Приговор для двоих

Слэш
NC-17
Закончен
115
Размер:
Макси, 146 страниц, 7 частей
Описание:
В один прекрасный момент в Бейкон Хиллс, наконец, наступает затишье. Совсем скоро выпускные экзамены и поступление в колледж. Все отлично: никто не умирает, злые духи не атакуют беззащитных подростков и не пытаются убить половину города. Но беда приходит откуда не ждали. На Дерека Хейла «вешают» убийство и «закрывают» на долгих семь лет. А Стайлз решает, что обязан быть рядом.
Примечания автора:
У данной истории ТРИ разных эпилога. Каждый может выбрать альтернативную концовку для себя - какая больше нравится.

История была написана в 2017 году
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Награды от читателей:
115 Нравится 16 Отзывы 42 В сборник Скачать

Часть 2

Настройки текста
Одиночная камера. Первые сутки Дерек просто сидел, стоял, лежал и осматривал стены, в которых ему придется провести семь следующих лет. За стаю он не сильно переживал, он надеялся, что Питер справится. Скотт и его гипертрофированное чувство ответственности помогут, если потребуется. Ему было даже интересно, как дядя с адвокатом сумели посадить его в одиночку. Для него это был просто курорт – никаких соседей и никто не пострадает в полнолуния. Единственным минусом этого «курорта» было ограниченное пространство и Дереку пришлось долго уговаривать волка успокоиться. Все равно ситуация безвыходная, так какой смысл рваться и рычать. – Хейл, к тебе посетитель! – раздался голос охранника спустя неделю. Дерек удивился. Он никого не ждал, а Питер был занят стаей. Удивление плавно перешло в совершеннейшее непонимание происходящего, когда, едва войдя в комнату для свиданий, ему в нос ударил запах Стайлза. Когда он сел на стул, то увидел через стекло Стилински, который показывал ему знаками, чтобы он взял трубку. Брови его взлетели вверх, но он все же сел. И помедлил пару секунд, наблюдая за кривляньями за стеклом. Просто из принципа. Стилински был в своем репертуаре – гримасничал и махал руками в сторону этой самой трубки, разве что лбом в стекло не бился, как муха. Забавно. Наконец, Дерек все же взял трубку и вздохнул: – Какого черта ты тут забыл? – Хе-е-е-ей, волчара! – тут же заорали в трубку. Дерек с непривычки даже отодвинул ее от уха. А Стилински продолжил: – Сегодня суббота, вот я и решил проведать тебя. – Зачем? – Как зачем? – парень захлопал глазами. – Чувак, ты должен был сказать: "Стайлз, как я рад тебя видеть!". Разве нет? – Нет. – А вот да! Разве ты не рад меня видеть? – А должен быть рад? – Только не говори, что тебе тут нравится, – скривился Стайлз. – Вполне. Тихо, спокойно, никаких назойливых соседей. Тебя нет рядом. – А, так они все же уладили дело с одиночкой, – кивнул довольный Стайлз, проигнорировав выпад в свою сторону, как он делал это обычно, будучи в благодушном настроении. – Кто "они"? – Ну, адвокат с Питером. Одиночка, в твоем случае, – новость хорошая. Адвокат, конечно, упоминал, что они планируют подергать за ниточки, чтобы он смог сидеть в одиночке. Это был максимум, на который он мог рассчитывать, учитывая свою природу и силу денег в этом мире. Обернуться при посторонних он не боялся, якорь бы удержал в любом случае, но семь лет – срок очень долгий, и все понимали, что лучше избежать проблем. Значит, Рейнолдсу и дяде это удалось. И теперь он был гордым обладателем одиночной камеры с решеткой, на которой было вполне удобно упражняться. В любом случае, делать тут было больше нечего. Адвокат упоминал о библиотеке, но с охраной Дерек пока не разговаривал. Стайлз выжидающе смотрел на него, но Дерек лишь пожал плечами, не планируя что-либо комментировать. – Хреново выглядишь, Хейл. Оранжевый – явно не твой цвет, – вякнул мальчишка. Дерек хмыкнул. Да уж, роба тут была стандартная – оранжевые штаны, оранжевая куртка и разнообразие белых футболок. Собственно, куртку он не носил и сейчас сидел перед парнем в футболке, не бритый уже дня три. Какая теперь к черту разница. – Хоть бы побрился. А то еще месяц-два и будешь выглядеть как бомж, – словно прочитав его мысли, продолжил Стайлз. – Тебя так волнует мой внешний вид? – Ну, тюрьма еще не повод выглядеть как бездомный. Дерек вздохнул. Он не видел Стилински уже довольно давно и отвык от вечно говорящего, не выключающегося "радио" над ухом, как обычно бывало в стае. И вроде голова не болит, а хочется схватить за рубашку и как следует приложить о стекло. Хотя бы чтобы говорил помедленнее. Стайлз тем временем снова растянул губы в улыбке и продолжил вещать: – Тут свиданки обычно только по выходным разрешают. С десяти. Вот я и рванул. – Зачем? – Знаешь, нормальные люди называют это поддержкой. Приходят, рассказывают как дела, чтобы человек не терял связи с внешним миром. А у тебя, между прочим, целая стая! – У меня для этого есть Питер. – Но он же не будет приезжать к тебе постоянно каждую неделю! Дерек содрогнулся, когда понял, что Стилински собрался ездить сюда именно что каждую неделю. И вообще, как его отец отпускает так далеко? – И как шериф тебя только отпустил из родового гнезда ради свиданки с зэком? – спросил он. – Взял и отпустил. Даже благословил на дорогу, – усмехнулся парень. В этот момент Дерек напрягся, потому что все страшные прогнозы, родившиеся в голове за последние пару минут, начали не просто оживать и сбываться, но и принимать угрожающие масштабы. Нет. Ни за что. Стилински и так маячил все время перед глазами. И если он будет появляться тут каждую неделю… Садиться пожизненно за убийство на территории федеральной тюрьмы не хотелось совершенно. Он повесил трубку, крикнул: – Охрана! – и поднялся, направляясь к двери и не обращая внимания на жестикулирующего за стеклом Стайлза. Ему надо было обдумать это все. Прогнозы, однако, оправдались. Спустя неделю охранник снова прокричал: – Хейл! К тебе посетитель! И это снова был, разумеется, Стилински. Как и спустя неделю и еще одну. Ближе к вечеру в одну из суббот к нему пришел Питер и сильно пожалел об этом. Потому что, спокойно выслушав все, что он рассказал, Дерек набросился на него с вопросами и в его голосе то и дело проскальзывало волчье рычание, а глаза периодически отсвечивали красным. – Питер, какого хрена происходит?! – А ты считаешь, что что-то происходит? – невозмутимо уточнил дядя. – Питер! – Все нормально, дорогой племянник. – Нормально?! Какого хрена Стилински таскается сюда каждую неделю?! Я же запретил стае приезжать! – Так он и не оборотень, чтобы безоговорочно подчиняться твоим приказам, – пожал плечами Питер. – То есть, ты знаешь об этом! – возмутился Дерек. Он с такой силой сжал трубку, что пластик треснул. – Да, знаю. Но остановить я его не мог. Его бы никто не остановил. И ты это знаешь не хуже меня. И потом... не так плохо, что кто-то тебя навещает постоянно. – Стайлз! – рявкнул Дерек. – Пока нет вреда, пусть ходит. Ну, или я могу вызвать адвоката, и он добьется запрета на его посещения. К этому Дерек был, что удивительно, почему-то не готов. Питер понимающе улыбнулся и промолчал, что тоже было удивительно. – И подумай вот о чем, мой дорогой племянник, – уже собираясь уходить, заметил Хейл-старший. – Мальчик не ездит сюда каждую неделю из Бейкон Хиллс. – О чем ты? – нахмурился Дерек. – За несколько дней до последнего слушания он переехал сюда и поступил в технологический, – хмыкнул Питер. – Просто раскинь мозгами, что и ради чего он сделал. Я не стал его останавливать, лишь потому что из всей стаи только он действительно что-то сделал. Советую поговорить об этом со щенками, когда выберешься. Когда Питер ушел, Дерек вернулся в камеру и, улегшись на койку, попытался заснуть. Но сон не шел. Внезапно пришло осознание, что пацан не просто ослушался приказа альфы, но и перевернул все и сделал так, как посчитал нужным. Чтобы быть тут и приезжать каждую гребаную неделю. Всего лишь человек. Вот черт. Разумеется, спустя еще неделю Стилински снова сидел напротив за стеклом и широко улыбался своим лягушачьим ртом. Надо же, не обиделся, когда Дерек уже по привычке повесил трубку и удалился, ничего не сказав. – Хей, волчара! Я, конечно, ранен в самое сердце на твой очередной уход, но надеюсь, что ты все же встал сегодня с той ноги. Все равно ходить не перестану, имей это в виду. Кроме того, мне разрешили принести тебе что-нибудь и я притащил пару детективов из букинистической лавки. Я помню, ты любил старые потрепанные книжки. Сомневаюсь, что в этом... заведении приличный литературный каталог, так что почитаешь на досуге. Дерек прикрыл глаза, слушая этот треп в трубке, а потом спросил: – Стайлз, зачем? – Чего? – Зачем ты переехал? Стайлз замер, как пойманный заяц, а потом пожал плечами и растекся по стулу. – Это же очевидно. – Тебе – может быть, – по-прежнему не открывая глаз, проговорил Дерек. – Я велел никому не приезжать. – И когда меня это останавливало, – фыркнул Стайлз. – И это самое страшное. – Ты еще скажи, что тебе здесь нравится. – Уютная одиночная камера, тишина и отсутствие конфликтов с соседями. Мне все нравится, представь себе. – Сказал мужик, когда-то живший в развалинах. Дерек, я понимаю, что тебе много для счастья не надо, но семь лет – это долгий срок. – Вот именно. И я не понимаю, какого черта ты делаешь тут, а не в каком-нибудь Йеле. – Так ты все же считаешь меня умным, – Стайлз расплылся в улыбке. – Я никогда не говорил, что ты тупой. – А как же твое вечное "заткнись, Стайлз"? – Ты раздражаешь. Но ты не тупой. – Буду считать это комплиментом. Великий Дерек Хейл признал, что я не блондинка. Запишу в календарике. Дерек обреченно вздохнул. Да, Стилински его охренеть как раздражал. Но в этот раз он не развернулся спустя пять минут разговора. Он просидел положенные для свиданий полчаса, в течение которых, раз уж секрет раскрыт, пацан воодушевленно рассказывал о том, где его квартира, какая она, и где он теперь работает. Дереку оставалось только молча недоумевать, как это нескладное недоразумение только отпустили одного в огромный город. Шериф вроде бы умный мужик… Рыкнув только для профилактики и оставив Стайлза совершенно не впечатленным, Дерек, наконец, молча повесил трубку, поднялся и ушел. У оборотней может заболеть голова, а? Этот вопрос продолжал его мучить целый год, потому что Стайлз являлся к нему четко по расписанию: каждую субботу в десять часов утра. Поначалу охранники делали ставки, придет ли повидаться с ним тот паренек снова или нет, но быстро бросили это дело, потому что Дерек постоянно выигрывал. Книги ему тогда действительно отдали. Их оказалось не две, а три. Крутя в руках старые тома, отпечатанные в первой половине ХХ века, Дерек думал, как же Питеру это удалось, а потом одернул сам себя. Понятно, как ему это удалось. Зеленые бумажки с изображением мертвых президентов открывают если не любые, то многие двери. Книги он читал с удовольствием, читал постоянно и чувствовал определенную благодарность, хотя не хотел признаваться в этом даже самому себе. От этих книг пусть и едва-едва, но пахло Стайлзом, частью его стаи. Этот запах успокаивал и заставлял не просто смириться с тем, что его заперли, а спокойно ждать, пусть и семь лет. Особенно это спасало в полнолуния. Якорь Дерека был силен, но даже такое частичное, фантомное присутствие стаи давало возможность глубоко дышать, успокаивать волка внутри и не проявлять свою сущность излишне агрессивно. Он просто уговаривал себя, что по истечении срока сможет отпустить волка, сможет дать ему волю в лесу возле фамильного особняка, там, где его территории. Что это – не навсегда. Нужно потерпеть. Этот запах помогал. Как и во время слушаний, чего Стилински совершенно точно никогда не узнает. Вообще, откровенно говоря, Дерек надеялся, что пацан если не прекратит таскаться к нему каждую неделю, то начнет делать это хотя бы реже с сентября, когда начнутся занятия в колледже. Охрана и так уже отпускала вполне конкретные шуточки по поводу их отношений, и Дерека это слегка раздражало. И каково же было его удивление, когда парень, помятый и заспанный, но все равно явился ровно в 10 утра первой субботы сентября. Дерек откровенно считал, что после бурной первой пятницы он даже не сможет поднять свое тело с постели и приползти из кампуса. – Йо, волчара! – растянул губы в улыбке Стайлз и смачно щелкнул челюстью в зевке. Амбре Дерек чувствовал даже через стекло, и все же Стайлз выглядел вполне нормально для того, кому можно сесть за руль. Он выгнул бровь и скрестил руки на груди, зажимая трубку между ухом и плечом. – И как тебя копы не штрафанули, – все же буркнул он. – А я не нарушаю правила и скоростной режи-и-им, – снова зевнул Стайлз. – Тебе нечем заняться по субботам? – Есть, просто у меня смена в кафе начнется через два часа только, так что я вполне успеваю к тебе. – Кафе? С таким-то амбре работать? – Дерек даже бровь выгнул от удивления. – Выпью еще кофе, зажую жвачкой и порядок, – отсалютовал Стайлз. Дерек уже даже не удивлялся, что у Стилински на все есть ответ. Ответ у Стилински всегда был, разница лишь в степени адекватности. И он все равно не понимал, какого черта Стилински приперся, даже после пьянки. – Стайлз, шел бы ты на свои вечеринки, а? – Не-а, – ухмыльнулся пацан. – Кстати, я тут еще одну книгу в букинистической лавке откопал. Автора не знаю, но книжка выглядит зачитанной и старой. Тебе точно понравится. Дерек не сказал "спасибо" вслух. Как и ожидалось, Стайлз явился и через неделю и через две, и через три. Он стабильно появлялся в десять утра, несмотря на учебу, иногда заспанный, иногда дерганный больше обычного, и тогда от него пахло адераллом сильнее стандартной нормы, иногда более разговорчивый. Но все равно приходил и болтал, болтал, болтал, не обращая внимания на сведенные брови и мученический взгляд оборотня. Так Дерек узнал, что Стайлз учится на факультете инженерных и компьютерных технологий, катастрофически завален эссе и другими заданиями, перебарщивает с кофе и работает пять вечеров в неделю, а по субботам – с часу дня; он до сих пор не помирился со Скоттом, который обиделся на друга за неожиданный молчаливый переезд, но от Айзека знает, что Скотт остался в Бейкон Хиллс и учится на ветеринара; Бойд подрабатывает в автомастерской, а Питер иногда звонит и уточняет, как дела у "милого Стайлза". Стайлз искренне не понимал, какого черта Питер так делает, и просил Дерека заткнуть своего дядюшку. И все вроде бы было хорошо, пока в конце ноября не появился сам Питер. Обычно он приезжал где-то раз в три-четыре недели, когда посещал бизнес и управляющего, рассказывал новости о стае, которые еще не успел слить Стилински, и как идут дела в ресторанах. Но в этот раз был более хмур, чем обычно. И когда он заговорил, Дерек ощутил беспокойство. – Я разве не говорил, что этот пацан втянет нас в неприятности? – поинтересовался Питер. – Что произошло? – Он заявился в ресторан. – Это не преступление. – Я в тот момент... м-м-м... разговаривал с Джастином. Бетой Аарона Кивелла. Стилински его узнал и сразу сложил два и два. Я так понял, они встречались возле здания суда после вынесения твоего приговора. При упоминании этого имени Дерек заскрипел зубами. Он старался забыть его побыстрее, хотя все вокруг напоминало о том, кто его сюда посадил. – Мне не надо пояснять, что было дальше? – в своем стиле поинтересовался Питер. Да, пояснять было не надо. Дерек вполне мог представить, что сделал Стайлз. – Я надеюсь, только словесно? – вздохнул мужчина. И тут Питер усмехнулся: – Он не дурак и понимает, что против оборотня ему не выстоять. – Тогда что? – Он пригрозил. И пригрозил так... красиво, что я даже не смог услышать хотя бы каплю вранья. Дерек, поговори с ним. Если слова Стайлза воспримут серьезно, у всех нас могут быть неприятности. В первую очередь, он и пострадает. Мы не сможем сейчас противостоять Кивеллу. Альфа уже за решеткой. Если он возьмется всерьез... – Я понял, – раздраженно бросил Дерек. И, к сожалению, Питер был прав. Кивеллы были одной из крупнейших стай в Нью-Йорке. Вели бизнес в разных сферах, в том числе ресторанный. И захотели заполучить землю и рестораны Хейлов. Когда не вышло, отомстили. И, слава богу, ограничились лишь альфой, а не объявили охоту на всю стаю. Хотя у Дерека было смутное подозрение, что все это сделали с расчетом на то, что не только стая останется без альфы, но и бизнес останется без должного управления, и нужно лишь немного подождать, прежде чем выкупить его за бесценок. О, как же плохо они знали Питера Хейла. Тот особо никогда не встревал в дела семьи без необходимости, и далеко не все знали истинный характер дяди. Откровенно говоря, тут в пору было ухмыляться. Питер этот бизнес теперь не выпустит из рук. Чисто из принципа. В конце концов, он вернулся с того света, и вряд ли согласится похерить и новую семью, и бизнес, который только недавно начал восстанавливаться. А Стилински он выскажет все в ближайшее время. Этот идиот не понимает, во что может вляпаться. И он высказал. Стилински так впечатлился отповедью, которую услышал, что просидел молча целых три минуты. – А что я должен был делать?! – взъярился после Стайлз. – Мило улыбаться, как Питер?! – Питер – дипломат. – Питер – дипломат?! Ты головой не ударялся?! Питер – дипломат! Это же надо! – Стайлз, – спокойно, но твердо произнес Дерек. Стилински так удивился, что снова замолчал. – Не лезь к Кивеллам. Поверь, они тебя не пожалеют. Достаточно того, что здесь сижу я. Совершенно необязательно, чтобы еще и ты переехал на два метра под землю. Стайлз закусил губу и уставился на Дерека. – Неужели не хочешь отомстить? – Хочу. Но не сейчас. Сейчас – опасно, прежде всего, для тебя и остальных. – Ты обо мне что ли беспокоишься? – Стайлз даже рот разинул от удивления. Хейл вздохнул. Стилински бесил неимоверно, конечно. Но, блять, этот придурок – часть стаи. Который ослушался приказа альфы и таскается к нему на свиданки, как по расписанию, даже пропуская студенческие вечеринки. Дерек до сих пор не понимал почему. – Не подвергай себя и остальных опасности. Боюсь, что в этом городе тебя может оказаться некому защитить. – Но, Дерек, а что если они полезут к... остальным? – Не полезут. – Уверен? Откуда ты можешь знать это? – Им нужны не вы. Им нужен наш бизнес. Но действовать настолько очевидно они не будут. И я уверен, что они узнали, что твой отец шериф. Так что пока ты сидишь тихо, они сидят и ждут, когда у нас все развалится. Никто не страдает, все живы. И я хочу, чтобы так и оставалось. – А у вас все разваливается? – Стайлз, у нас все в порядке. Парень насупился и в конце-концов кивнул: – Ладно. Но я не забыл! Ясно? Я просто пока понаблюдаю. Дерек закатил глаза. А Стайлз точно переключился и улыбнулся: – Я там принес еще книжку. И письма от ребят. Распечатал с электронной почты. – Ты со Скоттом помирился? – Нет. – Почему? Вас, двух олухов, оторвать нельзя было друг от друга. Вы же как сиамские близнецы. – Он считает, что я зря уехал и даже не попрощался. – Он прав. – Да что ты говоришь, – буркнул Стилински. – Он – твой лучший друг. – А я, вроде как, уже взрослый мальчик, чтобы самому решать, что мне делать! – возмутился Стайлз. – Да, он мой лучший друг. Но это не значит, что я должен спрашивать у него разрешения. – Самое удивительное, что ты, правда, думаешь, что взрослый, – спокойно ответил на это Дерек. Он перехватил трубку и уселся удобнее на жестком стуле. – О, неужели ты хочешь поговорить о моей дружбе со Скоттом? Правда, что ли? Дерек пожал плечами и хмыкнул: – Охрана спорит на то, сколько я просижу, пока ты пиздишь. – Как грубо, Хейл, – фыркнул Стайлз. – А вообще, все просто. Ты запретил всем ехать. Ты запретил тебя поддержать. Но это неправильно. – И ты решил, вместо остальной... – Они оба перестали говорить слово "стая", даже не сговариваясь. А то мало ли, вдруг прослушивают. – Я решил поступить по совести, Дерек. Ты чертовски часто подставлялся из-за нас. Из-за меня. И я не собираюсь бросать тебя, когда ты так вляпался. Вот и весь ответ. Дерек прикрыл глаза, прислушиваясь к ровному сердцебиению парня, и все же рыкнул: – А ты думал о том, нужно ли это мне? – А я знаю ответ. Так что заткнись и слушай, как я сдавал последнее эссе, – Стайлз растянул губы в широченной улыбке. Дерек понял, что так пацан скрывает свою неуверенность и смущение от только что сказанного. Но дослушал весь бред, что Стайлз нес, до конца. А потом, когда ему отдали письма и книги, долго лежал на койке и просто смотрел в потолок. Пытаясь понять, что иногда движет людьми. Несмотря ни на что, он действительно пытался это понять. Правда, еще ни разу ему этого так и не удалось. Люди даже мыслили иначе, чем оборотни, хотя, за исключением волка внутри, ничем друг от друга не отличались. Первый громкий звоночек, больше похожий на колокол, о том, что вселенная скоро взорвется и настанет апокалипсис, прозвенел под первое Рождество за решеткой. Охранник привычно позвал: "Хейл, на выход!", хотя был четверг, а не суббота, и добавил: "У тебя есть пять часов на все про все". Именно в этот момент Дерек напрягся. Ему разрешили длительное свидание? Интересно, с кем? Неужели Питер прислал подарок приятной наружности, чтобы подсластить пилюлю перед Рождеством? В любом случае, отказываться он не собирался. Но и увидеть за дверью небольшой комнаты со столом, двумя стульями, телевизором и кроватью Стайлза он никак не ожидал. – Стилински? – недоверчиво протянул Дерек, когда за ним захлопнулась дверь. – О, привет, волчара, – широко улыбнулся тот в ответ и продолжил копаться в огромных пакетах на столе. – Представляешь, меня охрана час проверяла! Мобильник отобрали, заставили чуть ли не раздеться и практически залезли в трусы! Кошмар какой! Долбаный час! Да меня в участке у отца ни разу не проверяли! – Стайлз. – Чего? – пацан вытащил нос из пакета и глянул на Хейла. – Что ты тут делаешь? – Как что? Рождество же. Решил составить тебе компанию, – пожал плечами Стайлз, возвращаясь в дебри пакета. И вытаскивая на свет божий анальную смазку, если верить этикетке. Смазку. Ага. – Это что? – опешил Дерек. – Ну, как… – смутился слегка парень. – Смазка. У нас же, типа, свидание. – А резинки тогда где? – не сдержался Дерек, хотя и не собирался этого говорить. – А мы ими не пользуемся, – подмигнул Стайлз. Дерек хлопнул себя по лбу и покачал головой. Стайлз это заметил, потому что сказал: – Иначе меня бы не пустили. – Да и ладно. – Ничего не ладно! – возмутился Стайлз. – Рождество же! – широко улыбнулся он и выудил... вибратор зеленого цвета. – Это вместо елочки, да? – Дерека подвел голос, и пришлось прочистить горло. Стайлз распахнул глаза, вытаращился на Дерека. А потом заржал. Совершенно неприлично, по-детски заливисто и искренне. Дерек честно подавил улыбку, хотя все еще охреневал от происходящего. – О, господи! Дерек... ты... – Стилински держался за бока и натурально хрюкал. – Твою мать... У тебя... все же где-то... завалялось… чувство юмора... Елочка, блять! Дерек закатил глаза и, выдвинув один из стульев, оседлал его, косясь на "елочку" на краю стола и дергая носом, улавливая ароматные запахи домашней кухни, доносившиеся из пакета. Стайлз ржал еще минуты три. После чего упал на второй стул и всхлипнул. – Елочка... Господи... Вообще, это твой дядя посоветовал. Елочку. – Питер? – брови Дерека грозились к концу срока такими темпами улезть на затылок уже седыми. – Угу. Сказал, что нужно создать видимость перед охранниками, что я правда пришел к тебе... ну... трахаться. Да. Дерек хмыкнул, с даже каким-то удовлетворением наблюдая, как пацан слегка порозовел от смущения. Он никогда особо не рассматривал Стайлза, как кандидата в партнеры для секса, а сейчас вдруг подумал об этом. Но он даже не успел представить или подумать ничего определенного, потому что перед его носом оказался домашний пирог и он забыл обо всем остальном. Хотя мысль о том, сколько Питер на все это потратил, все же промелькнула в голове. Стайлз еще пошуршал пакетами, а затем уселся напротив и с довольной миной принялся наблюдать за тем, как он, не скрывая голода по нормальной домашней еде, накинулся на мясной пирог и, прикрыв от удовольствия глаза, ел. И, честно сказать, стало даже как-то все равно, что вместо проститутки – Стилински, который сейчас видит его... таким. Он и так все это видел, каждую долбаную субботу. – Тут еще лазанья, и шоколадные брауни, – хмыкнул пацан, разворачивая из пакетов тарелки. А кроме этого, он приволок немного фруктов, несколько плиток шоколада и запеченное мясо. Дерек лишь кивнул, все еще не насытившись. Съел он почти все, а шоколад позже забрал с собой. Стайлз же, пока длилось их «свидание», болтал несколько часов к ряду. Дерек даже начал переживать за сохранность своих ушей. Но Стилински почему-то продолжал то и дело краснеть, и это позволило хоть немного отвлечься. Позже в камере он лежал и рассматривал фото стаи, которое принес Стайлз, а сам думал том, почему вообще терпел столько лет такое недоразумение, как сынок шерифа. Хотя прекрасно знал ответ, просто никогда себе в этом не признавался. Ему просто нравился Стайлз. Отлично, перед Рождеством в тюрьме, это просто великолепное умозаключение. Дерек раздраженно фыркнул, но мысль не отбросил. И нет, это не было сопливо. Пацан хоть и шумный, но верный. Он был верен своему лучшему другу Скотту. Он был верен стае. А теперь... У Дерека язык не поворачивался назвать это верностью к себе, но выходило именно так. Стилински не пропустил ни одной субботы, с тех пор как его посадили. Дерек даже знать не хотел, как и о чем он общается с Питером, раз происходит подобное. Но был благодарен за нормальную домашнюю еду, за новые книги, за письма от стаи и за это фото. Самого парня на фото не было, по его словам, снимок сделал шериф по просьбе сына. И вот именно от осознания данного факта в груди что-то сжималось. И пробирал смех при воспоминании о том, как краснеющий помидором Стилински сливал в унитаз полтюбика смазки, чтобы его посещение никому не показалось подозрительным. Рождество оказалось не таким одиноким, как он представлял. В наступившем новом году Стайлз появился сразу, как только в тюрьму разрешили пускать посетителей после праздников. Слегка помятый, но фонивший настоящей радостью. – Хей, Дерек, – парень плюхнулся на стул и сжал трубку, широко улыбаясь. – Привет, – кивнул мужчина. Стилински чуть со стула не свалился. Пожалуй, Дерек впервые с ним нормально поздоровался. – Ты в порядке? – осторожно уточнил Стайлз. – Конечно, я в порядке. Благодаря твоему последнему визиту, я не могу выйти на прогулку без того, чтобы кто-то не начал меня подначивать, ведь, цитирую: "у тебя есть такая сладкая попка". А у меня ее даже нет! Окей, он просто не сдержался. Но оно того стоило. Тем более что даже не соврал. Стайлз вспыхнул как спелый томат и уставился на него огромными глазами. – Что-о-о? Блять! Дерек! Я же... – Ты пришел на свидание, Стилински. Чего ты ожидал? – выгнул бровь Дерек. – Я... Ну... Упс? – скромно улыбнулся парень. – О, господи! Да и насрать, кто что думает! – Даже если все думают, что я тебя натягиваю? Стилински снова покраснел. Дерек вдруг понял, что в нем просыпается садист и он доволен оттенком лица этого засранца. И улыбнулся. Теперь сбежал Стайлз. Дерек с довольной ухмылкой смотрел ему вслед, а когда оказался в камере, расхохотался. Даже если Стайлз больше не придет, оно того стоило. Но надежды не оправдались. Потому что Стайлз пришел через неделю. Он был хмурый, дерганный и выглядел весьма уставшим. Дерек плюхнулся на стул и снял трубку, прижал ее плечом к уху и уставился на пацана, сложив руки на груди. Стилински трубку тоже взял. Но молчал. Это было очень странно. Но Дерек продолжал просто ждать, разглядывая его. Стайлз кусал губы, бегал взглядом по стене позади Хейла и громко дышал. – Стилински, ты перебрал адералла? – наконец, не выдержал Дерек. – Блин, я тут тебе душу излить собираюсь, между прочим! – тут же возмутился пацан и начал мять свободной рукой край своей извечной красной толстовки. – Я даже Скотту еще не рассказал! Мы, кстати, помирились. Так что посиди молча! – Да я могу все полчаса помолчать. – Дерек, блин! Ладно. В общем... Мы тут с ребятами на днях в бар пошли. Вернее, нас девчонки затащили. Из группы. Им показалось, что это будет весело. – И что тут интересного для меня? – выгнул бровь мужчина. – Кроме того, что я, кажется, би, ничего! – тут же огрызнулся парень. Прошла секунда. Две. А потом он резко вскинул голову и уставился на Дерека. – Ну, короче... Вот. На лице Дерека не дрогнул ни один мускул, хотя он удивился и ухмыльнулся про себя. Надо же! Не сказать, что он не ожидал чего-то подобного, но все равно узнать о том, что Стайлзу нравятся мужчины, было чем-то не совсем обычным. – Поздравляю, – наконец, спокойно ответил он, когда понял, что Стайлз явно ждет, какой будет его реакция. И втянул носом воздух. Запах Стайлза не изменился, примеси чужих запахов были слабыми, а значит, ничего важного не было. – И... все? – опешил Стайлз. – Просто "поздравляю"? – А что ты хочешь услышать? – Ты... тебе... ты... – Не удивлен, ты хочешь сказать? Нет, не удивлен. – Почему? – ошалело спросил Стайлз. – Учитывая, как ты лип ко мне все годы, я удивлен, что ты понял это лишь сейчас, – чуть оскалился Дерек. – Лип?! – Стилински, судя по совсем не мужскому визгу, чуть со стула не грохнулся от шока. Дерек, конечно, преувеличивал. Лип он не потому, что Дерек ему нравился как мужик, а просто потому что это Стайлз. Слишком любопытный, слишком пиздливый и слишком активный, чтобы шило в жопе успокаивалось хоть на месяц. Но реакция была как стопка виски с аконитом – прекрасной. Дерек оскалился в широкой ухмылке. – Хейл, твою мать! Только вот попробуй сказать, что я на тебя запал! – А что такого? – Ты себя хоть слышишь?! Дерек откровенно уже веселился. И Стайлз, наконец, это понял. – Ты придурок, – буркнул парень. – Я не лип. Я... за вас всех переживаю. – Я знаю, – примирительно сказал оборотень, прекращая издеваться. – Это была шутка. – Ты блять шутить в тюрьме что ли научился? – продолжал бурчать Стайлз, шмыгнув носом. – Придурок. Это важно. Для меня. – Что произошло? – Дерек не собирался этого спрашивать, но у них было еще минут двадцать, так почему бы не послушать. – Мы пошли в бар. Я и ребята с девчонками, с которыми я учусь, – начал Стайлз. В голосе сквозила нервозность, та же, что заставляла его всего дергаться. – Бар называется... не помню я. На наш "Джунгли" в Бейкон Хиллс похож. Я не сразу понял, что это... гей-бар, но вчера была пятница лесбо, поэтому пускали и девушек. Мы выпили. Девчонки утащили ребят танцевать. Потом стащили с них футболки... – И тебе понравилось то, что ты увидел? – Нет. Точнее, я не смотрел. Я едва отошел от барной стойки, как двое из ребят ломанулись ко мне, зажали с двух сторон и утащили танцевать. А я... я даже двинуться с места не мог, потому что... ну... ну... – по мере того, как говорил "ну", Стайлз становился все пунцовее. – Ну? – У меня встало, – мертвым голосом проговорил Стайлз, не глядя на Дерека. В голове оборотня крутились шуточки одна похабнее другой, но он промолчал. – Поздравляю, – отозвался он. – Тебе нравятся парни. Ну и что. Мне тоже нравятся. После этой фразы Дерек узнал значение словосочетания "челюсть встретилась с полом" в исполнении Стилински. – Ч-ч-что? – несолидно квакнул Стайлз. – Парни нравятся?! Хейл хмыкнул, наблюдая, как у пацана округляются и без того большие глаза, а рот приобретает идеальную окружность. – Я би, Стайлз, – спокойно пояснил он. – Серьезно? – тот начал отмирать. – А почему... ну... Никто тебя с парнем не видел? – Так получилось. Я особо не заморачивался. – Охуеть... Ты – би. Никогда бы не подумал. – Стайлз, ты – человек. А во мне существуют две сущности. Я таким родился. И если тебя могут останавливать моральные устои или что-то такое, то таких как я – нет. Вторая сущность не смотрит на гендерную принадлежность подходящего партнера. Мы ориентируемся на другое. – На что? – Стилински тут же обратился в слух, а в глазах мелькнуло уже привычное любопытство. – Я хочу знать. Давай, колись. – Запах. Ответное желание. Интерес. Кроме человеческой стороны, скажем так, природная. Поэтому наличие сисек или члена не столь важно. И это было самое длинное, что Хейл сказал на памяти Стайлза. – Охренеть. Так значит, ну... В общем, кажется и я би. – И в этом нет ничего ужасного. Тебе нравятся люди. Вот и все. Дерек, и правда, не видел в этом ничего такого. А по Стилински в общем-то было ясно давно, что "как у всех", у него не будет. – Только бога ради, приключений на свой зад не найди. – Ты что, беспокоишься обо мне? – не поверил Стайлз. – Ну это же моя попка, – не удержался Дерек. – И ты ясно дал это понять своим присутствием всей тюрьме. – Стилински к удовольствию Дерека снова покраснел. – Так что жду тебя через год, радость моя, – вдруг оскалился он идеально ровными белыми зубами. Стайлз в этот момент решил качнуться на стуле и благополучно шлепнулся назад, не удержав равновесие. Секунд тридцать были слышны только стоны и мат. Дерек мимоходом подумал, что ругаться пацан стал гораздо чаще. Большой город влияет не так чтобы хорошо на этот чокнутый организм, судя по всему. – Я в норме! Я жив! – Стайлз заполз сначала на стол, поднял стул и сел на него. И уставился на Хейла. – Чего? Ты сейчас... Так, секундочку. Хейл, блять! – Что? – выгнул бровь Дерек. – Ты сам выбрал свою судьбу, заявившись ко мне со смазкой и вибратором. Его, кстати, тоже не забудь, пригодится. – Хейл! – Да, мне нравится, – удовлетворенно кивнул Дерек. – Вот так ты и будешь кричать. Или даже громче, – Дерек дернул бровями. Стайлз медленно откинулся на спинку стула, большими глазами глядя на оборотня. А затем приложил руку в известном жесте "фейспалма". После чего брякнул: – А если приду? Что делать будешь? – Время вышло, Стилински., – Дерек нехорошо ухмыльнулся и поднялся. – Вдруг я не шутил? Выражение лица, которое провожало его, стоило всех этих шуток. И ладно, он готов признать, что в этот раз мальчишка раздражал меньше обычного. Дерек и сам не очень понимал, зачем вообще все это делал, но одно он знал точно – ему и его волку не слишком нравилось, что от Стайлза пахло кем-то чужим. Питеру тоже досталось. Стоило дяде появиться и ввести его в курс дела о том, как живет стая и процветает бизнес, как Дерек высказал ему все, что он думал о рождественской шутке. Питер даже не потрудился сделать виноватый вид. Дерек пообещал, что если и дальше так будет, то первое, что он сделает, когда выйдет, это собственноручно его закопает. Дядя поверил. Или сделал вид, что поверил. Дерек не разобрал под налетом понимающего ехидства. Тема бисексуальности Стайлза больше не поднималась. Пацан продолжал все так же к нему таскаться, передавая через охрану очередные книжки, и начал прикладывать к ним журналы. – Men's Health? Серьезно, Стайлз? – Ну, а что? Откуда я знаю, что ты читаешь! – Вот именно Men's Health я и читаю, да! Изучаю, как заполучить в постель девушку мечты, десять способов оргазма и стильные брюки на вечеринку. Я сижу, Стилински! – Но ты же выйдешь. – Действительно... Выглядел Стайлз не так, чтобы очень хорошо. Начались экзамены, и он заявлялся теперь с кругами под глазами. На рык Дерека "шел бы ты спать" Стайлз только рукой махал и обижался. Дерек искренне не понимал, на что. В итоге, экзамены все же были сданы, журналы теперь были только про природу и автомобили, к ним все так же прилагались старые детективы. И Стилински начал пахнуть как-то иначе. В первый раз Дерек промолчал, а вот во второй все же не выдержал. – В чем дело? – Ты о чем? – парень нервно поерзал на стуле. – Я же вижу. Ты хочешь мне что-то рассказать. – Я сам не понял, что случилось, – Стайлз потупился и вздохнул. – Наверное, не стоило столько пить. Оба раза. – Ну? – Ну... Был на вечеринке... А там Брэд... Кажется, я ему нравлюсь... Дерек повел носом и скривился: – Трахались? – Что? Нет! Ну... – Стайлз! – Он мне отсосал! Ясно тебе? И я... В общем, не могу понять нравится мне или нет. Вот. – Значит, надо попробовать еще, – ответил Дерек, кривясь. Не нравился волку чужой запах на Стайлзе. Он даже сумел удивиться этому открытию, а потом посмотрел на Стайлза иначе, начиная смутно догадываться, в чем же все-таки дело. Вот это юное недоразумение нравится волку?! Глухое удивленное рычание, принадлежавшее исключительно самому Дереку, вырвалось наружу тихим сипом. Стайлз не заметил. И слава всем богам. – Еще? Это что... ну... со временем приходит? – Нет, придурок. Это приходит либо с правильным партнером, либо с опытным. И, судя по всему, там такой же девственник, как и ты. Вам вдвоем будет весело. – Эй! Я с Малией спал! – В психушке. Да. Хоть помнишь, как оно было? – И все равно я технически не девственник, – зарделся Стайлз. – Ну, это с какой стороны смотреть, – ухмыльнулся Дерек. – Ты о чем? – О твоей заднице, Стайлз, – ласково проворковал Дерек и показательно облизнулся. Когда пацана как ветром сдуло, он чуть башкой о стекло не ударился. Ну, вот какого хуя, а? Но, вообще, он даже обрадовался, что, возможно, Стайлз прекратит свои попытки и перестанет его навещать. Лишь волку эта идея не нравилась. Об этом Дерек вообще старался не думать. И когда через неделю Стайлз не появился, он вздохнул с облегчением, а вот волк, наоборот, заскулил. И сводил с ума этим скулежом, который слышал лишь он один, следующие несколько дней. Он лежал на кровати, смотрел в потолок и пытался уговорить зверя внутри успокоиться, потому что в данной ситуации он все равно ничего сделать не может. Зверь угомонился далеко не сразу. Когда через неделю Стайлз все-таки появился, Дерек едва мог сдержать мимолетную тихую улыбку, потому что волк внутри обрадовался, но потом лицо его скривилось, а волк зарычал – от Стайлза ярко пахло кем-то чужим, а еще сексом. Стайлз снова дергался, больше обычного. Но выглядел вполне здоровым и... собой. – Хе-е-ей, волчара! Я тебе приволок еще одну книжку, и нет, Men's Health не купил, уж прости, – он театрально приложил ладонь к сердцу и ухмыльнулся. А потом поерзал и глянул исподлобья. – Можно я кое-что расскажу? – Стилински, почему ты не рассказываешь о своих сексуальных предпочтениях Макколу? Или о том, что вчера трахался? – Дерек показательно повел носом и скривился. – Откуда ты… Я мылся! Чертов читер! – Этот запах не исчезнет еще несколько дней. Полагаю, с ориентацией ты определился. Поздравляю. И все еще не понимаю, какого черта ты все это рассказываешь мне? Пацан заалел ушами и буркнул: – Потому что ты... Тебе все равно, ты не будешь осуждать. В отличие от других. – Маккол осудил бы? Твой лучший друг? Это что-то новенькое. – Не знаю я! Но все равно... Мне так проще. Вот. И блин, вообще я надеялся, что ты порадуешься. – Порадуюсь? Чему? Твоей, наконец-то появившейся личной жизни? Или тому, что тебя кто-то натянул? – Эй! Вообще-то все было наоборот! – Вот как? – Дерек вскинул