Тебе придется сделать выбор

Слэш
R
Закончен
41
автор
Daughtry_fan бета
Размер:
Макси, 208 страниц, 35 частей
Описание:
смотреть в Примечаниях автора
Посвящение:
Моему самому близкому и любимому человеку. Мы обязательно увидимся в следующей жизни.
Примечания автора:
Я вижу призраков. Думаете это легко? Вовсе нет. Это слишком дорого мне обошлось. Помогая призракам я понял, что не живу и единственный выход - покончить со всем этим. Но судьба странная штука и я встречаю мужчину.
Он сильный и нежный.
Он - мой спаситель.
И он мертв.
Он просит ему помочь, а взамен поможет мне наладить мою жизнь. Его незакоченное дело - брат-близнец, который пустился по наклонной.
Согласившись помочь, я и не подозревал, что влюблюсь в очаровательных братьев.
Теперь, когда оба мужчины владеют равными кусочками моего сердца, я столкнулся с жестокой ситуацией. Спасение первого из них предполагает освобождение и уход второго.
Но как можно отпустить половину своего сердца?
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Награды от читателей:
41 Нравится 164 Отзывы 11 В сборник Скачать

9. Сэйнт

Настройки текста
— Спасибо, что остался и сделал это «шоу» столь унизительным, Зи, — ворчу я, пока мы едем в отель. — Сэйнт, — просто отвечает Зи. — Я мёртв. В моей нынешнем положении у меня так редко случаются по-настоящему счастливые мгновения. Не надо смущаться. Радуйся, что можешь продемонстрировать мертвецу проблеск рая. Я прищуриваюсь и искоса смотрю на него. — Ты смешон. Приехав в отель, я быстро принимаю душ, натягиваю джинсы и уже через тридцать минут возвращаюсь в ресторан. День тянется медленно, а Тан не показывается из своего кабинета. Уж не знаю, прячется он там или вернулся к употреблению наркотиков и алкоголя. Монотонный день перетекает в вечер, и в ресторане появляется посвежевший Джо. — Он уже обдолбался, — замечает Зи, когда видит парня. Джо не говорит мне ни слова, пока готовит бар к вечерней смене. Ну и отлично, как по мне. Как будто мне есть до этого дело. Макс представляет меня двум другим поварам — Томми и Джимми. Джимми — высокий парень с шапкой чёрных волос и белозубой улыбкой, а Томми — худощавый, более низкий, чем Джимми, парень. Оба повара приветствуют меня, и мы обмениваемся банальными любезностями. Двое других официантов появляются около пяти часов — Пин и Джин — очаровательная парочка оказываются братом и сестрой. — Так, значит, ты новенький? — с улыбкой спрашивает Пин, пройдясь по мне взглядом сверху вниз. — Да, это я, — неуверенно отвечаю я, а моё лицо вспыхивает от открыто проявленного ко мне интереса. — Не обращай на моего брата внимания, пожалуйста, — просит Джин и закатывает глаза, глядя на Пина. — Ему двадцать и у него всё ещё переходный возраст, — я громко смеюсь, но сразу же отворачиваюсь от них, пытаясь унять смех, когда вижу, как Пин зыркает на сестру. — Похоже, все мужчины нашего городка западают на тебя, — угрюмо замечает Зи, глядя на Пина. Я бросаю на него взгляд и вижу, что он встал в знаменитую стойку Прука — руки скрещены на груди, а губы вытянуты в тонкую линию. Он что, ревнует? Проигнорировав заявление Зи, я болтаю с братом и сестрой, пока не начинают подтягиваться желающие поужинать. Вечер получается довольно загруженным, но я стараюсь не забыть, что мне нужно присматривать за Таном, гадая, не окажется ли мой план плохой идеей. Я предполагал, что сегодня вечером предстоит своего рода представление, но, очевидно, ничего не предвидится. Когда мы закрываемся, Тан сообщает мне, что по расписанию моя смена завтра в обед, и отсылает прочь. Подойдя к машине, я вижу, что к капоту, скрестив ноги, прислонился Джо и курит сигарету так, словно ему ни до чего нет дела. — Тебе что-нибудь нужно, Джо? — интересуюсь я безразличным тоном. — Твоя машинка? — спрашивает он, оглядывая мою машину. — Моя, — отвечаю я, скрестив руки на груди и склонив голову набок. Какого чёрта ему надо? Внезапно мне хочется, чтобы рядом оказался Зи, но предполагаю, что он мог пронюхать, что я сделал, а мне пока не хочется, чтобы Зи узнал обо всём. Выдохнув последнюю затяжку, парень отшвыривает сигарету на парковку и выпрямляется в полный рост. Джо привлекательный парень, но нельзя сказать, что жизнь балует его. Он выглядит старше своих лет, и внешность у него довольно обычная. В нём нет мягкости, по крайней мере, я её не вижу, и мне становится интересно, почему Тан уделяет ему столько внимания. Может быть, Тан считает, что не заслуживает лучшего. Эта мысль меня очень сильно печалит. Хотя он ведёт себя как придурок по отношению ко мне, но я знаю, что в душе он хороший. Я видел это. — Думаю, мы не очень удачно начали наше знакомство, — начинает Джо, и мне требуется вся выдержка, чтобы не закатить глаза. — Разве? — решаю уточнить я. — Может, мы и не будем друзьями, но я бы хотел, чтобы мы относились друг к другу более дружелюбно. Мне хочется с облегчением выдохнуть, понимая, что Джо, очевидно, пока ничего не знает насчёт письма. Не знаю, что ответить ему. Уверен, что он ненавидит меня так же сильно, как и я его, но я решаю спустить это на тормозах. Может быть, благодаря этому наше сотрудничество станет терпимым. — Звучит неплохо как по мне, — киваю я и направляюсь к водительской двери своей машины, но останавливаюсь, заметив, что Джо стоит перед моей машиной и изучает номерной знак. — Трат? — Ага, — отвечаю я, и ко мне мгновенно возвращается вся подозрительность касательно Джо. Он запоминает номер моей машины. Неужели у него есть кто-то, кто может пробить номер? Впрочем, не важно, я же не преступник. Пусть проверяет, что хочет. — Ручку одолжить, чтобы ты мог записать, Джо? — сладким голосом спрашиваю я, и он резко переводит взгляд на меня, но быстро берёт себя в руки и улыбается. — У тебя номера просроченные, — сообщает парень. — Да? Спасибо, что подсказал, — саркастично реагирую я. — Я не заметил. И тут огромная машина притормаживает возле нас, и у меня глаза чуть из орбит не вылазят. Это тачка Хэна. Оставляя письмо на его ветровом стекле под дворником, я не сомневался, что это его машина. Кроме того, на номерах указано «ХЭНЗ». — Твой парень? Он прочитал письмо, которое я оставил ему? Чёрт. Он приехал по душу Тана? — Хэна нет в городе, уехал по делам. Его не будет ещё пару дней, — отвечает Джо, пока идёт к машине. — Это его брат. Он разбил свою машину и пока пользуется машиной Хэна, а моя в ремонте. И, не сказав больше ни слова, Джо садится в машину, и они выезжают с парковки. Дерьмо! Значит, письмо получил его брат? Расскажет ли он Хэну или Джо о нём? Когда я усаживаюсь в свою машину, на пассажирском сидении материализуется Зи. — Ты в порядке? — спрашивает он, осматривая меня. Правда заключается в следующем: нет, чёрт возьми. У меня был план, а теперь он полетел в тартарары, и я понятия не имею, чего ждать дальше. Дорогой Боже, молюсь я про себя, пожалуйста, пусть Тану не причинят боли. Я ведь просто пытался помочь. — Ага, — я с трудом сглатываю и завожу двигатель. — Я в порядке. По крайней мере, пока что.

***

Джой велела мне не беспокоиться касательно уборки комнат, пока не закончится мой первый рабочий день, мотивируя это тем, что она не хочет перегружать меня, к тому же, я ей заплатил — спасибо Джоханам — аж до конца недели. Отработав обеденную смену, я возвращаюсь в отель, практически испытывая оргазм от мысли, что смогу принять душ и забраться в постель. И именно это я и делаю. По воскресеньям ресторан закрывается рано, поэтому сегодня отпустили всех. — Ложись рядом со мной, Зи, — командую я. — Осторожнее, малыш. Ты можешь так привыкнуть к этому, что не сможешь уснуть без меня, — шутит он, когда материализуется, чтобы лечь рядом со мной. Когда я поворачиваюсь к нему, он лежит на спине, заложив руки под голову. У него шикарный профиль: волевой подбородок, прямой нос. — Могу я спросить тебя кое о чём? — интересуюсь я. Зи улыбается и поворачивает голову в мою сторону. — Хочешь, чтобы я взглянул на порез на твоей попке и убедился, что заражения нет? Я закатываю глаза, стараясь не улыбаться. — Проехали, — раздражённо фыркаю я, резко переворачиваясь на спину и делая вид, что разозлился. — Нет. Спрашивай, — настаивает Зи, и я снова перекатываюсь набок. — Ты когда-нибудь был с?.. Господи, какого чёрта я спрашиваю именно его об этом? — Был с?.. — Я имею в виду… у тебя было много парней или девушек, пока ты был жив? Он переводит взгляд на потолок и вздыхает. — Я бы не сказал, что их было много, но это в основном были юные создания. Почему спрашиваешь? — Ты когда-нибудь был влюблён? Зи фыркает. — Дай определение любви. — Любовь, — отвечаю я просто. — Ты отлично понял, что я имею в виду. — Если под любовью ты имеешь в виду, встречался ли я с кем-то в старшей школе и думал, что это навсегда, тогда да, я был влюблён… или, по крайней мере, думал, что был. — И что случилось? Зи самодовольно ухмыляется и сверху вниз проводит ладонью по лицу. — Эм, понимаешь, мы окончили школу, и он отправился в университет, а я поступил в армию, и наши пути разошлись. В некотором роде мы отдалились друг от друга. Он приходил на мои похороны. Плакал. То, что мы отдалились, вовсе не значит, что мы не любили друг друга, просто это не была любовь на все времена, полагаю. Я перекатываюсь обратно на спину и смотрю в потолок, как и Зи. — Ты скучаешь по нему? — Нет, — отвечает он без раздумий. — А ты? Был когда-нибудь влюблён? Теперь моя очередь фыркать. — Едва ли. В старшей школе мой лучший друг позаботился, чтобы никто ко мне не приближался, а в университете я… — мои признания были прерваны внезапным стуком в дверь. — Кто там? — спрашиваю я Зи. Он исчезает, а через секунду снова появляется. — Это Тан. — Какого… — стук раздаётся снова, прерывая меня на полуслове. Я слезаю с кровати, громко топая, подхожу к двери и резко распахиваю её. Тан делает шаг назад и проходится взглядом по моему телу сверху вниз, отчего меня бросает в жар. На мне надета только большая футболка, которая едва прикрывает мой зад. Она принадлежала моему другу, одна из его любимых. — Это футболка твоего парня? Поджав губы, я опускаю взгляд и стараюсь подавить желание въехать ему по самому уязвимому месту. — И тебе привет, Тан. Какой неожиданный сюрприз. Следует ли мне каждый день ожидать, что ты без предупреждения будешь оказываться возле моей двери? Он закатывает глаза. Сегодня вечером Тан выглядит чуть более ухоженным. Он зачесал волосы, надел джинсы и чёрную классическую рубашку. Он выглядит… сексуально. — Сегодня суббота, — саркастично говорит он. — И? — демонстративно спрашиваю я. — Ты приглашён на ужин к моим родителям. Но если ты занят, то я передам им, что ты не смог прийти, — судя по интонациям в его голосе, именно на это он и надеется. — Чёрт, я забыл. — Ты пойдёшь, — приказывает Зи. — Понятно, — бормочет Тан. — Хоть я и уверен, что мои родители и младший брат будут рады видеть твою задницу, выглядывающую из-под футболки, но, может быть, тебе стоит надеть что-нибудь не столь вызывающее. Он только что сказал «младший брат»? Я решаю, что расспрошу об этом Зи чуть позже. — Дай мне десять минут. Заходи, — я открываю дверь шире и отхожу в сторону, чтобы он мог пройти. Протиснувшись мимо меня, он заходит в комнату и осматривается. Конечно же, моя одежда висит на спинке кресла, к которой Тан и направляется. Схватив футболку, он вручает её мне. — Полагаю, тебе это понадобится. — Спасибо. Заперев дверь в ванной, я слышу, как он говорит: — Боже, дай мне сил. Пятнадцать минут спустя я уже готов. Я запираю дверь, поворачиваюсь к нему и вижу, что он уже оседлал мотоцикл. От этой картины моё сердце ухает вниз. — Я привёз для тебя шлем, не волнуйся, — говорит он, протягивая мне небольшой чёрный мотоциклетный шлем. Мои глаза широко распахиваются, пока я, не мигая, смотрю на него. У меня перехватывает дыхание, когда в голове мелькают яркие огни и раздаётся визг шин по асфальту. — Что такое? — спрашивает Тан, скривив губы в улыбке. — Только не говори, что боишься прокатиться на мотоцикле. Покачав головой, я делаю шаг назад и пытаюсь нащупать ручку двери своей комнаты. Волной накатывает тошнота, и мне удаётся неуклюже открыть дверь как раз вовремя, чтобы успеть добежать до ванной, где меня выворачивает наизнанку. Дыхание становится затруднённым, пока меня сотрясают рвотные позывы, и я понимаю, что если не успокоюсь, то просто задохнусь. — Чёрт, Сэйнт. У тебя приступ панической атаки. Что происходит? — спрашивает Зи, материализовавшись рядом со мной, но я не в силах ответить ему. Я цепляюсь за унитаз, пока желудок пытается избавиться от своего содержимого. Через минуту я чувствую, как кто-то приподнимает мои волосы и что-то влажное и холодное касается моей шеи. — Успокойся, Сэйнт, — тихо говорит Тан, опускаясь на колени возле меня. — Всё в порядке. Постарайся дышать как можно медленнее. Посмотри на меня, — командует он, и я смотрю на него, по-прежнему пытаясь втянуть воздух в лёгкие. Я ожидал увидеть страх или жалость, но не вижу ни того, ни другого. Тан многозначительно смотрит на меня, пытаясь отыскать меня там, где я затерялся в своих страхах. — Делай вдох вместе со мной, спокойно и медленно. Вместе мы медленно вдыхаем и выдыхаем, и спустя несколько минут Тану удаётся почти полностью успокоить меня. — Хочешь поговорить об этом? — предлагает он. — Нет. Лучше не надо, — хлюпая носом, отказываюсь я, чувствуя себя, как полнейший псих из-за того, что вот так сорвался. Тан, должно быть, думает, что я чокнутый. — Мне так жаль, — выдавливаю я из себя, яростно растирая лицо. — И мне. Я не собирался насмехаться над тобой. Мне следовало приехать на машине, — он поднимается с колен и протягивает мне руку, помогая подняться на ноги. — Спасибо за это, — шепчу я. — Я кое-что знаю о панических атаках, — признаётся он мягко. — У меня у самого было несколько приступов, когда… — он замолкает, и болезненное выражение искажает черты его лица. — Некоторое время назад, — заканчивает он свою мысль. Я понимаю, что он имеет в виду тот момент, когда погиб Зи, но он думает, что я ничего не знаю про это или, может быть, вообще ничего не знаю об этой части его жизни. Уверен, что ему больно обсуждать эту тему, поэтому решаю не давить на него. — Не буду мешать тебе приводить себя в порядок. Ты не против поехать к моим родителям на твоей машине? После срыва, который со мной приключился, мне совершенно не хочется никуда ехать, но я знаю, Зи хочет, чтобы я поехал. — Хорошо, спасибо, — я киваю, и Тан выходит из ванной, прикрыв за собой дверь. Я ополаскиваю лицо и заново чищу зубы. — Ты в порядке? — спрашивает Зи у меня из-за спины. В отражении зеркала я вижу, что он обеспокоенно хмурится. Зная, что Тан находится за дверью, в моей комнате, я просто киваю в ответ, хотя на самом деле я совсем не в порядке.

***

Мы приезжаем к дому Пруков к шести. К счастью, мы ехали на моей машине, потому меня больше не мучили приступы панической атаки. Когда мы останавливаемся напротив огромного дома, я в благоговении распахиваю глаза. Семья Прук, оказывается, владельцы маленькой гостиницы. Передо мной огромный дом с увитым зеленью крыльцом и с большими круглыми колонами. Очень красиво, особенно из-за того, что на заднем фоне виднеются горы. — Твоё детство прошло здесь? — спрашиваю я с некоторой долей зависти. — Поверь мне, тут всё не так, как должно быть. Нам приходилось делить дом с незнакомцами большую часть года. — Всё равно, — добавляю я, — Дом очень… красивый. — Не спорю, — соглашается он. — Моя мама предвкушает, что ты присоединишься к нам за ужином, — сообщает Тан, положив руку мне на спину, чтобы помочь подняться по ступенькам. От его прикосновения я каменею. Я всё ещё не привык к этому ощущению, ощущению того, что ко мне прикасается мужчина, направляет меня, использует своё тело, чтобы указывать мне путь. Пожалуй, это одна из тех вещей, которые обычно воспринимаются, как нечто само собой разумеющееся. — Мне кажется, что у мамы появилась какая-то хитрая идея, что мы можем начать встречаться, — фыркает он, словно сама эта идея кажется смешной. Так как он не видит моего лица, я хмурюсь. Неужели я его совсем не привлекаю? Не удержавшись, я отвечаю на его комментарий: — Ох, — выдаю я, — разве она не слышала о твоей акции: «Сэйнт — Антихрист»? Я полагал, что к настоящему времени ты весь город склонил принять в ней участие. Открывая входную дверь, он ухмыляется и слегка подталкивает меня, но его толчок оказывается достаточно сильным, чтобы я споткнулся. Вернув равновесие, я смотрю на него. — Упс, — прикидывается он виноватым, — иногда я не осознаю, насколько силён. И нет, мне удалось втянуть в это только половину города, — и Тан закатывает глаза. — Придурок, — бормочу я себе под нос, но он, видимо, слышит, потому что подмигивает мне. — Вы оба смешны, — бормочет Зи, появившись возле меня. — Мам! — громко зовёт Тан. — Мы приехали! Изнутри дом такой же красивый, как и снаружи, с потёртыми деревянными полами и величественной лестницей. Я следую за Таном в глубину дома, по пути изучая обстановку. Старинная мебель очень гармонично смотрится в этом доме. Воздух пропитан ароматами еды, и в желудке у меня урчит. Прошло уже так много времени с тех пор, как я в последний раз ел домашнюю пищу, и моему желудку очень хочется снова её попробовать. — Тан! — выкрикивает высокий темноволосый парнишка, пулей скатившись вниз по лестнице. Он выглядит моложе Тана. На первый взгляд ему лет шестнадцать, и он очень симпатичный. — Кэй, — Тан улыбается, и они обнимаются, довольно сильно хлопнув друг друга по спине. — Приятно видеть тебя, братишка. Так значит этот тот самый братишка. Кэй отстраняется и наши с ним взгляды встречаются. — А кто это у нас тут? — интересуется он, с важным видом направляясь ко мне. Тан снова закатывает глаза. — Сэйнт, это мой младший брат, Кэй. Кэй, это Сэйнт. — Приятно познакомиться, — здоровается Кэй, разглядывая меня. — Мне тоже, — добавляю я. — Не знал, что у Тана есть младший брат. — Ну, он мало кому об этом рассказывает. Я, совершенно точно, симпатичнее, чем он, поэтому он пытается скрывать меня ото всех. — Ага. Я завидую твоей внешности, — колко отвечает Тан. — Ещё бы ты не завидовал, — не остаётся в долгу Кэй. — Только взгляни на всё это, — он машет рукой вдоль своего тела, — красивая кожа цвета кофе с молоком, глаза цвета красного дерева и безупречная улыбка. — Никто и не спорит, — глумливо соглашается Тан, — ты значительно симпатичнее. — И это не говоря уже о размере моего… — Кэй! — восклицает Мэй, приближаясь к нам. Кэй улыбается и притягивает её в свои объятия. — Я собирался сказать «сердце», мам. У меня самое большое сердце в городе, — отстранившись, она многозначительно на него смотрит. — А что, ты думала, я хотел сказать? — с напускной скромностью спрашивает Кэй. — Ты же не подумала… о, нет… мама, как ты могла, — притворно изумляется он. — Прекрати думать всякие непристойности, женщина. Мы с Таном из кожи вон лезем, чтобы не рассмеяться, в то время как Мэй густо краснеет. Зи же открыто смеётся в полный голос. — Кэй Прук, я изобью тебя до потери сознания. — Пошлая, ещё и обидчивая, — цокает языком Кэй. — Сэйнт, спаси меня, — шепчет он. — У меня молодой впечатлительный ум, но меня, кажется, воспитывает женщина с очень извращённым складом ума. Мэй шлёпает Кэя по руке. — Тан, — обращается она к сыну, — возможно, мне понадобится твоя помощь. Нужно вырыть яму на заднем дворе. Такую, чтобы поместилось крупное тело. Мы все смеёмся, когда Кэй подхватывает мать на руки и начинает кружить. — Я люблю тебя, ма. Ты ведь знаешь, что ты лучшая. — Да, да, да, — отвечает она, когда он ставит её обратно на пол, и проводит рукой по волосам, проверяя, в порядке ли причёска. — Я всё ещё намерена отшлёпать тебя, — повернувшись ко мне, она берёт меня за руки. — Так приятно снова видеть тебя, Сэйнт. — И мне вас тоже, миссис Прук. Спасибо за приглашение, — отвечаю я, улыбаясь. — Мне потребуется ещё немного времени, чтобы закончить готовить ужин, но, уверена, Тан придумает, чем тебя развлечь. Тан, твой отец у реки, рыбачит. Почему бы тебе не пригласить Сэйнта туда и не представить их друг другу. — Конечно, — соглашается Тан. — Ты с нами, Кэй? — предлагает он брату. — Нет, он не пойдёт, — отвечает за сына Мэй. — Он поможет мне накрыть на стол. — Я упоминал, что она защищает права несовершеннолетних о труде? — спрашивает меня Кэй. — Серьёзно? — смеюсь я. — Сынок, — бормочет Мэй, — тебе лучше отправиться накрывать на стол. После этого замечания Мэй сама с трудом удерживается от смеха. Кэй прижимается ко мне — Это признак того, что она собирается отлупить меня, — шепчет он. — Рад, что я не на твоём месте, — шепчу я в ответ. — Она кажется строгой. — Ты и представить себе не можешь насколько, — отвечает он. Тан выводит меня через заднюю дверь на крыльцо. Там он переобувается в резиновые сапоги, берёт несколько удочек и прочих рыбацких принадлежностей и направляется к воде. Подойдя к реке, мы видим пожилого мужчину, который забрасывает удочку в воду. — Привет, пап, — кричит Тан, и мужчина машет в ответ. — Сегодня хорошо клюёт, сынок. Заходи лучше в воду и намочи уже свою удочку, — кричит ему отец в ответ. Когда мы доходим до кромки воды, Тан бросает всё, что нёс, на землю и указывает на что-то, смахивающее на спецодежду с резиновыми сапогами, прикреплёнными к ней. — Надень-ка это. Я смотрю на свой наряд. На мне мои самые лучшие джинсы и подходящая к ним красная футболка с длинными рукавами. Не самый симпатичный наряд, но я одет вполне прилично и мне совсем не хочется испортить свои джинсы. — Это защитит твою одежду, — объясняет Тан, поднимая одну из своих удочек и начиная возиться с леской, привязанной к удилищу. Эта удочка не похожа на обычную классическую удочку. — Защитит от чего? — От воды, — и он машет в сторону воды. — О, я не собираюсь… делать этого, — решительно отказываюсь я. — Я ни разу в жизни не рыбачил. Губы Тана изгибаются в улыбке, но он не смотрит на меня. — Значит, самое время научиться, — я бросаю взгляд на Зи, но он только улыбается, не отрывая взгляда от отца. — Тебе понравится, Сэйнт. Рыбная ловля внахлёст почти как религия. Я стараюсь не закатить глаза, что бы это ни означало. Мы с Таном препираемся несколько минут, пока он не начинает угрожать, что сейчас защекочет меня и сам наденет на меня достающие до бёдер сапоги. Я уступаю и надеваю их сам. Конечно же, они оказываются мне велики размеров на размер, и требуется немало сноровки, чтобы подойти в них к воде. Могу себе представить, как тяжко в них идти в воде. — Возьми меня за руку, — предлагает Тан свою помощь, входя в воду. Я хватаю его за руку и чувствую тепло, когда он переплетает свои пальцы с моими. Мы добираемся до его отца только спустя несколько минут, так как я постоянно поскальзываюсь на скользких камнях. — Так это ты тот красивый молодой человек, о котором моя жена отзывалась столь восторженно, когда вернулась домой? — обращается ко мне мистер Прук, и я удивлённо приподнимаю брови. Неужели Мэй, правда, восторженно отзывалась обо мне? — Приятно познакомиться с вами, мистер Прук, — говорю я. — Зови меня просто Нин. Как мой сын обращается с тобой в ресторане? — спрашивает он, аккуратно подсекая рыбу. — Ужасно, — уверенно жалуюсь я. — Он самый худший босс, который у меня когда-либо был, — переведя взгляд на Тана, я показываю ему язык, а его отец смеётся. — Да, ну, вообще-то, он уничтожил коробку виски на тысячу бат, поэтому, держу пари, я имел право немного отругать его, — начинает спорить Тан, закидывая свою удочку. — Но я заплатил за эту ошибку, — возражаю я. — Кровью. Хотя мне было очень стыдно стоять, выпятив попу прямо перед лицом Тана, пока он обрабатывал мой порез, и сейчас я пытаюсь посмеяться над этой неловкой ситуацией. Но, конечно же, Тан не может просто посмеяться со мной за компанию. Неееет. Ему нужно смутить меня ещё сильнее. Брови мистера Прука взлетают вверх, и Тан фыркает. — Длинная история, пап, — объясняет он, заметив растерянное выражение своего отца. — Возможно, я расскажу её за ужином. Я округляю глаза и шокировано смотрю на Тана. Он не посмеет пересказать им все подробности… или посмеет? Тан с широкой улыбкой на лице смотрит на меня. — А может, ты сам хочешь рассказать эту историю, Сэйнт? Зыркнув на него, я убираю несколько прядей волос за ухо и говорю: — Конечно же, нет. Но раз уж мы завели об этом речь, у меня есть парочка других историй, которые я бы тоже мог рассказать о тебе. Тан не отвечает мне, а просто начинает сматывать леску на своей удочке. Это его немного утихомирит, — мысленно смеюсь я. Обернувшись к мистеру Прук, я вижу, что он ухмыляется мне. — Тану нужен хороший человек, который будет держать его в форме, — улыбаясь, говорит он. — Похоже, ты нашёл его, сынок, — он поворачивается и подмигивает Тану. — Точно. Парень мне нужен так же, как телеге пятое колесо, — угрюмо отвечает Тан, чем зарабатывает от меня злобный взгляд. Мистер Прук чувствует нашу… как бы это назвать? Неприязнь? Чем бы это ни было, он чувствует это и меняет тему. — Ты когда-нибудь раньше рыбачил внахлёст? — Нет, сэр. Я вообще ни разу в жизни не рыбачил. — Уму непостижимо, — констатирует он. — Покажи ему, как это делается, сынок, — велит он Тану. В течение следующего часа Тан рассказывает мне, как называются части нахлыстового удилища и принцип его работы. Он показывает мне, как правильно закидывать удочку. В какой-то момент Тан с отцом почти синхронно забросили удочки, и это было до странности красиво. Закидывание удочки напоминает танец, запястье и локоть направляют удочку и она, изогнувшись, летит по воздуху, а затем почти сразу же после того, как удочка касается воды, они притягивают её обратно. Движения так элегантны и неспешны. Впервые с тех пор, как я встретил Тана Прука, я вижу его таким умиротворённым. — Я пойду в дом, а вы двое долго не задерживайтесь, — подмигивает мне Нин. — Теперь твоя очередь, — заявляет мне Тан, когда его отец начинает идти к берегу. — Я вовсе не против просто наблюдать, — начинаю отказываться я. Каким бы простым ни казался процесс, всё равно он требует хорошей координации движений, а у меня её как раз и не хватает. — Давай. Ты должен хотя бы попробовать, — настаивает Тан. Свои первые несколько попыток я безнадёжно проваливаю, и в какой-то момент у меня вырывается словечко на букву «б», после чего я испуганно оборачиваюсь, чтобы убедиться, что его отец ушёл и не слышит меня. Тан громко смеётся и забирает у меня удочку. — Позволь я покажу тебе, — предлагает он и встаёт за моей спиной. Он прижимается грудью к моей спине, и мне становится жарко, а сердце начинает учащённо биться. Он берёт меня за руку и вкладывает в неё удочку, а затем помогает мне правильно её ухватить. — А теперь, — выдыхает он мне в ухо, — представь, что удочка — это продолжение тебя, вы единое целое. Она должна быть гладкой и быстрой. Наживка должна едва коснуться воды. Когда наживка приземлится, она должна держаться на поверхности. Если будешь тянуть её, то рыба догадается об этом по тому, как вода будет двигаться вокруг наживки, и клёва не будет. Расположив мои руки, как положено, он заводит свою левую руку вперёд и помещает её мне на живот. Второй рукой он мягко удерживает мою руку, а затем отводит её назад. Моё тело молит о том, чтобы я теснее прижался спиной к нему, но я сопротивляюсь. Вместе мы забрасываем удочку и тянем леску к себе. На пару мгновений я даже забываю, насколько неловкой является наша поза, потому что на самом деле мне очень приятно. Его губы находятся неподалёку от моего уха, и, когда он говорит, вниз по всему телу распространяются приятнейшие вибрации. От Тана исходит приятный аромат, и пока он продолжает описывать прелести рыбалки внахлёст, все мои мысли сосредоточены только на той точке, где соприкасаются наши тела. Наконец-то, после того, как я несколько раз успешно закидываю удочку, мы направляемся к берегу. Тан держит меня за руку, пытаясь помочь идти в воде. Как только мы оказываемся на берегу, он смеётся, когда я быстренько выскакиваю из спецовки, и от звука его смеха моё сердце начинает биться немного чаще. У него низкий грудной смех, до боли красивый. — Ну, что скажешь? — Неплохо, — смущённо признаю я. Я не могу смотреть ему в глаза, потому что боюсь, что он догадается, о чём я думаю. Кажется, Тан начинает мне нравиться. Уж не сошёл ли я с ума? Но там, в воде, когда его тело прижималось к моему, я реагировал на его прикосновение. Я хотел, чтобы он прижимался ко мне. Что, чёрт возьми, со мной не так? Спустя секунду я выдавливаю из себя: — Спасибо. Я смотрю по сторонам, ища взглядом Зи, но его нигде не видно. Я хмурюсь, гадая, куда он пропал. — Ты неплохо справлялся, — лжёт Тан, ухмыляясь. — Если под «неплохо» ты подразумеваешь, что я полный неудачник, то да, я был хорош, — ворчу я, и мои коленки опять ослабевают, когда снова слышу смех Тана Прука . — Рад, что тебе это занятие пришлось по душе, — говорит Тан, берёт меня за руку и ведёт к дому. — А теперь время перекусить. Вечер проходит чудесно. Я очень нервничал из-за этого ужина, но мне понравилась каждая проведённая там минута. Семья Прук очень дружелюбная и гостеприимная, и после того, как я провёл в одиночестве и холоде так много времени, я испытываю удовольствие, которого уже давно не ощущал. Такое чувство, будто я дома. После того, как я, не вдаваясь в подробности, рассказываю им откуда я и выдаю немного информации о своей семье, всеми правдами и неправдами избегая при этом упоминать о наших разногласиях, мы приступаем к десерту. Мэй приготовила кокосовые пирожные, как и обещала. Затем она велит мужчинам заняться посудой, а мне предлагает пройти в гостиную. Повсюду на стенах висят семейные фотографии Зи и Тана в футбольной и баскетбольной форме. Их фотографии, где они ещё мальчишками рыбачат вместе с отцом. Там даже есть фотографии крошечного Кэя. Я смотрю на его фотографию, где он в солнцезащитных очках сидит за пианино, полагаю, что он изображает из себя великого пианиста. — Кей появился у нас, когда ему было уже двенадцать. Нам удалось достать его детские фото у одного из его родственников, — она улыбается, глядя на фото в моих руках. — У этого мальчика такой сильный характер. Я каждый день благодарю небеса за то, что он привёл его в мою жизнь. — Мне он показался очаровательным парнем, — соглашаюсь я. — Его мать работала на моего мужа, но погибла в автомобильной аварии. Кэй всегда крутился в офисе после школы и Нин настоял на том, чтобы забрать мальчика к нам, если Кэй согласится. К счастью, он оказался не против, потому что последние пару лет нам было не до веселья, а мальчику каким-то образом всегда удаётся развеселить нас, — она внезапно затихает и делает шаг к стене. — А это, — Мэй снимает фоторамку со стены, — мой Зи. Уверена, ты уже слышал, что мы потеряли его, пока он был в армии, — черты её лица смягчаются, а эмоции во взгляде сменяют одна другую. — Я слышал и искренне соболезную вашей потере, — мать Зи вручает мне рамку, и я улыбаюсь, глядя на Зи, одетого в смокинг по случаю, как я полагаю, его выпускного. — Мне хочется злиться из-за того, что он ушёл… винить Бога или ещё кого-нибудь, но я не могу. Этот красивый мальчик вошёл в мою жизнь, и мне была дарована честь любить его каждый день, пока он был рядом. Что-то заставляет меня обернуться, и я вижу, что Зи вернулся. Он наблюдает за нами со спокойным выражением лица, слушая, как его мать рассказывает о нём. — Если бы вы могли сказать ему что-нибудь прямо сейчас и были уверены, что он услышит вас, что бы вы сказали? Она хмурится, глядя на его фото. — Я бы сказала ему, что горжусь им. Каждый день его жизни я была так горда быть его матерью. Я бы рассказала ему, что люблю его сильнее, чем это можно передать словами, и что буду помнить о нём до самого моего последнего вздоха. От её слов глаза начинает щипать от подступающих слёз. — Уверен, что он бы сказал вам, какая вы замечательная мать, — говорю я за Зи. Любой бы заметил, что эта женщина просто создана быть матерью. Мэй улыбается и вешает рамку с его фотографией обратно на стену. — Я рада, что ты пришёл к нам сегодня, Сэйнт. Надеюсь, вы с Таном станете хорошей… хорошими друзьями. Я ухмыляюсь. — До сих пор наша дружба оставляла желать лучшего. — У Тана сейчас не самые лучшие времена, но мне кажется, что ему просто нужно найти хорошего… — Ты готов? — на полуслове прерывает её Тан, появившись в дверях гостиной. Его подбородок напряжён, а губы сжаты в тонкую линию. Несложно догадаться, что он чем-то недоволен. — Мы можем ещё задержаться, если хочешь. Мне на самом деле хочется остаться. Я наслаждаюсь вечером. — Нет, мне нужно идти. Должен кое с кем встретиться вскоре, — раздражённо отвечает он. Я бросаю на него взгляд. Наверное, решил встретиться с Джо. Я стараюсь подавить желание сказать ему что-нибудь гадкое, но не хочется делать это, пока его мама стоит рядом с нами. — Почему бы тебе не попрощаться с отцом и Кэем. Мне нужно переговорить с матерью, — сухо требует он. В воздухе ощущается напряжение, когда я оборачиваюсь к Мэй и обнимаю её. — Спасибо за превосходный ужин. Мне очень понравилось, честное слово. — Не стоит благодарности, дорогой. Ты ведь ещё заглянешь к нам в гости в ближайшее время, да? — С удовольствием. Я проскальзываю мимо Тана, но он даже не смотрит на меня. Прохожу на кухню, где мистер Прук и Кэй спорят по поводу футбола. Они оба обнимают меня на прощанье, и я возвращаюсь в гостиную, чтобы сообщить Тану, что готов ехать, но когда приближаюсь к двери, слышу, как Тан громко спорит с матерью. — Я в порядке, ма, — убеждает её он. — Нет. Ты грустишь, но это нормально, Тан. Зи был твоим близнецом, твоим лучшим другом. Но рано или поздно ты должен позволить себе снова стать счастливым, — уговаривает его Мэй. — Я счастлив и совершенно не нуждаюсь, чтобы ты навязывала мне какого-то парня. Я в порядке. Мне никто не нужен, чтобы привести меня в чувство. — Мне он показался очень милым парнем, — возражает ему Мэй. — Я просто хочу видеть тебя счастливым, Тан. По-настоящему счастливым. — Мам… Я в норме. Поверь мне. Последнее, что мне сейчас нужно, это парень, особенно с такими проблемами, как у него. Проблемами? Он что, чёрт возьми, прикалывается? Чья бы корова мычала… Услышав достаточно, я громко топаю остаток пути до гостиной, предупреждая их о моём приближении. Когда я заглядываю в комнату, они оба молчат, но на лице у матери Тана застыло смущённое и извиняющееся выражение. — Я готов, — резко говорю я. — Ещё раз спасибо, Мэй. — Всегда пожалуйста, дорогой. После этих слов, я быстро иду к своей машине, а через пару секунд меня догоняет Тан. Он велит мне ехать обратно к моему отелю. Припарковавшись, я выхожу из машины и хлопаю дверью. — Спасибо, Тан. Увидимся на работе, — кричу я через плечо, доставая ключ от номера. Но когда я уже готов вставить его в замочную скважину, меня резко дёргают назад, и я натыкаюсь на пристальный взгляд Тана. — Резкая смена настроения? Я высокомерно смеюсь. — Смена настроения? — Ага. Почему ты ведёшь себя так? — Вовсе нет, — возражаю я, открывая ключом дверь. — Просто у меня появились кое-какие проблемы, которые требуют решения, — с этими словами я вхожу внутрь, захлопнув дверь у него перед носом. Спустя несколько минут я слышу рёв мотоцикла, и Тан уезжает. — Чудненько, — фыркает Зи, сидя в кресле. Зыркнув на него, я предупреждаю:  — Ещё одно слово, Зи, и… Переодевшись в пижаму, я забираюсь в кровать, и Зи ложится рядом со мной. Надо отдать ему должное, он не произносит больше ни слова.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты