хвани, ты спишь?

─ 🤍 ─ 𝙨𝙚𝙪𝙣𝙜𝙢𝙤: хвани, ты спишь? 𝙝𝙮𝙪𝙣𝙝𝙬: время 3:15 ночи, конечно я сплю, мин. 𝙨𝙚𝙪𝙣𝙜𝙢𝙤: но ты же отвечаешь мне сейчас. 𝙝𝙮𝙪𝙣𝙝𝙬: я уже засыпал. 𝙨𝙚𝙪𝙣𝙜𝙢𝙤: ох..прости, мне так не жаль, что я не дал тебе заснуть, хён : ( 𝙝𝙮𝙪𝙣𝙝𝙬: иди в жопу -_- 𝙨𝙚𝙪𝙣𝙜𝙢𝙤: я бы с удовольствием, но актив у нас ты)) 𝙝𝙮𝙪𝙣𝙝𝙬: я ненавижу тебя, мин. 𝙨𝙚𝙪𝙣𝙜𝙢𝙤: пойдем гулять, хён? 𝙝𝙮𝙪𝙣𝙝𝙬: в 4 утра??? 𝙨𝙚𝙪𝙣𝙜𝙢𝙤: ну да. 𝙝𝙮𝙪𝙣𝙝𝙬: на нашем месте через 15 мин. Режим сна на каникулах сбивается окончательно уже на третий или шестой день, пятый сезон сериала, название которого Сынмин не запоминает, он уже давно досмотрел и новый снимать пока не собираются; съел все запасы печенья с шоколадом, банку нутелы и не заметил, как ваза с карамельными конфетами опустела. Впоследствии щёки и бока Мина стали покрываться сыпью и давняя аллергия напомнила о себе не в самом приятном виде, за что он получил от Хёнджина по попе словно ему не двадцать стукнуло на прошлой неделе, а пять лет. Но таблетки он всё же выпил. Младший надевает кофту, которая ему немного велика, потому что он нагло стащил её из шкафа своего парня, когда в последний раз гостил у него. Она не пахнет духами или чем-то ещё приятным, как это бывает во всех ваших мыльных мелодрамах, потому что Хван всегда забывает пользоваться одеколоном, который Сынмин подарил ему, когда они справляли год отношений. Зато Хёнджин каждый день пользуется дезодорантом, правда несёт от него ядерно просто, даже слишком, что аж за километр, но Мин за их совместный год настолько привык к парню абсолютно в любом состоянии и виде, с приятным или не очень запахом, уложенными или нет волосами, с дырочкой в носке и без – тоже, потому что всё равно придёт вечером и заштопает. Либо новые подарит, просто так, потому что любит. Хёнджин видел младшего буквально пять часов назад, но соскучился так, словно их разучили на целый месяц. Хён сразу сказал, что как только будет возможность, они снимут отдельную квартиру где-нибудь и будут только вдвоём все двадцать четыре часа в сутки. Они даже учатся в одном университете, только на разных факультетах (и слава богу). Сынмин всегда ругается, потому что говорит старшему о своей надоедливости и боится, что он просто ему наскучит. Вот только Хёнджин всегда ругается и просит о таких глупостях больше не думать, потому что его малыш Минни самый лучший, любимый, невероятный, прекрасный и какие там ещё прилагательные есть. Хёнджин не был бы Хёнджином, если бы в спешке не разбудил весь дом и не ударился голенью о что-то твёрдое в своей комнате. Нельзя совмещать кромешную тьму и Хвана, но он совместил и в итоге получился большой синяк. Старший шипит от боли и сидит на коридорном табурете с одним надетым кроссовком, потирая ушибленное место. Кками как обычно сидит рядом и радостно влияет хвостом, щенячьими (логично, да?) глазками смотря на хозяина в надежде, что его возьму с собой на прогулку. Парень смотрит на питомца и тяжело вздыхает, надевая второй кроссовок. — Ну и кто я такой, чтобы отказать тебе, малыш. Хван чешет Кками за ушком и снимает с крючка поводок, тут же цепляя к ошейнику. Не успевает дверь открыться на сантиметров десять даже, как малыш выбегает на лестницу и радостно лает, прыгая из стороны в сторону. Хвост виляет быстро, хаотично, а эмоции видимо захватывают Кками полностью. Щенкам для счастья нужно так мало. — Тише, Кками. Уже поздно, ты можешь разбудить соседей. Старший живёт на 11 этаже, но когда он выходит вместе с Кками, чтобы прогуляться, вместо лифта Хван предпочитает лестницу. С длинными ногами, как у него, спуститься быстро не составит труда. Учитывая ещё то, что Кками бежит, сломя голову. Пару раз Хёнджин оступался на лестницу или две, что подвергало его риску сломать что-нибудь жизненноважное. Сынмин очень сильно ругал его и просил так больше не делать, но вместо того, чтобы послушать своего парня, Хён снова бежит по лестнице, стараясь не смеяться слишком громко. Убегать от разъярённых соседей сил уже нет, да и желания тоже. Сынмин пришёл на пять минут позже, боясь, что его хён будет ждать на холоде, мёрзнуть и ворчать, как обычно делает, но на знакомом до глубины души месте только одинокое дерево, листья которого медленно, день за днём опадают, украшая дорожку из разломанного, потресканного, кривого асфальта красными и жёлтыми красками. Мин хмурится и пинает листья, поднимая их в воздух. В голову медленно заползают ужасные, страшные мысли, щекоча внутри извилины, а руки начинают трястись. Хёнджин опаздывает уже на двадцать пять минут. Резко в ноги что-то бросается, заставляя прекратить наматывать круги, давя сухую листву, и младший опускает голову, желая найти причину его тяжести на ногах. Кками нюхает новенькие кроссовки, надетые впервые после покупки, а потом смотрит так, будто извиняется за долгую задержку и ожидание. — Минни! Хёнджин подбегает к младшему, сразу же опираясь на свои колени и пытаясь отдышаться. Пробежка явно была не короткой и лёгкой. — Кками запутался в кустах и пока я распутывал поводок, он убежал. Я бегал, искал его, а оказывается он просто учуял твой запах. Старший улыбается ярко, искренне и смотрит так...так влюблённо, тепло и по-особенному, как смотрит только на Сынмина, не желая делиться своими чувствами (и Мином, кстати, тоже) с миром. Младший смеётся и садится вниз, чтобы погладить щеночка и почесать за ушком, как тот любит. Он довольно прыгает и хаотично облизывает лицо парня, показывая, что доверяет и любит не меньше (ну может чуть-чуть), чем его хозяин. Сынмину хочется сказать, что Хван мог написать, позвонить, предупредить, что задержится и волноваться не стоит, но не сделал этого, заставляя младшего волноваться, не находить себе места и даже злиться немного. Вот только не поддаваться эмоциями Мин научился уже давно и лишний раз ругаться из-за какого-то пустяка не хочется от слова совсем. Поэтому он в ответ улыбается ещё ярче и выпрямляется в коленях, подходя к Хёнджину ближе, чтобы обнять, прижаться близко, уткнуться носом в домашнюю футболку, которую тот даже не удосужился переодеть, и почувствовать лёгкие нотки нового, приятно пахнущего, порошка и еле улавливаемый аромат домашних пирожков, которые мама Хван пекла сегодня для парней. В руках Хёнджина чувствуешь себя в тысячу раз лучше, чем дома и это то, что останется неизменным. ` ~ 🌄️ ~ , — Ты снова не помыл голову вовремя, хён? Мин улыбается уголками губ и не торопливо, даже лениво жуёт маленький кусочек мармелада, который дал ему старший. — Как ты узнал? Хёнджин смешно округляет глаза и выпрямляет спину, направляя взгляд точно в глаза напротив, видя там добрую усмешку и тепло. — Ты носишь шапки только тогда, когда не успеваешь помыть голову и она у тебя грязная. Младший хихикает и открывает рот, прося ещё. Хёнджин губами обхватывает маленького мармеладного медвежонка и наклоняется, передав сладость, а после оставляя сладкий, нежный поцелуй на любимых губах. Сынмин лежит на коленях Хёнджина, а рядом бегает Кками, рассекая прохладный осенний ветер на фоне прекрасного рассвета, идеально смешанных и пролитых красок на небе и громких сверчков, звуки которых уже давно не волнует молодую пару. Они тонут друг в друге и абстрагируются от целого мира, оставаясь наедине в своей прекраснейшей сказке с самым счастливым концом. ─ 🤍 ─