лобстер-пицца

Другие виды отношений
NC-17
Закончен
7
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
Мини, 4 страницы, 1 часть
Описание:
Придёт время – и они посудят сами себя.
Примечания автора:
это что такое
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Награды от читателей:
7 Нравится 0 Отзывы 3 В сборник Скачать
Настройки текста
Примечания:
*площадь Сон Санхёна – центральная площадь города Пусан.

В наше время в нашем месте стоит разбираться в жести. © Шило.

Час десятый вечера, ветер дует со всех сторон, заставляя людей получше закутаться в свои шарфы или воротники польт. Листья шелестят под ногами, первые капли дождя мочат асфальт, а вода на лужах расходится рябью от холодного осеннего ветра. В затхлом пабе на углу улицы – ни души. Не считая бармена и парня, почти мужчину, который пил темное пиво и ел фисташки, смотря новости по телевизору. Выглядел он устало: синяки под глазами и исцарапанные пальцы говорили о том, что он, возможно, какой-нибудь ювелир или музыкант, ведь "такой симпатяжка", но только стоило ему заикнутся о том что работает в судебно-медицинском морге, люди сразу затыкались. Бывали, спрашивали, а что он там, черт возьми, забыл, то парень просто отвечал: "Чью-то историю". И ничего больше. Жизнь его не трепала, родители – тоже, он сам себе выбрал такой путь. — Ну вот чё это за муть такая, а, — рядом появляется такой же относительно молодой пилот, и снимая свою фуражку, плюхается на мертвецки скрипящий стул рядом, — нет, блять нормальное чето показать, а то показывают этот скотный двор которые только и пиздеть умеют, — видимо рот у этого пилота намерен не затыкаться, но бармен вовремя ставит перед ним кухоль пива, половина которого сразу же пропадает. — Почему же пиздеть? — парень поворачивается к нему, предлагая орех, — Вы не смотрите политические новости? — Думаешь, у меня есть время? Я только когда и смотрю, то постоянно диву даюсь чего они там сидят, — тот активно плюется во время своего монолога, заставляя врача немного отодвинуться. — Но, я уверен, Вы не удивляетесь почему тогда в стране такой бардак, – он отхлебывает пива, — Меня Юно зовут. — Ёнхо, — пилот отвечает на рукопожатие, сжимая своей огромной рукой небольшую руку с тонкими пальцами. — И часто Вы так любите заявить, что оттуда нам лишь врут? — Юно кивает на телевизор. — Та постоянно! В почках уже сидят, не могу их слушать, — тот показательно хватается за спину, и заливается смехом. — Так проверьтесь. А то бывает вот так шутят, а потом привозят мне таких, вскрываешь, а там подарок: шахта с булыжниками, — он явно не шутит, — а кабанчики это вообще отдельная история. — Какая шахта, ты мне че заливаешь, шарлатан? Ты что, ювелир? — Ёнхо снова заливается, чуть ли не закашливаясь от смеха. — У нас таких, любящих сказануть чёт не то, бойцами на судне клеймят. Они только пиздят и пиздят, а как с аккордеоном обращаться и самолет посадить, так он сразу на автопилот давит. — Тогда, как они к вам попадают, если с самолетом обращаться не могут? — Родители хорошие, или пацан сам диплом покупает. А потом и люди гибнут, из-за таких. — И у нас работы много, десантников человек сто, а среди них хляков как собак нерезанных. — Кого? — Неважно. Фисташку будешь? — Юно внезапно переходит на "ты", подвигая к тому маленькое блюдце с орехами, откуда тот их аккуратно берет, и также аккуратно чистит. Тонкие пальцы прекрасно орудуют с орешком, освобождая от скарлупы и выкидывая ее куда-то на салфетку. По телевизору все еще шли новости, Юно спокойно пил пиво, а Ёнхо рассматривал его. Словно он какой-то ученый, который изучает новый неизведанный для него объект. На телевизоре снова появиллсь лицо репортёрши, которая с максимальной невозмутимостью что-то болтала о давке на сегодняшнем марше в центре города, и о том что там машина наехала на человека, и бедняга сломал ногу. Юно флегматично чистит свою фисташку, и делает вид что ему что-то понятно в том телевизоре, и максимально не плевать на то, о чем там показывают. — Ох, опять эти... Чего им на жопе ровно не сидиться, обязательно нужно поорать про свои права, — у Ёнхо рот походу не затыкается, и Юно думает о том, что этот бывалый летчик славно так задалбывает своих подопечных разговорами, скорее всего, и в трезвом виде. — Вот я тоже, люблю женщин и мужчин, и что? Кто спросит – тому скажу, но орать об этом на всю площадь Санхёна* я не собираюсь! — Ну так не ори. Кто тебя заставляет то? — также спокойно говорит Юно, поднимая взгляд от кружки пива на собеседника. — Люди хотят равенства, вот поэтому и бунтуют. — А зачем? Можно ведь просто спокойно себе трахаться в спальне, и не обязательно это высказывать на весь мир. — Я вот не могу понять: у тебя проблемы с внутренней гомофобией, или ты просто странный? — тот начинает закипать. — Я не могу быть гомофобом! — у Ёнхо горят щеки, а загорелое лицо пашет бурлящим в крови желании выиграть это спор. — Можешь. Причём спокойно, — Юно устанавливает чёткий зрительный контакт, ловя такой же ответный взгляд. Напряжение зашкаливает. На фоне приглушенно шумит телевизор. Они в баре практически одни. — Вот, представь ситуацию: ты влюбился в мужчину, вы начинаете встречаться и планируете брак. Но вот проблема: в Корее так нельзя. — А какая проблема? Я родился в Америке, у меня паспорт США, а там по разблюдовке пробить когда домой, и дело в шляпе, — Ёнхо победно откидывается на стул. — Ладно, убедил. Ёнхо улыбается, и Юно ловит эту улыбку, будто знает, что будет видеть её каждое утро перед сном, и после того, как откроет глава утром. Тот лишь, продолжает пялить в экран, где идёт выпуск, походу бесконечный, и сейчас там показывали каких-то пандочек из тайванського зоопарка. Мило, но панд осталось в мире мало. Ёнхо снова не выдерживает. — А ты кто по профессии то? А то спокойный такой, та ещё и пальцы длинные, как стержни. — Ты точно хочешь знать? Я в судебке работаю. — А ты этот... труповод что ли? — эмоции на лице Ёнхо можно разбирать на психоанализ, и от этого Юно тихо прыскает от смеха, и прячет улыбку где-то в пиве. — Ну да. Патологоанатом. — И у тебя, наверное, там веселая жизнь, в кишках копаться. — Ну, иногда привозят и без кишок. Вкусняшки наружу, а запах какой... Будто коровий хлев не убирали лет десять. Но мы в масках работаем, хотя на эти испарения уже иммунитет стоит, — Юно видит, что перед ним пьяный Ёнхо весь во внимании лежит на локтях и завороженно его рассматривает. — Ну а иногда нам стремно. Типа, правда стремно. Помню, как-то ночник принес мне сумку, где лежали чьи-то ноги в черном пакете. Сказал, что нашел её прямо под дверью, когда уходил из курилки. Мы с ним покумекали, вызвали ментов, ноги сразу на экспертизу забрали, а каннибала так досихпор и не нашли. — Жесть... — А бывало, приносили мафиози и всякие банды сумки бабла. Настоящих, мать его, американских долларов. Чтобы судебники подделали результаты исследований, и их собратьев-уголовников за решётку не садили. Мы отказывались — нам угрожали. Приходили с оружием, принуждали брать. Знать не хочу, откуда у них деньги были. — У нас тоже жестяка не мало. За 20 лет в облаках налетавшись под мрякой с молоком, с бойцами и гвардейцами всех сортов, я не раз чинил двигатель в четыре руки, когда с неба лило, как с Ниагары, доставлял полумертвых людей в больницы из каких-то глушей типа Амазонской долины, по помойкам летал и пил там шмурдяк от которого потом несло как от чая балтийского, и даже лопухался, — лицо Ёнхо вмиг становиться серьёзным. — Но вот что я понял — люди разные. Взгляды могут сходиться, но все равно, по-другому. Ибо каждый видит все по разному, как я например вижу гей-парады и как их видишь ты. Наш мозг – как аккордеон на Кабачке, надо еще разобраться как эта машина работает, чтоб ею управлять. — У каждого узоры на мозге разные. В мире 7 миллиародов человек, они только у близнецов могут повторяться. Хотя и там могут быть отличия, ведь близнецы просто два организма снаружи и внутри выглядящих одинаково, но работающих по разному. И не стоит нам судить людей за другие взгляды, если они не аморальные. — Аморальные, это типа гомофобом быть? — И не только, — Юно вздыхает, — знаешь... Эти люди почему-то же думают, что геи и лесбиянки могут как-то навредить им, тем что не предпочитают противоположный пол. Хотя они просто так устроены. — И не нам их судить? — Думаю, придёт время, и они поймут, что были не правы. И тогда, они посудят сами себя.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты