Легенда о мальчике, что учился дышать

Джен
NC-17
В процессе
313
«Горячие работы» 940
автор
Размер:
планируется Макси, написано 684 страницы, 116 частей
Описание:
Вместо лица – маска. Вместо материнской любви – шрам. В сердце, что справа, теплится надежда. Металл в жилах не становится щитом израненной души. Он – маленькая мышка, пытающаяся взбить масло, чтобы выплыть и сделать глоток воздуха? Или та – вторая, что опустила лапки и задохнулась от отчаяния? Он должен решить сам – останется ли обиженным мальчиком или возьмет узды правления своей жизни в руки и пойдет по следу чести!...
Примечания автора:
...Но спустя многие года он все там же – на распутье двух дорог, хотя, казалось бы, верный путь так очевиден! А пока мальчик топчется на перекрестке судьбы, мечась из крайности в крайность и заполняя свою жизнь незнамо чем. В этой бессмысленной борьбе с самим собой главное – не растерять все то ценное, что он имел. Найдется ли путеводная звезда, которая выведет его из собственной тьмы? Или же ему суждено до конца своих дней бродить во мраке одиночества?

От автора.
Любезный читатель, данная работа является спин-оффом к моей основной трилогии, первая часть которой уже завершена, и с ней ты можешь ознакомиться, пройдя по ссылочке - https://ficbook.net/readfic/8742664.
Но хочу заметить, что этот спин-офф не является прямым продолжением «Байки...», а лишь ответвлением от основной вселенной. Поэтому вне зависимости от того, знаком ли ты с первой работой или нет – можешь начать знакомство с моей вселенной с «Легенды о мальчике, что учился дышать», при этом не упуская основного смысла и сюжета. А уж потом, если вольешься, мой дорогой дружок, то можешь вернуться к началу и познакомиться с истоками. Выбор за тобой! Можешь начать с любой из них, главное – не забудь взять с собой хорошее настроение и приготовься к абсурдному аттракциону!
Кстати, для новеньких читателей, не знакомых с первой частью, хочу уточнить, что в качестве персонажей используются известные личности, но я взял лишь их внешность, характер же придумал сам от и до.
Временная обложка - https://ibb.co/LrPyRnX
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
313 Нравится 940 Отзывы 45 В сборник Скачать

Глава 93: Двадцать семь

Настройки текста
      И вот, уже спустя несколько дней, Том и Леонид, обвешенные наградами и аксельбантами, переступили порог еврочетырешки. Батлер был уверен, что теперь, когда война для них окончена, наступит мирное время. Он надеялся, что эти месяцы, проведенные в Ираке, дали Харди хорошую встряску и возможность выбросить из головы дурные мысли. Думал, что сержант выплеснул накопившуюся злость в сражениях, эмоционально перезагрузился и готов к обычной жизни. Но на деле все было совершенно иначе. Том прибыл в Сиэтл, кажется, еще более озлобленным, чем до того, как покинул Штаты. Встряска, которую ожидал Леонид, и впрямь произошла, но вместо того, чтобы избавить от ненужных переживаний и упорядочить мысли, она, напротив, перемешала все в голове Харди и навязала нераспутываемые узлы из воспоминаний и обид. А контузия, полученная во дворце Саддама, усугубила все еще сильнее. По итогу, Батлер получил не на шутку озлобленного на весь мир друга, запутавшегося в себе и не понимающего не то что, как жить дальше — нихуя!       Война опустошила Тома, оставив после себя лишь злобу, агрессию и нежелание что-либо менять. Первую неделю сержант провел в своей спальне, выходя от силы пару раз в день: справить нужду, да прихватить из холодильника чего-нибудь съестного и бутылку водки. Леонид все упрашивал Харди как-то отвлечься и, к примеру, попробовать вернуться к работе. Ведь перед отправкой в Ирак им пришлось временно закрыть кафе и заморозить все остальные ветки бизнеса. И хоть при демобилизации они были награждены хорошими премиями, этих денег надолго бы не хватило, с учетом того какими темпами сержант сливал бабки на алкоголь и наркотики. Потому необходимо было как можно скорее выйти на прежний уровень, восстановить все деловые отношения и начать развивать их общее детище дальше. Но на все предложения Леонида Том лишь подкатывал глаза, отмахивался, да крыл друга хуями, не желая менять в своей днищенской обдроченной жизни ровным счетом ничего.       Батлер же старался не унывать и не оставлял попыток как-то повлиять на Харди. Бородач эффектно решил заняться делом пока в одиночку, надеясь, что Том, следуя его примеру, скоро тоже подключится к работе. Но шли дни, за ними недели, а сержант никак не подключался! Он лишь продолжал вливать в себя ебейшее количество алкоголя, да гонять по вымотанному организму лошадиные дозы наркоты, что постепенно превращало его в раздраженного контуженного, агрессивно настроенного ебаната.       К середине марта Тому наскучило валяться в спальне, и он наконец принял решение чем-нибудь себя занять. Леонид, услышав подобные вести, был вне себя от радости, а его плащ уже готовился к взрыванию праздного салюта. Но сержант же Харди задумал совсем не то, чего ожидал Батлер. Вместо того, чтобы вернуться к бизнесу, Том решил попробовать себя в чем-то новом. «Найти себя», как пояснил он сам за планы. В тот же день он записался на курсы гончарного мастерства и уже следующим утром отправился на первый урок. Вернувшись домой после занятия с уродливым горшком подмышкой, Харди тотчас же уселся за журнальный столик в гостиной и принялся наносить на свое убожество корявые убористые узоры масляными красками. Ведь после урока гончарного мастерства успел еще заглянуть в магазин для живописи.       Не сказать, что Леонид одобрил подобные нелепые занятия, но считал, что это лучше бессмысленного валяния в обдроченной постели в компании водочки да ширева. «Хай занимаитьси», — подумал тогда Батлер. Понадеявшись, что вскоре эти дурацкие увлечения станут Тому неинтересны, Леонид, скрепя плащ, пообещал поддерживать друга в его начинаниях.       Через пару дней Харди наскучило и гончарное дело, и рисование, и он стал искать что-то более увлекательное. Тогда он записался в «Высшую школу лассо и плетей», выбрав из двух направлений «Плети». Это дело и впрямь увлекло его куда больше чем нудная лепка из глины. Каждый божий день сержант ходил на лекции, а дома отрабатывал практические занятия, прикупив для этого трехметровую кожаную плетку. Леонид же терпеливо слушал непрекращающиеся щелчки взмахов плети, решив, что новое увлечение может стать для Тома первым шагом к возвращению к обычной жизни. Через пару недель Харди пришел к выводу, что у него слишком много свободного времени и требуется занять себя еще чем-нибудь. Прошерстив интернет и всевозможные газеты и не найдя там ничего подходящего, он вспомнил о своем старом увлечении — татуировках. Тогда он закупился всем необходимым: новехонькой профессиональной тату-машинкой, красками и прочими приблудами, и начал оттачивать мастерство. Сначала он практиковался на свиных тушах, затем на себе, и вскоре решил, что готов зарабатывать этим. Сержант уже хотел было открыть запись к себе на сеансы и приглашать всех желающих за свежими татуировками, но тут вновь вмешался Батлер.       9 апреля 2010 года.       — Томми, ну послушай ты меня! — взывал к вниманию Леонид. — Я ж совсем не против твоих этих хобби. Но приглашать честной люд, дабы сделать им наколки… Ну ты еще не готов к этому, я считаю! Еще и за денежку немалую… Опозорисси на весь Сиэтл! Знаешь, как дурная слава быстро расползаитьси. Наколешь одному незнамо что, а потом никто уже к тебе не пойдеть. Потренируйся еще. А еще лучше, займись уже тем, что у тебя хорошо выходит. Наш бизнес без тебя ну никак не раскрутитьси заново…       Том же сидел на диване в гостиной и молча чистил тату-машинку, хмурясь и раздраженно подергивая берцем.       — Ну ты никак не желаешь меня слушать! — ударил себя по бедрам Батлер. — Ну неужто за столько лет нашей дружбы мое мнение совсем не имеет для тебя веса? Я ж как лучше хочу для тебя. Я вижу, что последние годы вышли для тебя нелегкими…       — Пффф… Нелегкими, сука-бля… Последние годы… — усмехнулся сержант, помотав головой. — Не мешай, Леонид!       — Это я тебе мешаю? Да я же помочь тебе хочу! — вскинул бороду к потолку Батлер. — Я же тебе честно говорю, что считаю, что ты не готов еще, — махнул он плащом на тату-машинку.       — Ну не готов, так подготовлюсь! Садись, петушара! Набью тебе, раз говоришь, что мне нужна практика. Согласен? Али, сука-бля, не хочешь помочь другу? — вызывающе приподнял шрамированную бровь сержант и похлопал по дивану рядом с собой.       — Ээээм… — задумчиво заорал бородач.       — Что, сука-бля? Вот и вся твоя помощь? Ну так и иди на хуй тогда со своими советами! — показал ему «фак» Том. — Все вы, сука-бля, только и знаете, как советы раздавать, хуй кто из вас понимает, что у меня… — забурчал он под нос, вновь увлекшись чисткой машинки.       — Ладно, я согласен! — перебил Батлер и уселся рядом с другом. — Я-то тебе помогу, Томми! Просто не хочу, чтобы ты дурью маялси. Надо уже себя как-то возвращать в реальность…       — Что бить будем? — не стал слушать очередные нравоучения Харди и натянул на руки резиновые перчатки.       — Ну, что-нибудь веселенькое… — почесал плащом макушку Леонид.       — Веселенькое, сука-бля! Клоуна, блять, тебе набить? — рявкнул сержант. — Ладно, раз клиент не знает, чего хочет, то мастер поможет. Ебану тебе фрихендом на свой ебаный вкус. Согласен, сука-бля?       Повисла неловкая тату-пауза.       — Согласен, — опустил уголки губ бородач и откинул плащ, оголяя лопатку для татуировки.       Харди состроил фирменный еблет и зажужжал машинкой.       Шел уже второй час нанесения рисунка на эффектное тело Леонида.       — Томми, ну и все же… Ты не подумываешь, что пора бы как-то вбиваться в колею? — осторожно закричал Батлер. — Вот если бы ты вернулся к нашему делу, образумилси немного, завязал бы чуть-почуть с синькой да наркотиками… Вот те крест — сразу бы у тебя все начало налаживаться. Глядишь бы и с Джейки возобновили общение. Он-то наверняка уже позабыл все обиды, и возможно ждеть, когда ты сделаешь первый шаг.       — А оно мне, сука-бля, надо? — фыркнул Том. — Я этому пидору собачьему нахуй не сдался. Так мне он нахуя?       — Ну вы же братья! — возмутительно поморщился Леонид.       — Ну вы же братья! — передразнил Харди, эффектно состроив фирменное ебало. — Ебал я в рот эти братские отношения. Прожил до двадцати лет без него, проживу, сука-бля, и дальше. Мне это неинтересно.       — А что ж тебе интересно? Кирять? — заорал бородач, стукнув кулаком по колену.       — Кирять — заебись! Ебашить наркотики — тоже охуенно! А хули мне еще надо от жизни? Глядишь, сука-бля, быстрее отъеду! — поведал свои жизненные установки Том, а Леонид почувствовал, как нажим иголок тату-машинки стал сильнее и слишком больно царапал кожу. — Скучно только. Вот и ищу себя, пока не сдохну. А то чем сержанту себя занять? Бухать, наркоманить да дрочить…       — Томми! Ты несешь бред! — взвизгнул Батлер. — Ты думаешь, это все, на что ты способен? Да ты же был сержантом полиции! Бросил ради незнамо чего! Имел свой бизнес. Тоже все бросил! И теперь ты занимаешься какой-то ерундистикой и говоришь, что не способен на большее. Да ты сам себя принижаешь! Зачем ты это делаешь? Еще и эта твоя Клубнишная Эми! Что, свет что ль на ней клином сошелси? Девок что ль тебе мало! Приведи себя уже в порядок, да живи нормально! Кто тебе мешаить-то?       — Слышь, петушня бородатая! Ты свои советы ебаные кому-нибудь другом иди советуй! Ясно тебе, сука-бля? Мне они нахуй не нужны, что тут неясно? Какого хуя сержант должен повторять по сто раз? Или тебе ебало разбить? Так может понятней станет? — зарычал Харди, развернув Батлера лицом к себе и легонько пихнул его кулаком в щеку. — М? Ты понял, сука-бля?       Леонид лишь осуждающе помотал головой, но промолчал.       — Все, готово, сука-бля! — заявил Том через пару минут, процарапав последний штрих. — Иди-ка, взгляни в зеркало на мой шедевр! Да у сержанта талант — ебейший! А ты тут пиздишь, что я опозорюсь со своими работами!       Батлер подошел к зеркалу и взглянул через плечо на отражение. Ему не сразу удалось понять, что за хуйня из кельтских узоров изображена на его лопатке. Но вскоре бородач смог рассмотреть в этих хитросплетениях пирог, над которым кружилась стая мух, а из самого пирога выглядывала болотная жаба.       — Нууу? — вскинул шрамированную бровь сержант, с ухмылкой глядя на друга и ожидая вердикта.       — Спасибо, Томми… Это и впрямь круто… — крикливо промямлил Леонид, брезгливо поморщившись.       Харди состроил фирменный еблет, расставив руки в стороны.       — Пойду наложу повязку. Хай заживаить… — закивал Батлер и, понурив плащ, двинулся в свою спальню.       Оказавшись в комнате, Леонид закрылся на замок и приложил ухо к двери. Когда услышал, что Харди вновь зажжужал машинкой, он уселся на кровать и взял телефон.       — Алло, Джейки… С днем рождения тебя! — шепотом закричал он в трубку. — Счастья, здоровья тебе и всего самого наикрашего…       — Спасибо, Леонид, — ответил ему на том конце провода собеседник из шара. — Как у вас дела? Как Томми?       — Плохо… — вздохнул Батлер и поведал о нынешнем состоянии друга.       — Мда… Хуево… — резюмировал Джилленхол по завершении громкой истории. — А дядя Джейк сразу говорил, что война — это хуевая идея. Разве это то, что может помочь избавиться от злости? Абсолютно точно, что нет! Война еще больше все усугубляет.       — Да я-то это понимаю! — положил плащ на грудь Батлер. — Но что я мог сделать-то? А? Его было не переубедить…       — Да я понял… — задумчиво протянул Джейк.       — Ну что делать-то? Джейки, ну может ты приедешь уже, может ваше примирение его как-то да успокоить, м?       — Леонид, нет! Ты издеваешься? Ты думаешь, мое появление его успокоит? Да он взбеситься хлеще прежнего! Это ясно как божий день! Наши с тобой ебала будут биты! — завозмущался в трубке парень из шара.       — Ну, а чегось делать-то тогда! Не возьму я в толк! Он ж изведеть и меня, и себя! — заверещал Леонид.       — Надо подумать… Что может помочь справиться со злостью и агрессией… — размышлял Джилленхол, бренча на гитаре. — Ладно, есть один вариант… Жди, должно помочь. Всегда помогает! — воскликнул он и бросил трубку.       15 апреля 2010 года.       Не успел Леонид Батлер открыть глаза, как к нему в спальню вломился уже обхуяренный до неузнаваемости Том, заявив, что у него сегодня день рождения. А это является для него самым ненавистным днем из всех возможных, и потому он пригрозил, чтобы бородач даже не вздумал устраивать для него праздных сюрпризов, печь торты и взрывать хлопушки. Чтобы даже не было намека на какое-либо торжество. Еще лучше и вовсе покинуть еврочетырешку и оставить его в одиночестве. Ведь иначе эффектное лицо обязательно будет разбито. Леонид же решил не спорить с обезумевшим другом, молча поднялся с кровати, накинул плащ, натянул латексные треники и удалился от греха подальше. Он и так не планировал устраивать никаких празднеств, ибо с каждым днем Харди становился все злее и злее. А доводить ситуацию до греха совсем не хотелось. После угроз же Батлер и вовсе понял, что его присутствие сегодня в квартире не то что не обязательно — нахуй не нужно. Ведь, если быть честным, то бородач и сам нехило заебался принимать на себя все то говно, что выплескивал на него сержант.       Том, оставшись в одиночестве, принялся нажираться самым нарочито дешевым пойлом, что сумел отыскать в ближайшем магазине. Выпив бутылку и доведя себя до состояния максимальной озлобленности, он стал тренировать удары плетью, громя халупу направо и налево.       Вдруг раздался звонок в дверь.       — Сука-бля! Какой педрила осмелился прийти? — взорвался Харди и взмахом плети разбил пустую бутылку, после чего, до безобразия раздраженно топая берцами, пошел открывать, дабы раскрошить ебло наглого гостя, осмелившегося пожаловаться в этот день.       Открыв дверь, сержант не то что охуел — ебанулся! На пороге стояла незнакомая блондинка. На ней было короткое черное платье, обтягивающее соблазнительную фигуру. Пухлые губы накрашены красной помадой. Барышня кокетливо улыбнулась и помахала рукой.       — Ты что еще за пизда? — скривился Том, осматривая девушку с ног до головы.       — Я — проститутка, — похлопала ресницами та. — Скарлетт. Скарлетт Йохансон, — протянула она руку для поцелуя.       — Чего… Сука-бля? — просверлил ее ебаным взглядом сержант, подвигав желваками и крепко сжав плетку в руке.       — Проститутка, — хохотнула Скарлетт, пожав плечами. — Одна птичка мне напела, Томми, что у тебя сегодня день рождения, — убрала она за ухо крупный локон, спадавший на лицо.       — Повтори, что ты сказала, шмара? — закрыл глаза сержант, гневно раздув ноздри. — Томми, сука-бля? Томми?!       — Ну да, Томми, — поправила мисс Йохансон пышную грудь, вываливающуюся из декольте. — Могу называть тебя просто сержант.       — Что за птичка, сука-бля? — проигнорировал жеманные выкрутасы шлюхи Том.       — Нууу… Одна синеглазая птичка, — отмахнулась Скарлетт. — Так что? Впустишь меня? Я тебя поздравлю, как следует.       Не успела проститутка более сказать и слова, как дверь с оглушительным хлопком закрылась перед ее носом.       — Сука, жид! Уебок! — заорал как полоумный Харди, начав хлестать плетью по полу. — Жидяра ебаный! Пидорас! Сука-бля!       Тома накрыла такая волна накопившейся злобы, что он даже и не знал как и куда ее выплеснуть, ему хотелось лишь орать. И еще убить брата! Избить плеткой до кровавого месива, а затем пустить пулю в лоб. Из «беретты», что он приберег для расправы над Мэрил. Если он не может убить ее, то хотя бы должен убить ее жидовье отродье. Ну-ну, Том, кажется, ты перегибаешь палку. Убить брата? Серьезно? За что? В тебе просто слишком много агрессии. Просто не держи ее в себе.       