Тринадцатый ученик Дьявола

Слэш
NC-17
Завершён
1459
автор
САД бета
Размер:
201 страница, 32 части
Описание:
Раз в семь лет таинственный учитель магии герр Грохан набирает ровно двенадцать учеников, чтобы сделать из них величайших колдунов в мире. И все бы ничего, пока однажды в его доме не появляется тринадцатый ученик.
Посвящение:
Тем, кто долго ждал продолжения этой истории.
Примечания автора:
Эту сказку на ночь я начал рассказывать давным-давно в Большом Мире. Прошло время её перечитать и продолжить.

Новые главы каждую неделю по понедельникам.
Традиционно арт от моей дорогой беты) спасибо! https://imageup.ru/img132/3646509/13.jpg
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
1459 Нравится 1081 Отзывы 430 В сборник Скачать

Глава Двадцать седьмая, в которой черный дрозд показывает Ноэлю черную ведьму

Настройки текста
В Красный лес возвращались молча. Ноэль шел первым, не оглядываясь и ни с кем не разговаривая. Даже на Фернандо не оборачивался. Внутри царило черт-те что. Если бы Ноэля попросили описать словами, что же именно происходит, он бы, вероятно, ляпнул какую-нибудь глупость типа «душа чешется». Но было именно так. Мозг буквально зудел от информации, которую вывернули на него, перебивая и дополняя друг друга, Грохан и тонко-звонкий паж, с раскосыми глазами, на которого Ноэль и глянуть-то лишний раз стеснялся, уж больно хорош и близок тот был. Слишком близок. Йохан и Ладвиг в основном молчали, но, судя по лицам, то, что говорили учитель и новообращенный Фурло, являлось чистой правдой. Даже Сигвард пару раз утвердительно кивнул, не поднимая направленный внутрь себя взгляд. Было от чего голове разбухнуть. Да еще и руки болели, а на ладонях и кончиках пальцев кожа так и вовсе обгорела и слезла. Ноэль даже думать боялся, сколько заклятий и какой мощности он сотворил. Но самое главное было не то, что он, судя по свидетельствам, за последние сутки наворотил черт-те чего, впустив в себя Тайфеля, а кое-что еще, чем предпочел с окружающими не делиться, оставив эту информацию при себе. Суть тайны состояла в том, что Ноэль стал сильнее, знал то, чего не знал ранее, а еще его рвала изнутри какая-то дикая энергия, вспенивая кровь как крепкий сидр. Она несла его куда-то без устали, без раздумий и без сомнений. Он шел в глубь леса, туда, куда звала его сила, подобная той, что кипела в его крови. Шел по едва заметному светящемуся следу на траве, который мог различить явно только он. Не он прежний, а кто-то смотрел вместо него другими глазами на мир, его окружавший. Смотрел и не узнавал. Лес был живым. Не случайно открывшейся листвой или внезапно появившейся просекой. Не хлестнувшей хулигански по лицу веткой. Нет. Ноэль мог ясно видеть токи жизненной силы в стволах деревьев. Он отчетливо слышал шепот заблудившихся в ветвях душ, и чувствовал их так, как не мог сделать этого раньше. И причина в его новых знаниях и умениях была одна — кое-кто заблудился в Ноэле. Спрятался, но не ушел. Отдал свою силу и знания, но пока не объявил цену на подаренные навыки. Слова, сказанные Гроханом о том, что зло может в любой момент взять верх, упали в душу и проросли сомнением. Ноэль резко обернулся и в который раз поймал на себе взгляд наставника, шедшего чуть позади и справа. Учитель тут же отвел глаза, но до того, как успел это сделать, Ноэль увидел в его взгляде главное — сомнение. Сомнение в том, кто Ноэль теперь такой и на что способен, читалось и в глазах остальных спутников. Единственный, кто смотрел на него открыто и в чьих глазах не промелькнуло ни толики колебания, был Фернандо. Ноэль слабо улыбнулся пажу, а тот как ни в чем не бывало подмигнул, на мгновение касаясь рукава Ноэля своей кружевной манжетой. Такой легкий и ничего не значащий жест — и так много в нем было. Ноэль почувствовал ровное тепло и вдохнул полной грудью. Зуд сомнения чуть отступил. — Ноэль, уже темнеет! Да и Сигвард окончательно выдохся, — тронул его за плечо Грохан, сам едва переводя дыхание. Ноэль остановился, принюхиваясь, как гончая. По его подсчетам они не дошли до места, куда его тянуло, всего ничего, но, с другой стороны, всем действительно необходимо было передохнуть. — Мы с Йоханом сходим за хворостом. Нужно разжечь костер и разбить лагерь, — хмуро обронил Ладвиг, сбрасывая в траву заплечную сумку. Ноэль покрутил головой и посмотрел наверх, туда, где между кронами деревьев бархатным пологом, расшитым звездами, проглядывало небо. — Дом, — сорвалось с его губ прежде, чем он сам понял, что сотворил короткое, но мощное заклинание, которого раньше стопудово не знал. Деревья вокруг поляны, на которой они стояли, вздрогнули. Вековые клены с шумом стали медленно тянуть в центр и переплетать между собой густые ветви. Раздался скрежет, откуда-то сверху полетели листья и мелкая труха, и через несколько минут, ко всеобщему изумлению, они стояли уже не под открытым небом, а в чем-то отдаленно напоминающим круглую ротонду. Ее стволы-колонны и крыша-листва надежно укрывали их от возможного дождя и ветра. — Однако, — пробормотал Грохан и вдруг почтительно склонил голову. Ноэль ничего не сказал и, отойдя к одному из корней-подножий, опустился на землю. Затих и скользнул пальцами за пазуху. Птица, припрятанная и пригретая на груди, не двигалась, но Ноэль мог чувствовать ровное живое тепло и даже смог убедить себя, что слышит слабый стук птичьего сердца. Пока они шли по лесу, он время от времени запускал ладонь за ворот и тихонько гладил атласное оперенье кончиками пальцев. Почему-то это успокаивало. Он словно питал птицу своей энергией и был связан с ней незримыми нитями. Он не мог видеть эти нити, но мог их чувствовать, словно, пока носил птицу за пазухой, она проросла в его сердце. Ноэль украдкой обвел всех взглядом, но, казалось, его спутники погрузились в свои дела. Ладвиг с Йоханом скрылись в чаще, то ли занятые сбором хвороста, то ли друг другом. Грохан колдовал, раздувая огонь, Фернандо чуть поодаль сооружал хитрые силки, чтобы поймать к ужину кроля поупитанней, а Сигвард сидел, как и Ноэль, привалившись к стволу клена, и веки его были опущены. Всем было не до Ноэля. Он осторожно вытащил птицу из-за пазухи и, держа ее теплое живое тельце, уставился на аккуратную птичью голову с острым клювом и плотно закрытыми глазами. С минуту ничего не происходило, но вдруг птичье веко дернулось и без всякого предупреждения на Ноэля уставился живой любопытный глаз. Юноша, не ожидавший такого оборота, вздрогнул и разжал руки. Птица, вопреки ожиданиям, не упала на землю, а легко взмахнула крыльями и, больно вцепившись в кисть острыми коготками, уставилась на Ноэля уже двумя блестящими глазами-бусинами. Юный маг замер, пока черный дрозд изучал его. Крылья птицы подрагивали. — Ноэль? — раздалось откуда-то из центра поляны. Птица зашуршала-захлопала крыльями и в мгновение ока взмыла вверх под зеленый купол-свод. Описала плавный круг над головой своего спасителя, ловко пролетела сквозь стены-стволы и взмыла ввысь, в ночное небо. Ноэль почувствовал острое разочарование, что-то неуловимое ускользнуло от него. Просочилось сквозь пальцы и укрылось от понимания. — С тобой все в порядке? — снова позвал знакомый голос. Юный маг встряхнул головой и увидел перед собой Учителя. — Просто устал, — Ноэль делано зевнул, и Грохан хмыкнул, не поверив ему ни на секунду. Слишком хорошо он знал своего ученика. Хотя именно сегодня не взялся бы утверждать это на сто процентов. — Куда ты нас ведешь? — мягко спросил Грохан, проигнорировав попытку Ноэля избежать разговора. — Сам пока не знаю, — вынужден был признать Ноэль. — Меня тянет куда-то, но объяснить я не в силах. Грохан кивнул и замолчал. Блики костра плясали на его лице, делая из Учителя незнакомца. Он помедлил и спросил о главном: — Как думаешь, кто это может быть? Уточнять, о ком именно он спрашивает, не было нужды. — Арчибальд Петель, конечно! Та еще вражина! — тут же выпалил Ноэль, одномоментно припоминая все, что ему довелось вынести от этого лощеного выскочки. — Ну или на худой конец Маркус Лидсей! Грохан грустно рассмеялся и повернул к нему лицо: — Не можешь простить, как они тебя антигравитационным заклинанием перед рождественским ужином оплели, чтобы ты парил над накрытым столом тощим дирижаблем? — Ноэль насупился, а Грохан, отсмеявшись, предложил: — Попробуй еще раз. — Ну… — юный маг подобрал с земли острую веточку и задумчиво стал водить ею по земле. — Ронни Киррик мог бы стать хорошим боевым магом. Огненные шары-заклинания его конек. Они с Гроханом переглянулись и одновременно покачали головами. — Это может быть кто угодно, — озвучил Грохан лежащее на поверхности. — Если ему хватило навыков и уверенности скрывать свою личину на протяжении семи лет, то я вынужден признать, что мы имеем дело с очень сильным магом. Причем заметь, сильным магом он был еще тогда. В возрасте одиннадцати лет. Я собственноручно принял его в школу и ничего не заподозрил за все время его обучения. Хотя… у меня была веская причина. — Это какая еще? — подозрительно скосил глаза Ноэль, не ожидая услышать ничего для себя хорошего. И не ошибся. — Львиная доля моего внимания была прикована к тебе и твоим каверзам, чудовище! — рассмеялся Грохан, а впрочем, его смех звучал как треснувший хрустальный бокал. — Ладно… Оставлю тебя в покое, — внезапно свернул он разговор. Причина такой поспешности скоро обнаружилась сама. Фернандо, вернувшись с добычей и свалив жирные тушки кролей рядом с очагом, прислонился к стволу дерева спиной и выжидательно поглядывал на Ноэля. Тот, повинуясь красноречивому взгляду, подскочил на ноги и сделал шаг вперед. — Пойдем, — скомандовал он, хватая Фернандо за руку и таща его на буксире за собой в густые заросли бука, чьи стволы потемнели после захода солнца. — Куда ты меня тянешь? — рассмеялся Фернандо, и в этот момент Ноэль остановился. Повернулся к нему лицом, махнул рукой и скомандовал: — Смотри! Стоило его голосу затихнуть в дрожащем ночном воздухе, как откуда-то сверху с крон могучих деревьев стали срываться крупные снежинки. Они кружились в воздухе и мягко ложились на землю. Фернандо задрал голову вверх и цокнул языком от восхищения. Одна особенно крупная снежинка коснулась его щеки, вторая щекотнула веки. Снегопад усилился, и Фернандо подставил ладони лодочками. — Это не снег! — глянул он почти с мальчишечьим восторгом на Ноэля, который, отступив на шаг, любовался на сотворенную им магию. С неба, кружась и путаясь, трепеща в потоках воздуха и падая сугробами к ногам Фернандо, летели невесомые, нежные, белые лепестки. Их было так много, что скоро они устлали всю поляну. Фернандо опустил руки и замер с закрытыми глазами и счастливой улыбкой на губах. Его черные волосы, плечи, ресницы были усыпаны благоухающими легкокрылыми соцветьями. Ноэль смотрел на того, кто все время находился рядом, оберегал его, а главное, давно простил то, сделанное, о чем Ноэль даже не подозревал и к чему не имел отношения. Наконец Фернандо открыл глаза и без тени улыбки протянул к Ноэлю руки. — Иди ко мне, — прошептал он севшим от волнения голосом, и Ноэль повиновался. — Я даже не знаю, занимался ли когда-нибудь этим, — беззвучно признался юный маг и вздрогнул, когда узкая горячая ладонь нырнула в ворот рубашки и скользнула по плечу, обнажая его. — Я помогу… Я все сделаю сам, — тягуче выдохнул Фернандо, увлекая его на землю. Ноэль повиновался, поднимая и закручивая вокруг них невесомое облако лепестков. Фернандо подтолкнул его, уложил на спину и оседлал сверху. Склонился, щекоча длинными прядями щеки и лоб. Его глаза оказались так близко и в них было столько света, что Ноэль невольно зажмурился. Его губы дрогнули, и он чуть было не сморозил очередную глупость из своего репертуара, но Фернандо его опередил. Он коснулся губами губ Ноэля и горячо зашептал: — Ты силен, Ноэль, но верь мне, я сильнее. Моя сила в моей любви, а это не то оружие, которое можно выбить из рук в бою. Оно постоянно со мной и, что бы ни случилось, знай: я всегда буду тем, кто стоит за тобой. Иди вперед и делай, что должен. За тобой есть кому присмотреть. Ноэль порывисто выдохнул, чувствуя, как лапа тревоги потихоньку разжимается на горле. Фернандо тихонько кивнул ему, словно прочитав его мысли и наконец накрыл деревянные губы своими губами. Оторвался и хмыкнул: — Да, тебя еще многому нужно учить, мой великий маг! — Покажешь? — охрип Ноэль. — Ну не Грохан же, — расхохотался Фернандо, и сотни лепестков снова взмыли вверх. Ноэль смотрел на него, широко распахнув глаза, и чувствовал, сердце превращается в расплавленную лаву, сжигая воздух в легких. Руки сами сжали Фернандо так, что у того кости хрустнули и паж охнул от неожиданности, а уже следующим движением Ноэль подмял его под себя, меняя их местами и оказываясь наверху. Новое облако цветов взмыло в небо и медленно закружилось вокруг них, скрывая от непрошенных глаз обитателей Красного леса, оставляя только звуки: смех, позже короткий вскрик и протяжные тягучие стоны… Когда последний лепесток опустился на влажный висок обнявшего Ноэля и задремавшего Фернандо, когда мягкая трава на поляне заботливо укрыла их, когда кроны вековых ясеней отпели колыбельную и оба наконец провалились в глубокий сон, — лишь тогда чистое звездное небо над их головами прочертила тревожная тень вернувшегося черного дрозда. Птица медленно кружила над поляной, не снижаясь, но и не улетая, словно несла вахту и оберегала сон. Ноэль спал тихо, только его лоб хмурился, а уголки губ подрагивали. Сны, тяжелые, древние, что принесла на крыльях черная птица, тревожили душу… Стройная, высокая, гордая и сильная. Такая, словно ее тонкую нежную белую кожу натянули поверх несокрушимого стального каркаса. Невозмутимая, всегда добивающаяся своего, а сейчас потерянная. Черноволосая босая женщина с растрепанными волосами стояла на перекрестке посреди пустоши и не отрываясь смотрела на единственное искореженное дерево. Земля под его корнями была разрыта и разворочена, а в колеблющемся дневном воздухе кружили хлопья седого пепла. У ног ее лежал плотный мешок из грубой ткани. Лицо женщины выглядело спокойным. Оно было повернуто внутрь нее, несмотря на то, что глаза не отрывались от свежих комьев земли. Ее губы беззвучно шевелились. Легкие порывы ветра подхватывали случайные слова заклинания, тут же сжигая их и множа пепел в воздухе. — Первородная госпожа… прародительница и мать всего колдовского… дай сил. Рука ведьмы легла на пока еще совершенно плоский живот, поглаживая, успокаивая. — Дай ему силы того, от чьей плоти и крови он пошел… Дай мне ярости и ненависти воспитать его так, чтобы вся земля содрогнулась под его ногами… Дай время воплотить задуманное… Мешок у ног женщины вздрогнул, завозился и тихонько захныкал. Ведьма потянула завязки на платье, роняя в пыль тонкую ткань, и переступила через одеяние, не чувствуя ни холода, ни ветра. Перехватила поудобнее тонкий маленький кинжал, наклонилась, дернула веревки-тесемки. Детский плач стал громче, словно завидя свет дитя поняло, что наступает конец всему. Лезвие вспыхнуло, и кинжал сверкнул молнией. Крик стих. Ведьма выпрямилась, медленно очертила вокруг пупка алый круг и облизала палец, пачкая рот кровью невинного. Ноэль вскочил как ужаленный. Во рту стоял железный привкус крови, видимо, он случайно прокусил себе язык. Фернандо сонно заворочался и глубже зарылся в белые лепестки и траву. Вокруг было тихо и мирно. Ноэль повертел головой и замер — в паре метров от него на ветке сидел черный дрозд. Он моргал черными глазами-пуговицами, коротко клонил голову набок и не отрывал взгляда от Ноэля. Тот завороженно поднял левую руку и замер, приглашая. Дрозд подпрыгнул на ветке, переступил с лапы на лапу и вдруг резко взмыл вверх. Ноэль вздрогнул, но руку не убрал. Птица сделала круг над поляной и, замерев над юным магом, не спеша приземлилась на предложенный насест. Ноэль медленно, чтобы не вспугнуть ее, поднял правую руку и легко погладил по шелковому оперению. — Молодец… молодец… — прошептал он. — Ты показал? Птица снова склонила голову, словно соглашаясь. — А еще покажешь? — шепнул Ноэль и приблизил лицо к птичьему клюву. Дрозд замер и пристально уставился в глаза владельцу. Новому ли, старому, да только одному-единственному. Птичьи зрачки замерли и налились алым…
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты