Ray of light

Фемслэш
NC-17
В процессе
46
автор
nightbloodina бета
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Миди, написано 48 страниц, 7 частей
Описание:
Смотрительница маяка, казалось бы, настолько срослась с морем и природой, обретая гармонию внутри себя, что совсем не нуждалась в компании.

Однажды, от скуки или по счастливой случайности она звонит в кол-центр и ей отвечает Кларк, оператор-новичок, едва ли приступивший к работе...
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
46 Нравится 7 Отзывы 9 В сборник Скачать

Разбери меня по частям

Настройки текста
       Лекса просыпается, когда солнце уже в самом зените, и довольно потягивается, чувствуя себя кошкой. Она ловко вскакивает на ноги и крутит головой из стороны в сторону. Последний раз в этой комнате она была несколько лет назад, в ночь перед тем, как Марго ушла в плавание. С того момента ничего не изменилось.        Брюнетка выходит из комнаты и следует на кухню, откуда уже доносится пение Марго.        Девушка танцевала и напевала какие-то песни, крутясь при этом у плиты, так что Вудс решила не отвлекать ее и, бесшумно приземлившись на стул, просто наблюдала за ней и улыбалась.        Она была абсолютно безмятежной, воздушной и какой-то, казалось бы, нездешней, будто в каком-то своем мире, что придавало ей еще большее очарование.        Длинные черные волосы были собраны в высокий хвост, растянутая футболка и короткие шорты делали из нее не ту заядлую путешественницу, какой она хотела казаться, а домашнюю девочку, синоним слова «уют».        — Доброе утро, — проговаривает Лекса громче, чем стоило бы, а после смеется, когда Хоффман подпрыгивает на месте и поворачивается, злобно глядя на нее.        — Ты нормальная вообще? Кто так делает, Вудс? За такую свою выходку ты теперь не получишь кофе! — Брюнетка рычит и скрещивает руки на груди.        — Ты не сможешь поступить так со мной, — Лекса игриво улыбается, поднимается на ноги и делает несколько шагов по направлению к девушке, и чем ближе подходит Вудс, тем сильнее пятится назад Хоффман.        — Не испытывай на себе силу моего гнева, — Марго смотрит по-хищнически, пытаясь строить из себя охотницу, хотя на самом деле здесь и сейчас она была жертвой, отдающей себя во власть смотрительнице маяка.        — Не начинай, ты же знаешь, что я хорошая девочка. Никто не виноват в том, что ты такая пугливая, — Лекса улыбается еще шире, обнажая ряд белых зубов, и подходит ближе. Марго некуда уходить, так что она приподнимается на руках и садится на столешницу.        — Лекс… — Шепчет Хоффман и вдруг замолкает, шумно сглатывая.        Обе не понимали, что ходят по острию, до того момента, пока Вудс не оказалась в катастрофической близости от лица брюнетки. Лекса приподнимает голову, ловит чуть затуманенный взгляд и шумно выдыхает, упираясь руками в столешницу.        — Марго… — Шепчет она, и голос ее немного дрожит, что срабатывает как детонатор.        Хоффман сдается, резко вплетает пальцы в растрепанные волосы Вудс и тянет ее на себя, жадно впиваясь губами.        Целует горько, больно, рвано, вкладывая все то, что у нее внутри. Она безумно скучала по ней пять лет. Она больше не могла сдерживать себя.        Лекса теряет контроль катастрофически быстро, сжимая руками талию девушки и чувствуя, как земля уходит из-под ног. Внутри нее разгорается такой пожар, что хочется взорваться здесь и сейчас, забывая обо всем, что вообще есть в мире.        Вудс нравится целовать её так, будто обе они выплескивают то, что давно бурлило внутри в бесконечных поисках выхода.        Марго скрещивает ноги на талии Вудс, притягивая ее ближе, стараясь впитать в себя и вместе с этим раствориться в ней.        Лекса отстраняется первая, тяжело дыша и продолжая прижиматься лбом к брюнетке.        Хоффман зажмуривается, стараясь не выпустить наружу выступившие на глазах слезы.        Она любила Лексу вот уже больше пяти лет, и не было ни дня, когда бы девушка даже на секунду усомнилась в своих чувствах.

***

       Кларк рисовала всю ночь, чувствуя внутри невыносимо огромный прилив энергии и жизненных сил, так что, когда солнце за окном начало подниматься, она вернулась на кухню, заварила себе чашечку кофе и забралась с ногами на подоконник, наблюдая за невероятной красотой просыпающейся природы.        Когда ей в дверь звонят, девушка нехотя плетется открывать, но меняется в настроении, когда видит Рейвен.        Она скучала.        — Подожди, я сейчас ослепну, откуда столько света? Неужели случилось что-то хорошее и ты наконец бросила работу в своем сраном центре? — Рейвен по-собственнически проходит в комнату, бросает сумку на диван и идет на кухню, наливая себе кружку кофе.        — И тебе доброе утро, дорогая, — фыркает блондинка, убирает мольберт в дальний угол и присоединяется к подруге.        — Я слушаю, — Рейвен внимательно смотрит на нее, и под таким взглядом сама Кларк немного съеживается.        — Что именно ты слушаешь?        — Боже, Гриффин, я тебя с пеленок знаю, и последнее время ты жила в заточении, словно какая-то принцесса из старых сказок, а тут смотри-ка, лампочки вкрутила, рисовать начала, все это не просто так происходит. Так что, моя дорогая, я слушаю, что, а может быть кто виновник случившегося, — Рейес чеканит каждое слово, давая блондинке понять, что ей не выйти с этой кухни, пока она все не расскажет.        — Ты знаешь, что ты невыносима? — Кларк скрещивает руки на груди и смотрит на подругу.        — О да, именно за это ты меня и любишь, так что давай, чем дольше будешь тянуть, тем больше мы здесь просидим, — брюнетка скалится, а Кларк шумно выдыхает и закатывает глаза.        — Ладно, я вчера была в море, — девушка пожимает плечами и делает еще глоток кофе.        — Грффин, почему я из тебя все должна клешнями вытягивать? С кем была? Каким образом? Что было дальше? Когда следующий раз?        — Ладно, ладно! Когда у меня был день рождения, я работала в центре. Позвонила девушка, ей не нужна была помощь, она просто хотела поговорить, и у нее тоже был день рождения.        — Так, а дальше-то что?        — Ты можешь не перебивать?        — Молчу, молчу.        — Мы разговаривали потом еще несколько раз, и когда она узнала, что я никогда не была в море, то предложила мне поехать с ней, так что я взяла выходные и вчера впервые побывала в море, это было просто незабываемо! Я получила такой заряд нереальных ощущений, что рисовала всю ночь, — Гриффин широко улыбается, не имея возможности сдерживать свои эмоции, так что чуть отворачивает голову и делает глоток кофе.        — Так-так, мне интересно, а причина твоей эйфории это море? Или, может быть, виной всему та самая Лекса? Потому что, когда ты говоришь о ней, у тебя глаза горят так, что я начинаю слепнуть, — Рейес хлопает подругу по плечу и становится ближе. Она никогда раньше не видела Кларк такой и, если честно, была очень рада за подругу.        — Ой, не знаю я, Рейвен, правда не знаю, но она какая-то особенная, почти космическая, я никогда раньше не встречала таких людей, — Гриффин говорит настолько мечтательно, что сама Рейвен начинает немного пугаться, что это за человек такой и почему Кларк именно таким образом реагирует на нее, будто бы Лекса и не человек вовсе, а ее личная проекция той свободы, к которой блондинка так яростно стремилась, сама того не замечая.        — А не влюбляешься ли ты часом, а, Гриффин? — Рейес щелкает ее по носу и загадочно смотрит в глаза, пытаясь прочитать в них все то, что ей нужно.       — Нет, конечно нет, разве что в море, потому что в него просто невозможно не влюбиться, — проговаривает Кларк, а сама ловит себя на мысли, что она врет сама себе, ведь те чувства, которые гуляют у нее внутри, так подозрительно похожи на влюбленность.        Гриффин не хочет ни о чем думать и проводить долгие размышления о смысле жизни и о том, что ее ждет дальше. Она хочет чувствовать и всю свою внутреннюю эйфорию выливать на холст.        Увлекшись своими ощущениями, Гриффин даже не заметит, как, уходя, Рейвен «случайно» прихватит одну из ее картин.

***

       — Лекс, — Марго подходит к ней ближе и мягко кладет ладони на плечи. — Мне нужно будет уехать в другой штат на пару недель, я вернусь в самом конце августа, за пару дней до назначенного времени, и, тебе стоит знать, я все еще жду твоего ответа, каким бы он ни был, — брюнетка тепло улыбается, хотя в глазах ее читается грусть.        Марго переполняют тысячи разных эмоций от эйфории до печали, и все они рождены морской принцессой.        — Я знаю, правда, и обещаю, что, чего бы мне это ни стоило, я разберусь в себе и буду знать точно, когда ты вернешься, — Вудс подходит чуть ближе и обнимает подругу, мягко обвивая руками ее талию и утыкаясь носом в висок.        В них обеих что-то чуть больше, чем просто дружеская любовь, и обе прекрасно понимают, что все это не просто так. То, что Хоффман сейчас уедет, будет для них способом и попыткой понять, а кто они друг для друга на самом деле и чего они хотят.        — Я буду скучать, — тянет Вудс и осторожно касается губами прохладной кожи.        — Я тоже буду скучать, Лекс, — выдыхает брюнетка как-то грустно, а потом чуть откланяется и внимательно смотрит в теплые глаза, в которых плещется море.        Вудс оказывается чуть смелее, чуть быстрее, она охотнее поддается собственным желаниям, прикрывает глаза и мягко целует девушку, чувствуя на губах пряность и разливающуюся нежность.        Лекса сама будто бы тает от воздействия брюнетки и принимает ту форму, которая выражает ее целиком и полностью, будто бы рядом с Хоффман девушка становится самой собой.        Она мягко обнимает ее за талию, притягивает чуть ближе к себе и вспоминает казалось бы забытые чувства пятилетней давности, которые бушевали в ней подобно цунами, когда она стояла на пристани, провожая взглядом лодку Марго, а на губах ее все еще горел поцелуй.        — Я надеюсь, мы с тобой еще покорим мир, — мягко проговаривает брюнетка, глядя в глаза Лексы и мягко проводит подушечками пальцев по лицу девушки, заставляя ее улыбнуться.        — Я тоже, — Вудс еще раз быстро целует, после чего отпускает ее и делает шаг назад.        Ей предстоит тяжелый период, когда ей нужно будет или убедить себя в том, что она заслуживает исполнения своей давней мечты, или абсолютно убедится в том, что она навечно прикована к маяку.        Лекса выходит на улицу и медленно плетется по берегу, даже не замечая, как издалека за ней следит пара любопытных глаз.        — И зачем ты нос повесила? — Проговаривает Джонатан так резко, что Лекса, погруженная в свои собственные мысли, подпрыгивает на месте и злобно смотрит на мужчину.        — Нельзя же так пугать, я или поседею, или поймаю инфаркт, а тебе потом всю жизнь придется расплачиваться за свое поведение, — брюнетка говорит сурово, но сама она едва ли сдерживается, чтобы не рассмеяться.        — Ты о чем-то думаешь, и это что-то очень сильно на тебя давит. Я сейчас иду в море, мне бы не помешала помощь, а тебе хороший слушатель и, возможно, даже опытный советчик, так что вперед, залезай в лодку, давай немного прокатимся, — Джонатан хлопает ее по плечу.        — Спасибо, — она улыбается и залезает на борт, чувствуя, как сердце ее успокаивается, как только заводится мотор.        — Рассказывай, — проговаривает мужчина, как только они достигают нужного места и забрасывают удочки.        — Есть Кларк, ты знаешь об этом. Когда мы с ней катались, да и после этого, я чувствовала себя какой-то свободной что ли, такой, какой мне давно хотелось быть, и вечером, когда я провожала ее домой, она поцеловала меня. Я была уверена, что это влюбленность, а ты меня знаешь, я если чувствую что-то, обычно это всегда слишком гиперболизировано, — Вудс смеется себе под нос и переводит глаза на горизонт, где над водой периодически выпрыгивают шустрые дельфины.        — О да, кому как не мне об этом знать, — Джонатан смеется и мягко поглаживает девушку по спине своей огромной рукой. — И что заставляет тебя терзаться сомнениями? Почему ты не радуешься тому, что нашла человека, в которого смогла влюбиться?        — Потому что есть Марго… — Выдыхает брюнетка и трет пальцами переносицу.        — Подожди, но я думал, что вы друзья, очень хорошие друзья, да и она уезжала на столько лет… — Мужчина загадочно чешет бороду и внимательно смотрит на девочку, которая улыбается собственным воспоминаниям, в которых она пять лет назад чувствует на губах горящий поцелуй брюнетки.        — Это сложно, на самом деле, когда она уплывала тогда, она поцеловала меня. Я до сих пор помню этот момент как что-то слишком особенное для меня, на тот момент маленькой девчонки. Это было что-то настолько волшебное, что, возможно, именно этот момент навсегда отпечатался у меня в голове.        — Ну, если она была такой хорошей и если речь идет о каких-то чувствах, почему она не предложила тебе поплыть с ней? — Мужчина двигается ближе и одну руку кладет ей на плечи, позволяя облокотиться на него.        — Она звала меня, даже не так, она очень сильно уговаривала меня поплыть с ней, но я же смотрительница маяка, разве я могла оставить все это? Более того, она обещала тогда, что как только она вернется, она заберет меня в кругосветное путешествие…        — Смелые планы, ну что, когда плывете? — Джонатан смеется, думая о том, что все это не больше чем шутка и плод воспаленной подростковой фантазии.        — Тридцать первого августа в четыре часа утра от пристани отходит лодка, которая довезет нас до порта, а оттуда уже отплывает корабль, — Вудс пожимает плечами и, немного щурясь из-за бьющего в глаза солнца, смотрит на мужчину.        — Подожди, то есть ты уплываешь через две недели и ничего не сказала мне об этом? Не поставила в известность? Черт, Лекса, ты же мне как дочь, неужели ты бы просто уплыла, даже не попрощавшись с нами? — Джонатан выглядит сердитым, но еще больше обиженным.        — Нет, конечно нет, я сама еще не решила, я не знаю… Понимаешь, это моя мечта, но тут вся моя жизнь, этот маяк, вы с Клэр, как я могу уплыть так надолго? Разве я имею на это право? — Проговаривает девочка, и голос ее немного дрожит от всплеска эмоций и жалости к самой себе, потому что, стоя на пороге исполнения самой заветной мечты, она как никогда ощущает, что является пленницей собственных принципов.        — Что ты чувствуешь к Марго? — Мужчина вдруг переводит тему и внимательно смотрит на Вудс.        — Ты знаешь, в тот момент, когда она уплывала, я думала, что безумно влюблена в нее. Я писала ей письма почти каждый день и ни одно не отправляла, потому что не знала адреса, все, что было во мне по отношению к ней, успокаивалось и при этом обретало силу. На самом деле, до того момента, пока она снова не появилась здесь, я не догадывалась, что чувства к ней стали огромной составляющей меня, они были настолько естественными, что я даже не думала о том, насколько они сильны. До сегодняшнего утра, пока я не поняла для себя одну вещь… — Лекса шумно выдыхает и смотрит на Джонатана, который кажется слишком задумчивым.        — И какую же?        — Я люблю ее, — брюнетка пожимает плечами и снова возвращает глаза к морю, пытаясь немного успокоить разбушевавшийся внутри пожар.        — И ты правда отпустишь ее одну на непонятное количество лет, вместо того, чтобы вместе с ней покорять мир? — Мужчина не понимает ее решения, ее желания во что бы то ни стало стоять на своем.        — А разве у меня есть выбор? Я должна быть на этом маяке.        — Кому должна, Лекса?        — Себе, тем более я размышляла о том, почему в моей жизни появилась Кларк, такая хорошая, такая похожая на меня, может быть, она — это знак, и я должна понять, что мне нельзя менять свою жизнь, я должна оставаться там, где я сейчас, — Вудс пожимает плечами.        — Ты мало того, что совершенно ненормальная, так еще и дико упрямая, попробуй быть менее строга к себе, может, в твоей голове что-то изменится, — Джонатан целует девушку в лоб, а Лекса закрывает глаза и не хочет думать ни о чем хотя бы сейчас, когда она там, где ее сердцу спокойно.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты