Приговор для двоих

Слэш
NC-17
Закончен
104
Размер:
Макси, 146 страниц, 7 частей
Описание:
В один прекрасный момент в Бейкон Хиллс, наконец, наступает затишье. Совсем скоро выпускные экзамены и поступление в колледж. Все отлично: никто не умирает, злые духи не атакуют беззащитных подростков и не пытаются убить половину города. Но беда приходит откуда не ждали. На Дерека Хейла «вешают» убийство и «закрывают» на долгих семь лет. А Стайлз решает, что обязан быть рядом.
Примечания автора:
У данной истории ТРИ разных эпилога. Каждый может выбрать альтернативную концовку для себя - какая больше нравится.

История была написана в 2017 году
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Награды от читателей:
104 Нравится 15 Отзывы 37 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
Отец не стал задавать вопросов, лишь молча кивнул, услышав, о чем его попросил сын. Спустя четыре дня, он отдал ему папку с делом. Стайлз в очередной раз понял, как ему повезло с отцом, который был мировым мужиком. Хотя, вероятнее всего, отец впечатлился тем, что Стайлз не пытался врать и увиливать, а открыто озвучил свои мысли. Шерифу пришлось подключить знакомых и связи, но он выудил нью-йоркское дело, видя, как сын беспокоится. Стайлз Стилински ринулся изучать папку с делом об аресте Дерека Хейла, как только получил ее. Отчет был безупречный. Он прочитал в жизни достаточно полицейских отчетов, чтобы признать это. Он понимал, что они не докажут невиновность альфы. Питер оказался прав, улики подогнали просто идеально, и у судьи вопросов не возникнет. Дерек сядет. За предумышленное убийство. Лет на десять, не меньше. – Я хочу поговорить с адвокатом, – заявил он Питеру после того, как закончил с папкой. – Могу дать номер. – Нет. Лично. – Вот как? И как ты собираешься это сделать? – А ты догадайся, – огрызнулся Стайлз. – Дерек запретил нам приезжать, – напомнил Питер. – Да мне насрать, что он там и кому запретил. – Ты – член стаи. – Да, да, – равнодушно покивал он. – Ты поможешь или нет? Питер смерил его нечитаемым взглядом и повернул голову на бок. Стайлз знал, что это значит. Его изучают. Опять. Снова. Но Питер медленно кивнул, а значит, он решил, что игра стоит свеч. Ну, или так гораздо проще избавиться от надоедливого мальчишки. Стайлза устроили бы оба варианта. Поездка в Нью-Йорк не дала никаких результатов. Кроме того, что по возвращении Стайлзу пришлось сдавать старую тачку в ремонт и извиняться перед отцом за то, что просто собрался и уехал. Встреча с адвокатом ни к чему не привела. Сначала Стайлз думал, что мистер Рейнолдс, мужчина пятидесяти с чем-то лет, просто плохо делает свою работу, но потом выяснилось, что услугами его фирмы семья Хейл пользовалась уже долгие годы и он в курсе, кто такие оборотни. И он лично подтвердил, что, вероятнее всего, дело сфабриковали, красиво и легко. Обойти или найти лазейку невозможно. И, разумеется, он знал, кто именно это сделал, со слов Дерека и Питера, но эту информацию разглашать члену стаи, но не родственнику отказался. Стайлзу так ничего добиться и не удалось. Только подтвердились худшие опасения – доказать невиновность невозможно, а срок Дереку грозит от шести до девяти лет окружной тюрьмы, если повезет. В итоге в Бейкон Хиллс Стайлз вернулся ни с чем. Стая была подавлена. В особенности Кора, которая из озорной боевой девчонки быстро сдулась в тихую нервную мышку и стала напоминать Малию, когда та только появилась в стае, дикая и недоверчивая. Питер старался как мог, устраивал тренировки, еженедельные собрания, походы в кино и просто старался поддерживать волчат. Те чувствовали, что альфа далеко и подавлен, и в общем-то не противились помощи. Собственно, Стайлза Питер крайне удивил. Сарказм никуда не делся, но, казалось, старший оборотень искренне заботится. Они поговорили открыто только раз. – Почему ты так стараешься, Стайлз? – Он – альфа, – пожал плечами тот. – А ты – только человек. – И что? Я в этой чертовой стае и… Дерек не раз спасал нам со Скоттом жизнь. Тюрьмы он не заслужил. Больше Питер вопросов не задавал. В итоге через какое-то врем все словно стало, как и было, за исключением тусклого взгляда Коры и гораздо большей тишины в стае, чем обычно. Казалось, не унимался только Стайлз, просиживающий часы и дни в интернете, роясь в юридических статьях и раз за разом изучая папку с делом. Никто из стаи и даже отец ему не мешали. Просто ждали, когда он, наконец, сдастся сам. А на носу тем временем оказались выпускные экзамены. Больше всех с ума сходил Скотт. Маккол переживал по поводу колледжа, понимая, что Эллисон открыта дорога, практически так же как и Лидии, в любое учебное заведение страны, поэтому он просто-напросто оккупировал своего лучшего друга. А затем подтянулись остальные. Стайлз натаскивал ребят по техническим предметам, Лидия взяла на себя химию и физику, а Питер, как ни странно, смог помочь с английской литературой. В итоге папка с делом об аресте на какое-то время оказалась в ящике стола, а почти все экзамены были сданы. Наступил конец мая. Стайлз торчал в лофте и шуршал в учебнике по литературе, готовясь к завтрашнему экзамену, как вдруг его точно током ударило. Он уже пару дней ходил с мыслью о том, что что-то забыл. Это раздражало и не успокаивалось где-то внутри черепа, даже несмотря на адералл. И вот, наконец, он вспомнил. – Питер! – заорал он на всю квартиру. Айзек, уснувший на диване с учебником на лице, резко подскочил, а Лидия оторвалась от пилочки для ногтей и вздернула бровь. – Зачем же так орать, мой дорогой Стайлз? – Питер вальяжно выплыл из кухонного угла с чашкой, судя по запаху, кофе в руке. – Ты говорил с Дереком? – Запрещено пока что. Мы общаемся через адвоката. Стайлз кивнул: – Когда слушание? Питер вздохнул. Если честно, он надеялся, что волчата успокоятся и прекратят нервничать. И задавать вопросы. Но Стилински не был оборотнем, он был занозой в заднице. И неужто Питер надеялся, что он забудет? – Послезавтра в десять утра, – неохотно ответил мужчина. – Хорошо. Я поеду. – С ума сошел?! – из кресла округлил глаза Скотт. – Послезавтра выпускной! Стайлз отмахнулся от лучшего друга и начал собираться домой. Ему еще нужно поговорить с отцом. – Кого я там не видел? Харриса или тех качков, что так любили раньше над нами издеваться? – Например, меня в шикарном платье, – спокойно заметила Лидия. Стайлз усмехнулся и ответил, наконец, высказав то, что уже давно хотел: – Прости, Лидс. Но ты ясно дала понять, что я тебя никогда не заинтересую. А я мечтал пойти на выпускной с тобой. Но не судьба. Ты все еще моя богиня, но все так же прекрасно недосягаема. В этом есть свое очарование, не спорю, но… Если выбрать сейчас… Кто-то из нас все равно должен поехать. Ему нужно знать, что стая рядом. Пожалуй, так будет лучше. – И этим кем-то должен быть ты? – фыркнула Малия. Стайлз скривился. Отношения с Малией у них... не сложились. Первый секс, интерес, и все прочие события в тот момент, вместо того чтобы сблизить их, превратили в... знакомых. Малия была слишком дикой и резкой, и такую девушку Стайлз любить определенно не хотел. – Вы не можете нарушить прямой приказ альфы. Но я-то – не оборотень, – он закинул рюкзак на плечо и открыл дверь лофта. – Увидимся. Стая удивленно смотрела на захлопнувшуюся тяжелую дверь. Кора снова начала тихо рычать, пытаясь подавить слезы. А Питер покачал головой. В глубине души он был благодарен подростку за то, что тот взвалил на себя, хотя никогда в этом не признается. *** Стайлз гнал до Нью-Йорка без остановок и к зданию суда подъехал буквально за полчаса до начала заседания. Было дико осознавать, что он приехал увидеть, как Дерека осудят. Адвокат дал четко понять – апелляцию могут и не принять. Слишком четкие улики. В таких случаях присяжные могут высказаться единогласно, а судья – поставить запрет на апелляцию. Ему намекнули, что, судя по всему, помимо улик, стороне обвинения и судье заплатили, чтобы апелляцию просто-напросто не приняли в любом случае. Это означало, что даже если Дерек сядет на полный срок, у него не будет возможности скосить себе даже год-два. Стайлз вздохнул, осушил бутылку воды и вылез из машины. *** Когда он зашел в зал, Дерек и адвокат уже были там, и слушание начали раньше. Стайлз осторожно пробрался к задним рядам и уставился на затылок волка, вполуха слушая, о чем разглагольствует обвинение. Он и так уже прекрасно знал, что обвинение полностью доказало вину. Он не одну ночь изучал проклятую папку с делом, соотнося данные с информацией, что удалось выудить из адвоката. Лица Дерека он не видел. И тем не менее, в груди стало как-то нехорошо, когда он увидел опущенную голову и каменную спину. Ему казалось, что Дерек уже смирился и, судя по всему, даже не слушал, что происходит вокруг. Сколько они не виделись? Уже почти два месяца. Хотелось посмотреть в глаза Хейла, а еще лучше встряхнуть, чтобы тот боролся за себя и свою свободу. Ведь в Бейкон Хиллс осталась целая стая, которой он нужен. Но сам же одергивал себя, понимая, что бороться бесполезно. Похоже, это понимал и Дерек. Видеть Дерека таким было непривычно и неправильно. Стайлз понял, что правильно сделал, приехав на слушание. В конце концов, ему всегда было наплевать на запреты Альфы – он же не волк. Он молча просидел все слушание, тоже не вникая в то, что говорилось в стенах этого зала. Потом раздался удар молотка судьи и была назначена дата нового, последнего, заседания. Все встали, судья покинул зал суда. К Дереку подошли охранники, чтобы увести его. В этот момент он обернулся, безошибочно уткнувшись взглядом в Стайлза. Ноздри его дернулись, глаза на короткий миг окрасились алым. Стайлзу показалось или Дерек смотрел на него с облегчением, тихой радостью и благодарностью? Дерек сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем его увели охранники. Запах стаи. Вот что чувствовал Дерек, глядя на него. Стайлз знал, что поступил правильно, приехав. Как только Дерека увели, Стайлз бросился к адвокату. Тот выглядел усталым и только мотнул головой, призывая поговорить вне этих стен. Стайлзу много чего хотелось спросить, но он стойко молчал, пока шел к выходу. На лестнице они остановились. – Неужели все так паршиво? – тут же начал Стилински. – Почему вы его не защищали? – Потому что у мистера Хейла нет алиби, – вздохнул адвокат. – В ночь убийства его никто не видел, а на месте преступления оставлены четкие отпечатки. Только его и жертвы. Мне нечем апеллировать. – Да они же даже не были знакомы! Дерек Хейл выглядит, как чертов бог! Зачем бы ему снимать проститутку?! – Девушка работала на вызовах интимного характера. В данном случае, близкое знакомство роли, как понятно, не играет. Я не могу опровергнуть данный факт. – Дерек никогда бы не опустился до такого! – буркнул Стайлз. Он поморщился, вспоминая сумасшедшую Кейт Арджент и Дженнифер–дарака. Но они не были проститутками! А Дерек никогда не выглядел отчаявшимся до секса до такой степени, чтобы снять девочку на ночь, несмотря на то, что девушек, определенно, выбирать не умел. – Черт… – Увы, но суд не интересуют ваши слова о том, что мистер Хейл всю жизнь был примерным гражданином, – сказал адвокат. – Суд интересуют факты. А факты таковы, что доказать невиновность мистера Хейла, в общем-то, невозможно. – И ничего нельзя сделать? – Увы, но... нет. – Но... но... ему же нельзя туда! В тюрьму. – Я понимаю, о чем вы говорите, – признал адвокат, понизив голос и показывая, что прекрасно осведомлен о природе Дерека, – но пока не будет вынесен приговор, мы ничего не можем сделать. Вопрос с апелляцией пока что открыт. Хотя даже тут я бы не питал особых надежд. Стайлз глубоко вздохнул и покивал головой. Адвокат прав, спорить было бесполезно. В нем говорило больше природное упрямство и отчаяние, и желание помочь. Хотя вот именно тут и сейчас он был совершенно бессилен. – К тому же, у него имеется привод, – "добил" адвокат. Стайлз тут же вспомнил, как еще пару лет назад, благодаря им со Скоттом, Дерек и получил этот привод. Кто же знал, что это аукнется именно так! – Мистер Стилински, сейчас что-либо делать бесполезно, – адвокат вновь понизил голос и продолжил. – Это месть. Все сделали слишком хорошо. История мистера Хейла – не первая на моей практике. Поверьте, так могут только мстить. – Месть? Но… Из-за бизнеса, да? – Да. – Но три ресторана – это не огромное многомиллионное предприятие! – возразил он. Адвокат хмыкнул: – Этой сети уже много лет и после гибели семьи Хейлов бизнес пришел в упадок. Но Питер Хейл и Дерек держат его до сих пор. К тому же рестораны очень хорошо расположены и земля, на которой они работают, стоит очень дорого. Пусть это не сотни миллионов, но все же. Стая, с которой случился конфликт, тоже занимается ресторанным бизнесом, и отказ продать сеть, видимо, ударил слишком больно. Так вот в чем дело. Дерек вообще никогда не говорил о том, чем именно они с Питером занимаются, а сам Питер так и не поведал, кто мог так подставить альфу. Выходит, пока они ездили сюда, случился конфликт с другой стаей. Стилински открыл рот, закрыл, а в голове уже зашевелились шестеренки. Он бы мог найти этих оборот... – Мистер Стилински, Питер и Дерек предупреждали, что вы можете влезть в это дело. Поэтому предупреждаю вас и я – это не сверхъестественные проблемы, а бизнес. Тут вас никто не станет жалеть. Поэтому прошу вас умерить свой пыл. Если не хотите, чтобы пострадали вы или кто-то из вашей семьи. Достаточно того, что стая лишилась альфы. Не будьте столь наивны и не думайте, что можете что-то сделать. А теперь мне пора, – адвокат пожал парню руку и спустился со ступенек. Стайлз задумчиво уставился на улицу. Он вдруг понял, что не собирается уезжать из города. Не понимал, почему. Не понимал, зачем. Но совершенно точно собирался остаться. Дерек может считать себя кем угодно, но едва ли кто хотел бы остаться в полном одиночестве в такой ситуации. Стайлз даже порадовался, что он – не оборотень. – Пап, я хочу переехать в Нью-Йорк, – сказал он за ужином. В Бейкон Хиллс он вернулся еще вчера, но отец был на дежурстве. – Вот как? – Да. Я отправлю бумаги в местные колледжи, найду работу. Отец помолчал, а потом спокойно и прямо спросил: – Это из-за Дерека? – Да, – признал Стайлз. Отец снова кивнул. На этом разговор в тот вечер закончился. А потом Стайлз еще долго убеждал отца, что не бросает его и будет приезжать, но он должен уехать. Шериф Стилински смеялся и успокаивал разошедшегося сына, говоря, что все понимает. И Стайлз это видел. Его отец действительно понимал. Поэтому в конце-концов отпустил. На сборы ушло около месяца. Стайлз не сказал о переезде даже Скотту, прекрасно зная, что за этим последует. Он не хотел слышать ехидных комментариев от Эрики или Малии, видеть упрек в глазах Лидии или непонимание в глазах Айзека и Бойда. Впервые за последние пару лет ему было все равно. Так же, как не волновал его пропущенный выпускной, так не волновало и мнение стаи. И, если честно, он на них злился. Жаль ему было только Кору. Но к Питеру он пришел. Хейл-старший как раз разбирал какие-то бумаги, сидя за широким столом в лофте. – Здравствуй, Стайлз, – как всегда излишне дружелюбно протянул мужчина. – У нас вроде бы нет сегодня собрания. – Я знаю. Я пришел поговорить с тобой. Хейл вскинул бровь и картинным жестом указал на диван: – Я тебя слушаю. Стайлз нервно дернул плечом, сел, повозился. И затих. Питер был удивлен. Молчаливый Стилински – зрелище просто небывалое. И выбивающее из колеи. – Так что ты хотел, Стайлз? – решил помочь начать беседу Питер. Парень сложи руки в замок и принялся хрустеть костяшками. Звук был не приятный и вызывал нервный тик, но Питер смолчал на это, ощущая в воздухе напряжение. Парень был на взводе, вокруг него витал запах увеличенной, по сравнению с обычной, дозой адералла, а выглядел он… решительно. – Со дня на день придут результаты из колледжей. До учебы останется два месяца. Я подал документы в городские колледжи Нью-Йорка, – сказав это, Стайлз внимательно посмотрел на Питера. – Может, пояснишь, что именно ты делаешь? – тот дураком не был, и сразу все понял. – Не принижай свои умственные способности, – дернул плечом Стайлз. – А что об этом думает мой племянник? – Мне все равно, что он об этом думает. – Тебе всегда было все равно. А мой племянник всегда был слишком... параноиком, чтобы оглядеться и увидеть, кто его окружает, – вздохнул Питер. – Мешать я тебе не собираюсь. Помогать, впрочем, тоже. – Надо больно. Обойдусь. Тебе и так будет, чем заняться, – Стайлз поднялся и обтер вспотевшие ладони об джинсы. – Ты же понимаешь, что ему будет хреново? – все-таки не выдержал он, пытаясь объяснить свой поступок. – Я уверен в этом. Слушание через неделю. Я приеду. – Ладно. – Ты уже нашел, где жить? – Беспокоишься? – Просто Дерек оторвет мне башку вообще за всю эту ситуацию. Не хочу отвечать еще и за то, что наш Стайлз потеряется в огромном смрадном городе разбитых надежд. – Не беспокойся. Справлюсь. И да, Стайлз знал, что справится. Как знал и то, что если он позвонит Питеру и попросит помочь, оборотень согласится. Ведь стая теперь на нем, а Стайлз – часть этой стаи. И единственный, кто пошел против альфы, возложив на себя то, о чем другие даже не подумали. Хотел того Дерек Хейл или нет. Через три дня пришли ответы из колледжей. Разумеется, Стайлза приняли везде. Но вместо Беркли и Массачусетского университета он выбрал обычный городской колледж и даже получил стипендию. Когда об этом узнал отец, между ними состоялся еще один разговор, после которого мужчина вышел из кухни, а затем вернулся с бумагами. – Что это? – Вклад на твое имя. Мы с твоей мамой открыли его, как только ты родился, и стали откладывать понемногу на твое обучение. Потом... Клаудии не стало, но я продолжил вносить деньги. Тут хорошая сумма, и раз тебе дали стипендию, эти деньги теперь твои. Для нормальной жизни. Снимешь квартиру, будешь нормально есть. Не нуждаться. Ты едешь в огромный город, и я хочу, чтобы ты хорошо жил. Стайлз в тот момент почувствовал, как на глаза навернулись слезы. Он порывисто обнял отца и спрятал лицо у него на груди. У него был самый клевый отец на свете. Квартиру он нашел через Сеть, связался с арендатором, они договорились о встрече. Потом он написал электронное письмо Скотту, в котором объяснил, почему все именно так, почему он уезжает и почему не может поступить иначе. После чего выключил ноутбук, попрощался с отцом, обещая приезжать как можно чаще, сел в свой старенький джип и поехал в большой город, который никогда не спит. Встреча с арендатором прошла хорошо. Они устроили друг друга. Квартирка была в Куинсе, небольшая, но Стайлзу она нравилась. В окнах садилось солнце, окрашивая стены оранжевым, и был виден океан. На второе заседание по делу Дерека он пришел заранее. Занял место поближе к столу, за которым сидят адвокат и подзащитный. Питер появился через несколько минут и сел рядом. Они лишь обменялись приветственными взглядами и только. Когда Дерека ввели в зал охранники, тот сразу нашел его взглядом. Стайлз выдержал тяжелый, сквозящий отчаянием взгляд оборотня, и ободряюще чуть улыбнулся. Хотелось подойти и сказать хоть пару слов, но, учитывая характер дела, его могли сразу выкинуть из зала суда, да и вообще провести заседание за закрытыми дверями. Поэтому ему только и оставалось, что пялиться на вихрастый затылок. Дерек снова был напряжен и сидел, точно отключившись от происходящего. Адвокат пытался сопротивляться обвинению, но улики, которые предоставили судье и присяжным, были четкие и их было слишком много. Предсказуемо в итоге прозвучало: – Семь лет колонии округа Нью-Йорк без права апелляции. Дело закрыто. В этот момент Стайлз замер, глядя в упор за Дерека. Вот и все. Волка заперли в клетке на семь долгих лет. Когда Дерека уводили, он смотрел на Стайлза со смесью злости и благодарности. Стайлз понимал. Он бы тоже на месте Дерека был благодарен за поддержку и злился за демонстрацию собственной слабости. Дерек обменялся взглядами с Питером, но эти гляделки были быстрыми, словно деловыми. Когда они вышли из зала суда, Стайлз тут же налетел на адвоката. – Ему нельзя в тюрьму! – грозным шепотом начал он. – Он же об... оборотень, – тише добавил он. – Стайлз, если ты не заметил, я тоже здесь, – напомнил о себе Питер. – Мы с адвокатом это уладим. Без тебя. – Почему это?! – Потому что я так сказал! – Питер вдруг потерял терпение. – Да пошел ты! – тут же взъярился парень. – Я тебе не волчонок и не смей мне приказывать! – не дождавшись ответа, он выскочил из здания суда и, тяжело дыша, опустился на ступеньку. Чувствовал он себя паршиво. Например, потому что понимал, почему стаю не пустили в зал суда – им нельзя было видеть альфу таким, да к тому же еще не все могли себя нормально контролировать. И все же с точки зрения самого Стайлза это выглядело как предательство. Затем он подумал о том, что сам не лучше. Нет, не предатель, а надоедливая муха, которую отгоняют. Ему уже достаточно лет, чтобы понимать, как он себя ведет и как на него реагируют окружающие. И все же… Он не бросит Дерека. После всех тех раз, когда Хейл подставлялся за него, спасая чужую жизнь, он просто не мог. Он должен был его поддержать. Потому что в этот раз городу никто и ничто не угрожает, но так сложилась жизнь, и Стайлз лишь смутно догадывался о том, что сейчас мог чувствовать Дерек, осознавая, что на ближайшие семь лет его жизнь ограничится четырьмя стенами, одна из которых – решетка. – Не стоит так переживать за вашего друга, – раздался сзади мягкий голос. Парень от неожиданности вздрогнул, поднялся на ноги и уставился на мужчину перед собой. Лет тридцать, блондин, в светлом костюме, с улыбкой как у Питера в лучшие времена – едкой и самодовольной. Победной. – О чем вы? – не понял Стайлз. – О Дереке Хейле. Он заслужил то, что заслужил. А вам не стоит из-за этого так переживать. – Почему? – Потому что вы – часть его стаи и, вероятно, беспокоитесь о близких, – в глазах напротив при этих словах мелькнул холодок. Стайлз смерил его взглядом. Часть стаи. Этот хлыщ сказал: "часть стаи". – Тебе стоит наведаться к ветеринару, – ответил он. – Проверить нюх. И голову заодно. – Отрицать бесполезно, – чуть улыбнулся мужчина. – Тем более, что все ваши попытки помочь – бесполезны. А вот кто-то из стаи пострадать все же может. Как Дерек. – Руки у тебя коротки, – скривился Стайлз. – Как интересно, – собеседник склонил голову на бок, рассматривая его.– Всего лишь человек, а такой наглый. Впрочем, до тебя нам дела уже нет. – Не надейся, что вам сойдет это с рук, – процедил Стайлз и пошел прочь. Вот так вот. Те, кто подставили альфу Бейкон Хиллс, даже не скрывались и прислали какого-то придурка пронаблюдать за тем, как Дерек сядет. – С удовольствием посмотрю на попытки! – крикнул ему вслед мужчина. В его голосе слышалась издевка. Стайлз лишь укрепился в правильности переезда в этот город. Были у него кое-какие идеи, особенно после только что случившегося диалога. Но пока он отложит их в сторону, тем более, что Дереку сейчас помочь он уже не может, приговор обжалованию не подлежит и только что вступил в силу. Вернувшись в свою маленькую квартирку, Стайлз доел остатки пиццы, принял душ и рухнул на диван. Ни телевизор, ни компьютер он не включал. Впервые хотелось простой гулкой тишины. Достав телефон, он глянул на экран. Двадцать три пропущенных звонка от Скотта, два – от Мелиссы, один – от отца и по одному от каждого члена стаи. Даже Лидия снизошла. Но ни с кем из них, кроме отца, говорить он не хотел. Отец же, словно все понимая, только сказал не лезть в то, что не по зубам в восемнадцать лет, ведь в этот раз проблема не сверхъестественная, и пожелал спокойной ночи. – Я люблю тебя, пап, – ответил он, а затем нажал отбой. Уснуть удалось только ближе к утру. СДВГ и мысли о Дереке не давали покоя. Стайлз чувствовал себя так, точно ему уже тридцать пять лет и он устал от жизни. Впервые не хотелось что-то делать и куда-то идти. Хотелось в родной город, к отцу. Но тут теперь был Дерек, а Стайлз чувствовал себя ему слишком обязанным. Видимо, в отличие от остальных. И именно эта мысль бесила больше всего. Хотя на самом деле, он хотел помочь. Хотя бы так. *** Через три дня Стайлз устроился на работу баристой в одну из кофеен неподалеку от дома и постарался влиться в жизнь нового для него города. С поправкой на то, что он не хотел разговаривать со стаей, понимая в душе, что это неправильно. А через неделю он собирался поехать в окружную тюрьму. В конце концов, Стайлз не бросил в свое время Скотта. Теперь он не бросит Дерека. В конечном итоге он задолжал не так уж и мало.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты