Свободу Баджору

В следующий раз Тони привели перед ужином. Локи был не один. Рядом с ним сидел высокий накачанный кардассианец со светлыми волосами. - Локи, брат, мама по тебе скучает. Почему ты ей не пишешь? - Ты мне не брат. А она не мать, - холодно ответил Локи. - Локи, ну что ты такое говоришь! Мы же любим тебя, как родного! Какая разница, чья кровь течет в твоих жилах, ты все равно наша семья! - белобрысый кардассианец порывался обнять Локи, но холодный взгляд зеленых глаз его остановил. - Тор, я тебя умоляю, сдерживай свои чувства, - Локи поморщился. - Ты же мужчина, так не веди себя по-бабски! Тем более, мы не одни! Тор обернулся. Увидел Тони. На его лице отразилось непонимание. - Ты что, его стесняешься? Он же баджорец, раб. Да ему место в трудовом лагере! Зачем ты вообще его позвал? Тони закатил глаза. Ну е-мое, как будто я сам захотел сюда прийти... Посмотрел на Локи и понял, что да, именно этого и хотел. На лице Локи отражалось страдание. - Баджорцы, к твоему сведению, тоже люди. Да, они примитивная раса, но у них есть чувства и мысли. И уйти здесь должен ты, а не он. Его я звал, а тебя нет, - тон Локи был смертельно холоден. Тор хлопнул дверью, обиженный в лучших чувствах. - Это твой брат? Вы совершенно не похожи, - начал Тони. - Не брат. Я приемный, - сквозь зубы процедил Локи. - А почему он такой блондинистый? Я думал, кардассианцы все брюнеты, а у него даже глаза голубые... - Альбинос. Еще есть дурацкие вопросы? Или за время, прошедшее с нашей последней встречи, ты все-таки придумал что-нибудь умное? - А расскажи о вашей культуре. Я ведь о вас совершенно ничего не знаю, кроме того, что вы все сволочи, - усмехнулся Тони. - Культура кардассианцев строится на чистом разуме. Вы, баджорцы, опираетесь на ощущения и суеверия, а нам дан природой совершенный ум. У нас идеальная память, мы выстраиваем логичные теории... - А еще вы легко можете в поисках знания убить или замучить кого угодно. Я понял, - сказал Тони. - Мы вовсе не бессердечны. Ну, большинство из нас. У нас, так же, как и у вас, есть чувства. Просто мы в своих действиях не руководствуемся ими. Чувства могут обмануть... - А разум - завести в тупик, - усмехнулся Тони. - Разве вам не свойственны гордыня, ревность, зависть? Корыстолюбие? О, он знал, о чем говорил. Сын прославленного некогда изобретателя. Коллаборациониста. Предателя. Тони едва помнил Говарда, но наслышан был достаточно. - Мы не подвержены гордыне, - резко вскинул голову Локи. - Я вижу, - сарказм в голосе Тони стал еще более очевидным. - Тоже мне, высшая раса... Локи стал похож на гремучую змею - только что не шипел. - А кто, по-твоему, высшая раса? Есть другие варианты? - Да нет ни высших, ни низших рас! Каждая прекрасна и удивительна по-своему! - Тони осекся. - А мы, кардассианцы? - Локи усмехнулся. - Разве ты не считаешь нас злодеями? Всех, поголовно, без вариантов? Тони не знал, что сказать. Локи был прав. Если бы Тони решился, он бы поцеловал его за это. Но, духи па его возьми, это был бы уже полный финиш! Все равно что добровольно влезть в пасть льва! - Можно я пойду? Мне надо подумать, - попросил Тони. Локи сузил глаза. - Думай здесь. И ешь, ты такой еды уже сто лет не ел, - на столе стояли яства, которых Тони не пробовал никогда в жизни. Чья-то икра, незнакомые фрукты, торт со взбитыми сливками... - А фрукты ты для меня положил? Брат привез? - Тони мотнул головой в сторону двери. - Как мило с твоей стороны, - пошутил он. И напряженно посмотрел на Локи: его заинтересовало, какая будет реакция. Он даже не заметил, что его волнуют чувства кардассианца. - Я же знал, что ты придешь. Как будто у тебя был выбор, - губы Локи сложились в лукавую, тонкую, изящную усмешку. Тони отдал бы полжизни, чтобы только увидеть ее еще раз - но, опять же, запретил себе думать об этом. - А у тебя был выбор? Как ты стал начальником лагеря? - Да как все мы, кардассианцы. Служил своему народу, служил хорошо, дослужился до этого поста. Мог бы не служить и сдохнуть, как собака, под забором, - ответил Локи. - Ты убивал? - Кардассианцев - нет. Баджорцев - да. А что, я должен был сложить руки и ждать, когда меня убьют? Я тебе не Пророк, - раздраженно проговорил Локи. - Со мной то же самое. Мы в этом похожи, - удивленно ответил Тони. - Солдаты все похожи. Все убивают и стараются не сдохнуть сами. Хорошие, плохие, все. Это закон, - Локи взмахнул рукой. - Я не солдат, - отрезал Тони, а сам залюбовался тонкими и сильными синеватыми пальцами собеседника. Кажется, на них и впрямь были крошечные чешуйки. - Ешь, баджорец. Или я должен показать тебе пример? - Локи повязал салфетку, взял в руки вилку и нож и стал медленно, аккуратно есть. Тони следил за его плавными движениями, за грацией, напоминавшей ядовитых змей и крупных кошачьих. Потом попробовал есть так же... но ничего не получилось: руки, натруженные непосильным трудом, не слушались, вилка и нож не держались. Не тот стал... И это те пальцы, которые с одинаковой легкостью перебирали струны и клавиши, управляли точными приборами, программировали и поднимали в воздух машины? Локи посмотрел на его мучения и рассмеялся: - Похоже, тебя придется кормить с ложечки, как маленького, баджорец! - А ты попробуй с мое отпахать, тогда я на тебя посмотрю, кардассианец! - разозлился Тони. Его щеки покрылись смугло-розовым румянцем от гнева. Ноздри Локи расширились и сузились снова. Пожалуй, желание задушить Тони осталось в прошлом... Локи встал, подошел к Тони и неожиданно схватил его за плечи. - Похоже, я нашел ответ на твой вопрос. - Какой? - Тони покраснел еще сильнее. - "Хочешь меня?" - А, этот вопрос... Я думал, ответ тебе был известен еще тогда, - Тони пытался шутить, но глаза его выдавали: зрачки расширились до невообразимых пределов. - Ты тоже хочешь, баджорец. Не пытайся меня обмануть, - прошептал Локи, глядя прямо в лицо своему противнику. - Я... Да ты что... Ты - кардассианец! - Тони тяжело дышал. В голове не осталось ни одной связной мысли. - Да, я кардассианец, - гордо сказал Локи. - А ты - баджорец. Но ты все равно меня хочешь, Энтони Эдвард Старк! Тони онемел окончательно. - О... откуда ты знаешь мое имя?.. - У меня есть полные досье на всех заключенных, идиот. Неужели ты думаешь, что я мог не запомнить имя того, кто меня интересует? - О, Пророки, да трахни ты меня уже, - пробормотал Тони. Локи усмехнулся. - Что-что? Я не расслышал! - настала его очередь издеваться, и он не преминул воспользоваться возможностью. - Да все ты слышал! У кардассианцев идеальный слух! - Тони выдал себя с головой. Кардассианцы всегда его интересовали, и Локи понял это мгновенно. Глаза его сузились, губы вновь истончились, он вновь стал смертельно опасен - и до смерти желанен. - Скажи еще раз. Сделай мне приятное, тогда получишь желаемое, - Локи уже шептал ему на ухо, и от его голоса Тони таял, как кусок льда. - Хо... чу... тебя... трахни... меня... проклятый кардассианец! - У меня имя есть, - Локи дышал в лицо, заглядывал в глаза, словно хотел рассмотреть самую душу. - Ло... ки... Локи! - Тони окончательно сдался и начал стаскивать с Локи одежду, путаясь в непривычных застежках. Локи рассмеялся и начал раздеваться сам, а потом раздевать своего партнера. Тони мечтал получить уже наконец разрядку и закончить этот жуткий кошмар, но Локи не торопился. Он почти насильно притащил Тони в свою спальню. Бросил на кровать. Полюбовался его красивым, ладным, мужественным телом. Провел пальцами от шеи до самого паха. Тони уже стонал от нетерпения. Локи начал покрывать поцелуями тело Тони, спускаясь все ниже и ниже. Тони прервал его, потянув к себе. Нерешительно дернул... лицо Локи оказалось прямо напротив его. Тони стиснул зубы и прикоснулся к губам. Губы Локи оказались мягкими и нежными. - Я думал, у вас губы твердые, как у змей, - пробормотал Тони. - У змей губ вообще нет. Чему тебя в школе учили? Целуешь - так целуй, не мнись, не школьница, - Тони неожиданно для самого себя смял губы Локи и поцеловал его изо всех сил, так, чтоб языку стало больно. Локи улыбнулся - смеяться не было сил. Прошептал: - А говорил, кардассианец, злодей... - И сейчас скажу! Нет, не сейчас... после того, как ты меня трахнешь, - Тони держался из последних сил, чтобы не начать умолять. - Подожди, надо найти смазку, - Локи слез с Тони и пошел что-то искать в комнате. - Давай без смазки, - Тони потерял последние крохи соображения. Локи покачал головой: - Без смазки нельзя, ты же девственник. Я не получаю наслаждения от чужой боли. - Ты... Локи... да скорее уже, а то я кончу раньше, чем ты начнешь! - Расслабься, баджорец. Ты не уйдешь отсюда до тех пор, пока мы не кончим оба, - Локи нашел смазку и медленно, плавно стал приближаться к Тони. - Ло-о... ки-и... - Тони изогнулся дугой, из его члена брызнули струйки семени. Отдышался и с усмешкой сказал: - Ну вот, я же говорил! Локи подошел ближе, наклонился над животом Тони и стал осторожно слизывать белесую жидкость. - Что ты делаешь... Щекотно же... И как, вкусно? - Как странно... Мои любовники-кардассианцы не жаловались... Хотя мы же не чувствуем щекотки, - пробормотал Локи. - Очень вкусно. Хочешь попробовать? Он наклонился над лицом Тони и нежно, бережно поцеловал его. У Тони захватило дух. - О, духи па, я опять тебя хочу. А ведь только что кончил! Такое вообще бывает? - Все бывает, - ласково сказал Локи. - А ты не хочешь сам меня трахнуть? - То есть как это? Я - тебя? Я же раб, баджорец... - Какая разница? Ты не в лагере, а в моей постели. Тут не действуют внешние законы, все так, как мы хотим, - Локи смотрел на Тони с нежностью и теплотой. В груди баджорца росло невиданное, незнакомое прежде чувство. Он чувствовал, что способен на все - абсолютно. Парить в небе, как птица, дышать водой, как рыба... любить, как человек. Как равный. - Сначала ты, - выдохнул Тони. Локи прижался к Тони всем телом, а пальцами руки прикоснулся к напряженной дырочке. Она была ужасно узкой - палец не просунуть. Локи густо намазал пальцы смазкой и попробовал еще раз. Потом еще и еще, пока Тони не начал сам насаживаться на его пальцы. Один, второй... - Давай, - приказал Тони. Локи улыбнулся - и подчинился. Сначала было ужасно тесно, Тони морщился от боли, Локи шептал: - Потерпи, сейчас пройдет... Потом боль исчезла, и пришло удовольствие - невыразимый словами, ни с чем не сравнимый кайф. Тони стонал, не в силах сказать ни слова. Локи выдыхал и наращивал амплитуду движений. Пока, наконец, у обоих не перехватило горло. - Локи! - крикнул Тони. - Энтони... - прошептал Локи. После они обнимались, целовались, гладили друг друга, любовались собственными отражениями в глазах, ставших в одночасье родными. Пока так и не заснули - в обнимку, закинув ноги друг на друга, сплетаясь руками.