Боль

Слэш
NC-17
В процессе
22
автор
Размер:
планируется Мини, написано 22 страницы, 6 частей
Описание:
— Мы оба люди, Ксантар, — раздался приглушённый голос позади, и кожа мгновенно покрылась мурашками от нескромной близости. Мужчина любил подходить, прижиматься несильно, но ощутимо, задевать едва тёплым дыханием кромку уха, чтобы затем с удовольствием наблюдать, как моё напряжённое тело играет мышцами. Как сейчас. — Наша с тобой история длится уже несколько жизней, и я могу рассказать. Если ты готов поверить на слово.
Посвящение:
Моим наклонностям, конечно же. И Макси, моему горячему итальянцу, моей любимой блядине.
Примечания автора:
Экспериментальное.
Обложка от Кайлин Мэй: https://sun9-17.userapi.com/HHMguimNukXf-VCT9sOSQ74k8GHs-jWZH5vCTg/kK4CAqpHT9Y.jpg
Большое ей спасибо.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
22 Нравится 11 Отзывы 11 В сборник Скачать

Глава 6

Настройки текста
      Коньяк закончился очень быстро. Казалось бы, его просто так невозможно пить, но я опрокидывал одну рюмку за другой, пока не понял, что наливать больше нечего. Лиран вёл неспешный монолог, в паузах едва смачивал губы, и его рюмка, налитая первой, как только открыли бутылку, до сих пор не опустела.       …шестнадцатая жизнь…       Меня убивали пятнадцать раз. Пятнадцать самых разнообразных способов сломать Лирану психику, его невероятный внутренний стержень, который нигде не треснул и не согнулся — даже когда мы впервые увиделись в новой жизни, и я оказался далеко не хрупкой девушкой. Не той любимой охотницей, развеянной по ветру у него на глазах.       Изначально это был другой мир и вообще другое измерение. Средневековые города-крепости, близкие к описанным в фэнтези-историях, где люди и маги уживались на одной территории, работали и дружили. Только любить не могли: за межклассовые связи карали с особой жестокостью, потому что в прошлом полукровки натворили немало дерьма. Унаследованной магии недостаточно для учёбы в Академиях, но вполне хватало, чтобы лезть изо всех щелей где надо и не надо. Обуздать её без помощи мастеров — бесполезная затея, и сила рано или поздно становилась неуправляемым оружием. Она либо сжирала своего носителя изнутри, либо приносила массу разрушений и смертей, выплёскиваясь наружу.       Большинство погибли сами, не дожив и до двадцати лет, остальных со временем методично истребили верховные маги. Каждое продуманное убийство выставили нелепой случайностью, чтобы люди наглядно поняли, на чём основан запрет на межклассовые связи. Вынужденный запрет. Никто этого не хотел — во всяком случае до момента, пока сам народ не исказил смысл закона и не нашёл в нём причины для откровенного расизма.       Меня звали Ксантарра, и я — единственный выживший полукровка, ушедший за Рубеж. С другой стороны лишь бесконечная борьба с духами и существами, которых нельзя допустить в мир людей, но это лучше, чем быть убитым просто потому, что ты неполноценный маг.       Мы с Лираном впервые встретились, когда особо рьяная душа порвала магический барьер, и меня вместе с ней швырнуло прямо в болото. В ту же дыру толпой полезли другие бесплотные твари, и если бы не Лиран, я бы там и остался — трупом в мутной воде, по пояс опутанным тиной.       Мужчина был в тёмной рубашке с закатанными рукавами и в плотных брюках, заправленных в высокие сапоги. Никаких сумок с зельями, книжек за пазухой, свитков и прочей магической светотени — только густо-чёрные узоры на коже. Они вились по телу, опутывали руки до костяшек, шею, как воротник, и острыми концами слегка поднимались на лицо. Глаза, как сейчас, такие же глубокие, смоляные, а волосы, напротив, не стриженные, закрученные в тугую «шишку» на затылке.       Лиран вытащил меня из болота, но вместо должного знакомства я со страху сиганул в дыру и запечатал её с обратной стороны. Думал, больше не встретимся, но разве мог представить, что спустя неделю тот самовольно шагнёт за Рубеж? В гуще битвы мы столкнулись опять, и в этот раз я свалился на траву, а не в грязную воду.       …Метр с кепкой в прыжке с трамплина, худая, дикая, шевелюра мышиная какая-то, седая, а может, просто пыльная. Таких отщепенцев, как я, за Рубежом наберётся с десяток, не больше, но только мне удалось уйти, имея приличную одежду и крепкий полуторный меч…       …мы не ели, не спали, не пили и едва заметно превращались в таких же духов, которых рубили на куски. Правда, знали, что полностью не исчезнем — умрём быстрее в очередной неравной битве, потому что тварей всегда больше, чем одна…       …два с половиной года, а впечатление, будто две сотни лет за плечами. Нелюдимая, недоверчивая. Однажды всё-таки опрокинутая на спину для жаркого поцелуя, на который я была уверена, что не способна…       …чёртов запрет. Я возвращалась за Рубеж, понимая, что следующей встречи может и не случиться. За мной не пойдут, — маги сюда не совались и соваться не станут, — а Лиран…       Он не выпустил меня из объятий, когда очередное свидание на берегу реки обернулось засадой. Мужчина не дрогнул и даже взглядом не показал, что напуган или растерян, в то время как ситуация сложилась абсолютно безвыходная. Его товарищи окружили нас плотным кольцом, и Лирану верховные маги за множество заслуг перед городом дали последний шанс.       Я мог бы просто уйти за Рубеж и больше никогда оттуда не возвращаться, но Лиран не позволил. Он эгоистично загнал меня под защитный купол, а сам нацелился драться — один против всех. Ни помочь себе не дал, ни скрыться. Только когда свалился на колени с кровавым водопадом изо рта, моя защита лопнула, и я чудом вернул его к жизни.       Меня никто не собирался останавливать, и позже я понял, почему. За межклассовые связи — говорил, помню — жестоко наказывали. Ближе к следующему полудню нас обоих на глазах у тысяч магов позорно клеймили, и прежде чем Лиран успел отойти от болевого шока, его голову насильно повернули ко мне.       …какое счастье, что я забыл этот взгляд. Такого бездонного отчаяния второй раз я бы не вынес…       …а рассыпа́ться в песок не больно. И улетать по ветру — тоже. Зато неизмеримо больно, почти невыносимо, слышать, как тебя проклинают и до конца времён пророчат видеть мою гибель…       Мы прожили на пару пятнадцать коротких жизней. В одной он был королём, я — его придворным. В другой он стал мафиозным боссом, а мне досталась роль телохранителя. Где бы ни начался новый круг ада, в какую бы эпоху, я всегда рождался мальчиком, попадал к Лирану в подчинение и неизменно первым погибал — обычно в самом расцвете лет, до тридцатой зимы.       Мужчина замолчал. В доску пьяный, я не заметил, в какой момент он начал курить, но к концу монолога в открытой утром пачке не осталось ничего.       — Не тошнит?       Я слегка помотал головой, казалось, аккуратно, а на деле так резко, что чуть не рухнул со стула на пол. От крепкого алкоголя меня развезло, превратило в тряпичную куклу, которая вечно заваливается набок, и хотя, на удивление, не мутило с перепоя, я испытывал жёсткий моральный раздрай. Сглатывал едкую горечь, которую даже яркое шоколадное послевкусие коньяка не могло перебить.       — Сколько у нас… нам… сколько ещё? — выдохнул, понимая, что не могу собрать слова в осмысленное предложение.       — Сколько ещё кругов или сколько нам на двоих осталось? — приглушённо спросил Лиран, увидел, как я неопределённо покачал рукой, и опустил тоскливый взгляд на пустую пачку. Ему под конец не хватило всего одной сигареты, и он чувствовал остаток внутреннего напряжения, словно маленький камушек в туго зашнурованном кроссовке. — Я не знаю, Ксантар. В каждой новой жизни ты просто человек без капли магии, и всё, что я могу сделать, — это держать тебя под защитой, пока ищу способы избавиться от проклятия. Возможно, о нём написано в книгах, по которым я учился, но теперь даже в самых старых библиотеках ничего подобного не найдётся.       Он хотел что-то добавить, но вместо этого замолчал и устало откинулся на спинку стула. У меня же в очередной раз не вышло подпереть голову — локоть сорвался, и я чуть не клюнул носом в столешницу.       — Людей надо искать, а не книги…— пробубнил, растягивая каждое слово и совершенно не задумываясь о смысле. В голове сложилась какая-то параша, мешанина из образов, и я даже не понял, что высказался вслух. Зато сразу почувствовал резкий холод по коже, тонкую ледяную корку, от которой через пару секунд не осталось никакого следа. Из-за неё мои пьяные глюки мгновенно рассеялись, обстановка на кухне приняла знакомый, привычный вид, и я тревожно уставился на Лирана. Правда, чем больше старался настроить фокус на его лице, тем сильнее размывало и босса, и всё вокруг.       — Пойдём, уложу тебя спать, — сказал мужчина, помог мне подняться на ноги и нахмурился, когда я вдруг бездумно схватился за рубашку, смял её в пальцах и потянул Лирана на себя.       — Танцевать хочу.       — Сейчас ты слишком пьян для этого, Ксантар, — ответил он тихо, — но если завтра я успею закончить вовремя, то вечером ты выйдешь на сцену.       Лиран улыбнулся той самой, редкой, сладкой улыбкой, и я заметно напрягся, облизав пересохшие губы. В такой близости от босса меня опять понесло в неведомые дали; мысли и желания скакали с одного на другое, и было непонятно, чего хотелось на самом деле — расстегнуть эту чёртову рубашку и прикусить кожу на ключицах, лечь и нахрен отрубиться или…       …как же давно это было в последний раз… В тамбуре поезда глубокой ночью какой-то незнакомец, потерянный, как и я, прижимал меня к холодной стене, блуждая руками по телу…       …губы у него обветренные, во рту — горечь крепких дешёвых сигарет…       Я повис у Лирана на шее, углубляя начатый им осторожный поцелуй; его губы мягкие, тёплые, руки ласковые, без мозолей, не как у того незнакомца. И без того бесстыдно пьяный, от избытка эмоций я одурел окончательно и сорвался на жалобный стон, когда босс, оборвав наслаждение, слегка отстранился.       — Пожалуйста… — услышал он мой дрожащий от возбуждения голос, но скользнуть пальцами под одежду не дал, перехватил запястья и ненавязчиво потянул за собой в свою спальню.       — Прости, не могу, — шёпотом на ухо. — Мы оба должны понимать, что делаем, а сейчас понимаю только я один.       Я отчаянно хотел возразить ему, но Лиран закрыл мне пальцами рот. Ещё несколько медленных, аккуратных шагов, и он уложил меня на такую же широкую, как в моей комнате, кровать. Минутой позже у изголовья появилось круглое половое ведро, на всякий случай, если станет плохо, но на деле плохо было только от разорванных объятий.       Наши чувства и эмоции снова резонировали, отзывались друг на друга и не желали утихать. Лишь когда мужчина лёг рядом и позволил мне прижаться как можно крепче, всё внутри постепенно успокоилось…       …кроме карусели перед глазами — я на ней ещё долго катался, прежде чем наконец уснул.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты