The Saltwater Room.

Глава 2 29 августа 1937 год -Хозяин Натаниэль…хозяин Натаниэль … - морщусь и переворачиваюсь на живот, обнимая подушку. –Х-хозяин Натаниэль, господин Николас велел привести вас. Он сказал, что если вы не встанете через пять минут, то он сам к вам поднимется. - Игнорирую существо, и продолжаю цепляться за свой сон. Я, кажется, летал, хотя точно не уверен. Я чувствовал себя невероятно легким и воздушным, нет, не как на метле… Намного лучше. Хм… ммм было же что-то ещё... Что-то важное. Нет, не помню. –Х-хозяин Натаниэль, еще господин Николас сказал, что если хозяин Натаниэль не встанет с постели, то Тико накажут… - Резко поднимаюсь. Вот же…знает куда давить. Поворачиваюсь лицом к существу и вижу, что его большие серые глаза наполняются слезами. - Х-х-хозяин-н, так д-до-добр с-с Ти-Тико…- и он разрыдался. Я люблю домовых эльфов, в течение долгого времени Тико был, да и сейчас остётся моим лучшим другом. За неимением других друзей тут выбирать, конечно, не приходится. Дедушка не будет играть со мной или летать на метле, а папа в последнее время постоянно занят. А Тико... Ну, он всегда выслушает. Дед всегда мне говорил, что моя самая ужасная привычка - это то что я говорю все что думаю. Поэтому мне часто и приходится замолкать на полуслове. А Тико можно рассказывать все. Наверное, он был бы самым замечательным другом, если бы не его вечные «Хозяин!». Я как-то раз пытался отучить его от этого, но он в ответ только рыдал и бился головою об стол, стены, метлу… В общем обо все, что нашлось в пределах видимости. Когда я рассказал об этом отцу и спросил его совета, то он объяснил мне, что не надо стараться переделать друзей, надо учится принимать людей или магических существ такими, какие они есть. Все равно, даже если я до конца своих дней буду говорить Тико не называть меня хозяином, это уже заложено в его характере, и изменить это невозможно. Услышав слова отца, я отстал от Тико и утешил себя мыслью, что скоро я пойду в школу и там найду себе новых друзей. Точно, школа! Сегодня же мы идем в Косой переулок! Я как ошпаренный пронесся мимо Тико, у которого сразу же высохли слезы, когда я начал самостоятельно натягивать штаны. - Хозяин Натаниэль, это работа Тико! Хозяин Натаниэль, вы же сейчас упаде…- не успел он договорить, как я со всего размаху и с жутким грохотом упал на пол. Где-то там я слышал визги Тико… Где-то там, далеко... -Знаешь, внучок, мне даже интересно, в кого ты у нас такой грациозный? – сидя на своем месте в столовой, я хмуро смотрел на ухмыляющегося деда. Ну да, ударился, мягко говоря, не слабо. Но Тико развел такую панику! Тот же час апарировал к дедушке и сказал ему, что я там чуть ли не умираю, что я пробил себе голову и теперь истекаю кровью. Но, примчавшись в мою комнату и застав меня на полу с полуодетыми штанами и в пижамной рубашке, дед понял, что Тико слишком уж размахнулся насчет «пробитой головы». Влив в меня зелья бодрости и одним взмахом палочки залечив шишку на голове, дед отвесил мне подзатыльник и сказал, что если я не приду через две минуты, то могу пенять на себя. И теперь старик все утро упражнялся в остроумии, отвечая на мои возгласы, что из-за меня старому, усталому человеку пришлось нестись по лестнице сломя голову. Ага, старому, как же! Он нам с отцом, вместе взятым, ещё даст фору вперед лет на тридцать. -Может тебе в магический балет на каникулах начать ходить? Помнишь, тебе же нравилось, как прыгают девушки в пачках. -Тебе они тоже нравятся, помнишь, та тетенька анимаг, которая Оддет была, когда мы на «Лебединое озеро» ходили. Ты же с ней до сих пор общаешься, – дед подавился кофе, и, закашлявшись, отмахнулся от засуетившихся эльфов. Хрипло спросил: - Ты о чем это гаденыш болтаешь?! – я непонимающе на него посмотрел. Как это о чем? - От тебя духами пахнет, когда ты по выходным приходишь домой, и когда по утрам возвращаешься тоже. И к нам часто белый голубь прилетает, а труппа того театра была из Франции, там голубями почту отправляют. И ты ругать меня меньше стал, а это значит, тебе кто-то понравился. – Отец, долгое время скрывающийся за газетой, опустил ее и удивленно посмотрел на меня. Та же реакция была и у деда. Моргнув Ссредний Джейкобсон перевел взгляд на дедушку. -Пааап? – с неприкрытыми веселыми нотками в голосе и лукавством во взгляде отец смотрел на деда. -Кхк... ничего не знаю ни о каких француженках! – дед грозно посмотрел на меня и на папу. - Нейтан, не неси глупости, это дурной тон.. Эээм, то есть.. Прекратите на меня так смотреть! – дедушка смутился, мало того что в его лексиконе никогда не было выражения «дурной тон», которым так любили разбрасываться французкие дамочки , так ещё он называл меня Нейт или Нейтан только тогда, когда он в большей степени растерян, и на долгое и официальное Натаниэль духу не хватает. А дед ещё и покраснел! Невероятное зрелище. Весело на меня посмотрев, папа скрылся за газетой, а я принялся доедать тосты. Дедушка до конца завтрака что-то бурчал себе под нос, и отпустило его только возле камина. Папа, улыбнувшись, пожелал нам удачи. Я очень расстроился, узнав, что отец не пойдет с нами, но у него работа.… Как и всегда, впрочем. Раньше меня задевала вечная папина занятость, хоть я и любил проводить время с дедушкой. Однако, порой создавалось впечатление, что отца я просто не знаю, и это огорчало. Дедушка, кажется, заметив мое смятение, положил мне руку на плечо, как только мы вышли из камина на Косой алее, и ободряюще улыбнулся. Все-таки мой дед - самый лучший. Выйдя на улицу, мы уже в столь ранний час застали огромную толпу народа, толкающуюся по узкой, косой улочке. -Так и знал, что не надо было столько тянуть,- дедушка не любит толпу, говорит, что в толпе можно не заметить, как кто-нибудь всадит тебе нож в спину. От этих слов мне становится грустно. Должны же у деда быть те, кто, прикроет его в трудную минуту. Я как-то сказал об этом ему, на что он, улыбнувшись, потрепав меня по волосам произнес: - С тобой за спиной я бы прошел хоть всю Англию без опасений. - Дед, куда мы сначала? – спросил я, с интересом оглядывая витрины. -Сначала в Гринготтс, мне нужно оттуда пару вещиц забрать. А потом куда захочешь. -Палочку быстрее бы купить, - я едва не подпрыгивал, держа деда за руку и пробираясь сквозь толпу к волшебному банку. Некоторые прохожие с почтением смотрели на деда, а другие даже кланялись и уступали дорогу. В тот момент я, наверное, впервые четко осознал, что означает гордиться кем-то близким. Очень приятное чувство. - Дедушка, ты великий, - сказал я ему, когда мы уже заходили в двери банка. Он лишь усмехнулся моим словам. – Велик не человек, а его поступки. Запомни это, мальчик. Над входом был выбит весьма витиеватый стишок: - Если пришел за чужим ты сюда, тебе отсюда не уйти никогда. Жутковато. Я был в здании банка несколько лет назад, но память не сохранила многие детали, и поэтому, сейчас я рассматривал длинный коридор с высоким потолком, который поддерживали мраморные колоны и свисающие вниз большие хрустальные люстры. Мне казалось, что я попал в сказку, которую папа раньше читал мне перед сном - в «Алису в стране чудес», все вокруг такое большое, а я размером с жука и не могу дотянуться до пирожка, чтобы снова вырасти.. Свет меркнет …Один... такой маленький и одинокий… Я резко тряхнул головой. Она немного кружилась. Странное ощущение беспомощности прошло и думая о странных, будто чужих чувствах я поспешил догнать деда который шел по направлению к стойке в конце коридора. За ней, также как и за всеми другими, сидел гоблин, который медленно подняв голову он прищурил свои узкие, ярко синие с маленькими крапинками зрачков глаз из под стекол очков в тонкой оправе. Я посмотрел на дедушку и увидел, что он, улыбаясь, смотрит на существо напротив, и гоблин отвечает ему тем же. - Время не щадит никого, верно, Вагхартнар? - Если бы это было так, мы бы с тобой сейчас тут не говорили. – Гоблин, которого дед назвал Вагхартнаром, засмеялся неприятным, липким смехом. – Рад тебя видеть, старина Николас, ты почти ничуть не изменился с нашей последней встречи. Разве что шевелюра посидела. - Ты тоже не меняешься, Вагхартнар. Только уши немного обвисли, – Было странно смотреть, как человек и гоблин общаются друг с другом словно старые приятели, коими они видно и являлись. - Твой внук? – Вагхартнар с интересом взглянул на меня. – Да, мой. Натаниэль, познакомься, это мой старинный друг Вагхартнар, он заместитель директора банка Гринготс. -Здравствуйте, сэр, - вежливо поздоровался я, разглядывая его с не меньшим интересом, чем он меня. А гоблин вдруг расхохотался таким же хриплым, скрипучим смехом, как и до этого. -А ты парень не промах, весь в деда. Ну, Николас, - сказал гоблин, снова переводя глаза на деда.- Как я понимаю, ты тут не просто ради знакомства своего внука с миром гоблинов? – глаза Варгхартнара сверкнули. -Ах, сколько пафоса! Что-то, друг мой гоблинский, я раньше не замечал в тебе этого. Но да, я здесь именно ради посещения своего Особого сейфа, - слово Особый дед выделил. Опять эти загадки… - Ну что же, всегда рад помочь старому другу. – Вагхартнар спрыгнул со своей стойки. Я оказался немного выше его. Он посмотрел на меня и одобрительно хлопнул по плечу. – Молодец, парень, у гоблинов есть поверье, что тот маленький волшебник, который перед своим первым поездом в школу окажется выше гоблина, совершит великие дела. – Он ещё раз хлопнул меня по плечу и шаркающей походкой направился к лифту. Спускались в лифте мы долго, не меньше пяти минут. Дедушка сказал, что то хранилище, в которое мы направляемся, находится на самом нижнем ярусе. Когда лифт остановился, Вагхартнар взял газовый фонарь с небольшого столика встроенного в стену лифта и мы вышли. Я огляделся вокруг. Было похоже на пещеру. На одной из каменных, отсыревших стен зажглись факелы, и напротив них я увидел каменные двери с большими цифрами. Дедушка подтолкнул меня вперед, мы прошли мимо первой каменной двери с большой цифрой один на ней, и остановились напротив второй. Гоблин с усмешкой посмотрел на первую дверь. -Жаль, парень, ты не видел, как твой дед и директор нашего банка Агнорхт сцепились за право быть в первом хранилище, когда банк только построили. Это надо было видеть. Но, в конце концов, твой дедушка проявил благоразумие и уступил. -А как было его не проявить, когда в тебя тычут этим вашим гранитным посохом. Может существенного вреда он мне бы и не причинил, но брови или волосы спалил бы точно. – Дедушка, как обладатель густых, посеребренных бровей, без них в моем представлении смотрелся бы как-то… не по дедовски, что-ли. -Да, Агнорхт может,- хохотнул гоблин, и, повернувшись к двери, приложил к ней свою бледную, морщинистую руку с длинными острыми когтями. Что-то щёлкнуло, разнося эхо по всему подземелью, и каменная дверь открылась. Как и в коридоре, когда мы вошли, факел загорелся сам собой. Воздух в комнате оказался затхлым, по периметру хранилища стояло множество каменных столов с самыми разнообразными артефактами, украшениями и прочим. Яркие камни освещенные факелами, переливались всеми цветами радуги на противоположной стене. Посреди комнаты и в её углах лежало золото. Горы, состоящие из множества монет, уходили к каменному потолку, настолько высоко, что даже не было видно вершины. Дедушка подошел к одному из столов и начал перебирать различные украшения и какие-то непонятные по форме предметы. Вагхартнар с улыбкой и закрытыми глазами прислонился к стене возле входа. «Вспоминает», - догадался я. И вправду, гоблину было что вспомнить. Я никогда не думал о возрасте деда. Для меня он всегда был молодящимся стариком с живыми и искристыми серыми, как грозовые тучи, глазами и морщинками вокруг рта из-за привычки часто улыбаться. Но и он когда-то был молодым. Я бы спросил, есть ведь у кого, но… - Нашел! – как гром среди ясного неба прогремел голос деда. Я вздрогнул и посмотрел на него. В руках он держал два круглых медальона, на средней длины золотых цепочках. Я уже видел такие. У дедушки есть такой, и у папы с мамой были, я на их совместных фотографиях видел. Но сейчас у папы его нет, почему – не знаю. Дедушка быстро спрятал медальоны во внутренний карман мантии, и, сияя как начищенный галеон, за руку повел меня из хранилища. С Вагхартнаром вы попрощались возле его стойки, где его ждал высокий, бледный мужчина с забранными в низкий хвост светлыми волосами и в строгой, дорогой черной мантии. Увидев дедушку, он почтительно склонил голову, на что дед лишь небрежно кивнул. Все-таки странный он человек, меня ругает за «Недостойное поведение» а сам… Закупались мы быстро. Задержались только у магазина волшебных животных, где я не мог выбрать себе питомца. У папы и деда были птицы. У отца филин, а у деда, небольшой воробей, маленький, ершистый и очень особенный – неважно, насколько большая по весу могла быть посылка, малыш её поднимет, даже глазом не моргнёт. С одной стороны, птицу мне бы хотелось, но с другой, в школе есть и свои, а зеленая чешуйчатая жаба с большими черными глазками просто очаровала меня. Продавец сказал, что это вид Камышевых жаб, что такой друг подпитывается магией хозяина и в чем главная прелесть, это жаба самец и если он со своим хозяином будет находиться долгое время вместе и подпитка магией будет почти беспрерывна, жаба сможет прожить столько лет, сколько и хозяин. После такого заявления я откинул все мысли о птице и мне купили Айтерна. -Вечный? – удивлено переведя имя моего нового друга, хохотнул дедушка. -Да, я думаю, это имя идеально ему походит,- я погладил нового питомца и посадил его себе на плечо. От таких действий Айтерна удовлетворенно квакнул, и мы втроём отправились в магазин мистера Олливандера, изготовителя волшебных палочек. -Ну наконец-то. – Пробормотал я, входя в магазин вслед за дедушкой. В магазине царил полумрак. Посреди комнаты стоял небольшой прилавок, а за ним тянулись длинные ряды коробок. За прилавком стоял кучерявый мужчина, лет сорока на вид и приветливо нам улыбался. - Аааа, мистер Джейкобсон, наконец-то, наконец-то ! Я так рад познакомится с вами! Николас, и вы здесь! Да, я помню вашу палочку! Калпаврикша и сердце фестрала! Дедушка так любил рассказывать мне эту историю! – мужчина, казалось, был готов восторгаться чему угодно. Хотя с дедушкиной палочкой действительно произошла удивительная история. Калпаврикша – дерево желаний из индийской мифологии, оно, как говорили легенды, прорастало на нашей земле более 500000 лет назад. И вот, невероятно, в одной из экспедиций нашлось немного коры этого дерева! И, как материал для палочки, подошла только в прямом смысле сердцевина птицы смерти. Вот такая история у палочки моего деда. -Здравствуй, Джервейс, вижу, ты осваиваешься на новом месте? – дедушка дружелюбно улыбнулся. - Да, я стараюсь, спасибо, Николас.- вернул улыбку Олливандер, и, повернувшись к своим многочисленным коробкам, стал вытаскивать коробочки поменьше, что-то бормоча себе под нос. Я перебирал, может уже сотую палочку, когда Олливандер прищелкнул пальцами и, прикрикнув, - Должна подойти! – скрылся в проёме между коробками. Вернулся он минут через десять, держа в руках черную пыльную коробочку. - Ваша семья всегда нестандартно мыслила, а у нестандартно мыслящих - нестандартные палочки. – Открыв коробочку, он достал из неё длинную палочку из светлого дерева и громко прошептал, -Бузина и волос единорога. -Бузина? – Удивлено переспросил дедушка. -Да, бузина… Я, так сказать, немного экспериментировал. Всё же, бузинная палочка не только плод воображения барда Биддля, мы, создатели волшебных палочек, верим, что она реальна. И потом бузина - один из сильнейших наполнителей, освоить бузинную палочку сложнее, чем любую другую. Она несет в себе мощную магию, но презирает любого владельца, который над ней не главенствует. Есть поверье что что бы пользоваться бузинной палочкой волшебник должен быть выдающимся а вкупе с волосом единорога это просто взрыв! Два абсолютно разных по магическим разделам продукта создают невероятное! – его голос, изначально мистически-таинственный, к концу превратился в фонтан счастья и позитива. Он аккуратно вытащил необычную палочку и протянул её мне. Как только я коснулся её, я понял что нашел... По телу будто пронесся электрический заряд, а вокруг меня воронкой засвистел ветер. Это было просто невероятно! -Великолепно! – мистер Олливандер просто светился счастьем -Благодарим, мистер Олливандер. Сколько с меня? – усталым голосом спросил дедушка. -А..Что? – Олливандер, всё еще пребывая в диком восторге, не сразу расслышал вопроса, так что пришлось повторить ещё раз. Выйдя из лавки, мы сразу же направились к каминнам. Пока мы шли, я улыбался и сжимал в руках футляр с палочкой. Дедушка только смеялся, поглядывая на меня. Официально заявляю это был один из самых лучших дней в моей жизни! От автора: материал о палочках был взять с сайта harrypotter.wikia