Харди отшвырнул плетку и вцепился пальцами себе в лицо, пытаясь переключится со злости на боль. Но это не помогло. Кажется, ему уже ничего не в силах было помочь. И тут в голове сержанта перещелкнуло. Он махом открыл дверь и грубо втащил внутрь шлюху, терпеливо продолжавшую ожидать работы.       — Села, сука-бля! — швырнул он ее на диван.       — Я смотрю, ты очень разгорячен, — закусила пухлую губу девка, закинув ногу на ногу.       Харди раздраженно подергал плечами и поднял плетку.       — Оу… — округлила глаз проститутка.       — Ебало на ноль, — процедил сержант и пихнул Скарлетт рукоятью плети по губам.       Та приподняла бровь и выставила ладони вперед, давая понять, что готова подчиняться. Харди смерил ее брезгливым взглядом, выпятив нижнюю челюсть, развернулся и двинулся прочь из гостиной по направлению к спальне Джейка.       — Я жду с нетерпением! — окликнула Йохансон, подмигнув.       Но Том не собирался слушать шлюшьи бредни и скрылся за дверью. Оказавшись в комнате брата, он мигом рванул к прикроватной тумбочке и стал остервенело рыться там, расшвыривая вещи по сторонам. Наконец, он нашел, что искал, а конкретно упаковку презервативов, сунул ее в карман скамов и, окинув спальню презрительным взглядом, поспешил обратно.       Том подошел к Скарлетт и встал перед ней. Та подняла на него томный взгляд из-под ресниц и потянулась к ремню.       — Руки нахуй! — схватил ее за запястье Харди и оттолкнул от себя. — Вставай, сука-бля.       Шлюха пожала плечами и повиновалась.       — Раком, — приказал Том, махнув рукой на диван.       Скарлетт без лишних разговоров сделала и это. Она встала коленями на диван, уперлась локтями на спинку и вызывающе прогнула спину, чуть обернувшись назад и игриво улыбнувшись уголком рта.       — Ебало свое блядское отверни от меня, — рявкнул Том.       Он расстегнул ширинку, затем достал из кармана гондон и раскрыл упаковку зубами. Несмотря на отсутствие опыта, ему удалось вполне быстро натянуть презерватив на уже вставший член. Харди рывком задрал платье Скарлетт, оголив ее аппетитную круглую задницу, которая его, впрочем, мало волновала. Потом сдвинул блядские трусы в сторону и без всяких прелюдий с силой вошел.       — Ах… — вскрикнула девка от неожиданности и на мгновение попыталась отстраниться, но Том, грубо взяв ее за бедра, притянул обратно и стал агрессивно ебать.       — Синеглазый трахал тебя перед тем, как отправить ко мне? — накинул Харди вопрос, до безобразия резкими толчками вдалбливая хуй в пизду Скарлетт.       — Ээээм… — бросила она растерянный взгляд через плечо.       — Отвечай, сука-бля! — прорычал Том, немного нагнувшись, схватив проститутку за волосы и притянув ближе.       — Ну… Да… — промямлила шлюха, морща нос.       — Мразь! Какая же ты шлюха! — скривился Харди в гримасе отвращения и отпихнул голову Скарлетт. — Что? Ты наверняка приехала в Сиэтл из какого-нибудь обдроченного Эверетта? Поступать? Хотела, сука-бля, лучшей жизни?       — Чтооо? — протянула шлюха, встревожено состроив брови домиком.       — В точку… — ухмыльнулся Том. — И как? Получилось? Этого ты хотела, пизда? Наверняка, твой папаша, батрачащий где-нибудь на фанерном заводе, взял кредит, влез в долги ради этого? — рычал он, наращивая темп.       — Мой отец работает в порту, кочегаром на буксире, — пробормотала девка.       — Понял, сука-бля… Понял… — состроил зверино-фирменный еблет сержант. — Ну, а ты что? Проебала все бабки на наркотики и пошла работать шлюхой, дабы твои тупые предки не узнали, что ты вылетела из колледжа?       — Нет, не так все было… — трясущимся голосом простонала Скарлетт.       — А как же? Дай угадаю! — ухмыльнулся Харди, глаза которого потеряли всякую осмысленность. — Твоя мать и сама была шлюхой? А твой отец домогался до тебя? Потому ты готова на что угодно, лишь бы не возвращаться туда?       — Зачем ты это делаешь? — всхлипнула Скарлетт, уткнувшись лицом в диванную подушку.       — Что я, сука-бля, делаю? Зачем ебу тебя? — хохотнул Том, совершая безумно быстрые беспорядочные фрикции. — Да потому что ты проститутка! Грязная шлюха! Такая же, как твоя блядская мамаша.       — Хватит… — проскулила девка, кусая губы.       — И да, сержант опять, сука-бля, в самое яблочко! Ммм! — хрипел Харди, закрыв глаза и запрокинув голову.       Скарлетт же положила ладонь на лицо, пытаясь скрыть слезы, и вся сжалась под звериным натиском сержантской ебли.       — Не смей кончать, сука, — рявкнул Том, тряхнув проститутку за задницу. — Ты шлюха. И будешь делать то, что я скажу. И кончать буду только я.       — Да я и не собиралась… — пробормотала Йохансон, вытирая слезы.       — Да, сука-бля! — зарычал Том и, достав член, принялся дрочить, дабы проститутка уж точно не успела получить удовольствие.       Скарлетт быстро одернула платье и уселась на диван, поджав под себя ноги и обнимая подушку.       — Да, сука-бля, я — власть! — захрипел сержант через пару секунд, кончив в гондон.       Прерывисто дыша, Том открыл глаза и посмотрел на Скарлетт. Он брезгливо скривил губы и плюхнулся на кресло. Застегнув ширинку, достал из кармана пакетик кокаина, насыпал на тыльную сторону ладони и с жадностью вынюхал.       — Ммм, сука-бля… — расслабленно выдохнул он, откинув голову на спинку и уставившись в потолок.       — Можно я пойду? — осторожно спросила Скарлетт, отложив подушку на диван.       — Сколько тебе заплатил жид? — проигнорировал вопрос Харди.       — Штуку за целую ночь, — потупила взгляд проститутка.       — А за себя? — подвигав желваками, вновь перевел на нее взгляд сержант.       Повисла неловкая финансовая пауза.       — Говори! — рявкнул Том, вскочил и навис над девушкой.       — Нисколько… — прошептала та, отводя глаза.       — Ебать ты шкура… Мерзкая пизда… — процедил сержант, взяв проститутку одной рукой за щеки и подняв ее лицо к себе. — На, верни ему обратно, — пошарил он по карманам, достал несколько смятых купюр и, с силой сжав лицо Скарлетт, сунул ей деньги в рот. — Могу накинуть сверху, и ты отсосешь его блядский хуй.       — Не надо… — помотала головой девушка, вновь навернув на глаза слезы.       — Сделаешь это бесплатно? — приподнял шрамированную бровь сержант. — Конечно, сука-бля. Ведь ты не просто проститутка, ты — шлюха, — ухмыльнулся он, еще пару секунд просверлил ебливым взглядом и плюнул прямо в лицо Скарлетт.       Та аж взвизгнула и скривилась в гримасе унижения.       — Съебала! — рявкнул Харди и отпихнул от себя девку.       Бедняжка продолжала сидеть, хлопая глазами, откуда лились слезы, и в растерянности не могла пошевелиться.       — Нахуй из моего дома! — заорал Том, схватил с пола плеть и щелкнул ею в сторону входной двери. — Блядь ебаная!       Девка вскочила и пулей бросилась к выходу.       — Передавай привет предкам! — пизданул ей вслед сержант и вновь уселся в кресло, когда дверь захлопнулась.       Так он просидел несколько минут, обдумывая случившиеся. Ничего понять ему не удалось. Зато Том отчетливо ощутил, как злость, бушевавшая в нем последнюю пару лет, отступила. Остались пустота и усталость. Харди взял бутылку виски, сделал глоток и закурил. Так и просидел весь оставшийся день своего рождения.
Укажите сильные и слабые стороны работы
Идея:
Сюжет:
Персонажи:
Язык:
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты