Бергамот

Слэш
R
Закончен
10
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
Драббл, 4 страницы, 1 часть
Описание:
Джекс довел Пыра.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
10 Нравится 2 Отзывы 0 В сборник Скачать
Настройки текста
Музыка в баре дрянная, как и напитки, как и публика. Джекс продирается сквозь толпу каких-то качков, словно сошедших с рекламы фитнес-клуба. Он умудряется столкнуться с одним из них, бокал в его руках выплескивает содержимое на белую куртку мужика, и тот ожидаемо рычит что-то ругательное, попутно порываясь схватить Джекса за грудки. Но стоит мелькнуть Жнецу и надписи на его жилете, как незнакомец приоткрывает рот, растерянно дышит и выдавливает из себя полузадушенное «Прости, чувак, не хотел». Репутация клуба скачет впереди Джекса, едет на Харлее с косой наперевес, хотя сам Джекс едва достиг того возраста, когда ему наконец продают алкоголь. Никому не нужны проблемы с Сынами, только если это не чокнутые мексы или помешанные нацики. Ну или просто неосведомленный идиот, заехавший в Чарминг случайно. Пыр сидит в углу, глаза у него налиты кровью, и Джекс, конечно, знает, что он бухой в стельку. С пьяным Пыром разговаривать тяжело, так что остаётся только молиться. Джекс медленно подходит к его столику и осторожно садится рядом. Пыр вздрагивает, оторвав тяжёлый взгляд от этикетки бутылки и всаживает его в Джекса, да так, словно целую обойму ему в лицо разрядил. У Джекса в секунду пересыхает во рту. Выключить бы эту дерьмовую музыку, вытолкать всех отсюда и поговорить нормально. Или вытащить Пыра на улицу, чтобы продышался и начал соображать. Но, судя по взгляду, ни один из вариантов не пройдет. — Джеки, — говорит Пыр хрипло, спьяну его акцент ещё больше режет слух, гласные звучат в три раза длиннее, чем им положено. А имя Джекса он растягивает так неприлично гадко, что по загривку словно проходятся раскаленным металлом. — Ты чего тут делаешь? Джекс сглатывает. — Тебя ищу. Нам пора. Пойдем отсюда? — Нет. Это вполне ожидаемо, но Джекс все равно начинает нервничать сильнее. Недоумки качки перешептываются, поглядывая в их сторону, одна поганая заунывная песня в стиле кантри сменяется другой. На что Джекс надеялся, чего хотел? Чтобы Пыр, едва его увидев, поднял задницу, протрезвел и забыл все свои душевные терзания? Едва ли. Джемма говорила Клэю за завтраком, что Пыру звонила жена из Бэлфаста, и он смог поговорить с дочерью. Джемма волновалась, потому что знала, что после таких звонков Пыр сам не свой, а значит парням нужно за ним приглядывать. Никто не просил Джекса ехать среди ночи в дрянной бар. Никто не гарантировал, что Пыр не съездит ему по роже, и все душевные порывы вместе с благими намерениями будут окончены. Вот только Джекс не забыл все те ночи, когда Пыр тащил его пьяного и уделанного из какой-нибудь дыры, попутно подбадривая. Пыр терпеливо поил его теплой водой и ждал, даже глазом не моргнув, пока Джекс выблюет все дерьмо, что выпил и принял, а после со спокойствием Будды вел его в туалет придорожной закусочной, чтобы умыть и привести в более менее подобающий вид. Такой, что мог бы устроить Джемму и Клэя, которые места себе не находили, вызыванивая Джекса по всем друзьям и членам клуба. В такие моменты звонили и Пыру, конечно, но он не брал трубку. — Джеки, уматывай отсюда, — говорит Пыр, а потом машет кому-то, и Джекс с ужасом понимает, что он собирается пить дальше. Вливать в себя алкоголь до полной отключки. — Мою душу спасать не нужно, потому что спасать уже нечего. Разберусь сам. Джекс чувствует себя псом. Наивным глупым щенком, которого только что тихонько так, но значимо пнули под столом, чтобы перестал вертеться под ногами и выпрашивать кусок стейка с хозяйской тарелки. Ладно, если он пёс, то очень преданный, так что Пыр от него так просто не отвяжется. - Значит, буду причинять добро насильно, — хмыкает Джекс. Он пытается не показать, как не уверен в этом, но Пыр все равно чувствует дрожь в его голосе. Чувствует, но отдает должное наглости, потому что вдруг встаёт, покачнувшись, и хватает Джекса за шиворот. И Теллер даже Рыжему не признался бы, что от этого короткого резкого движения у него колени становятся как желе. На улице совсем немного прохладно, свежий ночной воздух липнет к влажной коже, холодит вспотевшую под жилетом спину. Джекс приклеивается к стене рядом с Пыром и послушно принимает раскуренную сигарету из его рук. Жадная затяжка, выдох, они в клубах дыма разглядывают грязные уличные огни. Джекс ловит редкие отблески звезд в черном как смоль небе и думает о том, что тоже перебрал, нарезая круги от барной стойки до туалета, пока следил за Пыром. Вдалеке слышится вой полицейских сирен, и оба привычно вздрагивают, но тут же расслабляются: в последнее время дела в клубе идут спокойно, и копам сейчас не придраться. — