Растопи лед в своем сердце

POV: Рома       — Я предлагаю тебе стать мои секретарём! — Дима стоял напротив меня и улыбался своей коронной улыбкой. Говорят, что такому ему никто не может отказать.       — Но я уже работаю в вашей фирме, — видя как он наступает, мне пришлось начать пятиться, желательно ближе к двери.       — Я не отпущу тебя так! — Дима схватил меня сначала за руку, а потом за талию, надёжно фиксируя в своих объятьях. — Твоё рабочее место здесь! — он впился страстным поцелуем в мои губы. Если бы не маленькая ссора, я бы завизжал от радости. Меня целует предмет моего воздыхания. Однако к моменту раскрытия чувств между нами уже бушевала буря непонимания.       Я резко сел на кровати. Хорошо, что это всего лишь сон. Наверное, в глубине души я радуюсь тому, что он меня поцеловал. Однако его собственническое отношения меня расстраивает. Почему я должен ему беспрекословно подчиняться? У меня тоже есть чувства и планы. А так как Дмитрий Львович не хочет считаться с моим мнением, теперь он от меня и улыбки не получит.       — Рома, вставай! Ты опоздаешь! — мама вовремя меня окликнула. До начала рабочего дня осталось сорок минут. А мне ещё умыться и одеться нужно. Я решил, что буду вести себя с начальником как можно холоднее, разговаривая только по работе, которой у меня накопилось достаточно много из-за переговоров с французами. Оказывается они так любят поболтать о том о сём. Однако благодаря им я приобрёл ценный опыт.

***

      Осталось пять минут до начала рабочего дня. Здорово, что я не опаздываю. У начальства не будет повода меня вызывать. А значит не придётся видеться с Димой. Те чувства, что возникли при первой встречи куда-то исчезли.       — Здравствуйте, Владимир Евгеньевич! Хорошее утро, правда? — эту фразу я произношу уже довольно долго. Мои отношения с охранником стали чисто деловые. Я интересуюсь его настроением, а он не пристаёт ко мне по поводу внешности. Данный ультиматум мы заключили около двух месяцев назад.       — Добрый день, Вас искала главный секретарь, — он оторвался от газеты, чтобы передать мне ключ от кабинета. — И кстати можете называть меня просто дядя Вова, — сегодня точно не самый обычный день.       — Спасибо, — я ушёл в свой кабинет и занялся накопившейся работой.       Секретарша, конечно, имеет влияние, но она не может заставлять меня делать не мою работу. Я помог ей, лишь потому что хотел выручить Диму, которому по-моему плевать на мои чувства. Видимо, ошибся, полагая, что он особенный. На разборку скопившейся за пару дней кипы бумаг ушло половина дня. Думаю, я заслужил обед.

***

      — Рома, как хорошо, что я Вас встретила! — а мне только хотелось пожелать себе приятного аппетита. Почему эта женщина преследует меня?       — Здравствуйте, — я взял на себя смелось и стал есть. Обед ведь не резиновый!       — Я хотела Вас попросить провести ещё одни переговоры, но уже с немцами. Они приезжают завтра. Это правда очень важно не только для меня, но и для фирмы Дмитрия Львовича, — умеет же она манипулировать людьми. Из неё бы получился хороший секретарь, если бы она была хоть чуточку умнее. — Не волнуйтесь! Я в долгу не останусь! Попрошу Дмитрия Львовича Вас повысить.       — Нет. Спасибо за предложение, но я очень занят своими обязанностями, — не обращая на неё внимания, продолжил есть.       — Понятно. Очень жаль! Придётся просить кого-то другого, — она, пыхтя, направилась к витрине с едой. Утомилась бедная, пора подкрепиться.       Если Дима хотел сделать меня главным секретарём, то почему не уволил её. Или она ему нужна для красоты? Тогда я буду выполнять всю работу? Так не пойдёт! Я не собираюсь так низко падать! Как только закончил с обедом, стал вставать, чтобы отнести поднос, но с опозданием понял, что зацепился за чью-то ногу и сейчас упаду. От страха я даже глаза зажмурил.       — Ты в порядке? — когда открыл глаза, то понял, что Дима поймал меня в самый последний момент, ещё чуть-чуть и мне пришлось бы поцеловаться с полом. Однако посуду я всё-таки разбил, а жалко.       — Да, всё нормально, — мне было комфортно в его объятьях, но чувство неправильности заставило меня отпрянуть от него.       — Ты ничего не поранил? — он по прежнему крепко удерживал меня за руки, но при этом позволяя почувствовать свободу. Он заметил мой взгляд на разбитую посуду и добавил. — За посуду не беспокойся. Из зарплаты не вычту. Ты же не специально её разбил.       — Нет, извините, — кое-как мне всё-таки удалось выкрутиться из его объятий, и я ушёл прочь под удивлённые взгляды своих же сотрудников.       Да, такое и правда редко можно увидеть. Подчинённый отказывается от предложения повышения, а потом падает прямо в руки своего начальника. Что может быть абсурднее этого? Только то, что я всё ещё по уши влюблён в него, но боюсь даже сам себе в этом признаться. Ладно, пора приступать к своим обязанностям, хоть и смотреть в глаза своим сотрудникам будет тяжело. Надеюсь, они не очень любопытны и не станут спрашивать меня про Диму…