улица разбитых мечт

Мы живём боясь предательства, а когда нас предают, начинаем бояться жизни.

***

Тёмная, маленькая улочка. Освещённая шестью тусклыми фонарями, которые не помогают ничего разглядеть, кроме силуэта молодого человека. Он идёт низко опустив голову. Он о чём-то размышляет или… Он плачет. Слёзы стекают по его лицу и падают, как маленькие звёзды, на асфальт. Он идёт… А куда собственно, он и сам не знает. Ему главное уйти, из этого района, а лучше, вообще улететь далеко-далеко за океан. Но этого не произойдет, его конечный пункт… Это река Хан. Он хочет избавиться от, такой навязчивой, мысли предательства. И уже должно быть всё понятно. Ему ведь объяснили. Что его не считали кем-то дорогим, его просто использовали… Использовали. Слово набатом бьёт в голове. Его просто-напросто использовали. А на что он собственно надеялся. Он же сам позволил… Больше он не думал. Просто шёл вдоль дороги. К своему пункту назначения.

Теперь он не боялся предательства — боялся лишь передумать.

***

Он не помнит как дошёл сюда, сколько времени прошло, час, а может два? Сейчас, это не важно. Он подходит к краю моста, опирается на балюстраду и перекидывает первую ногу, затем вторую. На часах 4 утра, вряд-ли кто-нибудь будет проходить. У него в запасе ещё как минимум несколько часов, чтобы в последний раз, насладиться видом ночного Сеула, вдохнуть прохладный, ночной воздух. Он прикрывает глаза и вдыхает. В голове начинают строчками бежать разные «, а что если…» и таких, если, миллионы. У него наверняка есть время ответить на них всех, ему некуда спешить. Из вороха мыслей его вырывает отклик. Его назвали по имени… Он поворачивает голову и видит Его. Он стоит по ту сторону и смотрит на него. Глаза в глаза. У одного во взгляде боль и принятие, у второго сожаление и раскаяние. Прошло меньше пяти минут, но им казалось — пролетела вечность. Второй делает шаг вперёд, первый отпускает руку. Последует второй шаг, отпускает ногу. Второй срывается на бег, чтобы спасти, но поздно. Первый отпускает последнюю опору и летит вниз. Последует, удар. Вокруг только ледяная вода. У него есть три минуты, три. И отсчёт уже начался. Лёгкие начали наполняться водой. А после, забвение…

***

Тихое, размеренное пиканье аппарата жизнеобеспечения. Молодой человек, приходит в себя. Он пытается открыть глаза, но веки слишком тяжёлые. После нескольких попыток, ему всё же удается это сделать. В глаза резко бьёт, слишком яркий свет. Немного привыкнув, он открывает веки полностью и осматривает помещение. Белые стены, белый потолок, белая дверь, прикроватная тумбочка, он… в больничной палате. В голове набатом бьётся « я жив…». Истерика берёт верх. Подальше воспоминания довольно смутные, как будто их записали на плёнку, большинство кадров вырезали, а то что осталось склеить в один фильм. Врачи в белых халатах. Санитары. Крепкая хватка на ногах и руках. Шприц. Прозрачная жидкость. Вена. Игла. Укол. Пустота.

Он боялся лишь передумать. Но жизнь сыграла с ним злую шутку, подослав на помощь того, кто предал.