бровь, а волк почему-то перестал недовольно ворчать. – Да, – буркнул Стайлз. Дерек даже не стал скрывать ухмылку, которая расцвела на его лице. Волк так вообще чуть ли хвостом не завилял, предатель, тут же все простив. – И как? Понравилось? – Я... я не понял. Ну, то есть, было приятно, да. Но... – Но? – Чего-то не хватало, – честно сказал Стайлз. Дерек понимающе покивал, не став рассуждать на эту тему дальше. Ему не хотелось, волк все еще нет-нет, но ворчал. – Кстати. Перестань носить мне книги. – Почему? – Ты же не хочешь, чтобы охрана устроила шмон и все конфисковала, а я отправился в карцер за нарушение режима? – Чего? – Стайлз, я сижу семь лет за убийство. – Которого ты не совершал! – И все равно. Несмотря на то, что это – частная тюрьма, наглеть все же не стоит. – Тогда собери все книги, и я их заберу. И принесу новые. – Ты можешь вообще ничего не приносить. Стайлз снова надулся: – И чем ты тут будешь семь лет заниматься? – Совершенствовать самоконтроль. Хотя при взгляде на тебя он снижается. – Почему? – Ты раздражаешь. – Я всегда тебя раздражаю, – фыркнул Стайлз и широко улыбнулся, совершенно не обидевшись. Дерек закатил глаза, поняв, что бесполезно говорить Стилински чего-то не делать. Позже в камере он действительно собрал несколько стопок книг и передал их охране. Та ничего не сказала и Дерек понял, что Питер регулярно отваливает деньги за то, чтобы его жизнь была более или менее комфортной. И за Стайлза. Лежа на койке уже поздно вечером он держал в руках снимок, который пацан привез в Рождество, вглядывался в улыбчивые лица своей стаи и уговаривал волка не скулить. Да, он скучал. По Бейкон Хиллс, по волчатам, по свободе. Он перечитывал письма раз за разом и уже помял фото, которое часто вертел в руках. Только Стайлз и его запах не давали волку скулить в полную силу, скучая в замкнутом пространстве. И все равно он фантомно ощущал раздражение от знания того, что Стайлз начал встречаться с каким-то парнем. Это совершенно точно была не девушка. Парень не выглядел окрыленным, как при обычных томных и мечтательных взглядах на Лидию Мартин, поэтому создавалось впечатление, что парень просто делает так, как вроде бы нужно. Но постоянной константой в его жизни оставались только тридцать минут в день каждую субботу в окружной тюрьме, которые он проводил за стеклом, ухмыляясь Дереку. Это раздражало. Месяца снова полетели один за другим. Три раза приезжал Питер, снова рассказывал, как дела у стаи и как идет бизнес. Упоминал о том, что шериф Стилински интересовался Дереком и заодно тем, не сильно ли докучает его сын. На что Дерек просто пожал плечами. – О, передам, что вы очень хорошо ладите, – чуть не промурлыкал дядя и в голову Дерека закралось подозрение, что Хейл-старший преследует какие-то свои цели. В начале лета Стайлз больше походил на привидение – бледный, дерганный, под глазами залегли темные круги, запах адералла стал более отчетливым, а значит, дозу он превышал. А еще от него пахло лишь им самим, из чего Дерек сделал вывод, что экзамены отнимали все его свободное время. Удивительно, но именно запах принимаемого им лекарства, ставший гуще и неприятнее, раздражал волка сильнее обычного. Да и сами движения были более дерганными, а глаза казались пустыми и воспаленными из-за лопнувших капилляров. – Стилински, вот какого черта ты тут делаешь? – вздохнул один раз Дерек. – А что? Тебе все еще настолько неприятна моя компания? – Я не об этом. Ты выглядишь как труп, а мне есть, с чем сравнивать. – Так экзамены же. Правда, осталось сдать три последних зачета и я свободен. Обещал сразу же приехать к папе. Он переживает. – Увидит тебя такого красивого и больше не выпустит из города. Нахрена ты ко мне-то приехал? – А что такого? – тут же буркнул подросток, и в нос Дерека ударило обидой. – С того, что ты мог поспать эти несколько часов. – Знаешь, эти несколько часов, пока я еду к тебе и сижу тут, для меня как передышка. Если честно, я уже видеть эти учебники не могу. – А меня, значит, можешь? Парень растянул губы в широкой и искренней улыбке и довольно кивнул. Дерек приказал волку перестать вилять хвостом. Волк, к слову, не послушал. Летом Стайлз все также навещал его. На вопрос о том, почему он не в Бейкон Хиллс, Стайлз лишь переводил тему разговора, а потом просто ответил, что ему так хочется. Нравится ему "надоедать хмурому волчаре". Дерек лишь хмыкал, но молчал. Волк радостно вилял хвостом и молчал. Это был такой уговор: Дерек не гонит человека, волк молча радуется и не скулит, когда человека нет всю следующую неделю до очередного визита. Иногда от Стайлза пахло чужим запахом, и тогда волк недовольно ворчал, чем надоедал Дереку, потому что он не понимал, что такого в этом мальчишке, что так нравится зверю. Он даже пытался увещевать волка, говоря, что человек – это всего лишь человек, а нужен другой волк. Зверю было все равно. Зверь хотел Стайлза. Когда Дерек это понял, то был готов просить Питера запретить Стайлзу посещения, когда отошел от шока. Был готов просить убрать его из списка тех, кому разрешалось посещать заключенного Хейла, но... почему-то так этого и не сделал. В конечном итоге он все списал на вынужденное одиночество и целибат, а Стилински пах родной стаей и постоянно мелькал перед глазами. Успокоившись таким образом, Дерек просто прекратил анализировать происходящее, и его серые будни вновь потекли своим ходом, перемежаясь новыми книгами и визитами Стайлза каждую субботу. И все было прекрасно ровно до дня Рождества. – Хейл, на выход! У тебя сутки! И передавай привет своей кисуле, – подмигнул ему охранник, открывая камеру. "Какие сутки?", хотелось спросить Дереку, но задавать этот вопрос охраннику было бессмысленно. А вот Стайлзу – в самый раз. Да и про «кисулю» вопрос сам собой закрылся. – Какие, нахрен, сутки? – прорычал он, когда за ним закрылась дверь и они со Стайлзом остались наедине. Парень разгружал пакеты с едой и немного виновато смотрел в ответ. – Ну... Ну... понимаешь... – Это ты, блять, понимаешь?! – Ну... – Что «ну», Стайлз?! – Для правдоподобности. – Для какой еще правдоподобности?! – теперь он по-настоящему зарычал. – Питер сказал, что пустят только на сутки либо родственника, либо ну... меня. – Даже не знаю, что хуже: ты на сутки или Питер. – Я еды принес. Сам готовил. – Стайлз! Какого хера ты не в Бейкон Хиллс?! – Дерек действительно не понимал, что происходит, и поэтому начал выходить из себя. Зато волк внутри, судя по всему, был весьма польщен тем, что Стилински в Рождество променял всех на него и сейчас сидит тут, а вокруг пакеты с совершенно точно домашней едой. Волк был просто счастлив. В отличие от Дерека. – Да справятся там без меня! Отец с Мелиссой встречаться начал! Представляешь? Рождество вместе со стаей отметит. Они все понимают, что ты один! И я решил остаться. Вот… Хотя, можешь не благодарить, – Стилински вроде бы тоже разозлился и Дерек учуял его злость, но она быстро трансформировалась в обиду, а сам парень сел на стул и отвернулся. – У тебя вроде кто-то был, – уже спокойнее сказал Дерек. – Да никого нет, – дернул плечом Стайлз. – Ешь садись. Тут явно дрянью какой-нибудь кормят. Охрана пирог отжать хотела, но я не отдал, – пацан улыбнулся, переключаясь, и вытащил из пакета одно из блюд, закрытое фольгой. Волк радостно заскулил. Дерек, наверное, впервые в жизни пожалел, что он – оборотень. Потому что человеческого в нем сейчас было лишь обличие, в остальном он был волком. Обычно контролировать себя труда не составляло, но чем дольше он сидел в клетке, тем острее он реагировал на Стайлза, который пах собой и, практически, больше никем. Он медленно приблизился, сел напротив, взял блюдо, сорвал фольгу и вгрызся в румяный бок, не став сдерживать довольный стон. Было очень вкусно. Стайлз был прав, тюремная еда не шла ни в какое сравнение. Поразительно, но они с волком единодушно успокоились, переключив внимание на еду. Минут через пять Хейл скосил взгляд на Стилински, который сидел напротив и счастливо улыбался, наверное, потому, что его еду еще никто так не... жрал. Дерек прожевал и посмотрел исподлобья. На что Стайлз только глаза закатил и махнул рукой: – Ешь. Я блин два дня убил на эту кухню. Так что ты сожрешь все. Он начал снова возиться с пакетами и Дерек обнаружил в свертках и мясо, и пироги, и запеченные овощи, и даже сладкое. В общем и целом все то, чем тут не кормили. Стилински сходил в маленькую ванную, налил в электрический чайник воды, щелкнул включателем и вытащил из пакета мешочек. – Это, кстати, тоже пытались отжать. Дерек повел носом и уловил аромат настоящих засушенных трав. – В центре есть лавка, я туда иногда захаживаю. Там мешают сборы по рецептам. Этот просто офигенный. Тебе понравится. – Во сколько это обошлось Питеру? – чавкая и даже не заботясь о манерах, спросил Дерек. – Что именно? – Твоя задница в мои руки на сутки, – пояснил он, с удовольствием наблюдая, как появляется и густеет румянец, проступивший на лице Стайлза. – Не много. Пару тысяч он переживет, – буркнул парень, отворачиваясь и принимаясь рассыпать травки по двум совершенно безликим белым бокалам, которые стояли тут же на столике. – Что-то дешево. – Наверное, потому что я – не шлюха. Или ты расстроен? – Я счастлив. – Да? – Ага. Тому, что дядюшка не разорит наш бизнес. И тому, что ты – не шлюха. Тебе не пойдет ею быть. В глазах Стайлза он увидел немой вопрос, правда, не мог понять, что именно за вопрос. После чего пацан фыркнул: – Благодарю за комплимент. Сомнительный, правда, – затем разлил кипяток по чашкам и ушел на кровать, где, прислонившись к спинке и подушке, взял с тумбочки пульт от телевизора и включил его. Не слишком громко, просто для фона. Было видно, что он хочет спать. Дерек только раз обернулся, продолжая есть: парень вымотан, видимо, учебой и работой, а тут еще готовка для него. Это... приятно. Да. Ему понадобилось еще полчаса, чтобы утолить первый голод, прежде чем он выдохнул, сделал глоток уже остывшего травяного отвара и пошел к кровати. Стайлз молча подвинулся, давая ему место, и Дерек вытянулся рядом, глядя на экран телек, где шло какое-то рождественское шоу. Он сам захотел спать после всего съеденного и, глядя шоу, подумывал о том, чтобы подремать, когда в нос неожиданно ударили новые запахи. Неуверенность, нервозность, пахнущие кислотой и апельсинами. А потом Стилински сказал то, от чего вся его сонливость просто слетела. – Дерек, займись со мной сексом. Дерек медленно повернул голову и посмотрел на него. Волк чуть ли не подпрыгнул от внезапно свалившейся «радости» и нетерпеливо завилял хвостом. Волк вел себя, как проклятый ретривер! – Ты ебнулся? – просто спросил он, кое-как усмирив зверюгу. – Нет, – тихо, но твердо ответил Стайлз. – Почему я? – волк явно был не согласен с дебатами и начал скулить. Он не понимал, почему они все еще разговаривают, вместо того чтобы заняться тем, что предлагал человек. А вот Дерек очень хотел разобраться в происходящем. – Потому что... это ты. Дерек удивился такому ответу еще больше и не стал этого скрывать. Но глаза его все равно покраснели. Стайлз от этого дернулся, но вопреки страху, который почуял волк, упрямо уставился, нахмурившись. – Стайлз. – Ну, чего?! Господи, боже мой, Дерек! Я, черт возьми, девственник! Ну, с той стороны... И только недавно понял, что мне нравятся парни! Но... то, что было... Не то! Я больше не хочу думать, что секс с малознакомыми парнями – это феерия. Потому что это не так! А ты... Ты – свой. Мы... давно знакомы. Пусть лучше это будешь ты... – последние слова он почти прошептал, смущенно опустив голову. А вот волк от таких признаний зашелся радостным скрежетанием когтями по ребрам, пусть фантомно, но внутри и впрямь что-то кольнуло. – Или что, хочешь сказать, что у тебя тут секс так часто, и ты хочешь отказаться от того, что я сам предлагаю? – все же включил "Стайлза" Стайлз. – Сколько у тебя секса не было? Два года? – Два с половиной, – отозвался Дерек, взвешивая все «за» и «против» в голове. – Или я настолько плох? – Нет. Ты чертовски пиздлив, Стилински! – рявкнул он. – И что ты сделаешь? – Стайлз не придумал ничего лучше, кроме как подначить. – То, что я могу сделать, тебе вряд ли понравится. – Почему? – Потому что ты – человек. А я – нет. – Я знаю. – Нет, Стайлз, ты НЕ знаешь, – прорычал Дерек. Он резко повернулся, Стайлз оказался прижатым к кровати большим телом и громко сглотнул, потому что глаза оборотня стали насыщенно-красными. Он боялся, Дерек ощущал это всем нутром. И решительно смотрел в ответ. Это заставляло злиться еще сильнее. И, черт возьми, начинало возбуждать. Волк внутри ощущал восторг и аромат смущения. Девственник. Блять, Стилински все еще целка и сам пришел к волку. Дерек тихо рыкнул. – Долбаная Красная Шапочка... Стайлз распахнул глаза, а потом ухмыльнулся: – Так я все же тебе интересен? – Волку. Ты, Стилински, интересен волку. Я сейчас даю тебе последний шанс. Потому что потом ты будешь скулить. Дерека тут же обдало волной жаркого молодого возбуждения. Собственно, это и был ответ. Он выпрямился, стоя на коленях на так называемой кровати, глубоко вздохнул, но удержать волка все равно не смог бы, да и не хотел, если честно. Он, и правда, не трахался уже давно, а мальчишка сам предложил. И он честно несколько раз давал возможность отказаться, но Стайлз не захотел. Дерек стянул верхнюю часть тюремной робы резким движением, открывая взору накачанное тело. Возбуждение Стайлза тут же шибануло в нос, и он совсем по-звериному фыркнул и мотнул головой, чувствуя, как контроля над волком становится все меньше. – Раздевайся, если не хочешь возвращаться голым, – он выразительно глянул на мальчишку и сжал и разжал кулак, демонстрируя когти. Стайлз попытался подняться, но Хейл сжал коленями его бедра, и ему пришлось стягивать толстовку и кофту лежа. Оборотень лишь облизнулся, глядя на стройное молодое тело. А потом склонился, ухватил Стайлза за бока и лизнул – от пупка до шеи и выше, за ухо, а когда тот мелко задрожал, несильно куснул за горло и поцеловал, врываясь языком в рот и не давая возможности даже вздохнуть. Кажется, поцелуя Стайлз не ожидал. Видимо, когда шел сюда с этой мыслью, в его голове бродили любые картинки, кроме такой. Но он не знал одной простой вещи: волки – очень тактильные. Внутренний волк и его человек – это одно целое, и желания у них общие. И, ложась с кем-то в постель, они жаждут обладать, проявляя это через поцелуи, укусы, вылизывания. Любой способ, который оставит след. Да и сам Дерек любил подчинять и знал, как это сделать всего лишь с помощью поцелуя. Он уже достаточно вырос, чтобы не волноваться о том, что подумает партнер, да и Кейт Арджент мертва. С тех пор были другие. И его волк каждый раз хотел заявить свои права. Чаще всего приходилось сдерживаться, чтобы не показать сущность. А тут – член стаи. А значит, можно выпустить на волю все свои желания. Вернее, желания волка и человека. А Дерек был вынужден признать – Стилински за последние пару лет набрал в мышечной массе, плечи расправились, черты лица заострились. Такой действительно был способен вызвать желание. Впрочем, и вызывал. Неожиданно, но в самый раз, чтобы взять то, что предложили. Желание и жажда обладания стали еще сильнее особенно сейчас, когда Стайлз не мог угнаться за ним, пытаясь отвечать на агрессивный больной поцелуй. Который длился и длился, а в нос пробирался запах возбуждения и восторга, юного и такого отчаянного. Дерек не сдержался и, отодвинувшись, усмехнулся: – Давно мечтал, я смотрю? – Да пошел ты, – тут же на автомате вякнул пацан. Дерек рыкнул на такое хамство и, склонившись к шее мальчишки, принялся ее вылизывать, удерживая чужие руки прижатыми к матрасу. Пусть потрепыхается. Так интереснее. И Стайлз трепыхался, ерзая и только сильнее вжимаясь пахом. В отличие от свободных штанов тюремной робы, Стайлз был в джинсах. Дерек порыкивал, когда их члены соприкасались сквозь ткань. Стайлз неизменно задыхался, когда слышал этот рык и чувствовал клыки на собственной шее. Эти клыки, судя по реакции, и пугали, и заводили, что нравилось оборотню отдельно. Дерек вдруг отодвинулся и, взявшись за пояс, принялся расстегивать чужие джинсы. Стайлз затих и теперь наблюдал за ним во все глаза. – Снимай, – наконец велел Дерек и поднялся с кровати. Все равно ему самому спокойствия на это не хватит и лучше переключиться. Он нашарил смазку в одном из принесенных Стилински пакетов, избавился от штанов и белья и повернулся к Стайлзу, который как раз стягивал трусы и замер, когда увидел его голым. Взгляд его был прикован к паху. Дерек тоже мельком глянул вниз. Большой налитой темный член с крупной головкой. Он был чертовски возбужден. Ну, а пацан знал, куда и к кому шел. – Уже страшно? – по-звериному усмехнулся он. Стайлз фыркнул и, наконец, избавился от последнего клочка одежды. – А зря. Прелюдии не будет, – голос его все меньше походил на человеческий из-за мешавших нормально говорить клыков и волка, который рвался наружу. И вот теперь Стайлзу стало не по себе, судя по тому, как он сглотнул. Оборотень усмехнулся, облизывая клыки. Да, Стайлз не был девушкой и сейчас смотрел больше с испугом, чем с темной поволокой желания в глазах. Но в комнате отчетливо витал запах любопытства и возбуждения, а значит, парень все же соображает правильно, понимает, что будет. Просто для него все это в первый раз. Секс с оборотнем – в первый раз. И волк Дерека внутри приплясывал от нетерпения, зная, что будет первым. Не надеялся же Стилински, что Дерек подставится сам? – Эй, Хейл, – позвал Стайлз. Дерек сверкнул алой радужкой и вопросительно приподнял брови. – Просто... помни, что у меня нет регенерации. Да, это был явный минус. Потому что истосковавшемуся по простой близости волку хотелось не просто заняться сексом, а завалить и выебать. Два с половиной года и для мужчины, и для его зверя – очень большой срок, а тут такое гибкое жилистое тело. – Об этом, Стилински, надо было думать до того, как ты остался, – оскалился Дерек, приласкал себя и двинулся к кровати. – Современная медицина тебя спасет. Питер оплатит, будем надеяться. Стайлз инстинктивно пополз назад по кровати, вжимаясь в подушку, но Дерек, подойдя, бросил смазку на серое тюремное покрывало и дернул его за ногу на себя. – Дерек, – только и успел пискнуть Стайлз. Но его уже не слушали. Дерек глубоко дышал, шумно втягивая воздух, и даже не пытался контролировать себя, отчего на мальчишку смотрели красные глаза альфы. Стайлз дернулся и вцепился в покрывало, когда влажный язык коснулся лодыжки и пошел дальше – к колену, потом к бедру и собственно паху. – Дерек,– снова пискнул Стайлз, когда нос уткнулся в лобок, а тяжелое тело придавило ноги. Дерек хмыкнул, осознав, что парень задумал все давно и его решение не спонтанное, раз его лобок сейчас был гладко выбрит. Кожа тут была нежная и покрасневшая, и он с удовольствием прикусил ее слегка клыками. – Только не обрати меня, волчара! Слышишь?! – панически заверещал Стайлз, глядя на лохматую макушку оборотня. Дерек фыркнул на это и снова прикусил нежную кожу, вырвав испуганный писк. Волка он хоть и отпустил, но обращаться и терять полный контроль явно не собирался. Зафиксировав бедра Стайлза, он с удовольствием водил носом по бедрам и животу, обходя стояк. Тот, хоть и верещал, но был возбужден, а значит, всем все нравилось. Даже если Стайлз думал и говорил иначе. Он бы посоветовал ему выключить мозг, но понимал, что тот не сможет. А значит, скоро на его голову посыплются проклятья из этого болтливого рта. Удивительно, но в данном контексте Дерек не был против. Раздвинув ноги Стайлза, Дерек уткнулся носом в паховую складку, где запах был сильнее. Кожа уже покрылась испариной и казалась очень вкусной, когда он широко лизнул ее. – Дерек! Ты... какого черта... делаешь?! Дерека ударило волной смущения. Тогда он спустился языком чуть ниже, и Стайлз предсказуемо попытался вырваться, начав фонить паникой. Дерек не стал утруждать себя ответом. Он сначала выпустил когти, которые впились в бока, отвлекая, а когда Стайлз зашипел от боли, быстро его перевернул, чтобы было удобнее. Хоть он и обещал, что прелюдии не будет, но и отказать себе в удовольствии испробовать на вкус всего человека не мог. Волку хотелось узнать, какой он, почувствовать на языке, поэтому Стайлзу только и оставалось, что возмущаться и верещать в подушку, пытаясь выбраться из-под когтистой хватки и тяжелого тела, от чего его бока быстро окрасились красным. Кровь, ударявшая в нос волка снова и снова, будоражила все сильнее. Дерек понимал, что больше не может, что нужно утолить этот голод, чтобы потом спокойно насладится вкусом и запахами. Он потянулся за смазкой. Все остальное придется оставить на потом. Стайлз, видимо, заметивший подозрительное затишье в районе своей задницы, которую тоже уже успели прикусить и облизать, обернулся и уставился на Дерека, который снова выпрямился на коленях и, открыв полупустой тюбик смазки, вылил себе на пальцы немного, размазывая по подрагивающему колом стоящему члену. – Дерек! Ты же не собираешься без подготовки?! – глаза парня округлились в ужасе. Видимо, осознал, что мало того, не состоялся римминг, так еще и подготовкой оборотень решил не утруждаться. – Дерек, твою мать! Приди в себя! – он развернулся и дернулся к оборотню, собираясь, судя по всему, встряхнуть. Но Хейл перехватил его одной рукой и снова повалил на кровать, задницей к себе. – Дерек, я серьезно! Я, мать твою, не хочу в больницу в Рождество с порванной задницей! Дерек его слышал. Сквозь шум крови в ушах. Волк внутри бесновался от предвкушения, подвывал и торопил. Краем сознания он понимал, что его волк изголодался и сейчас полностью пытается перехватить контроль. И это было не слишком хорошо. К тому же да, парень был прав. Но все, на что его хватило, это с трудом убрать когти и вставить два смазанных пальца в тугую дырку. Стайлз под ним тут же заорал, а Дерек застонал на пару с волком, ощущая, как вокруг пальцев судорожно сжимаются не тронутые еще ни кем мышцы. – Дерек! Сука! – Стайлз взвыл в подушку. Дерек склонился и прорычал ему на ухо: – За суку ответишь, – и начал двигать рукой, кое-как растягивая тугие мышцы. Причем больше заботясь о себе, нежели о Стайлзе. Будь он человеком, вероятно, он относился бы иначе, но он человеком не был. Когда он вытащил пальцы, мышцы едва ли расслабились, а Стайлз под ним забился: – Дерек! Нет! – но его никто не слушал. – Дерек... Нос улавливал ароматы паники, страха и притаившегося меж них возбуждения. Вероятно, Стилински и сам не подозревал о своих истинных желаниях. Поэтому Дерек не реагировал на его крики. Он положил руку между лопаток парня и снова выпустил когти, словно пригвождая его к кровати. Стайлз дернулся и всхлипнул. От него дохнуло отчаянием. Дерек шумно втянул его носом, глухо зарычал и начал медленно погружаться в тугой жар, второй рукой снова вцепившись в бок парня. Стайлз шипел, потом стонал, потом всхлипнул и сжался. Дерек чувствовал, что ему больно, чертовски больно, но он больше не пытался вырваться. Войдя полностью, Дерек замер, давая волку то, чего тот так хотел, и аккуратно забирая хоть часть контроля. Он не двигался, а Стайлз под ним мелко дрожал. Он накрыл его своим телом, вытащил когти, одной рукой уперся в кровать, а второй обнял Стайлза и прижал к себе. – Я предупреждал тебя, – получилось по-звериному. – Ты не послушал. И медленно толкнулся, шикнув на волка. Стайлз был членом стаи. Калечить он не собирался. Парень вздрогнул всем телом и глухо болезненно застонал. Дерек чувствовал его боль, обещал себе, что вытянет ее, но не сейчас. Просто потому что не мог сконцентрироваться, особенно когда его начало обволакивать запахом отчаяния и соленых слез. Он знал, Стайлз плачет от боли. – Я предупреждал... – снова глухо прорычал Дерек, словно оправдываясь, и, выйдя практически полностью, толкнулся снова. Стайлз ничего не ответил. Он словно закаменел и только завыл на одной ноте, когда оборотень принялся толкаться размеренными толчками, точно растягивая удовольствие для себя. Дерека сжимало так, что перед глазами начали мелькать яркие всполохи сквозь красноту собственной силы. Он толкался медленно и грубо, на всю длину, оставляя внутри только головку; слышал, как рвется наволочка под пальцами пацана, как тот болезненно поскуливает. И, черт возьми, это был действительно приятный звук. Волк внутри довольно рычал, жмурился и подталкивал к тому, чтобы увеличить скорость, дать насладиться им обоим. Но Дерек пока не позволял. Уткнувшись во влажный затылок носом, он глубоко вдыхал влажный жар, облизываясь и усмехаясь. Ровно до тех пор, пока Стайлз не нашарил его руку и не подтащил к себе. А затем Дерек вместе с волком удивленно зарычали – мальчишка впился зубами в его запястье и завыл еще сильнее. Дерек точно протрезвел, встрепенулся и замер. Его иногда кусали любовники-люди, но никогда так... отчаянно, что ли. Укус был сильным, он это чувствовал. Волк начал нетерпеливо порыкивать, но Дерек вдруг совершенно по-человечески велел ему заткнуться. Потом выпрямился, поднимая и Стайлза, который пронзительно пискнул, когда из-за смены позы член вошел глубже. Дерек положил вторую руку ему на грудь, потерся носом о шею, потом лизнул и тихо прошептал: – Прости, – а по его руке, от пальцев до плеча, поползли черные нити-вены. Его начало мутить. Стайлзу действительно было больно, но он чувствовал, что зубы на его запястье постепенно разжимаются. Прошло не меньше минуты, прежде чем Стайлз, наконец, глубоко вздохнул и отпустил руку Дерека, уложив ее на свое бедро. – Не мог... раньше так... сделать, животное?! – хрипло возмутился он, тяжело дыша. Дерек усмехнулся и уткнулся парню носом за ухо. – Я был занят. – Чем? Насилуя меня? Я так рад. Чертов придурок. Двигайся давай! – Стайлз дышал громко и все еще болезненно, но вырываться не спешил, только подрагивал в руках оборотня. Дерек, если честно, ждал, что он начнет вырываться, но пацан его удивил. Дерек убрал руку с бедра, уложив на живот, поглаживая, и толкнулся. Стайлз задохнулся и вцепился в обнимающие его руки. Дерек лизнул его за ухом и снова толкнулся, на это раз сильнее, а потом еще раз и еще. Стайлз еле слышно застонал. Дерек краем сознания, которое снова начало затапливать, уловил тот момент, когда из болезненного, стон начал переходить в возбужденный. Волка это несказанно обрадовало, и толчки стали еще интенсивнее. Дерек и правда не хотел причинять боль, но зверь внутри него слишком обрадовался предложению и остановить его оказалось трудно. Теперь же все было иначе. Дерек принялся изучать руками чужое тело, которое подрагивало и стонало, в нос настойчиво лез запах острого возбуждения, и скоро Стайлз громко стонал, но теперь уже не от боли. Дерек снова уткнул его лицом в подушку, расставил ноги пошире и начал двигаться в хорошем темпе, так, как ему нравилось, придерживая за бедра и наслаждаясь видом красивой выгибающейся спины. Стайлзу пришлось подстраиваться под новый темп и ему удалось. А потом он и вовсе начал себя ласкать, мягко красиво постанывая. Несмотря на два года воздержания, Дерек кончил не сразу, а потом не сдержался, принялся целовать и облизывать подрагивающего в посторгазменной неге человека, удовлетворенно зная, что его сперма сейчас находится внутри. – Ф-фу... н-ну... ф-фу... вол... волч... волчара... – вяло отмахивался от него Стайлз. Дереку конкретно сейчас было насрать на все возмущения. И он, и его волк наслаждались видом и запахами, лежа на парне сверху. – Слезь, – вяло трепыхнулся новоявленный любовник, когда его укусили за ухо. – Ау! Дерек... Дерек только сдвинулся в бок, но все равно навалился. Ему было хорошо. Стайлз выглядел затраханным, встрепанным, от него фонило удовольствием, несмотря на то, какое выражение лица он пытался строить, в заднице была его сперма… Дереку действительно было хорошо. Стайлз распластался звездочкой, зарылся руками в подушку и повернулся к мужчине. – Я тебя сейчас так ненавижу... – Пиздишь, Стайлз, – отозвался Дерек, все еще сверкая алой радужкой Он. Удовлетворил только первый голод и от подарка, так любезно приехавшего сюда на сутки, отказываться больше не собирался. Стилински, конечно, не был женщиной или хотя бы тем, кого Дерек изначально мог воспринять как сексуальный объект, но его зверь урчал от удовольствия. Было приятно обладать юным телом, зная, что раньше подобного не делал никто. – Только не влюбись в меня, волчара. – А я смотрю, тебе понравилось. – Не сказать, что я был рад, когда ты запихнул в меня свой член. А теперь из меня вытекает твоя сперма. Это было обязательно? – Что? – Кончать в меня? Дерек протянул руку, огладил искусанную ягодицу, а затем пальцы скользнули в растраханную дырку. – Дерек! – тут же взвился парень. Оборотень провернул пальцы внутри по сперме и удовлетворенно рыкнул. – Ага. Это что-то явно... волчье... Хейл, вытащи оттуда свои пальцы! Дерек покорно послушался. Только для того, чтобы сдвинуться вниз и развести его бедра, устраиваясь между ними – Дерек? – обернулся Стайлз, подозрительно прищурившись. – Меня пугает, что я так часто произношу твое имя. Что ты собрался там делать, чертов коврик коридорный? Дерек предусмотрительно схватил его за бока, не давая ни сдвинуться, ни вырваться, а сам лизнул припухшую дырку и просунул туда язык. Стайлз взвился и взвизгнул, совсем как девчонка. Кажется, даже проклятья сыпал, но его никто не слушал. Дерек с удовольствием вылизывал жаркую дырку, чувствуя вкус Стайлза и своего семени, предвкушая, как скоро будет трахать мальчишку снова, снова окажется внутри него и на сей раз все будет уже иначе. – Пусти! Ну, Дерек!.. Дерек отпустил бока и с удовольствием слегка воткнул когти в спину, вновь пригвождая мальчишку к кровати. Он чувствовал, что снова возбуждается, как и Стайлз, запах лишь усиливался и нот страха слышно не было. Зато дикое смущение щекотало ноздри, заставляя утробно рычать. – Да не рычи ты! О, господи... – Стайлз, сжимавший в пальцах наволочку, уткнулся носом в подушку. – Дерек, не надо. Это... господибожемой... Это ужасно... Это было ужасно стыдно для Стайлза, но не для волка. Он буквально пометил пацана своим семенем и теперь зализывал саднящее горячее отверстие, пытаясь на уровне инстинкта извиниться за причиненную боль, и вместе с тем удостоверялся, что только что именно он его трахал. Волк за два с лишним года истосковался слишком сильно, а сам Дерек не видел причины не дать своему зверю того, чего он так хотел. Поэтому продолжил вылизывать припухшую дырку, иногда задевая снова полезшими клыками нежные складки. – Господи, Хейл... Дерек ненадолго оторвался от своего занятия и уставился на Стайлза, который, неудобно вывернув шею, смотрел на него, закусив губу. Стилински был красный от смущения и стыда, но Дерек улавливал запах возбуждения. Поэтому он только оскалился и вернулся к своему занятию. Ему никогда не нравится сын шерифа. Он был слишком активным, слишком назойливым, лез вечно не в свое дело, пару раз даже подставил его, да и наличие отца-копа не добавляло Стайлзу популярности. Но весь прошедший год и то, что случилось несколько минут назад, что-то изменили. Дерек стал иначе смотреть на него, иначе думать о нем. Он поймал себя на мысли, что хочет... обладать Стайлзом. И не в физическом смысле, хотя и в нем тоже. Он хочет, волк хочет, чтобы этот человек принадлежал только ему. Стал Парой. Питер был бы счастлив узнать, что его племянник окончательно сбрендил в этих стенах. – Господи, – снова простонал Стайлз. Дерек оторвался от дырки и провел языком вдоль позвоночника, поднимаясь над Стайлзом, опираясь на руки. А потом прикусил за загривок, одновременно снова входя в него. Стайлз хотел было возмутиться, но вместо этого задохнулся от ощущений. По сперме и смазке было уже не так больно, Дерек знал это. Но все же замер, давая время, чтобы привыкнуть. А когда Стайлз дернул бедрами, задвигался. – Ты не мог... полчаса... подождать? - не мог не высказаться Стилински. Дерек утробно рыкнул, но ответил: – Это только начало, Стайлз. – О, боже... Нахрена я... согласился... на сутки… – он хотел еще что-то сказать, но оборотень чуть сместился, изменив угол проникновения, и он громко застонал, и в этом стоне совершенно точно не было недовольства. В этот раз все вышло иначе. Стайлзу уже не было больно и он притих, стараясь не провоцировать альфу, фоня на всю комнату кайфом и любопытством. Дерек не понимал последнего, но предпочел пока что сосредоточиться на том, чтобы им обоим было хорошо. Потому что Стайлз – часть стаи, тот, кто приходил последний год. И имеет право на то, чтобы и ему было хорошо. Уткнувшись лбом в затылок, Дерек двигался и тихонько рычал, пока пацан под ним, не стесняясь в способностях своих голосовых связок, демонстрировал уровень удовольствия. Волк внутри от этого только облизывался и подвывал, довольный тем, что мальчишка не отталкивает, что пришел сам и получает наслаждение. Дерек и мог бы возмутиться, но не стал. О том, что сейчас происходит, подумает он спустя сутки. Через четыре часа Стайлз уже даже отползти не мог, хотя полчаса назад они устроили славный забег по комнате свиданий. Стайлз обзывал Дерека озабоченным извращенцем, Дерек в ответ лишь скалился. Сейчас он оставил мальчишку в покое, позволив отдохнуть и поспать. Он и сам подремал, а потом смотрел телевизор без звука, пока Стайлз спал на его груди. Все вдруг изменилось. Стайлз перестал быть раздражающим ребенком. Теперь он был раздражающим любовником. И Дерек понимал, что не отпустит. Волк был согласен. Правда, Стайлз мог быть не согласен, но изменить он уже ничего не сможет, а жить с Парой, которая не хотела этих отношений, он не слишком желал. Поэтому старался ни к кому не привязываться. После Кейт. А теперь вот... Стайлз. И сейчас самым лучшим вариантом будет оставить просто все как есть. Ему все равно сидеть еще пять лет, поэтому требовать чего-то от молодого парня, у которого еще все впереди, он просто не имеет права. Все, что доступно сейчас ему, это оставшиеся восемнадцать часов, секс и запах стаи. Запах Стайлза, ставший за последние почти два года самым привычным. Возможно, поэтому волк и воспринял Стилински как вторую половину – из-за одиночества. И это еще одна причина не делать ничего. Он не отпустит. Он будет ждать. Дерек только прикрыл глаза, удивляясь, как додумался до всего этого. Волк упрямо молчал и довольно толкал в сторону Стилински. Стайлз пошевелился спустя еще час. Ну как, забарахтался, поднял сонные глаза и вздохнул: – Я тебя ненавижу, Хейл. – Ты же понимаешь, что я слышу твое сердце, – усмехнулся он. – Так и услышь. Я не вру. Пацан не врал. Частично. Потому что сердце чуть ускорило свой бег, но это была вялая ненависть под влиянием момента. Да и не сказать, чтобы Стайлз мог ненавидеть того, под кем кончил в общей сложности пять раз. – Теперь твое любопытство удовлетворено? – спросил Дерек. Парень зевнул, даже не собираясь слезать с его груди, и буркнул: – Что-то у меня подозрение, что это еще не конец. – Надо же. Что-то умное ты еще можешь говорить, – Дерек подтянул его ближе к себе и огладил ягодицу ладонью, не сильно сжимая. Стилински тут же покраснел и завопил: – Только не пальцами... туда... Дерек его, разумеется, не послушал. Он должен был проверить, есть ли повреждения. И да, он от этого кайфовал. Когда он нырнул пальцами в растраханную дырку, Стайлз всхлипнул. Он мягко ощупал подушечками стенки; он чувствовал повреждения, но крови не было, а значит, каким-то невероятным чудом ему удалось не порвать мальчишку. Он не отказал себе в удовольствии немного поласкать так сладко всхлипывавшего от его пальцев Стайлза. А потом снова его трахнул, но теперь все было медленно, он наслаждался видом покрытого ссадинами и порезами тела, запоминал каждое ответное движение любовника, чтобы легче было пережить еще один год в тюрьме. Стайлз отрубился сразу и проспал еще час. Дерек за это время успел сходить в душ, обтереть парня влажным полотенцем и нормально уложить. Сев за стол, он принялся есть, рассматривая любовника. Он вдруг подумал о том, что пока они трахались, он не смотрел ему в глаза. Волк внутри тут же приглашающе вильнул хвостом, но Дерек его осадил. Сейчас он был относительно сыт и спокоен, а парню нужно время, чтобы хоть немного восстановить свои силы. Все будет позже. Доев почти половину из принесенной Стилински еды, Дерек снова лег на постель рядом и прикрыл глаза. А спустя час услышал хриплый стон: – Воды-ы-ы-ы... Дерек принес ему воды. Стайлз присосался к бутылке и выпил почти все пол-литра, после чего откинулся на подушку. – Так не бывает... – пробормотал он. – Как? – Чтобы человек... мог столько... заниматься сексом. – Человек, наверное, и не может, – пожал плечами Дерек. – Но я и не человек. – Зато я... всего лишь человек, – пробормотал Стайлз. Дерек, сидевший рядом и облокотившийся на вторую подушку, рассматривал его. Тот лежал с закрытыми глазами и глубоко дышал. – Я без сил... – И у меня в запасе еще полдня точно, – дернул бровями Дерек. Стайлз помолчал, а потом произнес: – Зачем? – Что «зачем»? – Зачем ты это делаешь? – Ты сам попросил. И мне понравилось. – Трахать меня? – Быть с тобой, – возразил Дерек. Стайлз в удивлении вздернул брови: – Я же тебя раздражаю! – Постоянно, – подтвердил Дерек. – Ну и... где логика? Или ты, наконец-то решил признать, что я не так плох? – Это слишком непростой вопрос, чтобы я мог ответить односложно, – отмахнулся Дерек. – Но, раз ты уже такой бодрый, чтобы донимать меня глупыми вопросами, значит, я могу продолжить. – Он ухватил Стайлза за бок и подтащил к себе. Тот сопротивлялся, но его это не спасло. К концу отведенных суток, Стайлз с трудом мог шевелиться, а потому покидал тюрьму буквально ползком. Перед тем как выйти из комнаты свиданий, его прижали к стене и не выпускали минут двадцать. Сначала Дерек его жадно целовал, царапая губы клыками, теперь уже намеренно, чтобы оставить следы, в дополнение к тем, что у него уже были по всему телу. Дерек только вместе с волком довольно улыбался, зная, что меньше, чем через сутки все эти следы увидит стая. После поцелуев Дерек переключился на шею и просто уткнулся носом в теплую кожу, вдыхая запахи секса, стаи и самого Стайлза. Волк где-то в груди уже начал поскуливать, зная, что, возможно, это все, что у него осталось – запах. Его пугало то, что он чувствовал. Он так не хотел ни к кому привязываться. В прошлый раз было очень больно. В этот раз, он мог просто не позволить случиться тому, чего он не хотел. Он хотел, чтобы Стайлз остался с ним. Хотя понимал, что впереди его ждет еще много лет в этой клетке. Честно говоря, после этих суток он был готов к тому, что Стайлз не придет в новом году. Но его страхи не оправдались. Стайлз, как всегда улыбчивый и болтливый, ждал его за стеклом в субботу.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты