Война и никакого мира

Pov Светa Меня зовут Светлана Прудникова, мне недавно исполнилось 13. Я заканчиваю седьмой класс. Как и все нормальные люди, я хожу в школу, где вынуждена учить хренову тучу ненужной мне инфы, общаюсь с одноклассниками, подружками и учителями.       Я очень ценю свою разнообразность. В своей школе у меня нет стабильного статуса: для кого-то я просто заурядная одноклассница, у которой можно попросить списать и она не откажет, для кого-то лучшая подруга, для кого-то соседка по парте, с которой можно пообсуждать мемасики на скучной химии или истории, для кого — то психичка по прозвищу «Косая». Ко мне приросла эта кличка из — за того, что я умею смешно косить глаза. Для кого-то я прилежная отличница, для кого-то прогульщица урока… Для физрука так уж точно.       Но рассказ пойдёт не обо мне. Мне довелось быть только ближайшей свидетельницей того случая, о котором я хочу рассказать.

***

      Всё начиналось так. Я шла по школьному коридору, шаркая новыми кроссовками на весь этаж, и хрустела чипсами. Сейчас должен был быть урок физики. Формулы я опять не выучила. Да и нет у меня времени их зубрить, я и нормальные-то предметы делать не всегда успеваю. Невозможно уделять много внимания каждому уроку, учитывая их количество. Так что да, иногда могу схватить пару-тройку двоек. В прочем, сие не есть трагедия, так что мне как-то до лампочки, сколько у меня в дневнике прекрасных лебедей. Я открыла с ноги дверь и зашла в кабинет. Но там не было ни моего класса, ни училки по физике. За столом восседала Вероника Михайловна, наша классная, и заполняла журнал. Увидев меня на пороге, она спокойно сказала: — Привет, Прудникова. — Здрасте! — весело ответила я и даже помахала рукой, — а чё, физики не будет, да? — Нет. Сейчас замена, у вас литература, которая должна была быть на последнем уроке, вас пораньше теперь отпустят. — Уиии! — заорала я, — я как раз формулы не выучила. Ага, не удивляйтесь. Вероника Михайловна старше нас лет на 10, не больше. Она сама совсем недавно была школьницей, поэтому хорошо нас понимает и прощает все шалости, и общаемся мы с ней почти на равных, как с подружкой. — Ну, повезло тебе, значит. Я, кстати, не могу понять, где тебя носило? Звонок уже был.       Я не любила врать. — Да в АТБ за углом бегала, чипсы купила. Вот, перекусила. — Заметно, заметно, — кивнула Вероника Михайловна, глянув на пустую пачку у меня в руках, — ладно, Прудникова. Спускайся во второй кабинет. Все твои одноклассники уже там. Да, и прихвати журнальчик, будь другом. Я забрала журнал и ушла. Точнее, не ушла, а съехала по перилам. Люблю кататься, когда никого нет! Потом я не спеша дошла до кабинета русского языка и литературы и снова открыла дверь ногой. Меня встретил крик: — О, какие люди! Заходи!       Это кричала Влада, моя лучшая подружка. Она стояла у доски и рисовала карикатуры на училок. Взрослых в кабинете не было и в помине. Я подошла к доске. Влада протянула мне белый мел и заявила: — Давай, присоединяйся. Я принялась на пару с одноклассницей разукрашивать доску шедевральными рисунками и смешными рожами. Над моей головой летала туда — сюда чья — то сумка, в классе стоял вой и истерический смех моих одноклассников. Меня ударила по спине чья-то книга, я обернулась и крикнула: — Кто там бьётся? Кому жить надоело?! — Ой, Косая, сори! — закричал мой одноклассник, сидевший на парте, — я не в тебя кидал, я в них! — он указал пальцем на двух пацанов, стоявших у входа и откручивающих друг другу конечности. — А, тогда ладно, — улыбнулась я отвернулась к доске, помогать Владе.       Но вот хлопнула дверь и в класс вошла училка. Воцарилась зловещая тишина. — Это я, что-ли?! — заорала училка, посмотрев на наши карикатуры, — что это вы на меня малюете?! Да я стройнее вас двоих, вместе взятых! — орала она, тряся жирком, — ещё раз увижу — получите по единице! Сели на место! — Воу, воу, полегче! — ехидно сказала я и принялась стирать с доски наши художества. Жалко их, всё ж таки… Училка зло взглянула на Владу и строго сказала: — Сейчас мы и тебе применение найдём. Осталась у доски и отвечаешь, Брагина! — Я не готова, — смутилась Владислава, — как раз хотела Вас предупредить. Просто я, вроде как, болела. — «Вроде как»?! Ясно! Гони дневник! — Ну не надо, — Влада начала строить «собачьи глазки». — Да ладно Вам, — проявила я цеховую солидарность, — я тоже про Ваши «Алые паруса» забыла. Что, в первый раз, что-ли? Не дожидаясь ответа, мы с Владой удалились за нашу вторую парту. — Уважение иметь надо! — крикнула нам училка, а потом обратилась ко всем, — вы, седьмой «Б», с таким поведением ничего в этой жизни не добьётесь. Будете улицы мести или туалеты мыть. Некоторых из вас вообще стоило бы сдать для опытов или в зоопарк. Ваш смысл жизни — интернет и пароль от вай-фая! А вы должны учиться! Дни и ночи! Что бы не происходило! Кем вы иначе вырастете? Бомжами, блин, будете!       И так каждый раз. Вместо того, чтобы вести урок или проверять домашнее задание, училка по полчаса учит нас жить. Мне, между прочим, надоело вот это вот всё.       Как выяснилось, не мне одной. Прямо на этом моменте вмешался Лёша Максимов, наш двоечник с первой парты. Его больше всех бесили эти морали. — Илона Васильевна, может быть, уже начнём урок? — спросил он, — мы решим, как нам жить, как — нибудь без Вас — Нет, ну ты посмотри, опять он мне урок срывает! — возмутилась училка, — я сама разберусь, как его вести! — Слушайте… — так же возмущённо сказал Лёша. — Слушаю! — заорала училка. — Я бы сказал, куда Вам пойти, — загадочно сообщил одноклассник. — Ну давай, скажи. Лёша выдержал эффектную паузу и выдал: — На ***. — Что-что-что? — оторопело переспросила училка. — На ***, — невозмутимо повторил Лёша, — на половой орган. Училка быстро встала и попыталась поднять Лёшу со стула, бубня что-то о визите к директору. Он отодвинулся и сказал: — Да уберите руки! Училка отступила. Она отошла на середину кабинета и заявила: — Я отказываюсь вести урок! Я иду к директору! Она прямым шагом вышла из кабинета, не забыв как следует хлопнуть дверью. Мы тихо офигевали. Тишину разорвал радостный крик Влады: — Она свалила! Бро, дай пять, она свалила! Влада начала танцевать вокруг парты. Я запела в такт танца моей подруги. К Лёше стали подбегать одноклассники и страстно его благодарить. Моя подруженция Амина, у которой всегда много денег, сбегала в АТБ за углом, купила Лёхе пироженок. Он у нас нежадный малый, поэтому великодушно всех угостил. Мы наворачивали пирожные и смаковали произошедшее, попутно отпуская шутейки по теме.       Внезапно в класс заглянула Вероника Михайловна и удивлённо спросила: — Седьмой «Б», что происходит? Где Илона Васильевна? Мы во всех подробностях рассказали ей, что случилось. В ответ любимая классная конфисковала остатки пиршества и куда-то увела новоявленного героя. Позже мы узнали, что он отделался единицей по поведению и беседой с директором, но и это лишнее, я считаю. Да, послать училку — явно не эталон хорошего поведения, но для нашей школьной жизни это совершенно не выходящая из ряда вон ситуация. Такого рода случаи происходят у нас довольно часто. Но это, в какой-то степени, и хорошо: ведь у всего на свете есть свои недостатки и достоинства. Возможно, не все заметили, но я с самого начала это говорила.