Стыд

Фемслэш
NC-17
В процессе
50
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Макси, написано 132 страницы, 41 часть
Описание:
Молодая девушка из еврейской религиозной семьи устраивается помощницей в дом известной певицы, страдающей от биполярного расстройства.
Примечания автора:
Все права защищены.
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Награды от читателей:
50 Нравится 28 Отзывы 20 В сборник Скачать

Глава 13.1 Гликманы не прощаются

Настройки текста
      За одну ночь мое тело приобрело весьма необычную суперспособность - оно, как датчик, начало считывать каждое малейшее колебание пространства и не давало мне ровно сидеть в вечернем троллейбусе до Рамат-Шемер. Ерзая от вибраций сиденья, пола и окна, я скрестила ноги и окинула взглядом салон - никто, кроме меня, этого не замечал. Ощущение ее прикосновений на коже не смылось душем, его нельзя было спрятать под новым платьем или засунуть в сумку с вещами на Песах. Оно было на мне. Со мной, в моей голове.       Я закрывала глаза и видела ее над собой. Расслабленное лицо с легкой ухмылкой - ее забавляли мои сдавленные стоны.       "Тише-тише, детка, - шептала она, поглядывая на дверь и замедляя движения, чтобы я обратила внимание на ее слова. - Уверена, ты не хочешь тройничок."       Я только мычала в ответ, приподнимая бедра и впиваясь пальцами в матрас. Простыня задралась, одеяло давно валялось где-то на полу, подушка - в ногах. Мое тело, разгоряченное и влажное от выступившего пота, дрожало от частого дыхания. Ее губы на моей шее, ключицах, груди оставляли сладкий электрический след, от которого ощущения внизу, между ног, становились до невыносимости яркими. Как фейерверки. Заставляющие кровь бурлить и пульсировать. - Уже? Мы же не дошли до самого интересного.       Хая возмущённо укусила меня за внутреннюю поверхность бедра и без того трясущейся ноги. Несколько секунд я не могла прийти в себя, осознать, где пол, где потолок. Пульсация начала угасать вместе с остатками сил. Я с трудом перевернулась на живот, поправила простынь. - Ты не прекратишь убираться даже в Судный день, да? - ехидно поинтересовалась женщина, поглаживая меня по ягодице. - Отстань.       За это мне прилетел легкий шлепок. - Эй! - Это был мастер-класс. Не бесплатный, потом отработаешь.       Она игриво чмокнула меня в ухо и встала с развороченной постели. - Все хорошо? Не останешься до утра? - с ребячьей надеждой спросила я, неуклюже заворачиваясь в одеяло.       Ноги все еще подкашивались, руки не слушались и кружилась голова. Я понимала, что она не останется, но почему-то все равно спросила. Из вежливости, наверное.       Хая с усталой улыбкой покачала головой: - Лучше посплю на диване. Не хочу лишних разговоров. - Хорошо. - А, и знаешь что, - начала она и как-то замялась. - Съезди завтра домой, Мойре наверняка нужна помощь перед Песахом. Ей будет приятно.       Теперь я слегка смутилась. Неожиданно слышать подобное от человека, который обычно не особо переживает за кого-то кроме себя. - Ага, - кивнула я, не успев сообразить, что ответить. - Ну, пока.        Пока шла по главной улице религиозного района, ловя на себе заинтересованные взгляды прохожих, старалась в деталях продумать предстоящий разговор. Спорить с Мойрой бессмысленно, оправдываться тоже. Остается идти в наступление с предложением, которое вчера милостиво высказал господин Хадад. Нужно доказать, что все мои последние выходки, ночевки вне дома - не прихоть, а необходимость. Что все было не просто так и благодаря моему непослушанию у нас появится реальный шанс решить проблему.       Самовнушенное чувство преимущества - отличный стимулятор уверенности. Фактически, конечно, никакого плана не было. Были лишь смутные представления о том, что, если сумма долга уменьшится в три раза, речь пойдет уже о довольно реальных числах и эта давящая на нервы статья расходов наконец исчезнет. Но и этих представлений было достаточно, чтобы резво заколотить кулаком в дверь. - Что хотела? - с порога бросил Моти, не прекращая лузгать семечки.       Я, не рассчитывающая на подобное приветствие, хмыкнула в ответ. Из-за его спины доносился жуткий домашний гам, столь непривычный для меня после долгого отсутствия. - Я здесь живу, - наконец опомнилась я.       Моти сыграл удивление, стрельнул лузгой через ржавые перила и лениво протянул: - Давненько не замечал, чтобы ты здесь ночевала... - Пусти ее, Моти, сейчас не до этого! - из кухни долетел раздраженный женский крик.       В комнатке, где и вдвоем-втроем разойтись трудновато, вокруг облезлого стола без скатерти собралось, вероятно, большинство Гликманов этого квартала. Во главе стола, на своем обычном месте, сидел дядя Шимон, с другой стороны - окруженная братьями и сестрами Сара, старшая дочь Гликманов.       Сарит было тридцать. По словам Шимона - точная копия матери в молодости, только помельче, но с таким же командным голосом и суровым усталым взглядом. Она была второй раз замужем - первый муж трагически скончался от болезни, наградив старшую дочь Сарит нервным заиканием - и четвертый раз беременна. В некотором роде Сарит была самым удачным ребенком Гликманов, с супругом и детьми, как полагается, с эталонной жизнью. Каждый раз, когда речь заходила о моем замужестве, Мойра обнадеживающе кряхтела: "Не переживай, хабибти, Бог даст, будет у тебя, как у Сары". И до некоторых пор я была абсолютно не против этого "как у Сары". - Хорошо, что ты пришла. Садись.       Сара приказала жестом освободить мне стул, Яков и Арон, делящие его на двоих, неохотно сползли и протолкнулись во второй ряд нашего амфитеатра. - И так, что решаем, - продолжила Сара. - Я заберу Ривку и Дору. Помощь с детьми не помешает. Но когда родятся близнецы, места в квартире совсем не останется. И придется забрать одну кровать, поставим в коридоре, там достаточно просторно. - Если уйду из школы, смогу работать в полную смену, - предложила Дора. - Даже не думай, - перебила Сара. - Хочешь до конца жизни мыть полы в супермаркете?! - Не кричи на нее, - вдруг вмешался Моти. - Она права. Ей шестнадцать, может работать. Сейчас от ее школы все равно толку ноль. - Замечательно! - воскликнула Сара, откинувшись на спинку стула, нервно поглаживая живот. - В таком случае, когда Мойра вернется, я скажу, что не дать Доре доучиться было твоей идеей! - А где Мойра? - влезла я, не выдержав чувства тотальной потерянности в этой беседе на повышенных тонах.       Беседа прервалась. Семеро Гликманов дружно повернулись в мою сторону. Я все еще ждала ответ. - Мама в больнице, - прошептала Ривка мне на ухо. - Что? Почему?! - Сердечный приступ, - ответил Моти. - Жаль, ты была очень заняла, чтобы приехать к ней в больницу. - Почему мне никто не позвонил?! - Я звонил раз десять, идиотка, на твой выключенный телефон! - Моти!       Осознание пробило тело дрожью. Старый телефон, который я использовала для связи с семьей, чтобы не выдать наличие нового, некошерного, за ненадобностью пару дней валялся где-то в полке разряженным. - Она в порядке?       Сара сделала глубокий вздох и обменялась взглядами с отцом. - В большем, чем будет, когда узнает, что мы продаем квартиру, - равнодушно ответил дядя. - Тебе повезло, что рав[1] настроен благословить твой брак. - Раз Милнеры хотят свадьбу в день смерти матери Йоэля, то в конце апреля Фрида заберет Ривку к себе, - Сара вернула разговор в прежнее русло, - Лучше конечно обсудить этот вопрос заранее. - Я поговорю с Йоэлем, - вызвался Моти, поглядывая на меня с пренебрежением. - Очень похоже, что он чересчур ко всему благосклонен, но это нам на руку. - Если мама вернется к свадьбе, то папа с ней и мальчиками на время переберется в киббуц к дяде Давиду. - Ни за что! Это же деревня! - Тише, Яков, это не навсегда, - Сара приложила палец к губам, - Это временная мера. Я надеюсь.       Она с сожалением в карих глазах окинула взглядом семью, которая, судя по всему, в последний раз собралась на этой маленькой убогой кухне в бледно-бежевом религиозном районе Рамат-Шемер. Взгляд остановился на Моти. - Ты в свободном плавании.       Вечно дерзкий и невыносимый Моти был растерян. Ривка, на протяжении почти всего разговора вытиравшая слезы об его рукав, всхлипнула и заревела с новой силой. Моти, сжимая в кулаках черные от семечек пальцы, перевел вопросительный взгляд на отца. Старый Шимон шмыгнул носом и кивнул. - Если решишь покинуть общину, мы с матерью не сможем препятствовать. Ты оставишь здесь своих друзей и соседей, с которыми делал первые шаги, пел и читал Тору. Будь готов, что для них ты станешь вчерашним днем, они никогда не примут твой выбор. Там ты будешь один. Но как бы не сложилось, хочу, чтобы ты знал: даже если все на свете молча отвернутся, у тебя останется трое братьев и четверо сестер, чтобы сказать тебе, какой ты засранец.       Парень усмехнулся сквозь слезы. Сара всхлипнула и с укоризненной улыбкой покачала головой. - Гликманы не прощаются. Господь снова раскидает наш род по Земле, но мы это проходили, знаем, что делать. А пока помогите мне раскрутить кровать.
Примечания:
[1] рав - раввин
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты