(Не) Сбывшееся

Выйдя во двор, Уокер увидела, что из лазарета выводят всех, кто там находился. У кого-то еще были травмы, но по большей части, почти все, кому требовалась помощь находились в порядке. Но было еще что-то. Непризнанная заметила, что около толпы демонов стоят Архангелы, что были готовы успокоить любого зачинщика, решившего устроить бунт. Геральд стоял чуть поодаль, облокотившись плечом о колонну, и устало оглядывал двор, не заостряя ни на ком внимания. Вики быстрым шагом направилась в сторону демонов, которые недовольно переругивались с Архангелами. — Что произошло? Ее сердце заколотилось, угрожая выбить грудную клетку, когда она заметила на запястьях Геральда серебряные браслеты с рунной гравировкой. В одночасье оставив все свои обиды, и то, что она только что видела, Вики встала почти рядом, с беспокойством заглядывая ему в лицо. Неужели это то, о чем обмолвилась Ребекка...? — Демонам ограничивают силу, — он хотел сказать ей что-то еще, но их прервал недовольный голос. Они оба повернули головы, когда один из толпы чернокрылых поднял голос, переходя на крик. — Доволен, Геральд? Ты должен был нас защищать, а сам первый согласился надеть эти кандалы! Ты вообще не достоин считаться демоном! Вики обожгло от полыхнувшей яростью энергии Геральда, когда тот дернулся в сторону чернокрылого, но она успела перехватить его за руку. Он перевел взгляд на нее, и Вики заметила, как в его глазах мелькнуло огненное пламя. Выдернув свою руку, он направился к стоящим демонам, угрожающе расправив крылья, и Уокер кинулась следом, в надежде, что до конфликта не дойдет. Вот что-что, а это сейчас точно не добавит им репутации. Она видела, что один из Архангелов отступил, с усмешкой пропуская Геральда вперед, к тому демону, что громче всех возмущался. Им явно было забавно наблюдать за всем этим. Даже делать ничего не нужно, демоны готовы сами перебить друг друга в приступе злобы и ненависти. Вики не расслышала о чем они разговаривали, но когда тот, что обращался к Геральду, раскрыл чернильные крылья, готовый хоть к драке, хоть к убийству, Уокер нервно сжала кулаки. Мысль о том, что у них остались только физические силы, в миг добавила ей переживаний. Однако, все недовольство пресеклось так быстро, что Вики не успела уловить что произошло. В один момент, Геральд буквально вбил молодого демона в стену, заставив того задохнуться от боли, и осесть на землю. К тому сразу кинулись пара демониц, присев рядом. Развернувшись к остальным, Геральд неспешно оглядел всех с презрением, ожидая слов, но в ответ было молчание. Ни у кого больше не возникло вопросов, и он, не церемонясь, оттолкнул крыльями в разные стороны нескольких стоящих, что загораживали проход, вышел из образовавшегося круга. Вики проследила за демоном взглядом, как и многие другие, но не стала догонять, решив, что ему нужно время, чтобы успокоиться. Ей показалось, что ему нанесли какую-то личную обиду. Иначе, он бы так никогда не среагировал на какие-то глупые слова. Возможно, она даже подозревала какую. И тогда, то, что показала Ребекка, скорее всего — было правдой. Дьявол. Тем временем, Архангелы успели угомонить еще пару чернокрылых, что решили продолжить разжигать пламя ненависти, подбивая и остальных своих собратьев. Вики хотела поговорить хотя-бы с Дино, но его либо не выпускали из башни, либо он уже мог не быть на территории школы. Очень жаль, она хотела бы увидеть его еще раз. Сейчас ей было стыдно от того, что она не нашла в себе сил подойти к нему тогда в лазарете. А теперь, возможно, они больше никогда не встретятся. Промаявшись еще час во дворе под присмотром Архангелов, как и все остальные учащиеся, Вики наконец услышала, что к школе прибыли несколько Серафимов и других приближенных к Шепфа. Они собрались перед входом в школу, что-то обсуждая, и пришли к окончательному решению: всех Непризнанных попросили проследовать к саду, где находилась статуя Равновесия. Стоял шум и гам, но Архангелы четко пресекали любые попытки, сопровождая небольшую группу оставшихся Непризнанных. К счастью, никто из них не погиб лишь по случайным обстоятельствам, укрывшись вовремя в лазарете. К задумчивой Вики тихо подкрался Энди: на его лице светилась улыбка. Он и так собирался встать на сторону ангелов, а здесь была двойная удача. Среди ангелов успел пойти слух, что можно будет либо вообще не сдавать экзамены, либо будет упрощенная версия. — Волнуешься? Вики отрицательно мотнула головой, не желая видеть его довольное лицо, что на данный момент вызывало только раздражение. Она не заметила, как сжала кулаки, но тут же расслабилась, обнимая себя за плечи. — Хочу побыть одна, извини. Она резко ушла вперед, догоняя нескольких серокрылых, и оставляя недоумевающего Энди позади. Та пара Непризнанных, что твердо собиралась стать демонами, сейчас ей была более приятной компанией. Вики надеялась, что до инициации она еще раз сможет увидеть Геральда, но когда они вышли к поляне, разбредаясь в небольшие группы, Уокер как никогда ощутила себя одинокой. — Думаю, нам стоит держаться вместе. Вздрогнув, и заслышав позади себя приятный женский голос, Непризнанная обернулась, непроизвольно улыбнувшись. Рашель, которой было плевать на все ограничения, что грозили демонам, встала рядом с ней, крепко держа за руку такого же Непризнанного. — Я рада, что хоть кто-то здесь не трус. Они согласно ухмыльнулись, соглашаясь с Уокер, и с отвращением оглядывая Непризнанных, что раньше планировали стать демонами. Те теперь стояли отдельной группой, так-же как и те, которые изначально шли по ангельскому пути. — Надеюсь, хоть кого-то из них выкинут в небытие, при просмотре воспоминаний. — Исайя прав. Либо ты идешь до конца, либо идешь нахрен. Уокер усмехнулась, сложив руки на груди. Ей нравились мысли этой пары. Будет просто несправедливо, если остальным Непризнанным возьмут, и простят нарушение запрета. Конечно, при том условии, если это нарушение было. Через четверть часа, в поле зрения всех Непризнанных ступила делегация в белоснежных одеждах. Рассредоточившись на поляне, вперед вышли Серафимы, и шепот смолк. Вики видела стоявшую вместе с ними Ребекку, что бесстрастно рассматривала всех, кому сейчас было суждено выбрать сторону. Немного позже подтянулись демоны, вставая поодаль. Все чернокрылые были с браслетами, обреченно рассматривали делегацию, что прибыла сообщить и вынести свои решения. Студентов-ангелов видно не было, но им это было и незачем. Вперед вышел один довольно молодо выглядящий Серафим. Тепло улыбнувшись, он пробежался взглядом серых глаз по Непризнанным, ожидающим инициации. Его обманчиво-приятное лицо источало доброту и желание ему довериться. — Меня зовут Серафим Гезария, и на меня возложены большинство полномочий самим Шепфа. Во всех подобных обстоятельствах я выслушиваю решения от остальных Серафимов, и принимаю окончательное, — Серафим сложил руки в молитвенном жесте, и продолжил, — вас уже должны были кратко ввести в курс того, что произошло. Хочу добавить, что те из Непризнанных, которые собирались стать демонами, могут передумать сейчас и принять сторону ангелов. Так-же как у тех, что изначально шел по ангельскому пути, ваши воспоминания не будут просматриваться. Все ваши грехи, если таковые имеются, останутся при вас. Это первый и последний раз, когда выносится такое решение. Вас просканируют только на искренность вашего желания стать ангелами. Уокер бросила взгляд на Рашель: та не скрывала отвращения на своем смуглом лице, скалясь и качая головой. Серафим Гезария еще раз улыбнулся всем, и к нему подошел один из Архангелов, передав список с именами, что будут подвергнуты инициации. — Бертон, Джон. Вперед, к Серафиму, вышел светловолосый парень со старших курсов, который давно уже метил в ангелы. Вики знала, что он был приятелем Дино, и они хорошо общались. Гезария тихо что-то спросил у него, и Джон ему согласно кивнул. Остальные Непризнанные замерли, когда к Джону подошел один из Престолов, и положив руки тому на виски, прикрыл свои глаза. Несколько секунд — и он кивнул Гезарии, отходя от них на три шага назад, ожидая следующего. Серафим Гезария улыбнулся, и развернув Джона, чуть надавил ему на плечи, чтобы тот встал на колени. Одним движением он вырвал серые крылья, окропляя свои белоснежные одежды, и положил руку на плечи скривившемуся молодому человеку, не давая ему упасть и удержав на месте. Он передал ему немного сил, чтобы новые крылья быстрее проросли. Через несколько мгновений, за спиной бывшего Непризнанного распахнулись белоснежные, мощные крылья, и он смог подняться, не скрывая довольного оскала. Они кивнули друг другу, и теперешний ангел отошел в сторону. Серафим снова взял свиток, зачитав следующее имя. — Гордон, Моника. Уокер закатила глаза, кривясь от всего этого пафоса, и с удовольствием бы слиняла, чтобы не ожидать своей очереди. Она знала, что скорее всего, будет последней, оттого не пылала радостью просматривать на показные мучения двух дюжин таких же как она. Она периодически, в надежде осматривала поляну, подмечая разные эмоции всех находившихся на ней, но они сливались в разномастную кучу, в итоге, лишь вызывая у Вики мигрень. Непризнанная надеялась, что Геральд все же придет. Если не ради нее, но он был одним из демонов, у которого будут как минимум трое тех, кто станет демонами. Ангелы явно были не намерены нянчиться с теми, кто станет не на их сторону. В итоге, когда через некоторое время Серафим назвал имя Исайи и тот вышел к нему, у них завязался разговор. Уокер пыталась вслушаться, отмечая некоторые слова. Нахмурив брови, она примерно разобрала их диалог, и была в шоке от того, что Серафим, получив отказ Непризнанного перейти к ангелам, начал запугивания. Она видела как напряглась Рашель, и сама переживала за то, что, мог ли тот внезапно переметнуться? И передумает ли, исходя из его решения Рашель? Это точно был бы полный провал. Но когда Вики увидела, что лицо Гезарии скривила маска недовольства, и как он намного грубее опустил Непризнанного на колени, выдирая крылья, что по итогу сменились черными, ей стало не по себе. Оставалось всего пятеро серокрылых, и Вики была морально готова к тому, что с ней явно будет разговор другой чем с остальными. Она видела, как ее мать бросала на нее многозначительные взгляды, и в них сквозила уверенность, какую сторону выберет ее дочь. Уокер почти упустила, как инициировали оставшихся, но она была рада, что и Рашель и Исайя остались при своем мнении, и сейчас стояли в таких же браслетах с остальными демонами. Услышав свое имя, Вики последний раз осмотрела поляну, не заприметив того, кого она ждала, и со вздохом разочарования прошла к Серафимам. Ребекка улыбалась, стоя позади Гезарии, у которого белоснежные одежды под конец были окрашены в карминный цвет. В каких-то местах он выглядел темнее, начиная подсыхать. В голове Уокер возникла параллель, что тот сейчас был похож не на ангела, а на мясника, а она прямой дорогой идет на забой. Она качнула головой, отгоняя настолько абсурдные мысли. Подойдя вплотную к Серафиму, Вики непроизвольно отметила, насколько он ее выше, что ей пришлось задрать голову. — Я рад встрече, Виктория. О тебе много шло разговоров. Вики почувствовала его энергию, что попыталась тронуть ее, проникнуть, аккуратно навязав то решение, что было выгодно ему. — Что вы делаете, Серафим Гезария? Она сказала это так тихо, что услышал только он. Энергия его моментально отступила, а он поднес к ней свои руки, не сводя обманчивого взгляда, что должен был дарить успокоение. Непризнанная заметила, что он напрягся на долю секунды, когда она это почувствовала. Вики не понимала, как легкое, но воздействие, не могли ощутить другие? Или воздействия не было? — Гезария, позволишь? Вики с Серафимом прекратили сверлить друг друга взглядами, и мгновенно перевели их на Ребекку, что тихо подошла к ним. — Не думаю, Ребекка. Отметив, как опасно сверкнул взгляд Гезарии, когда он обратился к Ребекке, Вики нахмурилась. Она чувствовала, что у них происходил ментальный диалог, при котором Ребекка явно проигрывала. И в итоге она просто кивнула, недовольно поджала губы и вернулась назад. — Виктория. Какую сторону ты хочешь принять? Вики сделала вид что задумалась, закусив губу, и прошлась медленным взглядом по всем Серафимам, что стояли позади с каменными лицами. Остановившись на матери, она некоторое время изучала ее, ожидая, когда же Серафим Гезария выйдет из себя. Но он был оплотом терпимости: даже его энергия, что распространялась на огромный радиус, показывая его статус и силу не колыхнулась, оставшись ровной. Вики ощутила соленый морской бриз, что окатывал ее теплыми брызгами. На ночном небе уже зажглись звезды, и выплыл тонкий серп луны, что прокладывал тонкую дорожку по теплым водам моря, отчетливо маня ее за собой. Она слышала крик белоснежных чаек, что летали над морем, и где-то вдалеке музыку. Она снова тряхнула головой, отбрасывая морок. Серафим пытался воздействовать на нее разными способами, уже заранее зная, что было так дорого ей, и какие воспоминания из прошлой жизни она берегла. Но все равно делал это аккуратно. Для остальных, наблюдавших за ними проходили минуты, для Вики же — были часы, так время замедлилось между ними. Видимо, она была очень важна для них, если на нее решили тратить свои силы сами Серафимы. Но, когда теплый морской бриз внезапно перебил свежий ледяной воздух, бросив на нее брызги стуженой горной воды, а одну из кричащих чаек перехватил в полете кондор, впившись в нее острыми когтями, Вики вздрогнула, как и Серафим, прекратив давить на сознание. Позади них на середину поляны тяжело приземлился Геральд, и не складывая крылья, двинулся в их сторону. Уокер готова была поклясться, что он, как и тот огромный кондор, что сломал одним движением хребет чайке, сделал бы тоже самое с Гезарией. Если бы мог. Голос Серафима, что был еще минуту назад вежлив и мягок, прорезали стальные ноты: — Мальчишка решил, что имеет силу? Уокер ощутила, как Геральд чуть не задохнулся от накатившей ярости, но смог совладать с ней. Гезария, явно почувствовав это, лишь усмехнулся, складывая в молитвенном жесте руки. Лишь сейчас Вики ощутила, какая между ними пропасть во времени. Выглядящий совсем юношей Гезария, которому было несколько тысячелетий и Геральд, что был мальчишкой по сравнению с ним, но выглядевший на десятки лет старше. — Ангелы теперь совсем не скрывают того, что переманивают к себе Непризнанных? Его голос гулом раздался по поляне, и демоны, что стояли в отдалении оживились. Послышались разговоры и выкрики. Уокер ощущала, как встрепенулась их энергия, пыхнув жаром: словно пробудившийся от долгого сна вулкан. Гезария вновь торжествующе усмехнулся, и следом за ним послышались другие смешки. Десятки глаз вцепились в демона, что угрожающе держал раскрытыми черные, как нигредо, исполинские крылья. — Виктория Уокер, какую сторону ты хочешь принять? Серафим проигнорировал вопрос, разворачивая к себе Непризнанную и вцепляясь до боли в ее плечи пальцами. Непризнанная видела перед собой серые глаза, что неотрывно смотрели в ее зеленые. Она удивилась, что он не пытался прочесть ее. Вики показалось на мгновение, как бы она не запрятала сейчас воспоминания, он сможет их сокрушить, настолько сильна была его энергетика. Он был абсолютно спокоен, но даже так она ощущала чуть подрагивающий вокруг него от силы воздух. Это напомнило ей самые жаркие дни лета, когда от нагревшегося асфальта так же исходил жар. Вики чувствовала энергию матери, что усиленно пахнула сладостью яблонь в этот момент, и энергию Геральда, где река усилила свой поток, разливаясь по устью, готовая затопить все. Она скривила губы в Неприязненной улыбке, оголяя верхние зубы. — Демоны. Гезария чуть приподнял бровь, нежно беря ее пальцами за подбородок, безмолвно интересуясь, уверена ли она? — Что-ж, твой выбор. Серафим не церемонясь повернул ее спиной, словно не желая больше смотреть в глаза, и надавил на плечи, так что она упала, ударившись коленями, но смолчала, стиснув зубы. Он дернул ей крылья, окропляя на сегодняшний день себя последними брызгами крови, и до боли сжал ее плечо, оставляя там синяки от пальцев. Уокер чувствовала, как его сила проходит сквозь нее, обжигая, и выбивает воздух из легких, заставляя задохнуться. Она знала, что он намеренно делал все больнее чем нужно. Пройдясь током по всему ее естеству до последнего, она ощутила режущую боль в спине — новые крылья ломали ее кости, пробиваясь наружу, и заливали спину горячей кровью. Она готова была потерять сознание от боли, но Гезария удерживал ее от этого, не дав впасть в беспамятство. Так, чтобы она чувствовала все. Вики готова была поклясться, что никогда ей еще не было настолько больно, но она закусила губу до крови, сжимая пальцы в кулаки, чтобы не проронить ни звука. Боль забудется довольно быстро, в отличии от ее действий, на которые смотрели десятки глаз. Вики не помнила, как Серафим поднял ее на ноги, самолично подводя к демону. На поляне царила тишина. Уокер хотела бы видеть все их лица, но циркулирующая болью мысль в голове перебивала остальные. Она мечтала отключиться, потому что спину жгло каленым железным прутом, и трезво соображать у нее с каждой секундой выходило все меньше. Она в тумане видела как вытянули ее руки, защелкнув на запястьях серебряные браслеты, и вся энергия что окружала ее, вмиг оборвалась. Все оборвалось, ее словно оглушили. Уокер успела уловить мрачный взгляд Геральда, когда ее сознание окончательно заволокло темнотой.