От любви до ненависти один шаг

      Маринетт поднялась по лестнице, в комнату, где её уже ждал Адриан, который не спал. — С добрым утречком, мисс вторая. А почему ты не в школе? — Из-за тебя, зараза ты такая, меня оставили дома с тобой. Алья и Нино ушли в школу, мама скоро пойдёт на работу, а я должна сидеть с тобой!       — Не-не-не, я тебе не доверяю! А вдруг, я буду спать и ты меня прихлопнешь как муху?! Я доверяю только твоей маме, она за мной весь вечер и ночь ухаживала, я чувствовал её прикосновения, она держала меня за руку, а ты прибьёшь меня при первой возможности.       «Да как ты можешь такое говорить! Я ухаживала весь вечер за тобой, я… Стоп. Я вспомнила! Это я держала его руку, это я с ним заснула! — подумала про себя Маринетт. — Вот дурочка, что на меня нашло! Хорошо, что он не помнит этого». — Мисс вторая, Василёк, ты на каких облаках летаешь? Хотя рождённые ползать, летать не могут, — Андриан старался сказать это как можно в шуточной форме, чтобы её обидеть, ведь его жизнь теперь в её руках. —Это ты про себя намекаешь? Сам ты не можешь летать, а только ползать, а ещё чесать языком постоянно! — Маринетт нахмурила брови, и уже собиралась идти. — Эй, ты куда? — Подальше от такого как ты! — Ну ладно, ладно, не сердись. Это была всего лишь шутка, тем более сейчас моя жизнь в твоих руках. Неужели ты оставишь меня голодным? — Адриан пытался изобразить щенячью мордочку. — Если он мой враг, то да. — Маринетт развернулась и спустилась вниз. — Какая же она злая, — сказал еле слышно Адриан. — Я всё слышу! — донеслось с первого этажа.       Маринетт разогрела в микроволновке еду, которую мама ей приказала дать Адриану. Взяв поднос с едой, она пошла обратно на второй этаж. — Приятного аппетита! — буркнула Маринетт, явно со злобой. — Ты куда пошла, а кто будет меня кормить с ложечки? — У тебя же простуда всего лишь, а не паралич. — А вдруг я уроню ложку, разолью суп на постель, я же такой слабый, — уговаривал её Адриан. — Ну всё, всё, хорошо, лишь бы ты поскорее поправился. — Спасибо, — Адриан впервые услышал, от неё комплимент и растворился в улыбке. — И свалил от сюда, — добавила Маринетт. — Ты не исправима. — Я знаю.       Она присела на кровать, и начала кормить Адриана. Дула в ложку, чтоб он случайно, не обжёгся, ей не хотелось разочаровывать маму, пусть он и враг, он единственный кто был с ней с самого детства, потом уже появились Алья и Нино.       Она слабо улыбнулась, поняв, что он с ней был с самого начала, хоть и враг, но о врагах тоже нужно заботиться. — Ты чего улыбаешься? — Да так, ничего особого, кушай давай, у меня рука болит уже держать эту ложку. Может ты сам начнёшь кушать?       Адриан отрицательно покачал головой. — Не-а, не могу, да и если меня не будет, кто будет с тобой соревноваться? Правильно — никто, а это скучно. — Ха-ха-ха, ты прав, давай кушай уже, — рассмеялась Маринетт.