Даже через сотни жизней

Когда взошло солнце, они уже спускались в один из входов в пещеры, нагруженные битком набитыми рюкзаками. Гу Вей шел за Чен Юем, стараясь смотреть под все еще подрагивающие ноги, чтобы не упасть. Болели зацелованные губы, тянуло все мышцы, воспоминания о сумасшедшей ночи все еще сладко отзывались где-то внутри, но он шел вперед. Все-таки тайна должна быть раскрыта. Ближе к рассвету Чен Юй отыскал эту расщелину — в прошлый раз они попали туда, провалившись в воду, но сейчас она оказалась на сухой стороне — течение слегка сменило русло. Вход пришлось немного расчистить от камней, но это не заняло много времени. Тот самый зал, где когда-то стоял гуцинь основательницы клана Лань был пуст. Воды здесь уже не было, и их шаги гулко отдавались где-то вверху, отражаясь от стен. Гу Вей водил фонариком по гладким стенам, не находя здесь ничего интересного, как и в прошлый раз. Чен Юй целенаправленно шел вперед, прямо к камню, на котором когда-то стоял гуцинь. — Сейчас я не принадлежу к клану Лань, — тихо произнес Чен Юй, коснувшись «стола». — Но моя душа все помнит. Помоги мне повернуть его. Гу Вей с готовностью взялся за другой конец камня, пока что ничего не понимая. Они повернули камень не без труда, но все же легче, чем это представлялось Гу Вею. Стена прямо за ними заскрежетала, в ней возникла щель, которая стала шириться. Пещера мелко завибрировала, а Гу Вей завороженно смотрел, как казавшаяся монолитной стена расходится, являя им проход куда-то вглубь горы. — Идем, — Чен Юй первым шагнул в темноту. Гу Вею ничего не оставалось, как последовать за ним, жалея, что нельзя протащить сюда и ослов, чтобы не самому тащить тяжеленный рюкзак. Коридор, в который они попали, был широким и высоким — откуда-то шел сквозняк. Примерно через сотню шагов они вышли в большой зал, где стояло множество человеческих фигур в полном боевом облачении, что смотрелось довольно жутко, а от невидящих взглядов пустых глазниц в шлемах по спине бежали мурашки. Казалось, что еще немного — и они оживут, обнажая оружие, чтобы защитить усыпальницу от вторженцев. Сам зал был украшен резьбой по стенам настолько богато, что у Гу Вея зарябило в глазах от этого великолепия и он не сразу понял, что Чен Юй от души выругался. — Что? — изумленно уставился Гу Вей на Чен Юя. — Это — не наше! — он раздосадованно ткнул в орнаменты на стенах и скульптуры, сделанные, кажется, из нефрита. — Здесь кто-то построил усыпальницу после нас! «А ведь и правда», — подумал Гу Вей, рассматривая орнаменты. Кажется, он уже видел такие, и не раз. — Больше похоже на ранний Цинь, — произнес он задумчиво, осматриваясь. — Это я в музее видел. Кажется, мы набрели на клад. — Попробуй возьми этот клад, — все еще раздраженный Чен Юй предельно осторожно заглянул первым скульптурам под доспехи. — Скорее всего, тут полно ловушек. Надевай перчатки, постарайся ничего не касаться голыми руками. Это всего лишь стражники, которые охраняют усыпальницу. Боюсь, дальше будет сложно идти. Я только надеюсь, что они не использовали усыпальницу наших предков, чтобы похоронить своих! Гу Вей кивнул, стараясь не удивляться разговорчивости Чен Юя. Значит, так нужно. — Видишь эти пластины? — Чен Юй ткнул пальцем в перчатке в доспех одного из каменных воинов. — Они позолочены, но скорее всего на них нанесен яд. На лицах тоже всего лишь пластины из нефрита, они не целиком такие. — Как думаешь, какого правителя тут похоронили? — Гу Вей огляделся, пытаясь найти хоть какие-то письмена, но их попросту не было. Орнамент из нефрита шел по всей поверхности зала: стены, потолок и пол были выложены затейливыми узорами. Гу Вей отщелкал все, что смог — камера не везде смогла сфотографировать — света не хватало. — Меня удивляет вот еще что, — вполголоса произнес Чен Юй, оглядываясь. — Здесь нет пыли, словно регулярно уборку проводят. Тебе не кажется это странным? — Я она должна быть? — удивился Гу Вей. Как-то в этом ключе он не думал. Он смотрел дорамы про кладоискателей — там они тоже никогда не возились в пыли. — За столько веков — обязательно, — усмехнулся Чен Юй, щелкнув по доспеху в самом низу, из-под которого посыпалась пыль — но до пола она так и не долетела — исчезла. — Или ты думаешь, что тут призраки пылесосят каждую субботу? — Ты полагаешь, здесь до сих пор есть заряженные артефакты?! — изумленно воскликнул Гу Вей, наблюдая за странным явлением, но скорее за движением руки Чен Юя. Артефакты в мире все еще встречались, но очень редко, потому как заряжать их было уже некому. Да и технологии заменили почти все артефакты. — Это же сенсация! — Даже если это так, мне хотелось бы понять, почему они до сих пор работают, — хмыкнул Чен Юй, криво ухмыльнувшись, что смотрелось невероятно сексуально. — Или кто-то ходит их заряжать? — Чем? — версия Чен Юя казалась невероятной. — В мире не осталось достаточно сильных людей, чтобы заряжать артефакты! Примерно лет так с тысячу. — Не трогай тут ничего, мало ли что. Идем дальше, — Чен Юй прошел мимо скульптур, стараясь их не задевать, к противоположному выходу — широкому проходу. Гу Вей тоже прошел осторожно, не задевая стражей. Следующий коридор был изукрашен резьбой и оказался коротким. Они вышли в следующий очень богатый зал, заставленный каменными саркофагами в несколько рядов. Здесь стены были украшены резьбой деревьев, растений и животных. — Это же большой змей, — определил каменную тварь на ближайшей стене Гу Вей и быстро стал отыскивать знакомые фигуры. — Да у них тут целый бестиарий! А Чен Юй подошел к саркофагам, пытаясь найти хоть какие-то знаки. — Нашел, — будничным голосом произнес он. — «Ци Хуа Лэ, благословенная пятая наложница вана Цинь». Вот почему саркофаг не слишком богатый — это всего лишь наложница, и, скорее всего не высшей категории. Из тех, кого не жалко. — А где же сам ван Цинь? — Гу Вей оглядел все саркофаги — да, каменные, но без особых изысков и со скромной резьбой. — Вряд ли здесь, в окружении этих красоток. — Уже скоро дойдем, — ровным тоном произнес Чен Юй, поджимая губы. Пальцы на фонарике даже побелели от напряжения. — Здесь когда-то была наша библиотека. Я понимаю, что ее разграбили еще раньше, потому что ноты попали в музей. Как это… больно. Гу Вей обнял его, успокаивающе поглаживая по спине, почти физически ощущая его горечь, и они немного так постояли, пока Чен Юй приводил свои чувства и мысли в порядок. Ведь это все равно, что приехать из далекого путешествия домой и обнаружить, что там живут чужие люди. Ну, ладно, не живут, покоятся. Но все равно чужие. Чен Юй едва слышно вздохнул и осторожно высвободился из объятий. — Нам надо идти, — произнес он. — Хотелось бы успеть вернуться до заката. Он только хотел шагнуть в следующий коридор, но отдернул ногу и нахмурился. — Здесь ловушка, — произнес Чен Юй, отпрянув назад и придержав Гу Вея рукой. — Я не понимаю. Здесь же ничего не было! — Значит, ловушек понаставили уже потом, — высказался Гу Вей, про себя отмечая, что у Чен Юя очень высоко развита интуиция, не то что у него самого. Пойди он первым — и провалился бы обязательно. — Я такое в дорамах видел! Падаешь в яму, и колья протыкают насквозь! Чаще всего железные. А еще это значит, что главная усыпальница близко. — Мне известна еще пара выходов отсюда, — Чен Юй зябко повел плечами, оглядываясь. — Я просто не знаю, открываются ли они после всех переделок. — Давай пробовать, — согласился Гу Вей. — Мы ведь не знаем, как обезвредить ловушку и можно ли ее вообще отключить. Чен Юй прошел вдоль стены несколько шагов и остановился. — Смотри, здесь был наш знак, — он сдернул перчатку и обвел пальцем выпуклую линию облака, вырезанного в камне, идеально вписанную в рисунок, который нанесли позднее — Гу Вей ни за что бы не нашел его сам. — Не знаю, сработает ли. Раньше мы пользовались силой золотого ядра, чтобы открыть. Но я попробую. Подержи фонарик. Гу Вей завороженно смотрел, как красивые пальцы Чен Юя пробежались по рисунку, невесомо, словно по струнам гуциня. Секунд двадцать ничего не происходило, и Гу Вей решил, что у них ничего не вышло. Но вскоре раздался скрежет отодвигающейся плиты. Часть стены — очень небольшая, сдвинулась с места внутрь, освобождая совсем немного места для прохода, чем они оба и воспользовались, пригнувшись, ныряя в проем. Плита за ними почти сразу встала на место. Зал, в который они попали, явно был раньше сокровищницей усопшего. Деревянные сундуки, когда-то стоявшие рядами, теперь валялись как попало, и все пустые. И вот здесь пыль была и много. В ней тонула нога в ботинке, как в мягком ковре, взвиваясь в воздух при каждом их шаге. По стенам, так же украшенным резьбой, были развешаны очень красивые светильники из бронзы, и Гу Вей невольно удивился. Что они целы и никто их не тронул. Вероятно, золота было достаточно, и светильники не заинтересовали любителей старины. — Понятно, зачем сюда таскались гробокопатели, — хмыкнул Гу Вей, доставая медицинские маски, осматривая пустые рассохшиеся сундуки и громадные статуи львов по четырем сторонам зала. — Но, похоже, отсюда все вывезли. На-ка, надень, а то здесь даже дышать трудно. Они осторожно прошли зал насквозь, стараясь не задевать сундуков, норовящих рассыпаться от одного прикосновения. А Чен Юй открыл еще один проход, и они вышли в чистый коридор. — Видел светильники на стенах? — спросил Чен Юй, обернувшись к нему, сняв маску, пропитавшуюся пылью. — Я заметил, что ты обратил на них внимание. — Я удивился, почему их не сняли. — Они отравлены, — Чен Юй вынул бутылку с водой и с удовольствием смыл пыль с лица, осевшую даже на ресницах. — Это тоже ловушка. И гробокопатели об этом знали. Нельзя зажечь, нельзя снять. Идем дальше, кажется, я знаю, где они устроили своего вана Цинь. Коридор закончился довольно быстро очередными вратами — язык не поворачивался назвать их иначе. Перед вратами стояли две громадные скульптуры воинов с мечами в руках. Чен Юй прикрыл глаза и коснулся рисунка на поверхности камня. Гу Вей, в это время осматривающий стены, не сразу заметил, как врата начали открываться внутрь. Никакого скрежета — совершенно бесшумно. Чен Юй уверенно шагнул вперед и Гу Вей поспешил за ним. Этот зал был самым большим из всех тех, что они видели до этого. Лучи фонариков выхватывали из тьмы фигуры скульптур и несколько саркофагов в самой середине. Но, стоило Чен Юю шагнуть еще, как по стенам сами собой начали зажигаться фонари, очень быстро, словно их появление запустило какую-то реакцию. Впрочем, почему будто? Гу Вей словно завороженный смотрел, как под их ногами загораются линии Силы в плитах пола и вот теперь ему стало по-настоящему страшно. Чен Юй тоже замер. Свет постепенно прогонял мрак, освещая четыре саркофага посередине зала и фигуру в плаще с капюшоном, которая шла к ним навстречу. — Ну, привет, — раздался незнакомый низкий голос и человек откинул со лба капюшон, не дойдя до них нескольких шагов, и небрежно опираясь на один из саркофагов. — Я думал, вы не придете. — Мо Сюаньюй?! — потрясенно выдавил из себя Гу Вей, ощущая себя полным идиотом.