Я просто нашла Death Note и тут понеслось....

Сия глава была написан в два присеста. До сна и после. Очередной виток перевязки узлов в макраме повествования. Немного хочу сказать про эпизод с Матвеем в этой главе. Некоторые читатели, знакомые с одним мега-большим аниме сериалом увидят некую связь. Уж не знаю, что мне вдарило, что я это написал. Видимо, Матвей уж больно хотел такого исхода, да и неплохо оно согласовалось, честно говоря. Прошу не проводить ассоциаций между оригинальными персонажами и моими. Я только ситуацию взял. Последнюю сцену задумал относительно недавно, когда… Впрочем, это будет написано в FAQ, который станет пришпилен в конец повествования. Приятного прочтения! Ваш автор, Хиро-Кира-Хару.

      Указания штаба ошеломили Юрия. Ему нужно перетягивать Киру на сторону расследования и выведывать все о Питоне. Скрепя серде, парень рассказал о том, что Илья подозревал девушку в обладании Тетрадью, провоцировал и склонял к сотрудничеству постельным образом. Но что сказал Вилнис, просто размазало Филатова.       - Сынок, я не знаю, что это за херня такая, - делая ударение на последний слог устало произнес мужчина, - но компьютеры Питонова и все его вещи таинственным образом ночью исчезли из штаба. Видеонаблюдение в зале не зафиксировало никакого проникновения, а в спальне сидел я и читал результаты дела всю ночь. Когда я в половину пятого отправился на кухню, то я обнаружил пропажу половины оборудования из кабинета. И как это понимать, как, скажи мне, малыш?       - Не знаю, дядь Андрей, не знаю. А через окно?       - Окна были закрыты изнутри, я сам закрывал. Шума из кабинета не доносилось. Утром эксперты уже осмотрели окно - никаких следов вторжения. И что это за мистика? Может, эти шинигами все же существуют и воруют компьютеры с ценной информацией?       - Я не думаю, - скривил душой парень. - Но что произошло - не знаю. Может, ты задремал? Или кто-то заменил запись камеры слежения?       - Нет, - покачал головой полковник. - Там в краю кадра видно электронные часы с датой. Я просмотрел всю запись - время правильное. Мистика, аппаратура и вещи пропали бесследно! Ума не приложу, что произошло!       - И что ты думаешь делать дальше?       - В общем, так, ты работай с Кирой, старайся ее успокоить и создать ей комфорт, а я - попробую разобраться с этим делом. И, да, сколько ты можешь ходить со своей легкомысленной прической? Тем более теперь...       - А что теперь? - полюбопытствовал Юрий.       - Как я понял, отношения у вас с Кирой уже достаточно интимные, - хихикнул мужчина.       - С чего ты это взял?!       - Да глядя на твою шею, уже все понятно, - засмеялся Андрис. - Она у тебя вся в засосах!       - Где? - парень побежал к шкафу с зеркальным задником и захохотал: - Она мне сердечко на шее насосала!       - Ну вот, сынок, доволен?       - Да, даже спасибо Кире за то, что тот заварил эту кашу, и я познакомился с таким замечательным человеком! - сердечно произнес Филатов.       - А ее не смущает разница в возрасте?       - Неа, не волнуйся! Все отлично, дядь Андрей! Все хорошо! И я обещаю, что в данном случае все будет отлично!       - Хорошо, тогда полагаюсь на тебя. С расследованием разберемся сами, думаю. Будем держать тебя в курсе дела, - мужчина уткнулся взглядом в свой ноутбук. - Ладно, сынок, иди, мне пора работать.       - Пока, дядь Андрей! Удачи вам! - Юрий махнул полковнику и направился к выходу.       - Ну что, дорогой, как попка? - ехидно спросил вошедший в помещение, которое заключенный окрестил как "КПЗ". - Я решил сегодня повторить, какать не хочется? Опять клизмочку сделаем?       - Слушай, змий ты подколодный, - хрипло выплюнул пленник, - я не понимаю, почему ты не дал мне даже объясниться нормально?       - А что, ты мог бы все пояснить? - удивленно переспросил пленитель. - Я следил за тобой все это время. Каждый миг. Конечно, когда эти надоедливые шинигами мешались, мне приходилось свое наблюдение делать более осторожным, но я знаю о тебе ВСЕ.       - Шинигами? Ты о чем?! - пораженный мужчина слепо уставился на темную фигуру.       - А ты не знаешь, что Кира обладала Тетрадью и вокруг нее плясали Рюук и Лаулиет?       - Нет, она все отрицает, но откуда ты знаешь?       - Я знаю много, а откуда... - палач хмыкнул. - Тебе не стоит много знать, толку никакого! - и он, выхватив хлыст из-за пояса, нанес пару ударов по обнаженной спине пленника. Тот выгнулся и заорал. - Музыка для моих ушей... - констатировал мучитель. - Прямо бешеный крик сталью по венам! Замечательно орешь, мое сраное счастье! - и он нанес сильный удар тяжелым сапогом по ребрам жертвы. Тот зашипел и поник.       - Похоже, что ты слишком слабый, и кого я воспитал?       - Я старался тебе помочь, - простонал мужчина. - Ты был для меня всем, заменил всех...       - А потом ты предал мою любовь с какой-то шлюхой, - закончил палач, отбрасывая хлыст в сторону. – Пожалуй, я тебе сделаю клизму, чтобы приучить тебя к дисциплине, да и не мешает ополоснуть те части тела, что промокли, - с этими словами, темная фигура скрылась за дверями, а пленник, плача, прошипел:       - Ненавижу тебя, до смерти ненавижу! Чтоб ты сдох, тварь! Чтоб тебе анус взорвало! - сквозь слезы бормотал мужчина, покачиваясь на цепях. - Чтоб тебя в Тетрадь записали, сволочь!       - Кира, где шинигами? - выпалил Юрий, рывком открыв дверь и плюхнувшись в кресло водителя.       Девушка оторвалась от книги, пожала плечами и вопросительно посмотрела на парня.       - Из кабинета Питона пропали все его вещи! Камеры никого не зафиксировали, Андрей сидел в главной спальне, читая дело, и никого не слышал. На окнах нет следов вторжения. Это дело рук шинигами! Я уверен! Да и Андрей-то тоже... - неуверенно произнес сыщик.       - В чем Андрей уверен? - не поняла Кира. - Полковник Вилнис?       - Да, он сам предположил, что это были шинигами. Я сказал, что не верю в них.       - И зря! - с заднего сиденья просунулась белая физиономия с желтыми глазами и вытянутой челюстью. - Ты сейчас меня видишь ведь, да?       - Твою мать! - подпрыгнул Юрий. - Рюук, что ты так пугаешь?       - А что, меня же нету, ты не веришь! - ухмыльнулся шинигами.       - Рюук, все вещи Питона пропали. Ты и Эл имеете к этому отношение? - хмуро спросила Кира.       - Не-не! - замахал руками тот. - Когда они пропали?       - После полуночи и до половины пятого утра, - ответил Филатов.       - Не, мы с Рю-у-узаки тогда летали по городу и валяли дурака, не желая вам мешать. А Молестия на наших глазах около полуночи унеслась в Мир Шинигами, а она слов не рушит и трусы людишек не ворует, не такая натура... - развел руками шинигами.       - А другие шинигами в нашем мире встречаются? - спросил сыщик.       - Не встречал, - пожал плечами Рюук. - Хотя иногда я ощущал что-то знакомое, наше, но... Мне просто казалось, что у Питошки энергетика такая поганая. Не думаю, что это был шинигами. Я всех наших знаю.       - А если новый? - не унимался Юрий.       - Не знаю, может, и новый, но поначалу шинигами пару лет обитают в нашем мире, я бы увидел.       - А Эл как же? - спросила Кира.       - Он не пользовался Тетрадью, - невозмутимо произнес Рюук, - он умер от знания и с желанием узнать, как оно работает. Последнее желание умирающего было столь сильно, что он получил то, что хотел. Единичный, знаете ли, случай...       - А других таких не может быть?       - Понятия не имею! Тетрадь уже семь лет не использовалась в таких целях. Все, кто был записан, просто дополняли жизнь шинигами.       - Рюук, - девушка тронула шинигами за руку, от чего тот слегка смутился и отодвинулся, - ты не мог бы мне показать свою личную Тетрадь?       - А? - отрешенно спросил тот. - Зачем?       - Покажи, если можно, - тихо и настойчиво попросила она.       - Да ладно, смотри! - он открыл сумочку, висящую у него на плече, и извлек Тетрадь. - На, не жалко!       Кира открыла последнюю исписанную страницу. Пара имен различными иероглифами, пара имен латиницей, одно из которых польское и... Знакомые по аниме три иероглифа.       - Рюук, ты записал Лайта в Тетрадь, так ведь? - тихо спросила она.       - Да, иначе и не могло быть! Я его обязан был записать, как использующего Тетрадь!       - А что с ним сталось после смерти? Ни Ад, ни Рай не примет его, так куда он попал? – красноволосая протянула тетрадь обратно. Когтистая рука быстро сграбастала ее и сунула на место.       - Знаешь, я не особо думал над этим, - почесал свою торчащую прическу шинигами. - Я считал, что мы поглощаем их души...       - А он не мог стать шинигами?       - Антологии пересмотрелась, - хрюкнул Рюук. - Не знаю, может, и мог, но меня он не посещал и, уж точно уверен, я бы его почувствовал рядом, это такая силища, что, будучи человеком, он сам у меня вызывал дрожь. У меня, у шинигами! - возмущенно завопил рассказчик, вытащил из сумки огромное яблоко и самозабвенно захрустел.       - Кира, ты думаешь, что это Ягами стал шинигами? – Филатов с удивлением посмотрел на девушку.       - Почему бы и нет? – та пожала плечами. – Но все равно я ничего не понимаю…       - А тебе оно надо? – жуя, спросил Рюук. – Живи и радуйся, да мочи людишек, что тебе еще-то?       - Мне бы хотелось знать, что творится вокруг… - пробормотала девушка, поежившись.       - Ладно, Кир, поехали, - Юрий повернул ключ в замке зажигания. – Предлагаю, составить план по дороге.       - По дороге куда? – спросила Никитина.       - Я думал тебя домой отвезти, - тряхнул челкой парень.       - Ну давай, заедем, - согласилась Кира.       - Молли, мать твою! – Матвей, с тяжелым похмельем поднялся с кровати. – Куда ты провалилась, шкелетина моя незабвенная? Я тебе банан куплю, только найди мне анальгинчик! – мужчина, не найдя тапок, пошлепал босыми пятками по грязному полу в ванную, прихватив с собой мобильный. Набрав номер, он принялся раздеваться, сидя на краю ванны.       - Матвей? – раздался ворчливый голосок в трубке. – Ты уже выспался?       - Мне уже хуево, Кома! – пожаловался Кольцев. – Будь другом, притащи мне анальгинцика лафетку, а то я сдохну тут и не смогу воплотить свои планы!       - Вечно ты напиваешься, а мне тебя вытягивать, - пробормотал собеседник. – Ладно, жди, я скоро прибегу, только куплю тебе лекарства.       - Я жду тебя в ванной, друг мой юный! – пропел Матвей и, сбросив звонок, залез в ванну и включил теплый душ. С матюгами, шипя на мокрую воду, мужчина взял с полки шампунь и принялся намыливать мочалку. Помыться не мешало, он уже не помнил, когда он последний раз принимал душ, но звонить Комару для справки он посчитал лишним.       - Мама, мы все тяжело больны, мама, я знаю – мы все сошли с ума… - с тоской пропел Кольцев и тут же заорал: - Трупы оживали, землю разрывали, всюду выползали, дико бушевали, глотки драли, всё вокруг ломали, рвали свою плоть! Это место люди не любили, потому что здесь гадов хоронили. Все они водку пили - проклятыми были!       Открыв дверь квартиры Матвея, Комар осторожно вошел в темную прихожую и тут же услышал хрипящие всхлипы хозяина из ванной. Не разуваясь, парень открыл дверь и застыл на пороге. Слабый свет голубоватой подсветки зеркала открыл взору подростка необычную картину. Весь пол был заляпан водой и пеной, а в ванне стоял Матвей.       Зрелище было завораживающее:        Из закрепленного в стояке душа лились струи на крепкое бледное тело мужчины. Обычно лохматые волосы обвисли прямыми прядями, скрывая лицо и спадая на плоскую грудь и широкую спину. Слегка склонившись вперед, опустив голову и опираясь правой рукой о стену, Кольцев вскрикнул.       - Матвей! – Комар шагнул в ванную, оставив пакет на пороге.       Мужчина застонал, шипя от головной боли, и изнеможенным голосом прохрипел:       - Анальгин… Где мой анальгин? – и он вновь вскрикнул.       - Великий Матвей! – парень сделал еще один шаг вперед. – Я принес тебе несколько видов лекарства, хотя достать кое-что было крайне трудно… Или, если ты хочешь, то я мог бы сделать тебе массаж головы…       - Нет! – капризно прорычал Кольцев. – Мне нужен анальгин!       - Но ты же знаешь, что ты вчера слишком много выпил, даже для себя! Я удивлен, как ты еще не блюешь! – всплеснул руками Комар. – Если мы не реанимируем тебя сейчас – станет слишком поздно! Ты потеряешь рассудок! – закричал парень.       - Потеряю рассудок?! – тихо переспросил Матвей и заорал. Его красные глаза расширились, изо рта полилась розовая жидкость.       - Матвей! – Паренек шагнул в ванне, опустив глаза, чтобы не встретиться взглядом с Кольцевым. – Думаю, пора использовать технику «Чиммичанга», - тихо пробормотал он, делая еще шаг.       - Будь ты проклято, некачественное бухло! – зашипел Матвей, резко развернув корпус и представая перед подростком во всей своей обнаженной красе.       - Ой, - пискнул Комар, закрывая глаза и отворачиваясь. – Я тебе сейчас принесу очки и лекарства! – и паренек мелкими шажками умчался в комнату друга.       Спустя полчаса Матвей, лежа в кровати, с полотенцем на голове, напившись кефира, таблеток и запив все легким пивом, уже был более-менее адекватен.       - Кома, и чего я так вчера нажрался? Я даже не помню, как ты пришел. Я почти ничего не помню. Такое ощущение, будто и Тетрадь с шинигами мне примерещилась…       - Если бы я вчера сам не таскался с Лаулиетом пару часов, то я бы подтвердил, что это все глюки, а так… - парень пожал плечами. – Что думаешь делать с Тетрадью-то?       - А что делать с ней еще, как не вносить хаос? Мир сходит с ума, бузит, правительства почти нет… Мне нравится такая анархия!       - Но что будет, когда ты убьешь всех «несогласных»? – почесал переносицу Комар.       - Не будь так наивен, - хрипло рассмеялся Кольцев. – Их столько, что мне за всю жизнь не справиться, возьми я даже несколько сотен соратников!       - Матвей, - паренек положил ладонь на плечо друга, - зачем тебе все это?       - Не знаю, раз подкинули, то почему бы не воспользоваться?       - Посмотрим, - вздохнул мужчина, - интересно, куда пропала Молли? Мне без нее скучно!       - Ты сам вчера послал всех шинигами куда подальше, - тихо ответил подросток. – Вероятно, скоро вернется…       Парни замолчали, каждый думал о своем.       Унылый пейзаж мира шинигами. Каменные глыбы, пыльные ветры и мертвая тишина. Молестия шла по дороге, ее длинные волосы трепал ветер, а глаза смотрели под ноги, чтобы не споткнуться.       - Эй, принцесса! – раздался сбоку приятный низкий голос. Молестия удивленно обернулась и уставилась в алмазные глаза золотого черепа.       - Привет, Армония! – кивнула она.       - Король за тобой посылал, - сообщил шинигами. – Каликарча и Далил направились в Мир Людей за тобой совсем недавно. Видимо, им придется долго тебя искать, - иронично произнес скелет.       - Я и сама хочу наведаться к Королю, - ответила Молестия. – Я хочу с ним поделится своими впечатлениями.       - Иди, он ждет, - Армония Джастин опустил взгляд, уставившись на нефритовые четки в своем кулаке.       Шинигами вошла в пещеру и двинулась по знакомому маршруту. Король редко выбирался из своего чертога, но только такие высокопоставленные шинигами, как Молестия, Армония Джастин Бейондлемэйсон и Ну имели к нему свободный доступ в любое время.       - Я ожидал тебя, принцесса! – раздался звучный и властный голос из недр каменного зала. – У меня к тебе серьезный разговор.       - Я слушаю тебя, о Отец! – присела в поклоне шинигами.       - Я следил за твоими приключениями в Мире Людей, - продолжил Король, - но есть некоторые вещи, которые были решены раньше, и мы не вправе рушить правила…       - О чем ты, Отец? – недоуменно вскинула глаза на фигуру в конце зала Молестия.       - Игра началась еще до твоего вступления, но Рюук не был в курсе, как и Лаулиет, - с легкой досадой произнес Король. – Молодняк играет в игры, не стоит нам, высшим, мешать им.       - Что ты хочешь сказать, Отец? – шинигами вскочила и подошла к трону.       - Я хочу сказать, что ты выходишь из игры. Ты можешь следить за ней, но не имеешь права вмешиваться в нее. Разговаривать с Рюуком и Лаулиетом о том, что происходит на самом деле, тоже не рекомендую. Сиди и наблюдай за Игрой!       - Но как же Матвей? У него Тетрадь… - широко открыв глаза, запротестовала принцесса.       - Рюук станет его ведущим шинигами, - хрипло пояснил Король. – А ты теперь не имеешь права появляться в Мире Людей, пока игра не закончится!       - Но какая Игра?       - Игра шинигами, как же ты не поняла? – усмехнулся Отец всех шинигами. – Ты все узнаешь, совсем скоро все станет ясно. А теперь, Молестия, отправляйся по своим делам, только не забывай – в Мир Людей тебе путь закрыт.       - Слушаюсь, о Отец! – шинигами присела в поклоне, резко разворачиваясь, встала, и быстрым четким шагом направилась на поверхность.       Ни сожаления, ни тоски по Матвею, ни огорчения она не испытывала. Ей всего лишь стоит заглянуть в Омут и продолжить следить за той самой Игрой, что упоминал Король.       По пустынному каменному полю шла светло-серая шинигами, и ее серо-розовые волосы развивались по ветру.