Не бойся темноты

      - Самое интересное в этих египетских пирамидах - это проклятия фараонов! - воскликнула Мико, отпинывая от себя учебник истории. - Ну, и призраки, охраняющие гробницы. Зачем мы вообще это учим? Лучше бы шаманские заклинания какие-нибудь.       - Мико, ну это же всё бред. - снисходительно проговорил Джек, отрываясь от гонок с Рафом. - Какие проклятия? Какие призраки? Вон, даже Раф в них не верит. И вообще, я из-за тебя проигрываю этой мелочи!       - В призраков я, может быть, и не верю, а проигрываешь ты из-за того, что я натренировался с Би. - бросил парню малыш, приближаясь к финишу и выжимая из приставки максимальную скорость. - Легкая победа!       - Пф, я отыграюсь. - фыркнул Дарби и отошёл к Арси и Бамблби, наблюдавшими за игрой подопечных.       - Ах, так!? Не верите?! - мгновенно загорелась Мико. - А если докажу?       - А докажи. - насмешливо и без азарта ответил Джек.       - Пойдём кровавую Мэри вызывать? - выдохнула девчонка, прищурившись и закусив губу.       - Не надо никого вызывать! И вас троих выше шлема хватает, хоть отбивайся, как от вехиконов. - проворчал Рэтчет, оторвавшись от прибора, который был ему "очень нужен", и делая минутный перерыв.       - Кровавую Мэри? - тут же активизировался Смоукскрин, услышав незнакомое ещё сочетание земных слов и найдя это хорошим поводом увильнуть от помощи доку с его приборами.       - Интересненько. - лениво протянула Арси, готовясь снова уйти в полуоффлайн под какую-нибудь земную историю, как она обычно делала. Слушать все россказни Мико и внимать им было утомительно, не слушать - невежливо, поэтому фем считала полуоффлайн золотой серединой в данном случае.       Бамблби что-то весело прожужжал, явно выражая готовность послушать. Маленький разведчик ещё с бетсада любил слушать страшилки. Но кибертронские страшилки - это одно, а земные - совсем другое. К тому же, Оптимус говорил, что надо изучать земную культуру... В общем, лишним не будет.       Балкхэд тихо провентилировал, молясь, чтобы история прошла цензуру у Прайма, ибо за воспитание юных представителей человечества автоботы отвечали перед своим суровым лидером по полной программе.       - А может, не надо? - шёпотом спросил Раф. - Всё-таки есть свидетельства её существования...       - Это как это? Кто она такая? - полюбопытствовал Смоук.       - Это призрак девушки, который живёт в Зазеркалье. Чтобы её вызвать, нужно встать перед зеркалом и три раза позвать её. И она убьёт смельчака, который посмел её потревожить. Через зеркало. - пояснила Мико. - Ну так будем? Или проклятие египетских шаманов круче?       Девочка пытливо взглянула на Смоукскрина. Он должен был стать одним из инициаторов этой затеи, ведь остальные боты слишком правильные для такого веселья. Но юнец не решался. На его фейсплэт легла тень печальных размышлений.       - Эй, ты чего, дитя судьбы? - насмешливо спросила Арси. - Испугался?       - Я? Нет, просто... Не надо... - Смоук медленно развернулся и снова сел за приборы Рэтчета. - Глупости...       Оптимус, издали наблюдавший за всей этой картиной, подозрительно взглянул на малыша. Мехлинг среди них всего несколько земных дней, но уже стало ясно, что этот не будет пасовать, бежать от опасности и скрываться от проблем. Он их побежит ловить. Но сейчас на его фейсплэте какая-то неясная тень, какая-то тревога в голубых окулярах.       Смоук изо всех сил пытался не замечать взглядов Прайма. В искре царило какое-то непонятное чувство страха, тревоги, какой-то необоснованный ужас овладевал им. Хотя юнец никогда не отличался особой впечатлительностью и верой в паранормальные явления, сейчас воспоминания о призраках почему-то пугали. Такое странное чувство, будто скоро и с ним случится нечто похожее...       На платформе лежал уже местами посеревший корпус юного солдата элитной гвардии Кибертрона. Потухшие окуляры сосредоточенно изучали потолок, белые манипуляторы бессильно повисли, почти касаясь пола. Именно таким нашёл его Оптимус внутри египетской пирамиды, куда Смоукскрин и Арси отправились за первым Омега-ключом. Арси цела и невредима, Омега-ключ Прайм с трудом, но всё же отвоевал у Мегатрона, а вот Смоук... Порез от плеча к бедру - след, оставленный Тёмным мечом -, как утверждал Рэтчет, не мог стать причиной смерти, тем более у такого молодого и здорового бота. Но никаких следов отравления или чего-нибудь ещё не было... Да команду и не сильно беспокоило то, от чего юнец умер. Он умер, и это факт, который невозможно опровергнуть. Оптимус ощущал, как стены базы начинают давить на его усталую искру. Он видел и не мог поверить. Такой юный, такой амбициозный, такой смелый, и мертвец... Опять... Именно поэтому Прайм и цеплялся за Бамблби, поэтому и готов был отдать за его актив больше, чем за любой другой. Потому что вот такие юные его последователи обычно и складывали шлема первыми. И это с каждым разом ударяло всё сильнее и сильнее по процессору старого солдата. Поколение, не успев встать на серво, уже ложились в могилы.       Арси украдкой убрала омыватель с худой щеки. Да, он раздражал, он бесил, он выводил из себя. Но он так молод, так мил, так наивен! Он так верил... Почему? Небеса забирают лучших? Так, что ли? Когда они выходили из гробницы, она практически ощущала его вентиляцию рядом, тепло его сильного и гибкого корпуса у своего плеча. Так же началось напарничество с Клифом. Именно с тепла друга у плеча.       Балкхэд бессильно провентилировал и отошёл. Он устал. Устал смотреть на дезактивированные корпуса горячих юнцов. Устал от этого сосредоточеного взгляда в вечность. Совсем недавно эти окуляры глядели насмешливо, нагло, дерзко, ярко светились умом и жизнелюбием. Голубые огонёчки заглядывали в самые пыльные уголочки базы, видели искру и душу каждого, кто вставал перед ними. И они потухли...       Бамблби печально опустил дверцы. Его товарищ по шалостям, по проказам, гонкам... Теперь уже не до шуток. На белый фейсплэт легло выражение строгости, как почти у всех дезактивированных в этом возрасте. Несбывшиеся мечты серыми тенями легли у губ и под окулярами, неосуществившиеся амбиции бродили по высокому лбу, пепел потухшего огня азарта покрыл его стройный корпус.       Рэтчет, сгорбившись, присел возле платформы. Ещё один дезактив. За каждый труп на операционном столе док чувствовал личную ответственность. Хоть он и до этого был не жилец, хоть умер он под ножом хирурга, каждый дезактив оставлял отпечаток. Кажется, Смоукскрин заикался об альфах. Что они им скажут? Что? Вот что? Тут нечего говорить...       Мико, заметив, что по её щекам ручьями льются слёзы, взглянула в небольшое зеркало, чтобы проверить, не растеклась ли тушь. Траур трауром, но если домой явиться с размазанной по лицу косметикой, то опекуны тут же поднимут панику на весь Джаспер. Зеркало показало симпатичную девчонку с тонким следом туши на щеках и... Накадаи зажала рот рукой, чтобы не завизжать. Смертельно бледная, она подала зеркало Джеку и знаками попросила посмотреть. Парень пожал плечами и сделал то, что просила Мико. Тёмные волосы, глаза, щёки, плечи... И Смоукскрин, стоящий позади. Что?! Окуляры мертвеца сияли зелёным могильным огнём, небольшие язвочки на щеках создавали яркий контраст с белоснежным фейсплэтом, его губы изгибались в злой усмешке.       - О, Господи! - вскрикнул Джек, разжимая руку с зеркалом. Арси тут же поймала падающий предмет земного обихода.       - Что такое? - строго спросил Оптимус, отрываясь от угнетающих сознание мыслей.       - Посмотри! - прошептала Мико, тыкая тонким пальчиком в Арси. Фем молча пожала плечами и сделала то, что просили. Горящие зелёным огнём жажды мщения окуляры покойника со злой усмешкой смотрели из-за плеча фемботки.       - О, Праймус! - Арси выронила зеркало и обернулась. За плечом не было никого... - Что... Что за шутки?!       Зеркало жалобно треснуло, и тихий могильный смех разлетелся по базе.       - Вы тоже это слышали? - испуганно спросил Раф, прижимаясь к Би.       - Ты видела его? - спросил Джек у своей железной подруги.       - Кого? - хмуро поинтересовался Рэтчет.       - Смоукскрин... Он стоял прямо за моим плечом... Он был там! Вы ведь тоже его видели?       - Д-да... - дрожащим голосом ответила Мико. - Он стоял сзади и смеялся. И у него глаза зелёные...       - Вы же понимаете, что сейчас не до шуток? - строго произнёс Прайм. Он не верил в привидений, да и сейчас слишком трагический момент, чтобы начинать верить.       Арси вспыхнула. Её оскорбило неверие Оптимуса.       - При всём уважении...       Свет погас. Абсолютная темнота на несколько секунд накрыла всю базу. Испуганный вопль Мико разорвал тишину. Свет появился так же неожиданно, как и исчез.       - Он был... Там... - тонкая девичья рука указывала на коридор, ведущий к личным отсекам автоботов. - Клянусь...       - Это уже выходит за грань шутки. - отрывисто уронил лидер и сделал несколько шагов в сторону коридора. Как только его манипуляторы трансформировались в бластеры, свет снова выключился. Призрак стоял на середине помещения, и его зелёные окуляры зло и жадно смотрели на Прайма. Оптимус сжал покрепче денты, чтобы не было слышно, как они стучат. И снова яркий свет озарил пустую середину базы.       - Во имя Великой Искры... Не может быть... - послышались дрожащие голоса автоботов. Мудрый предводитель фракции не смог произнести ни слова. Леденящий ужас накрыл его смелую искру, процессор отказывался принимать увиденное и лихорадочно искал в блоке памяти нечто похожее. Голубые окуляры всё ещё обыскивали то место, где стоял Смоукскрин. И свет вновь погас.       Теперь он стоял на расстоянии полшага от Оптимуса. Ему пришлось задрать шлем, чтобы взглянуть в оптику лидера. Прайм уже не видел ничего, кроме этих двух зелёных огней. Инстинкты подсказывали, что надо бежать, бежать как можно дальше, без оглядки, нужно прятаться, вносить серво, но корпус словно замёрз. Оптимус не мог пошевелить даже надлинзовым щитком, даже моргнуть не смёл. Свет снова осветил базу. Перед красно-синим мехом стоял Смоукскрин. Он с любовью и сочувствием смотрел в оптику своего кумира. Белые манипуляторы легли на бластеры. Могильный холод заморозил энергон в жилах. Ароматы усыпальниц ударили по рецепторам. Маленькие язвочки на фейсплэте то появлялись, то пропадали. Окуляры то потухали, то загорались ярче прежнего.       - Не бойся темноты... - прошептал в аудио мёртвый голос.       Оптимус неуверенно сделал шаг назад и попытался повернуться и взглянуть на дезактивированный корпус Смоука. Холодные губы мертвеца с абсолютно живой прытью вцепились в сжатые губы Прайма. В аудио звенел язвительный смех, вокруг моргал свет, и то наступала полная тьма, то озарялась вся база неожиданно ярко и ненадолго. Вокруг кричали, вопили, орали...       Очнулся Оптимус только на манипуляторах Рэтчета. Поцелуй покойника всё ещё леденил губы.       - Стесняюсь спросить, а где тело? - подал голос Раф.       Мегатрон сидел на своей платформе, чуть прикрыв окуляры. Приятная усталость укутывала его своими волнами, соблазнительно уламывая на пару джооров оффлайна. Было бы неплохо... Какой шикарный день!! Да, он не получил этот странный артефакт, зато с каким ужасом Прайм глядел на его меч! А этот бедный малыш-новобранец... А нечего было задираться тогда, в нашу первую встречу, юный недоумок! Что ж, недолго ты протянул... Бедняга...       Лёгкий шум шагов раздался в большом отсеке лорда десептиконов. Странно, дверь не открывалась... Может, всё-таки уснул на пару минут?       - Кто здесь? - грозно спросил, оглядывая широко распахнутыми окулярами пустой отсек.       - Тот, кого из-за тебя отправили в мир проклятых. - немедленно прошипело в аудио. - Из-за твоего Тёмного меча я не воссоединился с Великой Искрой. И ты за это ответишь.       На стене напротив платформы стали проступать какие-то символы. Месть... На кибертронском... Выведено энергоном... Энергоном из живого организма... Уж в этом Мегатрон разбирался. Искру окатила волна ледяного ужаса. Процессор отказался воспринимать это. И тут... Свет погас... Новобранец автоботов стоял у стены, и его горящие жаждой мести зелёные окуляры прожигали фейсплэт десептикона. Свет появился. Пусто... В отсеке пусто... Паника не дала возможности поразмышлять. Свет снова погас. Пусто. Включился. Пусто.       - Что за шутки? - выдавил из себя Мегатрон.       - Не бойся темноты... - прошептал в аудио голос с того света. Свет снова погас.       Его покрытый язвочками фейсплэт оказался в паре сантиметров от фейсплэта лорда десептиконов. Смертельно холодные манипуляторы сжали искру, не давай ей гореть. Протяжный вопль разлетелся по "Немезиде".