Ромашка

***

      Василиса не понимала почему идёт вместе с ребятами в другой конец школы, а не на уроки, попрощавшись с ними. Ни слова не говоря, видимо, телепатически, они решили, что им надо это обсудить в более спокойной обстановке, да и, если прямо говорить, то Василиса видела, как некоторые из их компании хотели задать ей вопросы.       — Диана, как ты себя чувствуешь? — Спросил Ник, оглядываясь на девушку. Пожалуй, единственными следами от её недавней паники были округленные глаза и бледность лица.       — Лучше, — Диана не посмотрела на Ника, а почему-то обернулась на Фэша, который, в свою очередь, ею сейчас не интересовался. Он вместе со своей сестрой таинственно переглядывался, и, наверное, только они вдвоём понимали, о чем думают. В какой-то момент, Захарра блеснула глазами и резко завернула в один из углов коридора, остановившись. Все, кроме Фэша, непонимающе посмотрели на неё и тоже остановились.       — Итак, — знаменательно выдохнула она. — Сейчас мы наблюдали интересное развитие событий. Нас спалили, но мы не спалились. Как такое возможно? Василиса, верно? — Захарра, уточняя, посмотрела на неё, в ответ последовал кивок. — Так как такое возможно?       Василиса начала понимать, что краснеет и смущается. Все стали выжидающе смотреть на неё, а Василиса не привыкла к такому вниманию, поэтому, она решила промолчать и отвести глаза. Но это не сработало, потому что от неё все ещё ждали ответа, и тогда Василиса все же смирилась и, вздохнув побольше воздуха, выпалила:       — Не знаю.       Захарра иронично подняла правую бровь и усмехнулась, но ничего не говорила, видимо, ожидая что-то ещё услышать от Василисы. Не вытерпев вновь такого давящего молчания, Диана процедила:       — Василиса, спасибо конечно за то, что отмазала нас всех, но был ли в этом толк? — Диана старалась говорить вежливо и дружелюбно, но проявившееся ранее раздражение давало знать о своих остатках. — Фэш все равно не смог исправить эту самостоятельную, а мы только сломали дверь и пережили стресс.       — За всех не говори, — фыркнула Захарра, — единственного, кого я собираюсь переживать, это своего брата.       — Какого из? — Усмехнулся Ник.       — Всех. — Пожала плечами Захарра.       — Я бы не согласился, — вдруг улыбнулся Фэш, хитро показывая ямочки. — Мы с Василисой успели доделать все задания.       Диана удивлённо поглядела на парня, а потом и на Василису. Даже скорее не удивлённо, а недоуменно. Почему Фэш сказал «мы с Василисой»? Когда это Василиса успела сделать с ним физику? Захарра на это утверждение ехидно хмыкнула, а Ник уважительно присвистнул. Только Василиса молчала и наблюдала за разговором.       — Когда это?       — Когда ты задыхалась от паники в ручках Ника, — непринуждённо ответила Захарра, даже глазом не моргнув.       — Мне было очень плохо! — Растерянно вскипела Диана, смущаясь от таких подробностей. Ник же, в этот момент, заступился за подругу:       — Это может случиться со всеми, — непреклонно заметил тот, испепеляя серьёзным взглядом Захарру, — а друзья должны помогать друг другу, а не наоборот усугублять положение.       Захарра иронично-возмущённо подняла бровь и усмехнулась. Вот-вот хотела что-то сказать, но в последний момент закрыла рот и лишь загадочно улыбнулась. Ни Ник, ни Диана такой улыбки не оценили. Василисе вдруг пришла в голову странная мысль, что эти четверо как будто связаны между собой цепочкой, причём один ко другому. И Фэш, который сейчас единственный, кто залез на подоконник, как-то странно выделялся среди всех. Он относился ко всем своим друзьям одинаково, словно был то ли началом, то ли концом этих цепочных отношений. Эта догадка была безумно странной, да и Василиса сомневалась, что смогла правильно её объяснить для самой себя. Поэтому она её откинула и попыталась вернуться в разговор.       — Так, ладно, — бросила как-то странно Диана и начала отходить от компании. — Я пойду, я... Устала. Пока.       Ник проводил её сочувствующим взглядом, видимо парень хорошо понимал её состояние.       — Увидимся, — тихонько шепнула Захарра, не разделяя сочувствия Ника. Она скептически хмыкнула. Но Ник вдруг сам к ней обернулся.       — Зачем ты так?! — С явным наездом начал он, но все равно, даже наезжающим, Ник почему-то оставался для Василисы справедливым и дружелюбным человеком. Не могла она в нем увидеть то возмущение, которое он хотел преподать. И Захарра, видимо, тоже.       — Как так? — Даже не испугавшись, с той же спокойной дерзостью ответила Захарра. Ник не успел открыть рта, как его опередил друг.       — Хватит вам, — как-то по-доброму сказал Фэш, перестав вести себя, как скептически-заинтересованный зритель. — Всё уже выбрались из этого кабинета, чего вспоминать-то?       — Да что ты говоришь, — ухмыльнулась девушка, она сощурила карие глаза. — Сам-то тоже попаниковать успел.       — Да, это был интересный момент, — без капли стыда согласился Фэш. — Запомни его хорошенько, чтобы потом в красках рассказать его всем моим знакомым.       И тут случилось непредвиденное: Захарра, вместо того, чтобы усмехнулся или фыркнуть, вдруг как-то раздражённо смутилась и слегка поджала губы. Фэш же на это никак не отреагировал. Ник ещё больше насупился, но промолчал.       — Из всех наших показов, этот не настолько опасный, чтобы его рассказывать, — пробурчала Захарра, не смотря на брата. — Неинтересно.       — Аккуратнее, Захарра, — невозмутимо ухмыльнулся Фэш, — у некоторых из нас это вообще первый инцидент нарушения правил.       — Ох, ты, ба! — Не сдержавшись, громко фыркнула Захарра. — Нарушение правил. Каких? Монашеского быта? Я вроде обета не принимала.       Тут Василиса поняла, что речь идёт про неё и слегка побагровела. Она до последнего надеялась, что её все же покинет участь ответить за свое упоминание в разговоре, но ребята вдруг замолчали. Причём, Захарра так странно и пялила на Фэша, не понимая к чему он сказал про это. Тот же делал вид, что не замечает её зырканий. Ник в отличии от недоуменной девчонки, все сразу понял, поэтому поглядывая то на Фэша, то на саму Василису. Эта тишина съедала Василису и она считала себя ею виновницей.       — Мои брат и сестра тоже многое вытворяли, — на одном дыхании выпалила Василиса, робко поглядывая на Фэша. Который, в свою очередь моментально отреагировал:       Он вскакивает с подоконника и насмешливо взирает на Василису. Максимально насмешливо, а Василиса и не подозревала, что испытывать на себе прямой нахальный взгляд Фэша так сложно.       — Ты даже не представляешь, как это выглядит со стороны, — широко улыбается он, словно рассказывая шутку. — Среди твоей семейки, аккурат длинных и мощных плющей, ты прям... — Фэш осекся.       — Прям?.. — тихо пробурчала Василиса, еле открывая рот. Он не смог подавить растерянной улыбки.       — ...ромашка.       Ник, удивившись, сложил брови домиком, а Захарра от несдержанного смеха вызывающе крякнула, предвещая бурную перепалку между этой рыжей девчонкой и своим братом. Василиса едва ли не задохнулась от такого странного подбора термина для неё, что это сравнение она признала для себя оскорбительным. Что ещё за именование такое? «Ромашка»... Что это значит? Он хотел сказать, что она слабая и ветреная, или что?       Фэш же, все ещё неловко улыбаясь, не сводил с неё глаз, как бы извиняясь за её реакцию, но Василиса просто во взгляде его читала, что за слова ему ни капельки не стыдно, и была б его воля, он бы ещё поподробнее высказался. «Наглец!» — Бурно промелькнуло в голове Огневой. Эта мысль так воодушевленно в ней кричала, что она хотела вот-вот и ответить ему тем же. И не скрывала этого, но как только девушка открыла рот, случайно встретилась с взглядом Захарры, которая смотрела слишком азартно и провоцируя, как бы всем своим видом говоря: «давай, давай, сделай это!». Чувство гордости было в ней, как оказалось, сильнее, поэтому собрав в себе все силы, что есть, Василиса пожала губы и нахмурилась.       — Интересное наблюдение, — холодно бросила Василиса, подняв подбородок. Да и действительно. Неужто она, Василиса Огнева, младшая дочь Огнева, отдаленная от собственной семьи, выжившая среди своих родных и их близких друзей, просто так сдастся каким-то подросткам? Да никогда!       Василиса не успела, да и не особо хотела, посмотреть на их реакцию. Потому что почти сразу же, правда, уже не так смело, она бросила неловкое «мне пора» и буквально сбежала от их общества, от первой попытки кому-то доказать, что она не сера́.

***