Прометей

Наконец солдат начали обучать реальным навыкам! Тренировки с оружием перемежались лекциями о тактике. Рен вкладывал все силы, чтобы вдолбить в головы новичкам особенности ведения боя против йернманов. — Забудьте все, чему вас учили в академии, — повторял он. — Там, в Стейнстаде, высоколобые профессора понятия не имеют, что здесь творится на самом деле. В восточной части Саема, граничащей с Ильдостейном, йернманов давно нет, мы здесь все зачистили. Но чем дальше к западу, к Источнику, тем их все больше, и с севера регулярно подваливают новые. Задача нашей армии — сдерживать их и не давать продвинуться дальше, параллельно освобождая место для сенсоров, сканирующих почву. Ну и самим смотреть под ноги, конечно. Йернманы любят ставить ловушки. Хоть я еще ни разу не встречал никого классом выше тупой железяки, коварства им не занимать. Однажды я ходил в разведку в одиночку и наткнулся на небольшой летающий шар. Он парил над поляной, спускаясь и поднимаясь к земле, будто что-то выискивал. Мне повезло, что я обратил внимание на странно взрыхленную землю по кругу! Когда я выпустил стрелу в шар, он взорвался сам и взорвал всю поляну по периметру! Эта сволочь заранее заминировала все вокруг себя, чтобы к нему невозможно было подобраться. — Не может быть такого, что они ищут то же, что и мы, господин лейтенант? Семена Аски то бишь? — поднял руку Малыш, у которого давно свербила эта гениальная идея. Рен грозно зыркнул в его сторону: — Зачем железякам божественные семена, каменная твоя башка? Суп из них варить? — Ну-у… из вредности! Чтобы не дать нам выполнить ритуал, например! — Поэтому мы и должны найти их первыми, олух! Еще вопросы есть? Элегантно отбородив Малыша, Рен прошелся вдоль висящей на стене карты Саема и продолжал: — Госпожа Владычица считает, что мы не должны атаковать роботов в лоб, дабы не спровоцировать их на более масштабные боевые действия. Поэтому наша тактика — быстрые разовые вылазки, направленные на уничтожение максимум нескольких десятков противников. На следующей неделе первая разведгруппа отправится на задание, кто войдет в нее, я решу позже… Айнерин затаил дыхание. Вот оно! Начинается! — Группу поведу я. Задание будет легким. Мы отправимся в безопасный район Баутроя, чтобы вы могли сориентироваться на местности и приноровиться к особенностям рельефа. Там есть временный лагерь наших бойцов, мы доставим им пищу и медикаменты. После лагеря пройдемся чуть подальше, придется убить несколько йернманов, но вы уже будете подготовлены. Затем возвращаемся в Трокен, и готовится вторая группа. Все понятно? Солдаты послушно закивали. — А сенсор с нами будет? — спросил Айнерин и прикусил язык. — Нет, — отрезал Рен. — Еще вопросы? Айнерин стоял, опершись на каменный заборчик, огораживающий плац. Солнце садилось за саемские холмы; его кроваво-красное колесо проваливалось в серую мглу. Повеяло долгожданной ночной прохладой. В полях заунывно кричала птица, в отдалении слышался лай собак. Скоро должны были играть отбой, но сна не было ни в одном глазу. Он думал о том, что завтра с утра, наконец, в составе первой группы отправится в Саем. Было одновременно и радостно, и тревожно от неизвестности впереди. Сзади послышался хруст шагов по сухой траве, и рядом с юношей спиной к ограде прислонился Рен из Смолбрунна. Айнерин удивленно отпрянул. — Слава Огню, — вытянулся было он, но Рен махнул рукой: — Вольно. Оба молчали. Точеный профиль лейтенанта вырисовывался на фоне закатного неба. Айнерин искоса посматривал, гадая, что за нелегкая принесла командира на ночь глядя. Опять он в чем-то провинился? — Не спится, рядовой Айнерин из Ильдостейна? — хрипло спросил Рен. — Завтра подъем в пять часов, стоит отдохнуть перед маршем. — Так точно, не могу уснуть, господин лейтенант, — недоуменно ответил парень. С чего это Рен стал внезапно о нем заботиться? Решил сменить гнев на милость? Рен скрестил руки на груди. — Слушай, Айнерин из Ильдостейна, — сказал он после долгой паузы. — Ты ведь общался с Ройдой, пока был в Стейнстаде? Как она?.. В одно мгновение картина окончательно сложилась для Айнерина: и предвзятое отношение к нему Рена, и его обещания «всё припомнить», и всё, всё, всё! Он не смог сдержать улыбки. Гордому лейтенанту пришлось в конце концов наступить себе на горло и прийти к единственному человеку, который мог хоть что-то сообщить о его возлюбленной, даже если он считал этого человека своим соперником. — С ней все в порядке, — мягко ответил он. — Учится и, кажется, снова собирается на север. Мы не так часто виделись в последнее время, но… да, с ней все хорошо. Рен еще немного помялся. — Ты не трогал ее? — свирепо вопросил он. Боже правый! Он все еще ревнует!!! — Пальцем не касался, — заверил офицера юноша. — Ройда для меня… дорогой друг, и не более. Я никогда не встану между вами, — откровенно добавил он и посмотрел прямо в глаза Рену. На лице лейтенанта читалось явное облегчение. — Поклянись, Айнерин из Ильдостейна, что не будешь претендовать на сердце Ройды из Смолбрунна, — сказал он тихо. — Клянусь Вечным огнем и священным ликом Эльтаира, — с легкостью сказал Айнерин. — Да падут на меня все небесные кары, ежели я нарушу данную клятву. В тот момент он говорил абсолютно искренне и ни капли не врал себе. Рен хмыкнул и пнул сапогом камень. — Ступай в казармы, рядовой, — сказал он с напускной строгостью. — И смотри у меня! Если завтра с утра будешь клевать носом, поползешь всю дорогу на карачках! Первый разведотряд из двух десятков человек выступил на рассвете. Каждый нес на спине вещмешок, набитый припасами, короткий лук и колчан стрел, на поясе — ингер, одноручный ильдостейнский меч. До цели планировалось добраться к вечеру: ночевать, пусть даже в освобожденных районах, было все-таки рискованно. Шли по проселочной дороге — древнему тракту, некогда пересекавшему Саем насквозь, кратчайшим образом соединяя Ильдостейн и Ведетт Фолд. Но колеса торговых фургонов уже десять лет не катились по колее, постепенно зараставшей ползучей пустынной колючкой: теперь все пути вели в обход с юга, через Шагмар. Серые крыши Трокена остались позади, и все ближе вырисовывались очертания скалистой гряды, отделявшей Саем от остального мира. Невысокая, но мрачная, она казалась сплошной стеной. И в самом деле: когда солдаты подошли вплотную, они обнаружили, что единственный проход вел сквозь узкое ущелье шириной не более сотни эдров. Рен из Смолбрунна, возглавлявший колонну, остановился и повернулся к отряду. — Восточные врата Саема, — объявил он. — Идем по одному, друг за другом. И не шумите: если будете топать, это вызовет оползень. Как только Айнерин вступил на землю Саема, то сразу ощутил беспокойство. Окружающие горы будто настороженно следили за каждым его шагом. И еще: чем дальше он продвигался вглубь неизведанной территории, тем отчетливее улавливал слабые признаки магии. Ущелье смыкалось впереди, и меж стен было полутемно. Хельдиг из Гренсена сделал еще несколько шагов и остановился. — Здесь опасно, — заскулил он. — Я это чувствую. — Мы только в начале пути. Отставить панику, рядовой Пузо! — одернул его лейтенант. — Я говорил, что здесь безопасно? Значит, здесь безопасно! Миновав ущелье, группа прошла еще около альна, свернула с большой дороги и в молчании двинулась по тропе на север. Рен уверенно шагал впереди, остальные озирались по сторонам. Природа Саема разительно отличалась от ильдостейнских равнин. Земля под ногами была серой, твердой и каменистой, то и дело путь пересекали русла высохших ручьев. Когда-то здесь шумел зеленый лес, но сейчас людей окружал лишь сухостой: кривые стволы сплетались в вышине в невообразимые клубки тонких голых веток, отбрасывая на камнях причудливый узор теней. Даже полуденное солнце светило по-другому: бледно и тускло, едва пробиваясь сквозь застилающую небо дымку. Вокруг царила мертвая тишина. Ни щебетания птиц, ни жужжания насекомых — только эхо солдатских сапог по грунту да заунывный далекий скрип дерева. Айнерин поежился и ускорил шаг, стараясь не отставать. «Почему нам не выделили сенсора? — думал он. — Новичкам не положено? Или причиной то, о чем говорил магистр Лоск — разногласия в самой армии? А маг бы нам не помешал, ой как не помешал…» На привале, устроенном на склоне, он поделился своими соображениями с Хельдигом. — Вот, вот, — зашептал Хельдиг, воровато оглядываясь на лейтенанта. — Я тоже что-то такое чувствую. Тут все будто… смотрит. А он… — О чем вы там шепчетесь?! — рявкнул Рен. — Значит, в учебке вы все бойцы и защитники Ильдостейна, а как дошло до дела, так поджали хвосты?! Я предупреждал: Саем — это вам не с девочками по Стейнстаду гулять! Здесь идет проверка ваших качеств — выживете ли вы или с позором отправитесь к праотцам! В любой момент нужно быть готовым к нападению! Дальше будет только хуже! Бабы мне не нужны! Можешь прямо сейчас валить сосать сиську к своей мамке, рядовой Хельдиг! Он еще долго распинался, пока подчиненные сидели, опустив головы. Айнерин старался успокоиться. «Рен ходил здесь много раз, ему ли не знать, где опасно, а где нет. А мы впервые идем этой дорогой, вот нам и мерещится всякое… Но Рен ничего не смыслит в магии, — с досадой возразил он самому себе. — Ройда рассказывала, что у него нет дара даже в зачатках. Может ли быть, что он просто не ощущает угрозы?» Впрочем, после привала стало полегче. Деревья поредели, тропа весело петляла сквозь холмы и овраги, уводя все дальше на север. Никаких признаков йернманов не было и в помине, и отряд приободрился. Один только раз Рен остановился, свернул с дороги и молча указал на землю. Там лежала бесформенная груда стальных обломков, частично выкрашенных белой краской. Металл уже тронула ржавчина. Шли долго. Айнерину казалось, что этот бесконечный мертвый лес никогда не кончится. Плечи ломило, он то и дело поправлял лямки вещмешка. Солнце начало опускаться, но еще было достаточно светло. По словам лейтенанта, до лагеря оставалось не более полутора часов и стоило поднажать; но Хельдиг из Гренсена плелся позади и так ныл, что пришлось сделать еще одну короткую передышку. Солдаты расположились чуть в стороне от тропы на небольшой поляне. Рен яростно распекал Пузо, который лежал пластом и почти не реагировал на угрозы. Айнерин, глядя на эту картину, улыбался. «Господин лейтенант, кажется, уже не так и страшен в гневе. Орет больше по привычке, чем со злости…» Краем глаза он уловил в кустах какое-то движение и резко повернул голову. Сердце ухнуло в пустоту. Но все было тихо. Меж деревьев колебалась легкая дымка, пронизываемая солнечными лучами. Показалось! Они вернулись к тропе и успели пройти несколько десятков эдров, прежде чем заметили неладное. Слабый туман, который они ранее приняли за испарения, неестественно быстро сгущался вокруг. Вскоре в серой пелене не было видно ничего на расстоянии вытянутой руки. Айнерин с размаху влетел в спину впереди идущего солдата, и в него тут же врезались сзади. — Это не йернманы! — вскрикнул кто-то позади. — Туман магический! Отряд сбился в кучу. Лейтенант грязно выругался. — Рейджены, — с ненавистью сказал он. — Чтоб вы сдохли, сукины дети!.. Слушать мою команду! К бою приготовиться! Держаться вместе! Спина к спине! Сейчас начнется! Айнерин выхватил ингер, до боли крепко сжав рукоять в кулаке, и выставил перед собой. Он ничего не понимал, кроме того, что на них, похоже, напали из засады. Ноги у него тряслись. В тумане промелькнуло что-то темное, послышался свист стрелы, и кто-то жалобно закричал. После этого сразу начался хаос. Лязг мечей и вопли иногда заглушал голос Рена, который пытался командовать и как-то координировать подчиненных, но его никто не слушал. Новички наугад размахивали оружием, стреляли в туман и в панике бежали кто куда. А невидимый противник то и дело жалил их меткими выпадами. За несколько минут от организованной группы не осталось и следа. Совсем рядом прожужжала тетива, Айнерин шарахнулся в сторону. Перед ним из ниоткуда выросло дерево, он споткнулся о корягу и кубарем полетел куда-то вниз, в лощину, пересчитывая ребра камнями. — Не расходиться! — надрывался далеко в вышине Рен. Юноша пополз по земле на голос, становившийся все глуше, будто пробивался сквозь подушку. Глаза заливала кровь: падая, он рассек себе кожу на лбу. Вокруг клубилась непроглядная туча неизвестной магии. Звуки стихали один за другим, пока не настала звенящая тишина: полная звуковая изоляция. А затем ударила молния.