четыре времени года

Май в этом году выдался жаркий. Даже очень. Родительский комитет предлагал собрать деньги на кондиционер хотя бы в их собственном классе, но, услышав сумму, добрая половина родителей отказалась. Поэтому дети продолжили ежедневно вариться в форме. Эдуарду не нравилось так часто стирать одежду. Он боялся, что когда-нибудь рубашка с брюками достираются до дыр, и придется внепланово искать деньги на новую форму. Поэтому свои трехдневные отсутствия в школе парень объяснял тем, что вещи сохнут. Ему, конечно, никто не верил, но никто и не придирался. Так Эд и учился последние несколько лет — три через один. То, что преподаватели давным-давно наплевали на пропуски, позволяло школьнику круглые сутки законно убиваться по возлюбленной, пролистывая ее инстаграм или вспоминая моменты из детства, глядя в однотонный потолок. Эдуард не помнил, когда начал курить, это слилось в памяти с обыденными буднями. Он просто одним утром нашел полупустую пачку сигарет на подоконнике в подъезде, когда спешил к четвертому уроку в школу. Забрал с собой и забросил во внутренний карман рюкзака — лишним не будет. Нашел в недрах отцовской комнаты древнюю зажигалку, чудом сохранившую функциональность, и вечером, сидя в запертой комнате, Эд сделал первую затяжку. Закашлялся, чуть не умер от удушья, но скурил всю сигарету, хоть и с трудом. Пачку спрятал в тот же карман рюкзака, чтобы отец не прибрал к своим рукам. С момента первой затяжки прошло уже так много времени, что продавщица из нам-неважно-сколько-тебе-лет-только-купи-у-нас-хоть-что-нибудь ларька знает Эдуарда в лицо и по имени и, когда он стучит в небольшое окошко, с улыбкой спрашивает: «Тебе как обычно?». И неизменно получает ответ «Да, пожалуйста». Парень проморгался, возвращаясь в реальность, и хмыкнул. Прохладный вечер окутывал город, двор под окнами почти опустел. Отца нет дома уже, кажется, третий день, и возвращаться он не собирался, как и сообщать свое местоположение. Эд затушил бычок и бросил его в круглую темно-зеленую пепельницу, тоже стащенную когда-то из подъезда. Он, кстати, еще никогда не курил в школе. Эдуард, 18:49 — Привет Они с Олегом начали общаться около года назад. Эдуард не знал, друзья они или он неправильно воспринимает вежливость старосты. Иногда, когда у Олега не было факультативов и кружков, они ходили гулять. Правда, одноклассник всегда настаивал на том, чтобы встречаться подальше от школы. Эд находил это достаточно странным, но, в целом, такая дружба его не напрягала и даже нравилась.

Олег, 18:49 — Привет, как ты?

Олег всегда быстро отвечал и проявлял какую-то заботу, что ли. Это Эдуарду тоже в нем нравилось. Эдуард, 18:49 — Как обычно Эдуард, 18:49 — Давай завтра встретимся перед третьим уроком в туалете в левом крыле?

Олег, 18:50 — Ок Олег, 18:52 — У меня все хорошо кстати

Эд дернул губой. Невежливо получилось.

***

Школьник прошмыгнул мимо учительской в левое крыло. В здешний туалет если и ходили, то только покурить или спрятаться от кого-нибудь, потому что здесь не работало абсолютно ничего. И воды не было. Эдуард бросил взгляд на время. Середина перемены, где он шастает? — Привет! — улыбнулся Олег, прикрывая за собой дверь. Как людям, которые встают к первому уроку, удается сохранять хорошее настроение? Парни обменялись рукопожатиями и устроились на подоконнике. Они иногда встречались здесь, чтобы поболтать. Не самое приятное местечко, но сюда хотя бы редко заходили, и репутация старосты имела меньше шансов пострадать. Эд хитро улыбнулся, доставая из рюкзака сигареты с зажигалкой. Олег привык, что его друг курит чуть ли не круглосуточно, и перестал каждый раз кривить лицо. Интересно, родители когда-нибудь ругали его за запах в волосах и на одежде? — Будешь? — парень протягивает руку с зажатой в ней сигаретой старосте. У того, кажется, вместе с улыбкой опустились уши. — Я же не курю, — сомнение в голосе? — В жизни надо все попробовать, — Эдуард пожал плечами, улыбаясь. — От одной штуки зависимость не отхватишь. Не понравится — больше не будешь. Олег с опаской забрал «одну штуку» из чужих рук и зажал ее между губ, ожидая, когда друг щелкнет зажигалкой. Эд, поджигая свою сигарету, с каким-то жутким интересом наблюдает, как староста впервые затягивается. Естественно, тот начинает кашлять, испуганно округляя глаза и зажимая рот рукой. «Боится привлечь внимание». — И как? — Отвратительно, мерзость какая, — морщится Олег. — Как ты вообще это терпишь?

***

Олег, 21:54 — Мы можем завтра встретиться в левом крыле?

Эдуард удовлетворенно улыбается.