если тебе интересно, я могла бы прислать тебе копию. Попросить Адама вернуть тебя в Школу?       — О, я была бы очень вам благодарна. Если можно, я бы хотела вернуться в Библиотеку Ада: у меня осталось там… небольшое дело, — рада, что наша беседа завершилась на такой приятной ноте. Лилит удалось поднять мне настроение перед грядущей встречей с её милейшим сыночком, которая напрочь выпала у меня из головы за разговором. Сколько сейчас времени? Наверняка уже близится рассвет.       — Что ж… Адам! — мрачный слуга демоницы возник за дверью, точно всё время только и ждал команды. — Верни нашу гостью в Библиотеку. И, Вики… — обратилась она ко мне с таким выражением лица, будто точно знала, куда, а вернее, к кому я направляюсь. — Была очень рада пообщаться. Не засиживайся там дольше необходимого.       Вот и думай теперь: умеет ли Лилит читать мысли, или я, как обычно, воспринимаю невинные реплики на свой счёт?

***

      Адам вернул меня не в читальный зал, а в дальнюю секцию Библиотеки, сплошь забитую книгами по прикладной демонологии — что бы это ни значило — и предпочёл сразу же ретироваться, не тратя времени на пустые расшаркивания. Чудненько. Вопреки ожиданиям, до рассвета было ещё не скоро: факелы светили через один, как бывает только глубокой ночью, когда в Библиотеке нет избытка посетителей. Надеяться на то, что Люцифер меня дождался, было довольно глупо, и я уже было решила забить и отправиться в тёплую постель, чтобы устроиться под уютным одеялом и забыться сном, желательно без всяких сновидений — занятия с утра никто не отменял, так ещё и перед ними меня будет ждать Дино для очередной тренировки. Но уже приближаясь к выходу, я решила всё-таки заглянуть на минутку в читальный зал: хотелось обзавестись неплохим аргументом на случай, если демон решит попрекать меня за то, что я не явилась на встречу — мог бы хоть разок и засунуть свою гордость себе же в задницу и поступить нормально, коль скоро он так безумно по мне соскучился.       В зал я ворвалась на всех парах, окрылённая желанием поскорее убедиться в том, что Люцифера там нет, и с чистой совестью вернуться к себе в комнату. И, разумеется, не заметила маленький выступающий порожек, который, вообще говоря, всегда угрожал поспособствовать моей встрече с полом. Что в итоге и произошло: больно ударившись всеми пальцами — Шепфа, мой многострадальный мизинчик, — я со всей дури шмякнулась на каменную кладку, нелепо распластавшись с раскинутыми по сторонам руками и ногами, и разразилась отборной непечатной бранью.       — А ты, оказывается, мастер эффектных появлений, — в ночной тишине насмешливый голос демона эхом разнёсся по всему залу, отражаясь от сводчатых стен. — Фу, Уокер. Такие выражения из уст леди… Полнейший моветон.       Люцифер восседал в самом дальнем и тёмном углу, вальяжно закинув ногу на ногу. Заметив меня, он даже не поднял головы от толстенной книги, только сильнее сжал её в руках.       — Повезло, что я не леди, — кряхтя и неловко отряхиваясь, я поднялась с пола. Колени и локти нещадно саднило: хвалёная регенерация бессмертных действовала слишком медленно, позволяя мне в полной мере насладиться всеми оттенками боли от падения. — Так ты всё-таки здесь, — констатировала я очевидный факт.       — Как и последние три часа, — демон лениво перелистнул страницу. — Понятие «пунктуальности» тебе, как истинной не-леди, похоже, также не знакомо.       Несмотря на кажущееся спокойствие, он был явно недоволен опозданием, как и тем, что всё это время ждал моего появления, как верный и послушный пёсик. Интересно, если я назову его «Дружок» он меня придушит, или всё же испепелит? Думается, лучше этого не проверять. Ему и так, кажется, не очень удобно сидится, учитывая, что непомерно раздутое эго отправилось по озвученному ранее маршруту.       — Но ты всё же дождался, — победно ухмыльнулась я, замирая в паре шагов от него со скрещенными у груди руками.       — Но я всё же дождался, — уязвлённый демон с досадой захлопнул томик, и, всё так же показательно игнорируя меня, положил книгу на стол обложкой вниз.       Жаль. Было интересно, за чем таким интересным коротает вечерок наш грозный Люцифер. Хотя это почти наверняка какая-то занудная демоническая чушь.       — Ну мы же не обсуждали временные рамки, Люц. Ты просто сказал «сегодня ночью», а это понятие довольно растяжимое. Не хотел бы сидеть здесь, мог бы сказать что-то более конкретное, вроде «на рассвете», или «как только стемнеет», — иронично бросила я, стараясь избежать вопросов о том, где, собственно, я шлялась столько времени. Пусть лучше думает, что я включила режим доминирующей сучки, чем узнает, что я мило беседовала с его мамой. Сдаётся мне, он был бы не в восторге от такого поворота событий. — Ты ведь не думал, что я радостно прискачу сюда с первыми лучами заходящего солнца ради долгожданной встречи с тобой?       — Да уж, на такой подарок с твоей стороны я и не рассчитывал, — губы демона тронула едва уловимая улыбка, как будто бы его обрадовали мои слова. Слишком уж спокойно он реагирует на уязвляющие самолюбие подколы, которые раньше с большой долей вероятности вывели бы его из себя. Не иначе Люцифера и правда похитили инопланетяне, и либо подменили копией сомнительного качества, либо провели оригинальной версии пресловутое зондирование, превращающее даже самых безнадёжных мерзавцев в мягких покладистых котиков.       — А на что тогда ты рассчитывал?       — Мысль о том, что я просто хотел тебя увидеть, не укладывается в твоей светлой головушке? — о, он всё-таки соизволил поднять на меня глаза. Лучше бы этого не делал. Радужка совсем потемнела и казалась практически непроницаемо чёрной; внутренний огонь демона будто резонировал со всполохами пламени факелов, отражавшихся в глазах и гипнотизировавших меня своими безумными плясками.       Кажется, я забыла, что нужно сделать вдох, и так и замерла, нелепо вытаращившись на него. Между тем, Люцифер уже успел подняться со своего кресла и подойти ближе, вынуждая меня задрать голову вверх, пока я была не в силах разорвать зрительный контакт.       — Что в словах «я по тебе скучал» показалось тебе столь аномальным?       — Зачем ты говоришь это? — севшим голосом пробормотала я, постепенно сбрасывая с себя оцепенение. — Ты ведь Люцифер. Ты ничего не делаешь «просто так».       — Ну, я всё-таки дьявол, Уокер, — широко улыбнулся Люцифер. — Моя работа — искушать. Мне захотелось увидеть тебя наяву и во плоти — и я сделал всё, чтобы эта встреча состоялась. Ночью, в пустынной Библиотеке, где рядом с тобой не будут ошиваться друзья, где нет бдительного ока преподавателей — старый смотритель не в счёт, ему и дела нет до того, кто околачивается здесь — лишь бы не портили книги. Наедине. Только ты и я.       Он всё приближался, осторожно, чтобы не спугнуть, сокращая между нами расстояние; и на каждый его плавный шаг вперёд я симметрично пятилась назад, пока не упёрлась в предательский край стола. Чёрт! Позволила отвлечь себя тихими проникновенными речами и лишилась пути для отступления или какого-либо манёвра. Теперь я чувствовала себя маленьким зверьком, загнанным в ловушку, и мне нечего было противопоставить этому неустанно подкрадывающемуся хищнику.       А нечего ли? Или я так успокаиваю свою совесть?       — Ты не понял. Зачем тебе всё это? Почему тебе так важно подавить меня? Неужели вокруг так мало девушек? Я в жизни в это не поверю, Люци, — чувствуя дрожь в коленях, я собрала последние крупицы самообладания и с силой вцепилась в край столешницы — лишь бы удержаться на ногах.       — Они не ты.       Вот так просто? «Они не я». Да что это вообще значит? И тут уже точно ни при чём комплекс самозванца, упомянутый сегодня Лилит. Разве что Ади был прав и моим скрытым талантом является обольщение всех мудаков в радиусе нескольких километров.       — Да что во мне такого особенного? Зачем ты так старательно пытаешься утянуть меня на дно? — хотела ответить ему резко, а вместо этого последняя реплика прозвучала совсем уж как-то жалобно и истерично.       Теперь нас разделяло едва ли больше пары сантиметров. Я могла разглядеть каждую ресничку, каждую чёртову морщинку на его лице, каждую трещинку на его казавшихся обветренными губах. И запах… Его долбаный парфюм, казалось, проникал мне под кожу и в лёгкие, вытесняя весь доступный воздух, заменяя его собой.       — Ты сегодня снова снилась мне, Уокер, — свистящим полушёпотом-полувдохом протянул Люцифер. — Может, я и рад был бы выкинуть тебя из своей головы. Найти тот самый переключатель, нажав на который в голове не останется всех этих мыслей, связанных с тобой. Но ты как наркотик… Твоя кожа, — он протянул руку и легонько провёл тыльной стороной кисти по моей щеке. — Глаза… Блядские губы… — секундное замешательство, и его большой палец нежно касается моего рта.       Не могу отстраниться. Некуда.       Вру. Безбожно вру самой себе. Могу оттолкнуть, могу наорать, в очередной раз обозвать кретином, могу пнуть его коленом в пах в конце концов, но вместо этого предпочитаю не шевелиться и терпеливо сносить его прикосновения.       Они ведь мне всё ещё отвратительны, да?       — Но ведь бессмертные не могут…       — Видеть сны. Я в курсе, Непризнанная, — на этот раз в его словах нет и тени издёвки или усмешки. — И тем не менее я вижу тебя каждую чёртову ночь, и не могу перестать искать глазами днём. Как грёбаный сталкер, я наблюдаю за тобой исподтишка: как ты смеёшься, небрежно откидываешь волосы с лица, как летаешь со своим непризнанным полудурком, как внимательно слушаешь лекции и покусываешь кончик пера, когда отвлекаешься и думаешь о чём-то своём. Иногда я хочу залезть к тебе в голову, чтобы узнать твои мысли. Тешу себя призрачной надеждой, что, может, я также прочно обосновался там, как и ты в моём мозге, — он медленно огладил мои плечи и спустился ниже, обхватив мои запястья с несвойственной трепетной нежностью.       — Это уже совсем нездорово, Люц, — облизнула я пересохшие от напряжения губы. — Ты пробовал что-то с этим делать? То лекарство, что ты дал мне… Оно помогает. Я больше не вижу никаких снов; да и днём видения оставили меня в покое.       — Конечно же я пробовал, — тихо пробормотал он, наклоняясь ко мне ближе и почти касаясь своим носом моего. — Но эти сны… От них так трудно отказаться… Попробовав однажды, ты уже не сможешь остановиться. Разве что, претворить их в жизнь.       — А что я… Что мы делаем в твоих снах? — спросила я, уже понимая, что последует за этим.       — Могу показать, — демон слегка отстранился и, на секунду прикрыв глаза, вновь распахнул их, пропуская меня в свою голову. Rihanna — Disturbia       Это всё равно, что подглядывать за тем, как кто-то снимает порно. С той лишь разницей, что я видела всё не через видоискатель камеры, а глазами долбанного Люцифера.       Должно быть, мы находились в его личной спальне: разумеется, высокомерный говнюк не согласился бы делить комнату с кем бы то ни было. А почерк владельца считывался на раз-два в каждой мелочи, вроде наглухо закрытых винного цвета штор или резной восточной лампы, свет от которой расползался по стенам небольшими неровными пятнами. Демон полулежал на кровати, неотрывно наблюдая за женским силуэтом в самом неосвещённом углу комнаты, медленно освобождающимся от различных деталей одежды.       Это не было похоже на вульгарные танцы, которые в земных фильмах отчаянно пытались выдать за стриптиз, нет. Девушка двигалась плавно, с какой-то особенной кошачьей грацией, не стремясь специально выбить Люцифера из равновесия и распалить его желание, но естественным образом делая именно это. Она протянула руки за голову, вытаскивая из волос заколку, отчего они мягкими волнами опустились на плечи. От этого простого движения демон громко выдохнул и сжал в ладонях чёрную, явно дорогую простыню. Звук расстёгиваемой молнии — и девушка неторопливо спустила с плеч лямки узкого платья, а затем и вовсе стянула его с себя, обводя ладонями все изгибы тела. Повернувшись к демону боком, так, чтобы серые крылья не заслоняли демону обзор, девушка поставила ногу на подлокотник кресла и потянулась вниз к ремешку изящных туфель на высоком каблуке.       — Нет, — и без того бархатистый голос Люцифера звучал сейчас особенно низко и властно. — Хочу, чтобы сегодня ты осталась в них. Иди сюда, — поманил он девушку пальцами; та послушно встала и, наконец, вышла из полумрака. Свет упал на неё, мягко очерчивая черты лица и стройную фигуру.       Не может быть, чтобы это была я. Нет, нет, не-ет. Это не могу быть я. Я не выгляжу так раскованно, так утончённо и соблазнительно. И никогда не была такой притягательной. Нет.       Но это была именно я. И в этот самый момент я как раз устраивалась поудобней на бёдрах Люцифера, пока он по-хозяйски исследовал моё тело: оглаживал бока, чуть задерживаясь большими пальцами на рёбрах, и постепенно опуская ладони всё ниже и ниже к ягодицам. Пока, наконец, не сжал их и не притянул к себе плотнее, позволяя прочувствовать внутренней стороной бёдер свою эрекцию, одновременно с этим жадно выцеловывая выступающие косточки ключиц.       Это. Было. Очень. Горячо. Блядь.       — Нравится, Уокер? — Люцифер ухватил меня — ладно, альтернативную версию меня — за волосы на затылке, запрокидывая мою голову назад и подставляя тонкую шею под свои требовательные губы. С такого ракурса мне было видно, что от его прикосновений моя кожа покрывается мурашками.       — Да-а-а… — простонала я, прижимаясь к нему ещё теснее, волнообразно покачиваясь на его бёдрах, то и дело проводя по всё ещё скрытому под домашними штанами члену.       Эти двое упивались друг другом, взаимными ласками и поддразниваниями — то жёсткими на грани с яростным желанием обладания, то неожиданно нежными, почти любовными. Их движения завораживали, и здесь, в реальности, я почувствовала, как у меня перехватывает дыхание, а низ живота скручивает от разгорающегося вожделения.       Звонко шлёпнув девушку по ягодице, явно чуть больнее, чем нужно, потому что на ней остался бледно-красный отпечаток, он велел ей — мне — развернуться спиной. И я безропотно выполнила его требования, пока он сам торопливо приспустил штаны ниже, прямо вместе с бельём. Избавлением меня от остатков одежды, впрочем, он даже не утруждался; вместо этого просто оттянул в сторону каёмку трусов и рывком вошёл внутрь, не размениваясь на излишние нежности.       С тем самым сочным звуком, с которым плоть ударяется о плоть.       Я судорожно сглотнула слюну.       Отпустить контроль? Это не про Люцифера. Он сжал мои бёдра до побелевших костяшек пальцев и сразу же задал быстрый темп, резкими грубыми движениями насаживая на себя моё податливое тело. И я только помогала ему, ещё сильнее подаваясь назад и выгибаясь в пояснице, так сильно, как только могла, комкая подвернувшуюся под руки простыню. Я, настоящая я, видела его глазами, как его член то погружался в моё тело до основания, то выходил практически полностью, и всё повторялось снова, и снова, и снова на бешеной, неистовой скорости, которая отчего-то воспринималась мною как замедленная съёмка. А в момент, когда демон, даже не сбиваясь с ритма, проскользнул одной рукой вперёд, под чёрное ажурное бельё, и принялся ласкать клитор, умело и не просто со знанием дела, а со знанием моего тела, с моих губ слетел громкий протяжный стон.       Которому я тихо вторила, но уже наяву.       Носом Люцифер провёл дорожку между моих лопаток, на контрасте со рваными, животными рывками бёдер еле ощутимо касаясь в самом чувствительном месте у основания крыльев, отчего маленькие пёрышки начали трепетать, предвещая скорое наступление оргазма. Голову кружило от смеси запахов пота, сандала и табака, от противоречивых ласк демона, от осознания того, насколько реальным кажется происходящее. И эти надрывные, гортанные стоны, больше похожие на звериный рык, что исходили уже из горла самого Люцифера, едва балансирующего на грани оргазма, но всё ещё сдерживающего себя.       Дамы вперёд. Хоть где-то он ведёт себя по-джентльменски.       Разрядка прошибла моё тело молниеносно, распространяя пульсацию от клитора глубоко внутрь тела и вынуждая меня ещё сильнее обхватывать член Люцифера сокращающимися мышцами. От этого демон, и так державшийся из последних сил, выскользнул из моего тела и кончил мне на поясницу с шумным выдохом, залив спермой небольшие ямочки чуть ниже спины.       На этом моменте я прикрыла глаза, разрывая зрительный контакт и стараясь выровнять сбившееся дыхание. Думаю, он показал мне не самый откровенный сон из всех возможных, справедливо опасаясь вывести меня на эмоции; хотя и этого с лихвой хватило, чтобы ввергнуть меня в состояние диссонанса. Не каждый день, знаете ли, приходится видеть себя во время секса, которого на самом деле никогда не происходило. Но всё казалось настолько реальным, что меня даже начало легонько потряхивать, как будто я в действительности только что испытала этот чёртов фейерверк эмоций.       Люцифер молча ожидал, пока я приду в себя после увиденного, даже не пытаясь как-то подтолкнуть меня к скорейшему принятию факта наших воображаемых взаимоотношений.       — И… Это происходит каждую ночь?.. — всё ещё стараясь вернуть самообладание, я задала самый дурацкий вопрос из возможных.       — Да, — коротко ответил демон и, подчиняясь какому-то внутреннему порыву, прижался к моему лбу губами и сбивчиво, даже болезненно зашептал. — Теперь ты понимаешь, почему?.. Почему я не могу держаться от тебя на расстоянии? Потому что нет такой дистанции, на которой я был бы надёжно защищён от этих мыслей, снов, образов — подчеркни нужное. Или, вернее, я и сам уже не хочу останавливаться. Я принимаю условия этой игры.       — Какой ещё игры? — я сама потянулась к нему и принюхалась. Глифтом вроде не пахнет, хотя чёрт его знает, что эти демоны могут ещё употреблять; уверена, у них найдётся хотя бы один аналог «расширяющих сознание» веществ.       — Я не под кайфом, Непризнанная, — хмыкнул демон, от которого не укрылось моё замешательство. — Просто таковы наши отношения — вечное противостояние, борьба тела и интеллекта. Я нравлюсь тебе, ты нравишься мне. Не только как партнёры по сексу, Уокер, и даже не пытайся мне возразить, — он приложил к моим губам палец ровно в тот момент, когда я уже хотела возмутиться. — До этого момента ни один из нас не хотел в этом признаваться. Что ж, придётся мне пойти на этот шаг. Эта игра обладает особым шармом: доводить друг друга до ручки. Полное безумие.       — Рада, что ты это признал. Что ты сумасшедший, я имею в виду, а не ту чушь, которую ты пытаешься выдать за истину в первой инстанции.       — Чем больше ты упрямишься, тем сильнее подтверждаешь мои слова, — он отстранился и лёгонько подул на меня, убирая прядку с лица. — Я не буду торопить тебя, и просто стану наслаждаться процессом. Но не отрицай очевидного. Между нами определённо есть химия.       — Ага. И анатомия. Можно ещё физику припомнить. Чем, по-твоему, всё это закончится? В таких играх не бывает победителей, одно пепелище и руины на месте души.       — Не будь такой пессимистичной.       — А ты сам-то с чего вдруг подался в законченные оптимисты? — колко отметила я, отводя от него взгляд.       — С того, что теперь я чётко понимаю, чего хочу, — Люцифер приподнял моё лицо за подбородок, вынуждая вновь окунуться в свои чёртовы чёрные глаза. — А ты, Уокер? Ты понимаешь, чего по-настоящему хочешь?       Я хотела ответить ему очередной насмешливой фразочкой, но не смогла подобрать верных слов; вместо этого глупо захлопала глазами и так и замерла с приоткрытым ртом.       — Ты молчишь, потому что мои слова попали точно в цель, — усмехнулся Люцифер. — А сейчас я тебя поцелую, по-настоящему, а не во сне, и ты даже не попытаешься противиться этому.       Он не спрашивал. Просто констатировал факт. И потянулся к моим губам, медленно, нарочно позволяя мне остановить его, вырваться и убежать.       А я не стала убегать; вместо этого зарылась пальцами в его волосы, прижимая к себе плотнее и разрешая его яду отравить меня.       Пиздец. С большой буквы «П».
Примечания:
Пссс, котаны, не проходите мимо без обратной связи) Как вам такой поворотец сюжета, м? 😏
**Лайки, ждуны и отзывы — наше всё. Как Пушкин, только в век тик-тока и инстаграма)**

**Приходите поболтать в телегу http://t.me/skyis0ver, там спойлеры, всякие интересные факты, движ, общения, смех, улыбки, радость, бомбилово на превратности судьбы. Ну или в инсту https://www.instagram.com/amaredudd/ , там тоже всё по красоте)**

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Клуб Романтики: Секрет небес"

Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты