Black Friday скидки

Как не надо дарить подарки

Гет
PG-13
Закончен
78
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
Драббл, 5 страниц, 1 часть
Описание:
Ну правда. Не делайте так.
Посвящение:
комишн для Ellor <3
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
78 Нравится 6 Отзывы 13 В сборник Скачать
Настройки текста
— Ну и? От этого голоса Шэнь И почти подпрыгивает на месте, только на плече очень вовремя оказывается твердая рука — и вместе с ней чувствуется, что сейчас Гу Юнь снова будет совершенно абсолютно… невыносим. Это ожидание он сразу же оправдывает: — Госпожа Чэнь сегодня великолепна, скажи? Шэнь И молчит. Гу Юнь по-дружески, действительно по-дружески, обнимает его за плечо и указывает дротиком для мыльных пузырей вглубь толпы, на одну конкретную макушку. В ее волосах нет затейливых украшений; аккуратно лентой собранные в пучок, лишь несколько прядей спереди выпали из общей прически. И одежда неброская, аккуратная. Шэнь И знает, что в длинных рукавах наверняка есть десяток иголок — просто на всякий случай. Еще он знает, что госпожа Чэнь не пахнет лекарствами, как ожидалось, а засушенными цветами. И что она… Ну. Прекрасна. Шэнь И как-то однажды пытался описать просто для себя, как она красива, но в итоге пришел к выводу, что он — неотесанный солдат, и никаких слов не хватит, чтобы сказать… описать… Гу Юнь терпеливо ждет, пока он оторвет взгляд, а потом еще раз машет этим дротиком у Шэнь И перед глазами и выносит вердикт: — Бесстыдник. Кто?.. Шэнь И на него резко оборачивается, потом смотрит на этот дротик — зачем он Гу Юню вообще? — и еще раз бросает взгляд на Чэнь Цинсюй, что как раз остановилась возле лавки с фруктами неподалеку. — Я просто… — Преследуешь молодую незамужнюю девушку. — Нет. — Через весь рынок. — Тебе показалось. Гу Юнь мычит, что-то обдумывая, а его рука все еще надежно держит Шэнь И, чтобы не сбежал случайно, и подводит в сторону лавки с украшениями; торговец здесь не такой громкий как остальные на улице, да и народу мало — он в самый угол забился. — Смотри, — говорит Гу Юнь. Шэнь И смотрит — не на украшения, а на Чэнь Цинсюй, которая совсем неподалеку присматривается к тканям. Он слышит тихий смех совсем рядом, чувствует, как краснеют уши, но ничего с собой поделать не может. Нефритовые серьги выглядят красиво. Очень. Скромно и сдержанно, аж сердце замирает, — и солнце в камне утопает, словно пыталось немного согреть этот весенний зеленый цвет. Такое бы пошло Чэнь Цинсюй — ее глазам. Шэнь И почти может представить, как они из холодного черного сверкнут теплом летней ночи, а потом она улыбнется и– Он вздрагивает, краснеет и оставляет серьги на прилавке. Некрасиво получается. Очень. А Чэнь Цинсюй бы пошло. Гу Юнь упаковывает быстро изысканную брошь — феникса, расправившего крылья, — и прячет возле сердца, довольно улыбаясь, а потом этот дротик для пузырей, уже с мылом, снова появляется перед глазами как раз так чтобы захватить Чэнь Цинсюй снова; мыло в середине переливается, сверкает на солнце. У Шэнь И она вызывает почти благоговейный трепет и самую капельку страха — особенно, когда достает иголки. А потом он смотрит на тонкие белые пальцы, на то, как рукав соскальзывает, обнажая нежное белое запястье; если честно, Шэнь И готов и под иголки лечь. Сердце из груди хочет выпрыгнуть и упасть в эти самые руки, что сейчас держат корзину. — Только не наделай глупостей, — говорит Гу Юнь снова; сверток с брошью совсем немного выпирает. — И лучше не пытайся флиртовать. — Что? — Она даст тебе по лицу после второго предложения, друг мой. — … — Возможно, даже быстрее. Шэнь И хочет просто по-человечески ему врезать, но Гу Юнь еще говорит что-то и точно также внезапно прощается, исчезнув в толпе и оставив наедине с мыслями о Чэнь Цинсюй и нежных нефритовых серьгах у того купца. Он следует за ней, быстро растворяется с толпой, пытаясь угомонить беспокойное сердце — что шепчет, а вдруг помощь понадобится? А вдруг устанет или попадет в беду? Шэнь И не подходит слишком близко, сжимает мешочек с серьгами в руке; по коже мурашки пробегают от ветра или предвкушения — непонятно, но он прикрывает глаза, прячась в переулке, словно впервые влюбленный подросток, и, вдыхая запах уличной выпечки и цветов, представляет, как вручит ей этот подарок. Скажет, что просто увидел и решил, что это ее украшение, что недолго думал даже. И что благодарностей не надо, госпожа Чэнь. Возможно, это слишком нелепо прозвучит. Можно просто вручить их, без слов, и насладиться улыбкой, которую она не сможет сдержать — мимолетной такой, что сверкнет, как самое редкое сокровище на солнце, и тут же снова спрячется за сдержанностью и нефритовым холодом. Шэнь И кивнет, конечно же, носите, госпожа Чэнь, и уйдет. Да, вот это хорошая идея. Хорошо. Только Шэнь И с места двинуться не может — только еще раз заботливо достает серьги, рассматривает, и понимает, что… Возможно, он не сможет дать ей все самое лучшее. Он выигрывал битвы, разбивал вражеские армии и составлял великие стратегии, но когда дело дошло до планирования собственного будущего… Как быть? Об этом долго можно думать. Шэнь И чувствует себя не просто влюбленным молодым юношей — которому дай окутать любимого шелками и страстью. Он хочет дать что-то большее, покой и тепло, а еще уверенность; он хочет подержать эту тяжелую корзину, пока Чэнь Цинсюй рассматривает тонкие скальпели в лавке. Он прячет мешочек в рукав и следует за ней до самого поместья, беспокоясь, не смея подойти ближе, чтобы завязать разговор. Ветер вдруг кажется слишком шумным, трава слишком зеленой, и не похоже чтобы она устала. В корзине так и не появилось ничего тяжелого… У Шэнь И не появилось оправдания. Зачем ему оправдание, он и сам не знает. Просто чувствует… что рано. Он не хочет все испортить своей настойчивой глупостью, а так будет, но не потому что Гу Юнь сказал, а потому что так сказал… мммм… Чан Гэн. Он в один момент вскинул плечами и посмотрел на пьющего на улице чай Гу Юня, улыбнулся так тепло и влюбленно, что Шэнь И глаза заслепило, и сказал не торопиться. Всему свое время. Когда вы наконец будете вместе, будет казаться, что впереди все время мира. Возможно, оно и так. Шэнь И об этом думает так долго, что почти опускает тот момент, когда они — госпожа Чэнь спокойно и легко, а он подло прячась за деревьями и кустами, — подходят к поместью. А серьги он так и не отдал. Ужасно! Шэнь И не долго думает — обходит забор так, чтобы оказаться в саду напротив ее покоев, и прячется за огромным старым кленом, а потом медленно сползает вниз, мечтая прямой сейчас провалиться сквозь землю. О чем он только думает! Если кто-то увидит, госпожа Чэнь не сможет пережить такой позор — что за свинья крадется в покои незамужней девушки? А Чан Гэн говорил, предупреждал же. И Гу Юнь тоже. Все говорили. Шэнь И приходится приложить много усилий, чтобы привести в порядок мысли и сердце; к тому времени солнце прячется за горизонтом и все цветы уже давно заснули. В комнате Чэнь Цинсюй загорается свет. Неприлично смотреть, Шэнь И долго прячется за деревом, пытаясь сосчитать звезды в небе, а потом все же дожидается, пока она выйдет и ловко подкрадывается внутрь, к столику у окна, не смея сделать хотя бы лишний шаг–– И все равно спотыкается на ровном месте, едва не опрокинув курильницу. Слишком шумно. Ее комната пахнет теми же травами и благовониями, Шэнь И краснеет и бьет себя по щеке, быстро оставив мешочек на самом краю, а потом сбегает обратно к дереву и как четырнадцатилетний мальчишка взбирается почти на самую верхушку. Он не знает, что только что сделал. Кажется, так совершают самую огромную ошибку всей жизни, которая потом не дает спать по ночам. Шэнь И почти готов удариться головой о ствол дерева, а потом замирает, потому что она вернулась в свою комнату и остановилась возле того самого столика. Хочется тихо засмеяться, когда она долго рассматривает пепел на столе и загадочный мешочек, делает шаг назад и бросает в него несколько иголок. И тогда Чэнь Цинсюй его открывает, высыпав серьги на крохотную ладошку, а у Шэнь И останавливается сердце. Ночь вдруг кажется не такой уж холодной; ноги бы подкосились, если честно, но слава богам Шэнь И не на земле и крепко держится за толстую ветку, когда она берет серьгу пальчиками и подходит к сверкающему серебром зеркалу. Неужели сразу наденет? Возможно, этот короткий пристальный взгляд Шэнь И вовсе не показался. Она и правда собирает и перекидывает волосы так, чтобы свет плавно лег на шею. Серьга в ухе выглядит волшебно, сверкает и переливается; Шэнь И сказал бы, что Чэнь Цинсюй своей красотой затмила и луну, и солнце. Чэнь Цинсюй усмехается отражению в зеркале, а потом смотрит на огромный клен во дворе и почему-то отворачивается, чтобы лицо не было видно, медленно гасит все свечи, последнюю задувая прямиком у открытого окна. Шэнь И еще долго улыбается, точно так же украдкой возвращаясь домой.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты