Разрушенный мир

Как и в прошлый раз, омега оставил Киду с рассветом. Но в отличие от того случая, Акатоши знал, что он ещё встретится с Охотником. И что всё, что произошло ночью, не было просто сном или же миражом. Это всё было правдой. Началом чего-то большого, светлого и до безобразия наивного. Как бы то ни было, а вернулся альфа на базу ближе к полудню. В голове всё ещё был свеж ночной разговор с его избранным, от чего у Акатоши появилась ещё одна причина желать смерти нынешнему правителю. Три дня шла его подготовка. Три дня он не попадался на глаза Охотнику, но, при этом, в окрестностях его базы то и дело сновали уже знакомые Гарпиям омеги, таская из города свёртки, флаконы и травы, которые, как правило, могли добыть только омеги, зная торговцев специальными лекарствами. Что-то назревало. Что-то действительно серьёзное. И ещё одним подтверждением того стали ежедневные боевые тренировки внутри базы Барсов. Они проводились и раньше, но если раньше лидер только наблюдал за боем молодняка, то теперь он принимал в нём непосредственное участие. Среди Барсов начал ходить слушок о том, что Акатоши выбирает приемника, из-за чего его отношение к членам банды ужесточилось и тот держал ребят в железных рукавицах. Слухи стали казаться правдой на шестой день, когда Акатоши второй раз за месяц вошёл к клетку. Раньше лидер Барсов устраивал показательные бои раз в четыре недели, но, похоже, его цель стала требовать куда большей активности. Бои с лидером никогда не были затяжными. Но в этот раз, он играл со своим соперником словно кошка с мышкой, нанося удар за ударом, медленно лишая свою жертву сил. Первый бой и начало его битвы. Когда соперник полностью лишился сил, Кида заставил альфу встать на колени перед Цезарем, хватая свою жертву за волосы и демонстративно закидывая его голову назад, медленно разрезая сонную артерию. При этом, ледяной серый взгляд из под маски Барса был устремлён прямо на правителя, будто бы тот бросал ему вызов. С этого началась его битва. В течении следующей недели, Кида ежедневно посещал клетку, сражаясь с тремя соперниками и убивая их на глазах правителя так, будто бы спрашивая "Тебе нравится?". Обычно, в клетке нельзя было предугадать, кто станет твоим соперником, но благодаря своим шпионам, лидер Снежных Барсов всегда знал, когда стоит выходить, кого стоит убивать и как избежать встречи с омегой внутри этой кровавой арены. Цезарь наблюдал за главой Барсов на боях. Ему даже нравилось, что у его фаворита появился соперник. Однако на ринге те никак не встречались и это не могло не бесить правителя. Барс как ловкий змей уходил от боев с Охотником и, в конце концов, ему наступили на хвост. Блондин тоже часто выходил на ринг, все же борьба за место генерала дорогого стоит. Юноша выходил без сильных травм в каждой стычке, видя, как Барс идет вровень с ним. Да уж. Затея эта добром не кончится, но дух азарта только подбадривал блондина. Часто по ночам он думал, что же случится, если они встретятся на ринге? Кто под кого прогнётся? Сегодня беды ничего не предвещало. Охотник вышел в кровавую клетку, когда объявили его имя. Следующим прозвучало имя его соперника и на секунду блондин почувствовал, как в груди все сжалось. Это был его кот. Последний бой Барса выдался тяжёлым, возможно, он взял на себя слишком большую нагрузку, или же наоборот, через чур расслабился, что привело Киду к небольшим травмам. Юноша явно был намерен покинуть арену, лучше бы он действительно это сделал, но голос оратора решил всё за них обоих... - Вот дерьмо... Дышать было чертовски больно. Но нет, эта боль была скорее не физическая, а моральная. Он не хотел с ним биться. Ни за что. Но отказаться от боя, значило бы подписать себе смертный приговор. Кида стал отступать, бросив полный ненависти взгляд на правителя. Жалкий, зажиревший ублюдок... это наверняка была его идея... изменить распределение бойцов в самый последний момент, чтобы никто не смог избежать боя... - Я не хочу с тобой драться... Омега стоял на уже окровавленном боями песке и наблюдал за Барсом. Охотник явно был готов к прыжку, однако не делал его. Не нападал. Трибуны замерли в ожидании. Два лучших бойца, разборки между бандами которых были самыми крупными, казалось бы что им сейчас мешает решить кто сильнее? Блондин молчал. Он лишь смотрел на альфу и пытался срочно что-нибудь придумать. Может кинуться сейчас на него и шепнуть чтобы тот сдался? Нет. Судя по Цезарю в этом бою один из них должен был умереть. И отказ в этом мог убить их обоих. Вот он, способ доказать преданность, пролив кровь. Однако омега уже понял. Месть не стоит того, чтобы единственный альфа, что так отнёсся к нему, погиб. Юноша бросил оружие на землю. Он ведь ещё может попасть в палаты Цезаря? Пусть и снова пойдет ва-банк так же, как когда-то, стоя перед альфой. Блондин поднял руки к своей шее и открепил шлем, желая снять его. Волна возбуждения пробежала по трибунам. Неужели кроме такого боя их удостоят раскрытием личности Охотника. - Охотник, не надо! Альфа было уже ломанулся к омеге, не имея ни малейшего желания, чтобы тот раскрыл свою личность прямо здесь и сейчас. Этого нельзя было допустить. Только не сейчас, когда его мечта была так близка! - Не смей недооценивать Барса! Такая победа не достойна нашего лидера!! Никто и глазом моргнуть не успел, когда на арену выскочил правая рука Акатоши. Альфа явно был один из наблюдателей, и подобные действия Охотника, похоже, вывели того из себя. Неуважение к их лидеру? Неужели Барсы никогда не принимали столь лёгкой победы? - Эди, стой!! Механик бросился на Охотника подобно фурии, поражая как зрителей, так и самого Акатоши небывалой скоростью, взмахнув в воздухе остро заточенным клинком, что прорезал маску омеги прям по центру, Эди уже был готов нанести повторный удар, как Акатоши, наконец придя в себя, резко перехватил занесённую над Охотником руку, с утробным, полным гнева рыком отшвыривая своего товарища в сторону, заслоняя своего избранного от собственной правой руки. - Не смей его трогать, Эди! Юноша немного вздрогнул. Последние крепления развалились от удара механика, и все трибуны увидели золотые волосы юноши и его миловидное личико. По зрительской толпе прошелся ропот. Блондин же бросил взгляд на Цезаря, видя, что тот приказывает подручным схватить их всех. Как только к ним подбежала охрана, Акатоши в предчувствии беды попытался схватить Охотника за руку, дабы не дать людям из разделить. Но нет, похоже, это было не в планах судьбы. Тяжёлый удар по сломанным рёбрам со стороны одного из охранников и альфа сгибается по полам, судорожно пытаясь дотянуться до исчезающего из его поля зрения омеги. Нет... нет... Он не может его потерять... Не сегодня!!! - Ублюдки... жалкие твари!!! Омега не сопротивлялся. Он лишь подмигнул альфе, хитро улыбаясь. Люди на трибунах негодовали. С омеги прилюдно содрали броню, оставляя только в майке и штанах и уволокли куда-то во "дворец" Цезаря. Юноша особо не дёргался. Его не били, потому что судьбу дерзкого омеги должен был решить сам Цезарь. Блондина оставили без одежды, натянув на него лишь унизительную накидку из полупрозрачной порванной ткани, в каких ходили омеги Цезаря.

***

Пытаясь вырваться из хватки альф, Акатоши вскинул голову, завопив во всю глотку и пиная одного из бугаев, что держал его подчинённого, помогая тому сбежать. - Охота началась! Поднимай всех! Немедленно! Пока Эди пытался выбраться из клетки и добраться до ангаров, где в ожидании сидели оставшиеся Барсы, Кида начал свои отчаянные попытки вырваться. Осколки ребра больно вонзались в мягкие ткани, грозили проткнуть лёгкие, но это не должно было стать причиной для того, чтобы он оставил Охотника. Нет. Он его не предаст! Пересиливая боль, Кида почти вывернул свои руки, делая сальто назад и вырываясь из захвата двух альф, выдёргивая нож у одного из них и моментально перерезая глотку ближайшего, отпинывая другого в сторону, тут же бросаясь к палатам Цезаря. Тем временем, добравшись до базы, Эди сообщил членам банды о приказе лидера и повёл своеобразное войско, вооружённое арбалетами, ножами, мечами, битами и трубами в сторону клетки. По пути, механик всё же остановился у базы ночных Гарпий, решив, что те встанут на защиту своего лидера так же, как и они. Он отделился от группы и вошёл на базу Гарпий. Их глава защищал Охотника... он не позволил ему убить их врага. А это значит, что этот омега был важен для Барса. И они обязаны помочь ему! Акатоши тем временем уже прорывался к главному зданию, пока на его пути не встал очередной охранник, что казался крупнее и сильнее остальных. Может, это один из генералов? Прицельный удар в челюсть, и Кида лежит на полу, харкая кровью и пытаясь найти в себе силы подняться снова. Всё тело болело просто адски, ноги не слушались, дышать было просто невыносимо. Каждый вдох преследовался почти смертельной болью... Но он не имел права сдаваться. Ради Охотника. Ради них двоих... ради будущего выживших людей...