Громоотвод

Смешанная
NC-17
Завершён
7522
Размер:
690 страниц, 33 части
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию
Награды от читателей:
7522 Нравится 3591 Отзывы 3061 В сборник Скачать

Глава 15, часть 2

Настройки текста
      25 декабря, 1998 год       — Вот здесь была ошибка. Если предположить, что этот знак отвечает за букву «Ю», тогда всё сходится.       Драко протянул Гермионе пергамент. Он сидел на затёртом ковре слева от неё.       Грейнджер пробежалась глазами по записям и заключила:       — Конечно! Ты абсолютно прав!       Тео подполз к ним. Навис сверху и схватил пергамент.       — Драко, это гениально! — он стукнул друга кулаком в плечо.       — Я даже не старался.       Гермиона насмешливо закатила глаза.       — Теперь у нас есть все буквы! Это нужно отметить!       Тео взмахнул палочкой, и стоявшая неподалёку бутылка разлила остатки вина по трём кубкам. Справившись, она встала ко второй опустошённой подруге в углу.       Тео довольно взглянул на пергаменты, методично разложенные Гермионой на старом ковре, и сказал:       — Осталось только переписать весь дневник.       — Всего-то! — подколола Гермиона, отпивая вино.       Они сидели над шифром не меньше двух часов. На перепись дневника потребуется несколько дней.       — Ну, это уже без меня, — отмахнулся Драко, потянулся и хрустнул шеей. — Головоломки и шифры — это интересно. Но секретарём я заделаться не мечтал.       — Ты, главное, начни, — подмигнул Тео. — Может, это то самое призвание, о котором ты не догадываешься. Я бы не отказался от секретарши в твоём лице.       — Тебе не хватит золота оплатить мои услуги.       — Я могу оплатить натурой, — поиграл бровями Тео.       — Прибереги для особого случая.       Все трое расхохотались. Сплетение голосов наполнило комнату непривычно дружелюбной атмосферой. Гермиона в порыве смеха прикрыла рот рукой.       — Грейнджер, стоп, — Драко перехватил её руку.       Это фетиш такой — хватать за руки?       Он повернул её кисть к глазам. Средний и указательный пальцы были грязными от чернил.       — Ты испачкалась.       Тео потянулся к её лицу и провёл пальцем над губой, стирая след от чернил.       — Вот так-то лучше.       У Гермионы в одной руке был кубок, другую держал Драко. Она растерянно посмотрела на парней, которые находились необычно близко.       — Спасибо… — пробормотала она в смятении.       Тео перевёл хмельной взгляд на Драко, который пристально наблюдал за Грейнджер, и самодовольная улыбка рассекла его лицо.

***

      Драко забрался в кресло и наблюдал за тружениками. Гермиона сидела в метре от его ног. Тео рядом с ней. Их плечи соприкасались. Драко подумал, что комната, хоть и была ничтожно мала, всё же достаточно просторна, чтобы не облокачиваться на посторонних.       Они сидели на узорчатом ковре, обложившись пергаментами и книгами. Оба босые: в комнате стало слишком тепло. Рядом стоял увесистый столик на низких ножках, весь в зарубках и трещинах. На нём ютились пустые чашки, бокалы, чернила и пепельница. Из радиоприёмника звучала незамысловатая рождественская мелодия. Гермиона с позволения Тео наколдовала несколько золотых гирлянд. Ребята выключили общий свет, и комната погрузилась в тёплую рождественскую атмосферу, которую уже никто не ожидал ощутить.       — Слушай, Малфой, я не могу сосредоточиться, когда ты вот так смотришь, — внезапно заявила Гермиона. Она с вызовом глянула на восседающего на троне бездельника. — Ты либо помогай, либо не смотри.       — Смотреть не запрещено, Грейнджер.       Тео оторвался от дела и взглянул на Драко. Он вспомнил, что сам недавно так же рассуждал. Только рассматривал другого…       — Неужели у тебя нет занятия поинтереснее? — не отступала Гермиона. Вино придало ей пущей дерзости и разгорячило щёки.       — Ты хочешь мне что-то предложить?       — О, я бы тоже послушал, — оживился Тео.       — Ну, не знаю… почитай книгу, напиши кому-то письмо, — она поглубже вдохнула и с издёвкой добавила, — уложи свои волосы…       Тео расхохотался.       — Не думал, что у тебя найдётся целый сценарий, — снисходительно усмехнулся Малфой. — Спасибо, Грейнджер, ты меня не переубедила.       — Он всегда такой противный? — шёпотом спросила Гермиона у Тео, хотя Малфой был слишком близко и отлично её слышал.       — Поверь, сейчас он просто лапочка. Я думаю, дело в том, что Малфой рассчитывал на другие предложения с твоей стороны.       Гермиона искренне не поняла намёка.       Драко пнул Теодора ногой и нахально продолжил сверлить Грейнджер пронзительным взглядом.       Гермиона раздражённо фыркнула и уткнулась в исчёрканный пергамент. Тео тоже вернулся к переписи дневника. Драко не переставал их рассматривать, вальяжно развалившись в кресле и допивая вино.       Он заметил, что кудри у Гермионы и Тео отличаются. У неё были мягкие волны, а у него плотные завитки. Оттенок её волос был более бронзовым, тёплым. У Тео же были тёмно-каштановые спутанные вихры, которые спадали ему на лицо, когда тот склонялся над письмом.       Гермиона прикладывала пальцы к губам, когда задумывалась. Тео шептал размышления вслух, не замечая этого. Драко улыбнулся про себя, когда двое одновременно закусили перо.       Тео был в свободной белой рубашке. Закатанные рукава обнажали предплечья. Изгибы мышц переплетали вены. Давние шрамы от глубоких порезов слегка бледнели. Драко нахмурился. У Тео всегда было так много родинок? Из тёмных пятнышек на его теле получилось бы составить карту созвездий.       У неё тоже были родинки, совсем крохотные. Они виднелись на её шее, ключицах… Но проклятая футболка скрывала полную картину. Интересно, есть ли они на плечах, спине, груди? Драко закусил губу.       Тео призвал к себе небольшую красную пачку. Обхватил губами тонкое основание сигареты и, не отрывая взгляда от бумаг, зажёг её палочкой. Гермиона укоризненно хмыкнула, намекая на то, что ей не нравится его затея.       — Уже и покурить нельзя в собственном доме. Женщина, ты меня убиваешь! — страдалец растворил сигарету в воздухе и широко улыбнулся.       Драко понял, почему каждая улыбка Теодора казалась коварной. Клыки у него были более острыми от природы, что добавляло сходство с хищником. Чёртов зверёныш.       Тео примирительно сжал бедро Гермионы. Драко не заметил, как сжал кулак.       Грейнджер была одета в чёрные джинсы и безликую серую футболку. Зелёный свитер крупной вязки аккуратно лежал рядом. Когда она его снимала, футболка задралась и обнажила живот. Драко скользнул взглядом по едва заметной полоске, которая начиналась выше пупка и растворялась под рёбрами. Гермионе стало неловко, когда она столкнулась с его оценивающим взглядом. И Драко это потешило.       Тёмная ткань плотно облегала её ноги. Длинные пальцы Тео, которые казались почти белыми на чёрном фоне, мягко поглаживали поверхность бедра. Эта картина запускала разноцветный калейдоскоп картинок в воображении Драко. Он на секунду почувствовал себя невидимкой. Каким было бы их поведение, если бы его здесь не было? Распускал ли бы руки мерзавец? Согласилась ли бы она? Интересно, какая была бы стратегия у Тео? А какая она… в деле?       Тео оставил правую руку на бедре, взял перо в левую и продолжил писать, успешно игнорируя два пристальных взгляда.       Минуты сливались в часы. Часы перетекали в вечность. Ребята сами не заметили, как за работой стали болтать. Для Гермионы и Тео это было привычным занятием. Но теперь собеседников стало трое. И, казалось, разговоры обрели новый смысл. Точек зрения стало три, что только усиливало азарт спора. Иногда кто-то становился на сторону другого, и они вдвоём топили третьего. Разговоры были непринуждёнными, пропитанными иронией и сарказмом, и безумно увлекательными. Почему они никогда раньше не собирались втроём?       Драко восхищался живым умом кудрявой парочки. Грейнджер стала для него открытием вечера. Она была приятной… но не была похожа на всех тех теряющих сознание в его присутствии девчонок. С ней было по-настоящему интересно. Драко не заметил, как к нему подкралось сожаление. Почему они потратили так много времени на перепалки и ругань? Ведь могли бы…       — Что бы вы выбрали: вечно молодой разум или вечно молодое тело? — Теодор начал новый виток разговора.       — И разум и тело, — ответил без промедления Драко.       Казалось, ему генетически было заложено желание иметь сверх того, что позволено.       — Нет, Малфой, угомонись. Так же неинтересно, — взбунтовался Тео, — выбери что-то одно.       — Ладно… — задумался Драко, — тогда разум. А ты?       — Разум, однозначно. — ответил Тео. — А ты? — он обернулся к Гермионе.       — Конечно же разум. Зачем мне тело, если я даже не смогу осознать его истощённым разумом?       — Ну я бы не спешил отказываться от твоего тела, — коварно улыбнулся Тео и продолжил, — а представьте, если бы у вас остался только разум. Тела больше нет. Вы какая-нибудь парящая субстанция чистого интеллекта. По каким телесным ощущениям скучали бы больше всего?       — Мне нужно подумать… — протянула Гермиона.       — Это не экзамен, Гриффиндор.       — Ну тогда ты и начни.       — А я могу! — Тео расправил плечи. — Я бы скучал по плаванию. Знаете, по тому ощущению невесомости, когда ныряешь в воду. Ещё по солёному привкусу кожи после моря. По ощущению шероховатости книжных страниц.       — Да, я тоже… — вклинилась Гермиона.       — Ещё скучал бы по сигаретам, прикосновениям и, конечно же, сексу.       Гермиона смутилась, а Драко усмехнулся, соглашаясь.       — Твоя очередь, — Тео обратился к Гермионе.       — Кхм… Я бы скучала по шоколаду. По книгам, как ты уже сказал. По ощущению первого прикосновения к свежевыстиранной постели. По горячей ванне. И… — она опустила взгляд, но всё же решилась произнести вслух, — по электричеству в груди от поцелуя…       Гермиона залилась краской. Ей стало ужасно жарко. Она смотрела чётко в пол, поэтому не заметила довольных лиц парней, каждый из которых воспринял её слова на свой счёт.       — Мистер Малфой, ваш черёд.       Драко сделал глоток вина.       — Я бы скучал по ощущению ветра на коже во время полётов. По обжигающему руки холоду и обжигающему горло огневиски. По крепатуре, — Драко замолчал на секунду и взглянул на Тео. — И да, я бы тоже скучал по хорошему сексу.       Драко хмыкнул, заметив, как сильно вспыхнули щёки Гермионы. Ему нравилось, то, что он вызывал у неё неловкость. Грейнджер взглянула на него и подумала, что он издевается. Ну уж нет, она не доставит ему этого удовольствия.       Гермиона вздёрнула нос и дерзко посмотрела на Драко. Тот не сдавался, смотрел в ответ.       Переглядки затянулись. Повисла тишина. Разгоралась настоящая немая борьба. Кто первый отведёт глаза? Гермиона утопала от неловкости пристальных взглядов, но из-за упрямства не собиралась сдаваться. А упрямее Драко не было никого. Тео это забавляло, и он начал делать ставки про себя.       Малфой часто раньше глядел на неё с угрозой. Его взглядом можно было резать стекло. Но сейчас кроме угрозы и надменности во взгляде Драко было что-то… тёплое. Что-то, ради чего не хотелось прерывать контакт. В груди нарастало горячее волнение. Гермиона медленно закусила губу. Спор больше не имел значения. Захотелось отдать ему победу, только бы он чаще смотрел на неё вот так. Уверенно, немного коварно, но с восхищением.       Тишину нарушило урчание в животе. Тео склонился к источнику звука и мягко спросил:       — Ты голодна?       Гермионе пришлось оторвать взгляд от Малфоя и застенчиво ответить:       — Да, немного… — она была ужасно голодна.       Драко победно хмыкнул. Он выиграл немое сражение.       — У меня есть кое-какая еда, — Тео взмахнул палочкой, и на кухне послышался шорох. — Бери всё, что хочешь.       Гермиона аккуратно встала и направилась на кухню. Через минуту она снова появилась в дверях и спросила, стараясь звучать как можно более обыденно:       — А ты… а вы хотите? Я могу сделать бутерброды с чаем.       Парни переглянулись. Улыбнулись друг другу.       — Да, было бы просто чудесно! — воскликнул Тео. — Тебе помочь?       — Нет, я справлюсь.       Гермиона вернулась на кухню и ещё раз осмотрела пожитки: черный хлеб, копчёное мясо, томаты и крем-сыр. Она достала нож из горы немытой посуды в раковине. Сполоснула его под струёй холодной воды и принялась резать хлеб.       За спиной послышался смешок. Гермиона дёрнулась от испуга и обернулась. Малфой стоял в свете красной лампы и, оперевшись о дверной проём, разглядывал её. В таком освещении и с тёмными кругами под глазами он выглядел особенно зловеще.       — Что? — возмутилась Гермиона.       — Никогда не видел, чтобы так резали хлеб.       Гермиона в замешательстве посмотрела на нож в руке. Что он имел в виду?       Малфой взмахнул палочкой и нож, мягко выскользнув, принялся резать хлеб в воздухе. Гермиона не догадалась применить магию в этом процессе. Она действовала так, как учила её мама. Маггл.       — У меня всё под контролем, — буркнула Гермиона и схватила нож.       — Как скажешь.       Она продолжила готовить бутерброды привычным способом. Но леденящий спину взгляд не давал покоя.       — Что ты хочешь, Малфой?       — Ничего.       — Мне некомфортно, когда ты стоишь у меня за спиной и пялишься.       Драко отшатнулся от двери, медленно подошёл и присел на кухонную столешницу, на которой она готовила.       — Так лучше? — он склонил голову и странно улыбнулся. В хмельном взгляде плясали огоньки.       Гермиона закатила глаза и покачала головой.       — Лучше стало бы, если б ты помог.       Драко прищурился.       — Что нужно делать?       Она совсем не ожидала его согласия, поэтому для придумывания инструкций понадобилась пара секунд.       — Эээ… Нарежь мясо и положи его на смазанные мною кусочки хлеба.       — Договорились.       Гермиона потянулась было за дополнительным ножом, но Драко ткнул в кусок мяса палочкой, и оно вмиг разделилось на тонкие слайсы. Он закружил несколько кусочков в воздухе, ожидая, пока Гермиона смажет хлеб творожным сыром, а затем мягко опустил их.       — Не знала, что у тебя такие глубокие познания в кулинарной магии.       — Ты многого обо мне не знаешь, Грейнджер.       Гермиона держала в руках корочку хлеба (себе по привычке она забрала сразу две) и не могла поверить, что готовит бутерброды вместе с Драко Малфоем. Она искоса наблюдала за движением его рук и сдерживала улыбку.       — У вас есть чистые чашки? — Гермиона брезгливо взглянула на сборище грязной посуды.       Мальчики были жуткими неряхами, вероятно потому, что с детства привыкли жить с прислугой. Но в квартире Теодора домовых эльфов не водилось, и хаос множился в геометрической прогрессии.       — Да просто наколдуй себе новую, — звонко сказал Тео у них за спинами. Он поднырнул под рукой Драко и стащил бутерброд.       — А вы?       — А мы будем пить из твоей.       — Ещё чего.       Гермиона наколдовала себе любимую чашку по памяти. Небольшая, чёрная, она была украшена схематическими изображениями созвездий, а кантик и ручка — позолочены. Драко создал ещё две чашки в фирменных слизеринских цветах. Когда всё было готово, ребята вернулись в комнату, левитируя еду перед собой.       Парни уселись на деревянном полу вокруг коренастого столика. Малфою с его идеально выглаженными брюками явно не подходил антураж затесанной старенькой квартирки. А Тео, несмотря на то, что был похоже одет, выглядел органично. Возможно, дело было в том, что он не сидел ровно, словно проглотил палку, а постоянно вертелся, сутулился и о чём-то болтал. Да и беспорядок на голове отлично сочетался с беспорядком в комнате.       Гермиона остановилась на секунду, задумавшись, где ей лучше сесть. Тео уловил её замешательство и жестом предложил сесть между парнями. Она аккуратно переступила босой ногой Малфоя и, как умела, грациозно приземлилась возле Тео. Когда её бедра проскользнули мимо лица Драко, он неосознанно затаил дыхание. Сдерживался?       Отпивая чай, Гермиона в сотый раз чихнула. Тихонько, как мышка.       — Ты простыла? — обернулся к ней Драко.       — Да, — она кивнула, — знаешь ли, не всем нравится лежать в снегу без мантии.       Драко поджал губы и нахмурился. Переменился в лице. Гермиона заметила, как крепко он сомкнул челюсти. И зачем только она припомнила ему тот вечер? Всё же было нормально. По крайней мере так казалось. Тео, недоумевая, бегал взглядом от одного к другому.       Драко призвал стеклянную колбочку с мутной жидкостью.       — Выпей это, — он передал ей зелье.       Не задавая вопросов, Гермиона сделала небольшой глоток и поморщилась от горького лекарственного привкуса. Резь в горле стала ослабевать. Дыхание облегчалось. Она догадалась, что Драко дал ей противопростудный отвар.       — Спасибо, — Гермиона с подозрением посмотрела на Малфоя. — Странный вкус. Не пила таких раньше. Где ты его взял?       — Сам приготовил.       Гермиона поперхнулась.       — А ты не знала? — вклинился Тео. — Драко у нас известный зельевар. У него отличные рецепты на все случаи жизни: от простуды, похмелья, нежелательной беременности и венерических заболеваний. Да весь Когтевран сидит на его ободряющем отваре, чтобы учиться по пятнадцать часов в сутки.       — Впечатляюще… — сказала Гермиона, глядя на Драко. Она допила зелье и протянула ему пустую колбочку. — Я и правда многого о тебе не знаю.       — А хотела бы узнать? — как бы невзначай спросил Тео.       Гермиона взглянула на него. Задумалась. Снова посмотрела на Драко. Вино в жилах придавало смелости, язык заплетался, но она чётко произнесла:       — Хотела бы…       Драко шумно выдохнул. Замер.       — И вот ещё, — он трансфигурировал два листа пергамента в тёплые шерстяные носки, — надень.       Гермиона, не скрывая удивления, натянула их на ноги. Тео помогал. Его лицо сияло от удовольствия. Заговорщик пожинал плоды.       — Мама всегда говорила, что выздоровление и босые ноги не сочетаются, — спокойно произнёс Драко.       Он вёл себя буднично, словно в том, что он заботился о Грейнджер, не было ничего необычного. Словно не он только что наколдовал чёртовы носки! Малфой! Для Грейнджер!       Когда они доели, то снова принялись переписывать дневник. Малфой вернулся в кресло. Они продолжали болтать, спорить, переглядываться, прикасаться… Продолжали наслаждаться компанией друг друга. Время утратило привычные свойства. Казалось, в сутках было сто часов, но по обычаю они проносилось слишком быстро. Так бывает с теми, кто ненасытен.       В комнате становилось всё теплее. Гермионе было жарко, но она не хотела снимать шерстяные носки. Она собрала волосы в небрежный пучок и обмахнула шею, чем приковала жадный взгляд Драко. Он скользил глазами по плавной дуге от её уха до ключиц. Тео заметил, как Драко рассматривал Гермиону, и его прострелила мысль.       Гермиона перечитывала переведённый абзац вслух. Выразительно, с присущим ей старанием. Тео склонился над ней, повторяя изгибы спины. Держал рукой за талию. Он не слушал, смотрел Малфою в глаза и хищно улыбался. Драко вопросительно изогнул бровь. Что задумал этот кудрявый мерзавец?       По телу пронеслось приятное волнение. Тео угрожающе сверкнул глазами и стал медленно опускаться к её шее, не отрывая взгляда от друга. Напряжение возрастало с каждым дюймом. Приятное волнение внутри перерастало в возбуждение. Он задержал дыхание и прикоснулся губами к нежной коже, по-прежнему сохраняя зрительный контакт с Драко.       Гермиона не вздрогнула. Перестала читать. Позабыв где и с кем находится, она прикрыла веки и изогнула шею. Поддалась. Слегка разомкнула губы и выдохнула через рот.       Драко жадно всматривался. Тело пробрало жаром. Свинец плавился и стекал в низ живота. Приятная тяжесть пульсировала. Но разум кричал.       Это неправильно.       Странно.       Мерзко.       Он вскочил с кресла и в секунду оказался возле них. Тео оторвался от жертвы. Гермиона распахнула глаза. Испуг и стыд сверкали, как искры от бензопилы. Что она делала?! Куда делась нелюбовь к проявлению чувств в присутствии других?!       — Пойдём, покурим? — нервно бросил Драко Теодору.       — С каких это пор ты куришь?       — С этой самой минуты, — прошипел он сквозь зубы.       — Я не хочу курить, — Тео дерзко изогнул бровь, не скрывая улыбки. Весельчак хренов.       — Хочешь.       Драко схватил Тео за руку и резко поднял. Они вышли на балкон.       — Чего ты добиваешься? — яростным шёпотом злился Драко.       — А курить-то мы будем?       Драко хотелось размазать улыбку Тео по стене. Но он сжал кулаки и приказал себе держаться.       Тео, сохраняя нахальство, прикурил две сигареты и протянул одну Драко. Тот сделал глубокую затяжку и выпустил дым.       — Я думал, ты бросил.       — Бросишь с тобой… — рыкнул Драко. — Я повторю свой вопрос. Чего ты добиваешься, Нотт?       Тео задумчиво облокотился о заледенелые перила и выдохнул дым от сигареты вверх. Сделал ещё одну затяжку. И ещё одну. Он словно издевался. Словно испытывал терпение Драко.       — Знаешь, — он наконец заговорил, медленно и ужасно спокойно, — все мы думаем, что жизнь бесконечна. Что впереди нас ждут десятки лет. А что, если это не так? Что, если жизнь уготовила нам сюрприз? Мы же не знаем, какой день будет последним… — он снова затянулся и выдохнул. Усмехнулся. — И мы не знаем, какая юбка будет последней…       Драко взбесился. Вплотную подошёл и угрожающе произнёс:       — Обязательно брать моё?       Тео удивленно вскинул брови.       — Теперь уже «твоё»? Какой ты переменчивый.       — Не зли меня, Нотт.       — Ты что, ревнуешь?       Драко раздражённо дёрнулся, словно сбросил неприятное чувство.       — Я не понимаю, чего ты хочешь… — продолжил Драко. — То ты говоришь «забирай», то распускаешь руки.       — А делиться сокровищем не вариант? — хмыкнул Тео.       — Только в твоей больной фантазии.       — Ммгмм… — Тео довольно прикрыл глаза и наслаждался всплывающими картинками.       Драко полоснули воспоминания о губах Тео на её шее, о том, как он смотрел ему в глаза, о пульсирующем желании, которое рождалось от их близости. Малфой крепче сжал челюсти, прогоняя откровение, и схватил Тео за воротник.       — Если ты хочешь сохранить свою прелестную рожу целой, держи лапы при себе.       — Тут ты ещё должен был добавить: «во имя нашей дружбы», — Тео сегодня с удовольствием расплёскивал яд.       — Я серьёзно.       — Да ты никак рыцарь, мистер Малфой?       Они пронзали друг друга самыми острыми мечами в арсенале. Драко небрежно отпустил Тео и швырнул сигарету с балкона.       — Сколько времени нужно, чтобы до тебя дошло, что в этом уравнении три переменных? — Тео коварно прищурился.       — Я не в настроении для твоих игр, — рявкнул Драко, толкнул мерзавца и направился в комнату.       Тео резво обогнал его, задев плечом.       — А я бы поиграл, — он подмигнул и переступил порог балкона.

***

      — Это омут памяти, — послышался голос.       Гермиона вздрогнула. Высокий полуночный «призрак» бесшумно подошёл и отпил чаю из её рук. Они будут пить из чашки Грейнджер, как он и обещал. Гриффиндорка наигранно-дерзко подняла бровь.       — Не жадничай, — улыбнулся Тео.       В дверном проёме стоял Малфой. Оперевшись на хлипкую дверь, он пристально наблюдал за происходящим.       Серебряный туман омута памяти погрузил троих в воспоминание, подписанное на хрустальной колбочке «12,5 лет назад». Гермиона взвизгнула, когда в комнате появился Волан-де-Морт. Она не ожидала оказаться так близко со своим ночным кошмаром.       Марианна погибла.       Последнее, что увидели трое, — безжизненный медовый взгляд, который скрывала пара тёмных кудрей и застывшее в дерзкой эмоции лицо. Марианна оставалась храброй до конца. Драко видел это воспоминание много раз, но сегодня по-другому пережил его. Раньше он не знал, какой бывала смерть близкого человека. Драко бы с радостью оставался в неведении, но жизнь изменилась против его воли.       Когда пелена омута растаяла, он увидел синие мутные глаза друга. Они были переполнены болью и злостью.       — Тео, мне очень жаль… — прошептала Гермиона. — Кто был этот мужчина?       — Я не знаю, но я должен найти его, — Тео звучал очень серьёзно. — Мать отдала ему то, что предназначалось мне. И из-за него Волан-де-Морт…       Комнату заполнила немая тишина.       — Так вот что случилось с твоими руками. Там, у сферы, — сказала она Тео и многозначительно посмотрела на Драко, — это было не в первый раз…       — Да. Я знал об этом. Думаю, это наследственное. Видела, у мамы такие же руки были?       — Это похоже на тёмную магию, — низким тоном произнёс Драко. В его стальном голосе слышалась тревога и неожиданно… забота.       — Возможно, так и есть, — ответил Теодор и беспомощно взглянул на друга.       Драко больше не злился на Тео. Он переживал за него. Подошёл поближе и положил руку на спину. Без слов и объяснений. Гермиона по-прежнему крепко сжимала его ладони и отчаянно пыталась прочитать эмоции.       Тео на секунду прикрыл глаза. Как хорошо, что эти двое были рядом. Как волнительно чувствовались их прикосновения. Мелкая дрожь унималась под давлением холодной руки друга. Но внутреннее противоречие снова напомнило о себе. Тео резко вдохнул, отбросив пугающие мысли, и неправдоподобно весёлым голосом заявил:       — Хватит с нас на сегодня умственной работы. Пора бы отдохнуть.

***

      Тео взмахнул палочкой и огромный матрас отправился к открытому балкону. Он плавно опустился, словно ничего не весил. Несколько снежинок сразу же приземлились сверху.       — Но это же жуткий холод! — вздрогнула Гермиона.       — Драко чувствует себя лучше в холоде. Думаю, сейчас всё, что может позволить ему чувствовать себя лучше — хорошая идея. Как считаешь? — Тео подмигнул.       — Эм… Да, думаю, ты прав.       — Жизнь его не баловала в последнее время. Так хоть мы побалуем. Это ему необходимо.       Гермиона попыталась задуматься над словами Тео, но сонливость и остатки алкоголя сотворили из мозга желе. Она лишь удивилась, как Тео, который был в подобном Драко положении, так самозабвенно заботился о друге, игнорируя свою боль.       — Не переживай, на твоё ложе я отправлю тройные согревающие, — сказал он и послал заклинание на раскладное кресло в противоположном углу.       Гермиона, поддавшись уговорам Теодора, всё же решилась остаться на ночь. Она успокаивала себя тем, что в такую погоду опасно шататься по улицам. Да и идти ей некуда.       — Тео.       — А?       — У тебя не найдётся запасной пижамы?       — Хм… Пижамы точно нет. Я обычно сплю гол… — он поймал смущённый взгляд, — в общем, без пижамы. Но ты можешь взять любую мою вещь, которая тебе понравится. Там в комнате стоят сумки. Они в твоём распоряжении.       Гермиона зашла в комнату-склад и заглянула в первую попавшуюся сумку. Внутри были аккуратно сложены мужские вещи. В основном чёрные. Она даже толком не поняла были это брюки или мантии. Сбоку ютилась стопка белых рубашек. Гермиона аккуратно достала одну. Аромат свеже-стиранного белья заставил её поднести рубашку к лицу и вдохнуть поглубже. Запах показался знакомым. То, что нужно.       Гермиона переоделась, оставив из своей одежды только нижнее бельё. Размер был слишком большим, поэтому рубашка Тео превратилась в спальную сорочку, достающую до колен. Гермиона закатала рукава и нащупала вышитую эмблему на плече. В темноте было не разглядеть, что на ней написано.       В коридоре она встретила Драко, который выходил из ванной, и Тео, который туда шёл. Они оба синхронно уставились на её новый образ.       — Оу-у-у, достойный выбор, — зубоскалил Тео.       Воображение рисовало, как могла выглядеть её фигура под безразмерной рубашкой.       Драко провёл взглядом от колен к рукаву и заметил эмблему. Он вопросительно зыркнул на Тео. Тот рассмеялся в ответ.       — Я предложил ей взять любую одежду, — Тео примирительно развёл руками.       Гермиона смутилась и нахмурилась. Что происходит?       Драко подошёл к ней. Босой, в одних спальных брюках, со стопкой вещей в руке. Мокрые волосы взъерошены. На плечах поблескивали серебряные капельки. От разогретого душем тела исходило ощутимое тепло. Драко аккуратно провёл пальцем по вороту рубашки у её ключиц. Вороту своей рубашки.       — Тебе идёт, — закусывая улыбку, сказал Драко.       На щеках вспыхнул румянец неловкости. Гермиона спрятала взгляд, и нервно одёрнула край новой «ночнушки».       — С-спасибо… — вопросительной интонацией ответила она.       Драко, посмеиваясь, ушёл в спальню. Дурацкая улыбка Тео не думала ослабевать.       — Что?! — возмутилась Гермиона.       — Ты прекрасна… — объявил Теодор и нырнул в ванную.       Гермиона осталась одна в коридоре. Послышался шум воды и глухое шуршание. В кромешной тьме виднелась тонкая полоска света. Из-под двери просачивался пар. Гермиона не шевелилась. Прошло около десяти минут. Она не решалась зайти в спальню. Всё ещё завороженно смотрела на яркий луч и прокручивала в голове весь вечер. Проживала каждое слово и каждый взгляд заново. Пыталась найти объяснение. Опровергнуть свои домыслы. Или подтвердить.       Она окончательно запуталась. Но поняла только то, что сегодня ей было… хорошо.       Гермиона глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Она вдруг осознала себя здесь и сейчас. В старой лондонской квартире. Слушающей, как Тео что-то насвистывал в душе. Стоящей босыми ногами на затёртом паркете. В мужской, слишком большой рубашке. Собирающейся ночевать в самой невероятной компании… Она почувствовала, что в тени неловкости пряталась радость. Удовольствие.       Неизвестность шипела и кусалась. Но абсолютно невозможно было устоять перед её зовом.       Гермиона попала в Гриффиндор за врождённую храбрость, поэтому она сделала ещё один глубокий вдох, коснулась потрескавшейся двери и зашла в комнату.       Драко лежал в постели у раскрытого нараспашку балкона. Фонари уже не горели. Вьюга утихла. Снежные тучи расступились. Луна ещё не взошла. Небом властвовало пёстрое сияние тысячи звёзд. Драко закинул руки за голову. Свежая белая повязка контрастировала на фоне кожи. Одеяло едва ли прикрывало живот.       — Ты не замёрзнешь? — вырвалось у Гермионы. Она тут же прикусила язык.       Драко задумчиво хмыкнул:       — Беспокоишься обо мне, Грейнджер? — приподнялся на локтях.       — Ну… — она укоризненно глянула на него. — У тебя мокрые волосы. А на улице декабрь. Ты можешь простудиться.       — Я люблю холод. Думаю, у нас с ним это взаимно. К тому же у меня ещё остались запасы антипростудного зелья.       Покалывания мороза на коже заставляли Драко чувствовать себя живым. Когда лёгкие обжигали ледяные осколки — хотелось дышать ещё больше и глубже. Именно поэтому он любил летать в стужу до трещин на пальцах.       — Хладнокровный Слизерин?       — Точно, — хмыкнул Драко.       — О, да, тот ещё змей! — ввернул Теодор.       Он только что зашёл в комнату. Босой, с мокрой головой и в одном нижнем белье. Гермиона смущённо отвернулась.       Драко потянулся за палочкой:       — Только ради тебя… — коснулся кончиком волос, и те мгновенно высохли.       Гермиона цокнула языком и забралась на раскладное кресло. Поёжилась и закуталась в толстое пуховое одеяло, которое для неё приготовил хозяин дома.       — Я что-то пропустил? — Тео взглянул на них и скептически поднял бровь.       Но ему никто не ответил.       Он бросил вещи на единственный в комнате стул, на котором уже лежала аккуратная стопка Драко. Сладко зевнул и потянулся. Рёбра, словно гармонь, изогнулись, втягивая живот внутрь. Тео, в отличие от Драко, был худощавым и жилистым. Холодный свет улицы подчеркнул рельеф его тела. Он встряхнулся и резво забрался под одеяло к Гермионе.       — Что ты делаешь? — взвизгнула она и подскочила.       Малфой раздражённо пробормотал что-то на заднем плане.       — Ложусь спать? — ответил Тео как ни в чём не бывало и подбил подушку.       Места на раскладном кресле едва ли хватало для одного. Гермиона втиснулась в стену.       — Но… я… мы… — растерялась она. — Что за наглость? Проваливай! — толкнула его в грудь.       — Я думал, я у себя дома, — Тео по-хозяйски развалился, — или ты хочешь, чтобы я спал на полу?       — Я думала, ты будешь спать с Малфоем.       — Ну уж нет, — отрезал Драко.       — Я с ним ложе делить не стану. Драко распускает лапы во сне. Не может устоять, — Тео провёл рукой по торсу и расплылся в самодовольной ухмылке.       Малфой показательно фыркнул.       — Я не буду с тобой спать! — упиралась Грейнджер.       Они с минуту буравили друг друга острыми взглядами. Тео сдался. Грустно и тягостно выдохнул. Сполз с раскладного кресла и с нарочито несчастным лицом лёг обнажённой спиной на пол. Из окна полоснул ледяной ветер. Гермиона вздрогнула, представив ощущение соприкосновения голой кожи и паркета.       Она сложила руки на груди. Посмотрела на Драко в поисках спасения. Тот с издевательской улыбкой снисходительно развёл руками, мол «разбирайся с этим идиотом сама».       Тео заёрзал. Показательно громко вздохнул. Начал стучать зубами. Его хотелось придушить.       Гермиона злобно плюхнулась на кровать и уставилась в потолок. Нахмурилась. Теодор просто невыносим. Она сосчитала до двадцати трёх. Двадцать четыре… Двадцать пять… Двадцать шесть… Не выдержала. Перекатилась на край кровати и взглянула на страдальца.       — Ну и как там внизу? — сдерживая улыбку, спросила она.       — Не очень комфортно, скажу я тебе… — Тео потёр руками плечи. — Ты абсолютно бессердечная. Выгонять несчастного на пол. В такой холод! Я точно умру от обморожения.       — Тебе будет полезно, — язвила Гермиона.       Драко тихо расхохотался.       Тео улыбнулся. Мелкие морщинки обрамили добрые глаза. Он жалобно вглядывался в лицо вершительницы его судьбы.       Гермиона нахмурилась. Для приличия выдержала паузу. Пусть ещё помучается. Но в присутствии синеглазого дьявола уверенные заявления Гермионы имели свойство растворяться.       Под внутренние фанфары Теодора она протянула ему руку, приглашая лечь рядом. Тео обхватил её кисть и, не скрывая радости, забрался в постель. Он переметнулся через Гермиону и устроился под стеной.       — Я разочарован, Грейнджер, — сообщил Драко.       — Заткнись, Малфой! — отмахнулся Тео.       Он перевёл взгляд на напряжённое лицо новоиспеченной соседки и шепотом добавил:       — Завидуй молча.       Тео, словно кот, лениво опустился на простынь и лёг вполоборота. Он протянул длиннющие ноги так, что ступни торчали с края раскладного кресла, раскинул руки и жестом пригласил Гермиону в свои объятия. Она контрольный раз нахмурилась и покачала головой. Тео мягко улыбнулся в ответ. Гермиона закусила щеку изнутри — невозможно было устоять перед его улыбкой. Она застегнула рубашку на самую верхнюю пуговицу и медленно опустилась к нему спиной. Он тут же обвил её холодными руками. Вздрогнув от ледяного прикосновения, она потянула на себя одеяло, и оно скрыло их под уютной тяжестью.        Гермиона слегка поджала ноги, и Тео почувствовал, как рубашка поползла вверх, обнажая поясницу. Он прижался ещё сильнее, в точности повторяя контуры её тела. Она была тёплая и такая маленькая по сравнению с ним. Он же запросто мог носить её в кармане. Тео усмехнулся. Карманная Грейнджер — забавный зверёк.       Теодор Нотт упивался восторгом. Её грудь была в паре сантиметров от его пальцев. Их тела разделяла тонкая ткань рубашки и белья. А ещё Гермиона пахла как Драко. Идеальный коктейль из древесных пряных ароматов и персика будоражили воображение.       Тео склонил голову и нежно поцеловал единственный оголённый участок кожи, который был ему доступен — шею. Гермиона протяжно выдохнула и обвила пальцы Тео своими. Она чувствовала его лёгкую щетину, вдыхала шлейф сигаретного дыма, вина и цитруса. Кто бы мог подумать что этот длинный день, день, в начале которого она собиралась послать Теодора куда подальше, закончится в его до безумия приятных объятиях. Ей было спокойно и волнительно. Он прижимался к ней, лишая возможности пошевелиться. Но она и не собиралась двигаться. Вслушивалась в его дыхание и тонула в интимности момента.       Гермиона смотрела на Драко и на звёзды. Он мирно спал. Шторы развевались от морозного ветра. Он касался кончика её носа, от чего тот краснел. Гермиона безмолвно призвала к себе палочку и направила в сторону окна.       — Аккуратно. Он очень чутко спит, — прошептал Тео.       Хорошо, что в темноте не было видно её растерянных глаз. Пойманная с поличным, она всё же послала луч согревающих чар на матрас у балкона. Человек не должен спать в таком морозе! Заклинание облизнуло теплом. Драко поморщился. Ему стало слишком жарко, и он отодвинул одеяло ногой, полностью обнажив торс. Тело Драко было бесподобным продуктом спорта и генетики. Плотные объёмные мышцы, образующие контрастный рельеф, гармоничные пропорции. Драко был эталоном силы и грации… Несмотря на то, что просто спал.       — Признай, ты просто хотела его поразглядывать.       Гермиона ткнула Тео локтем, сбивая его смех.       Смотреть на спящего Малфоя стало уже традицией. Только теперь Тео был не один.       Он высвободил руку и бережно убрал прядку волос Гермионы за ухо. Затем прошептал, касаясь губами:       — Ты очень заботливая…       — Спокойной ночи, Теодор, — если бы у шёпота была суровая интонация — это была бы она.       — Спи сладко… — выдохнул Тео и нежно чмокнул за ушком. — Гер-ми-о-на.       Он зарылся носом в её волосы и замолчал. Расслабляющая наркотическая нега с цитрусовым привкусом заставляла дыхание углубляться, а веки тяжелеть. Звёзды смешивались с бликами платиновых волос и постепенно меркли. Гермиона проваливалась в сон, а в голове назойливо вертелась мысль: почему никто не наколдовал ещё одну кровать?

***

      Драко проснулся посреди ночи ведомый необычным чувством. Он не сразу понял, где находился. Пару мгновений вспоминал минувшие события. Это всё не было сном: смерть мамы и тяжёлые похороны, срыв в кабинете отца, поддержка Тео, её внезапный приезд, слёзы на его груди, незаслуженная нежность, колкая дерзость, бутерброды и шерстяные носки, чёртова хищная улыбка Тео и поцелуй в шею, омут памяти и его рубашка на ней…       Драко поднялся и тихо подошёл к двери. Он задержал взгляд на парочке, спящей в объятиях друг друга. Драко стиснул кулаки. Совершенно непонятно, как можно заснуть в лапах этого скользкого типа. Она совсем безрассудная. Тео всегда выбирал себя. Но по непонятным причинам ему всё сходило с рук. Он умел обернуть ситуацию так, что близкие просто закрывали глаза на подобные выходки.       Но Драко не закрывал глаза.       В груди кольнуло, и он почувствовал себя лишним в этой истории. Раненое сердце бывает слепым. Этим двоим по всей видимости просто отлично вдвоём. Его они жалели, поэтому и нянчились.       Злость подступила к горлу. Жалость — последнее, что хотел испытывать на себе Драко.       Он шёл по коридору, словно призрак, и не понимал, что здесь делал. Почему бы ему просто не уйти? Оставить голубков наедине. Они же только этого и ждут. Всем станет лучше, если Драко исчезнет.       Но необычное чувство, которое пробудило его, заставляло остаться. Заставляло смотреть на чёртов поцелуй, не отрывая глаз. Заставляло меняться.       Драко зашёл в заставленную хламом комнату. Блуждая в своих мыслях, он рассматривал предметы былой роскоши Тео. Дошёл до светящегося омута памяти и заметил рядом на полу небольшую чёрную чашечку в созвездиях. Он поднял малышку. Остатки холодного чая чернели на дне. Драко прикоснулся губами к золотой каёмке и сделал глоток.       Он отпил из чашки, из которой пила она. Из которой пил и Тео. Теперь Драко с ними заодно.       Теперь их станет трое.

***

      Слишком яркий свет вырывал из вязких сновидений. Гермиона поморщилась и укрылась одеялом с головой. Но сон уже отступал. Реальность вытесняла негу. Гермиона улыбнулась. Она не могла припомнить, когда в последний раз так хорошо высыпалась. Дело точно не в горбатом раскладном кресле. Дело в… соседе.       Гермиона сладко зевнула и обернулась, чтобы взглянуть на Тео. Но его не было.       Она скинула одеяло с лица и взволновано осмотрелась. Драко тоже не было, как и матраса, на котором он спал. Дверь балкона закрыта. Вещей на стуле нет.       Гермиона занервничала. Вскочила. И сразу села. В глазах потемнело от резкой смены положения. Придя в себя, она тихо направилась по коридору в поисках парней. Возле входной двери стояли два небольших чемодана.       Драко и Тео были на кухне.       — Доброе утро! — разлился в улыбке Теодор и протянул ей кружку кофе.       — Привет…       Драко не поздоровался. Он был привычно холоден. Только надменно глянул на неё, делая глоток. Его шею скрывал ворот чёрного гольфа, острые плечи подчеркивал идеально скроенный пиджак. Тео был в тёмной рубашке, застёгнутой на все пуговицы, и длинной дорожной мантии. Парни были при полном параде. А Гермиона стояла перед ними в одной помятой от сна рубашке. Она неловко потянула край, чтобы прикрыть голые ноги.       — Мы решили поехать в Хогвартс, — объяснил дорожное настроение Тео. — Там условия получше и кормят неплохо. Ты с нами?       — О, я не рассчитывала… — она замялась.       Гермиона планировала все каникулы провести с семьёй Уизли. Но сейчас ей совершенно не хотелось возвращаться в Нору. Да и что она будет делать в полупустой школе… с ними?       Тео вручил свою кружку Драко и подошёл к Гермионе.       Драко смотрел Тео в спину в надежде увидеть её лицо. Чтобы заглянуть ей в глаза и отговорить путаться со слизеринцами.       — Я хочу, чтобы ты поехала с нами, — вкрадчиво произнёс Тео и намотал каштановую прядку на палец. — Драко тоже хочет.       — Я сам могу говорить за себя, — раздражённо рыкнул Малфой.       — Ну так говори, чёрт тебя дери.       Драко хотелось прибить Теодора. Он поглубже вдохнул и процедил сквозь стиснутые зубы:       — Грейнджер, собирайся.       Она заглянула через плечо Тео. Драко был беспристрастен. Каменная маска без намёка на какую-либо эмоцию. Но теперь она знала, что внутри этой статуи живёт человек. И она поедет с ним в Хогвартс.

***

15 сентября 2020 год       Драко аккуратно ступал по бетонным руинам филармонии. Шаткая конструкция могла обрушиться в любой момент. Он выпускал поисковые заклинания одно за другим. Серебряные волны, подобно радару, уносились от палочки вдаль. Тревожное предчувствие стекало холодными каплями по позвоночнику. Ещё один шаг. Выдох. Драко не позволял эмоциям взять верх. Сейчас не время паниковать. Нужно найти её.       Серебряная искра вспыхнула справа. Поисковое заклинание сработало.       — Поттер, она там! — с надрывом выкрикнул Малфой и, не глядя под ноги, помчался в сторону вспышки.       Пыль разрухи постепенно оседала, но всё ещё не давала нормально смотреть. Драко бежал на ощупь, вцепившись глазами в серебряный огонёк. Наткнулся на торчащую ржавую арматуру. Она рассекла ему ногу. Но, кажется, Драко даже не заметил этого. Он бежал дальше. Не отрывал взгляда. Серебряная вспышка. Она там.       Страх. Прожорливый страх сковывал горло. Руки холодели. Дыхание сбивалось. Но он не должен останавливаться. Она там.       Последний раз Драко так же боялся увидеть её, когда она шла к алтарю.       Перед глазами вспыхнули образы. Весенний сад. Трава, покрытая росой. Белоснежные раскладные стулья, на которых жались друг к другу гости. Утро выдалось прохладным, но никто не хотел скрывать парадные наряды под тёплыми мантиями.       Заиграла музыка. Десятки вздохов. Гости обернулись к ней.       Она была безупречна.       Она шла по усыпанной лепестками дорожке под руку с отцом. Он что-то шептал ей на ухо, вероятно, подбадривал или давал последние наставления. Она тихонько смеялась в ответ.       Драко пристально вглядывался. Хотел увидеть её глаза. Но она не поднимала взгляда. Тоже боялась.       Страх сковывал сердце Драко. Он хотел сказать ей что-то важное, но все мысли разлетелись. Во рту пересохло.       Тео был рядом. Он нервно постукивал пальцами. Заламывал их до хруста. Сдерживал стихийную магию.       Драко улыбнулся. Она была прекрасна. Ослепительно красива. Даже тогда на балу она не светилась так, как сегодня. Кремовое лаконичное платье с глубоким вырезом на спине. Его любимый фасон на ней со времён выпускного. Каштановые волосы собраны назад, и лишь одна тонкая прядка нежно стекала по шее. Лицо прикрывала прозрачная вуаль. Губы искусаны. Щёки разгорячил румянец волнения. В руках скромный букет белых пионов. Она дрожала. Не поднимала взгляд.       — Я согласна… — тонкий голос проломил небо.       Сердце Драко остановилось. Тео сжал его руку.       Жених поднял фату и нежно поцеловал невесту. Гости ликовали и радостно хлопали. Кто-то выстрелил бутылкой шампанского.       Драко закрыл глаза.       Она так и не посмотрела на него…
Примечания:
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.