zeroing

      — Юнги беременн, — заявляет Хосок как только садится в машину. Намджун, сидящий на водительском, в непонятках переводит на него взгляд, наполненный негодованием, и вытягивает голову вперёд, расширяя глаза.       — Хос, ты ебанулся?       — Он постоянно хочет сладкого, а ещё поправился на два с половиной килограмма за неделю, — тихо объясняет Чон, теребя пальцем губу, стуча другой рукой по колену, и утыкается взглядом в одну точку на бардачке. — Стал, — вытягивает руки, очерчивая контуры тела парня по памяти, и немного хмурится, повышая голос. — Не-е-ежным таким. Он вообще никогда так себя не вёл. Улыбчивый и прям светится весь, когда меня видит.       — Хос, ты реально ебанулся, — безнадежно выдыхает Намджун, выезжая со двора, но резко жмёт на тормоз, давя на клаксон, выкрикивая озлобленно на подрезавшую его машину. — Придурок, блять, смотри куда прёшь!       — Да чё сразу ебанулся-то? — Хосок руки разводит в возмущении. — Если судить по этим фактам, то другого объяснения не остаётся.       — То есть, тебя вообще не смущает, что он — парень? — выгибает бровь Джун, хмыкая, когда друг бьёт себя несколько раз по лбу и мычит. — Не думаешь, что он стал таким из-за тебя? Вы ведь уже два года вместе? Ты даже квартиру снял и к себе его перетащил, теперь кукуете там вместе. Понятно, что он светится от счастья, несмотря на то, что ты придурок.       — Сам ты придурок, — шикает Чон, наблюдая за проезжающими машинами, пока они стоят на светофоре. — Ты сам, я смотрю, с Давон неплохо живешь после свадьбы, — играет бровями и несколько раз толкает Нама в плечо. Тот смущается, прикрывая ладонью лицо, одновременно с этим пытаясь убрать от себя руки друга.       — До сих пор не могу забыть, как Тэхен закинул её себе на плечо и побежал в лес, оря, что украл невесту. Он всё её платье в грязи засрал.       — Он набухался в лужицу, чё ты от него хотел? Ревел всё «У-у-у, мы друга потеряли, он теперь с кольцом на пальце жить будет, семьянином заделался, он же больше не будет по клубам с нами гонять», — Хосок пытается пародировать голос Кима, опуская уголки губ. — А Давон ему как на подзатыльник и всё, угомонился.       — Только Давон сама по клубам нас тащит под вой Тэ «Мы и так уже старые, какие нам клубы?».       — Иронично.       Оба смеются, пока вспоминают моменты со свадьбы Нама и Давон, припоминая случай, как Джин с Чимином уронили торт, пока несли его к столу, как Тэхён по залу со своим бойфрендом кружил, запинаясь о свои же ноги, но Чонгук его, тушу такую, всеми силами держал, чтобы тот не грохнулся, а Хосок испугался резко заигравшей музыки и ёбнулся ногой об стол, падая со стула, потянув за собой и Юнги, которого схватил за штанину. Он перед Мином потом очень долго извинялся за синяк на локте, зацеловывая и поглаживая ноющую руку всю ночь, пока парень всё-таки не прекратил дуться и не развернулся к нему, прижимаясь к груди.       Они подъезжают к набережной, слыша шум волн и множества людей и, забрав пакет с напитками, направляются по лестнице к пляжу. Хосок на ходу снимает майку, закидывает её на плечо друга, сразу направляясь к воде, когда замечает там плюхающегося с Чимином Юнги, которые, походу, уже не играются, а всерьёз вцепились, а Намджун идёт к шезлонгам, где под пляжным зонтиком сидит Тэхён, в объятиях которого Чонгук, закутанный в полотенце, а рядом лежит на животе, загорает Давон. Он оставляет пакет у небольшого столика и здоровается с парнями.       — Хули так долго? Baby boy от жажды скукожился весь уже, — с ходу возмущается Ким, вытаскивая из пакета газировку и, открыв её, протягивает Чону, что благодарит Нама. Джун подходит к Давон, и несколько раз несильно шлёпает её по ягодицам.       — Моя королева хорошо отдыхает? — он наклоняется ближе к девушке, проводя по оголенной спине, не встречая препятствий в виде лямки купальника.       — Щас эта королева засунет флакон с кремом для ног тебе в задницу, — цедит она и резко разворачивается, вытаскивая из стоящей рядом сумки небольшой флакон. — Я просила крем от загара, Намджун, а ты чё в сумку мне бросил, а? — возмущается Давон, пока он опускается на песок коленями, делая виноватый взгляд. Намджун очень хорошо умеет просить прощение, а Давон никак не может устоять от его такого выражения лица, поэтому и вздыхает, поправляя солнцезащитные очки. — Завяжи мне купальник, — просит она всё ещё немного раздраженно, но уже смягчавшись. Намджун всегда был таким полоротым: то забудет что-то, то сделает не так, то сломает свои очки и разгромит квартиру по чистой случайности. Но Давон всё равно простит. — Где ребёнок? — звучит немного встревоженно, когда она поднимается с шезлонга и осматривает пляж. Хосок с Юнги уже обжимается, отплыв на надувном матрасе на приличное расстояние, а Чимин подлетает к брату, выхватывая из его рук банку с холодным пивом, делая глоток. Тэхён даже не вякает, понимает, что братик его вырос: вон, вытянулся как и уже первый курс закончил вместе с другом.       — С ней возятся Джин и Эйми. Она спокойно строит песочные замки вместе с Джексоном, — успокаивает жену Намджун, указывая пальцем в сторону берега, где сидит Юна.       — Тащи её сюда, она тоже хотела пить, — командует Давон, и Джун поднимается с песка, направляясь к ним.       — Эй, принцесска моя! Пойдём к маме, она тебе попить даст. Да ты ж моя сладкая, какой у тебя красивый замок получился! — ласково говорит Ким и садится перед ней на корточки. Девочка смотрит на него, улыбаясь, показывая два передних зуба, а после отламывает одну башенку и кидает мокрый песок в него и смеётся, засовывая грязные пальцы в рот. Он тяжело вздыхает, вытаскивая пальцы, пытаясь убрать грязь с губ девочки и отряхивая его с майки под смех Джина и Эйми. — Да, я тоже рад тебя видеть, — выдыхает Нам и подхватывает её на руки, возвращаясь к Давон.       — Боже, — тянет девушка, когда видит двух подошедших из своего семейства. — Мне песок потом из ваших задниц вымывать? — снова ворчит и отдаёт бутылочку в руки мужа, и он, сказав «Принцесска, мы с тобой, кажись, ещё получим», помогает ей попить.       — Сочувствую, папаша, — язвит за спиной Тэхён и громко выругивается, когда Давон отвешивает ему подзатыльник.       — Ты мне ребёнка ещё матам научи!       Ким надувает губы и отворачивается, пока Чонгук с Чимином открыто над ним угарают.       К шезлонгам подтягиваются Хосок с Юнги на спине и Эйми с Джином, что плетётся сзади, походу играя с Джексоном, и Ким, отодвинув от себя Чонгука, шарит в пакетах в поисках закусок и новой дозы пива.       — Что ж, — он вытаскивает на стол несколько вилок, контейнера с салатами, что приготовила Давон, и напитки, открывая свою бутылку, поднимая вверх для тоста. — За сегодняшний прекрасный июльский день.       — Мы вообще-то за тебя сегодня пьём, чувак — недовольно бурчит Хосок, поднимая брови, мол «ты чё?». — У тебя, типа, день рождение, — остальные активно поддакивают на слова Чона, а Тэхён только отмахивается, когда Намджун тянет из пакета криво замотанную в подарочную бумагу коробку.       — Да вы чего, ребят? Я же сказал, что не надо подарков, — отнекивается он, но Нам продолжает пихать её ему в руки.       — А, да? — в удивлении спрашивает Давон, приспуская очки. — Ну тогда ладно. Нам, давай обратно, сами будем пиво гнать, а подарком его будет наше внимание, — она забирает коробку и наклоняется к пакету, пока остальные прыскают в кулаки с того, как Тэхён разводит руки и обходит стол, выхватывая подарок со словами «Да ребят, вы чё, ваше внимание — лучший подарок», приобнимая её за плечи, пытаясь чмокнуть в щеку в знак благодарности, но она пихает его в лицо подальше от себя.       — Мы тоже не с пустыми руками, — восклицает Джин, протягивая вытянутую коробочку, завёрнутую в яркую фольгу, и он так же их благодарит.       — За твою тридцаточку, чувак!       Хосок поднимает руку для чоконья бутылками и все кричат «За тридцаточку!», сталкиваясь горлышками. Чимин с Чонгуком одновременно запускают хлопушки и Джексон с Юной смеются, хлопая в ладоши, пытаясь поймать мишуру. Ким ерошит волосы брата, крепко его обнимая, и притягивает Чонгука к себе за полотенце, быстро целуя в губы. Чон в объятиях расслабляется и делает глоток холодного пива, прикрывает глаза, слушая грудной тэхёнов голос.       За два года ничего не изменилось. Сердце всё так же стучит в эпилепсии, лёгкие от касаний задыхаются, ноги от взглядов подкашиваются. У них любовь уже, конечно, не та; она теперь намного сильнее, ядерной бомбой не разрушить. Чонгук её сотнями клятвами закрепил, а Тэхён тысячами поцелуями и шептанием «baby boy» в макушку. Чонгук улыбается, когда вновь понимает, что Тэхён его забрал, к себе приковал и сам приковался, завязав крепкий узел. Всё, не выбраться, слишком поздно.       … — Юна, ты мне волосы вырвешь, — шипит Намджун, сидя у берега и строя песочный замок вместе с Джексоном, пока Юна лезет ему на спину, хватаясь за волосы на затылке. Остальные стоят у столика и шезлонгов: Джин и Эйми уехали за новой партией напитков, Давон наконец мажется кремом от загара, Чимин и Юнги не могут оторваться от еды, отчего их подкалывает Хосок, а Тэхён не отлипает от Чонгука, сидя на шезлонге.       — Девушка! — звучит сзади них, где натянута волейбольная сетка, и Давон видит, как к ней катится мяч и останавливается чуть дальше шезлонга, рядом с которым она стоит. Внимания Ким не обращает, продолжает втирать крем в кожу на руках. Рядом останавливает парень на вид лет двадцати. Она мельком оглядывает его загорелое накаченное тело через линзы очков, когда он в наигранной неловкости чешет затылок и улыбается. — Не могли бы вы подать мяч? — спрашивает и улыбается ещё шире, но Давон только отрицательно машет головой. Парень немного теряется, но быстро скрывает это за смешком и тянется к мячу. Он снова смотрит на неё, продолжая улыбаться, и Давон, ощущая на себе его взгляд, поворачивается, приподнимая брови. Парень не реагирует, осматривает её тело, закусывая губу, а девушка чуть ли не прыскает и снимает очки, пихая их между лямками купальника. — Вашей маме зять не нуж-       — У моей мамы зять уже есть. Я мать, понял? Если хотел подкатить, выбрал бы что-нибудь пооригинальнее, — перебивает его девушка, выгибая брови в насмешке. — Go away, boy, — и, не смотря на удивлённого парня, смотрит в сторону берега, где Джексон крушит замок, пока муж обессилено лежит, и Юна высыпает ему ведро песка на лицо, из-за чего он начинает кричать, и мягко улыбается, когда Нам поднимает сразу двух на руки и заходит с сними в воду. Главное, чтоб детей не утопил и его не закопали, а так у него всё под контролем.       Джин и Эйми к этому времени уже подходят с новыми ящиками пива и газировки, и Хосок сразу порывается выхватить одну для Юнги. Тэхен тоже по чонгуковой просьбе поднимается с шезлонга, распаковывая ящик и вытаскивая из него пару. Он открывает бутылку пива за кольцо на пробке и протягивает её парню. Тот принимает, благодарит, хватая со стола пачку чипсов. Тэхён в руках крутит пробку, задумывается и мельком смотрит на руки Намджуна и Давон, прослеживая за безымянными пальцами. Он вновь смотрит на Чона и на месте мнётся, не сводя долгое время глаз с его лица, и тот, конечно же, замечает на себе серьёзный и немного помрачневший взгляд, поэтому тушуется, отводя от губ горлышко бутылки и вскидывает нерешительно брови.       — Ты чего? — опасливо спрашивает он, думая, что успел где-то накосячить.       — Чонгук, — понижая голос и бегая взглядом по лицу, но всё же останавливаясь на его глазах, говорит, разворачиваясь корпусом. Чонгук уже начинает прокручивать в голове все свои сегодняшние действия, но память ему не выдаёт ничего, где бы он мог провиниться. Если это не то, когда он толкнул Тэ в воду, пока они плавали на огромном матрасе, то он тогда не знает, что могло спровоцировать такой взгляд парня. Он снова делает глоток и ещё больше не понимает происходящего с Кимом, когда он прикрывает глаза и туго сглатывает, несколько раз прокашливавшись. — Короче, сказать хочу, — начинает неуверенно, взяв Чонгука за свободную руку, который всё ещё не въезжает. Остальные на них пялятся, замолкая, тоже не понимая, что Ким пытается сделать. — Вот, прикинь… Мы как одно целое, да, только раздельно: ты мой инь, я твой янь, и чувствуем друг друга максимально. Вот, знаешь, это как я какую-то хуйню сделаю, так ты подхватишь и мы вместе ещё больше хуйни натворим, — тараторит Тэхён, поднося ладонь ко рту на паузу.       — Чё? — Чонгук бровь выгибает, кажется, до затылка. Чимин уже с Намджуном шепчется, не понимая, что задумал брат.       — Я, если быть честным, от тебя кайфую больше, чем от Рари, понимаешь? А это вообще пиздец как сильно, — шепчет последние слова Ким, показывая, что это правда очень сильно, и брови сводит, уже тысячный раз прокручивая пивную пробку.       — Тэ, тебя чё вдруг на милашности потянуло? — прыскает Давон, пока Юна тянет из её рук бутылочку с водой. — Ты вроде не любитель, — теперь уже прыскают все и Чимин даже припоминает, что Тэхён однажды про это говорил «Это слишком по-гейски», игнорируя колкость от Намджуна в виде «Ты буквально встречаешься и спишь с парнем». Тэхён и сейчас всё это игнорирует, продолжая наблюдать за Чонгуком, который случайно роняет чипсину и выругивается, облизывая пальцы.       — Baby boy, — окликает он парня, к которому подбежал Джексон, прося понюхать пиво, и тот снова на него смотрит, выпрямляется и опять бровь в непонятках изгибает. А потом у него глаза расширяются и он чуть ли бутылку не роняет, потому что перед ним на колено опускаются, нервно проводя несколько раз по носу, и руку, держа пробку кольцом вперед, протягивают. — Будь моим бойфрендом, — завершает уверено и твёрдо, не отводя взгляд от растерявшегося Чонгука, а потом немного исправляет. — Ну, ты и так мой бойфренд, но тут, типа, более официально.       Тэхён как может сдерживается, чтобы парня не поцеловать прямо перед всеми, хотя им не впервой, когда Чон смеётся смущённо, прикрывая рот ладонью. Он правую руку тянет, и Тэхён её в свою аккуратно вкладывает, надевая пробку от пива на безыменный палец. Она больше, поэтому сваливается, но Чонгук её придерживает и сам же порывается вперёд, чтобы в поцелуй утянуть, пока остальные с уважением им хлопают в ладоши.       Хосок, стоя в сторонке, по-актёрски вытирает несуществующие слёзы, кривя лицо, будто щас урыдается от милоты этой парочки, и резко тянет на себя Юнги, прижимая плотно к груди, чувствуя, как за резинку шорт хватаются, пытаясь оттянуть от себя подальше.       — Ты щас задушишь меня, придурок! — шипит невнятно беловолосый, но позже успокаивается и обнимает в ответ, расслабляясь от тепла хосокова тела.       — Юнги у меня кое-что для тебя есть, — Чон, оторвав от себя парня, вытягивает кулак, и тот брови сводит, прямо как Чонгук минутой ранее.       — Это чё?       — Моя любовь к тебе, — Хосок кулак расправляет, показывая пустую ладонь, но позже к груди в область сердца прикладывает, делая что-то непонятное со своим лицом, всегда называя это «эгё».       — Что ж, горько! — выкрикивает Чимин, не сдержав смешка ни с брата с Чонгуком, ни с друга с Хосоком, и поднимая вверх свою бутылку с газировкой, с которой сталкиваются ещё восемь, теперь крича «горько».       — Предложение зачётное, конеш, — довольно тянет Чонгук, не прекращая улыбаться, и начинает смеяться, когда Ким с кряхтением поднимается и Намджун его по плечу хлопает, говоря «Счастливой семейной жизни, бро». — Пробка от пива на моем пальце и я окончательно твой.       Тэхён парня к себе притягивает, чувствуя, как его поясницу окольцовывают, и блаженно улыбается, пока шепчет Чону миллионное «люблю».       … Чонгук, попадая в салон Феррари, незамедлительно седлает тэхёновы бёдра, и тот припадает к его губам, ладонями сжимая талию. Тэхён футболку, которую парень надел еще под вечер, потому что становилось прохладно, задирает и сразу ныряет под резинку шорт, поглаживая упругие половинки, чувствуя, как они напрягаются, и, не сдержавшись, проникает на две фаланги.       Чонгук поцелуй разрывает, облизывая влажные от чужой слюны губы, и тянется к ручнику внизу сиденья, дёргая его. Кресло резко опускается вниз, отчего Тэхён ударяется об него головой и тихо выругивается, потирая затылок. Парень к его шортам тянется, чтобы развязать узел, сбиваясь дыханием от сжимающих кожу чуть выше колена пальцев, и наконец разобравшись с ним, тянет шорты вниз, освобождая набухший член. Он несколько раз невесомо проходится по всей длине подушечками, а после обхватывает ладонью, чувствуя весь его жар. — Тэх-, — Ким даже закончить не даёт, сразу понимает, что нужно: подлетает с места, наклоняется вперёд, крепко придерживая парня за талию, и открывает бардачок. Чонгук за тем, как он шарит в нём и после кидает на соседнее сиденье несколько пачек презервативов, наблюдает и берёт их в руки, рассматривая. — У тебя всегда в бардачке лежат смазка и презервативы? — он в усмешке изгибает бровь. — Так ещё и разные, — хмыкает, рассматривая упаковки.       — Они очень рады видеть тебя вновь. Он, кстати, тоже, — Тэхён пальцем указывает вниз, на сочивший предэякулятом член, и улыбается так по-дебильному, но Чонгук себя от улыбки сдержать не может и несильно ударяет по прессу, немного засмущавшись. Тэхён снова в поцелуй утягивает и откидывается на кресло, пока Чон под его футболкой находит место рукам, задевая соски, и тихо постанывает, когда тот трется собой через ткань.       Ким мычит, и Чонгук, выхватив из его рук лубрикант, льёт на орган, не жалея. Он вздрагивает от прохлады вязкой жидкости, что его касается, но вскоре её перебивает тепло чонгуковой ладони, медленно скользя по всей длине, а после с небольшим напором прокручивает по головке, заставляя вздрогнуть и прорычать в чужие губы. Чон хитро улыбается и отстраняется, смотря помутневшим взглядом на раскайфовавшегося парня снизу, и приподнимается, чтобы стянуть с себя шорты. Он между ягодиц обильно смазывает, на быструю руку пытаясь себя растянуть, потому что поджимает, потому что Тэхёна хочется незамедлительно. Чон вертит бёдрами, подтягиваясь выше, и снова обхватывает кимов член, поглаживая ладонью между двумя половинками, готовя ко входу.       — Чонгук, — звучит от Тэхёна сердито и он сильнее сжимает кожу.       — Я приму, — быстро проговаривает Чон, раскатывая по стволу презерватив. Он успокаивает своего бойфренда поцелуем и начинает медленно вводить его в себя. — О, Христос воскрес, — тянет, покряхтывая, когда Тэхён входит на половину. Оба протяжённо выстанывают. Тэхён шире разводит ягодицы, накрывая ладони Чона своими, не давая возможности их убрать.       — Baby boy, ты себе не изменяешь, — усмехается Ким, на что получает от парня смешок и резко толкается, входя до конца и немного задерживается, отчего Чонгук тихо всхлипывает, начиная дрожать. Он глаза закатывает от жара ладони, что касается его спереди, и ахает, когда Тэхён в нём двигаться начинает, не зная куда деть руки, поэтому хватается за всё, что попадётся и случайно задевает стоящую в подставке банку.       — Блять, Тэхён, я газировку на сиденье пролил, — шипит, подмахивая бёдрами навстречу, пытаясь дотянуться до банки, чтобы хотя бы поднять, но ему не дают, толкнув руки обратно.       — Будешь отрабатывать, baby boy, — Ким темп наращивает, позволяя сжать до побеление кожи свои запястья и оставить на них полукруги от ногтей. Он сменяется то на медленный, тягучий, давая возможность прочувствовать каждый сантиметр, то на быстрый, от которого сбивается дыхание и стоны между собой путаются. Чонгук узкий до невозможного и постоянно сжимается; Тэхёну это голову сносит, особенно тогда, когда тот инициативу перехватывает, начиная двигаться сам, и опирается на руль, прося его потрогать, снимая футболку, чтобы не мешалась. Ким по груди проводит вниз, очерчивает талию и подтянутый живот, останавливается на лобке и несильно надавливает, чувствуя движение своего же члена через кожу, отчего Чонгук протяжённо стонет, потому что это ахуенно настолько, что он снова несдержанно всхлипывает. Тэхён улыбается по-хитрому, медлит, заставляет парня изнывать от охоты прикосновений, и всё же касается, слыша очередной тягучий стон.       — Ты так ахуенно смотришься на мне, baby boy, — шепчет, закусывая губу, смотря в затуманенные наслаждением глаза напротив. — Ты уже видел себя таким, помнишь? — Чонгук кивает, мыча, и от воспоминаний, как Тэхён в ванной брал его перед зеркалом, заставляя смотреть на них в отражении, его член дёргается, ещё больше истекая смазкой. Он не выдерживает, громко выстанывает тэхёново имя, когда большой палец надавливает на головку, откидывает голову, и сильнее дрожать начинает от подходящего ближе оргазма, чувствуя, как Ким тоже на пределе.       Тэхён щёлкает кремнем, закуривает сигарету, пока Чонгук активно двигает бёдрами, опираясь на руль, и опускает голову на сидушку, не отрывая взгляд от его тела, продолжая надрачивать. Чонгук, учуяв сладкий табачный дым, приоткрывает глаза и специально замедляется, сжимаясь, решив поиграться, потому что знает, что Тэхён всегда в преддверии оргазма дымит, и не ошибается, когда от него звучит недовольный стон и тело пронзает лёгкая судорогу.       Чонгук выхватывает из зажатых губ сигарету, делает неглубокую затяжку пару раз, выдыхая в потолок, и Ким смотрит игриво, толкая язык за щёку. У него научился.       Чонгук любит играться, Тэхён любит за этим наблюдать, но тоже не отстаёт. Он за бёдра его хватает, держа так, чтобы тот не мог отстраниться, и резко вгоняет член до самый яиц, что тот чуть ли не падает от неожиданности и накатившего оргазма, когда он задевает простату.       Пепел с медленно тлеющей в чонгуковых пальцах сигареты летит на панель, и у Тэхена вместе с ним после нескольких таких толчков от оргазма летит крыша и искры перед глазами. Звонкие стоны парня вместе со своими низкими эхом по салону. Чонгук позволяет в себя последние разы толкнуться и зажимает в губах фильтр, затягиваясь дымом. Тэхён в норму приводит дыхание, поглаживает его бёдра, но плавно к себе на живот переходит. Проводит по излитому на него семени, размазывая по рельефному животу, не сводя глаз с парня.       — Я тебя оттирать не собираюсь, — усмехается Гук, наблюдая за всем этим с блаженной улыбкой, затягиваясь сигаретой. Тэхён после этого хмыкает и подносит пальцы к губам, слизывая с них сперму, смотря, как у Чонгука дыхание с этого снова сбивается.       — Ты такой сладенький, baby boy. Прям сахарный мальчик. А я так люблю тако-       — В такие моменты ты слишком болтливый, твой рот просто никогда не затыкается, — парень вперёд поддаётся, почти ложится на Кима, марая и свой живот, и возвращает сигарету, которая из пальцев выхватывают зубами. Тэхён руки на половинки перетягивает, несильно царапая их ногтями, чувствуя появляющиеся мурашки.       — Только не говори, что тебе это не нравится, — в шутку закатывает глаза, втягивая в себя дым. Чонгук всё ещё невольно сжимается, пока он до сих пор находится в нём, и немного морщится от этого. — А что ты мне подаришь?       — Тебе меня мало? — с наигранным удивлении заламывает брови Чонгук.       — Мне тебя всегда мало, baby boy.       — Тогда я буду отдавать тебе себя немного больше, — игриво шепчет и ухмыляется парень, а Тэхён так же усмехается. — А так, я подогнал тебе сегодня утром под подушку парные браслеты, — Чон руки на чужой груди складывает и утыкается в них подбородком, наблюдая, как парень продолжает медленно курить.       — М-м, ты такой романтик, — тянет Тэхён и выдыхает дым в чонгуковы губы, что после целует с небольшим напором, путая вместе с языками сигаретную сладость. Он с причмокиваем отстраняется, и Чон, не удержавшись, прикусывает его нижнюю губу, улыбнувшись и немного поддавшись вперёд. — Ну что, ещё один заходик? — он губы растягивает по-лисьи, считая пальцами позвонки, пока звучит безнадежный вздох, прослеживая за закатывающимися глазами.       — Ты просто невыносим.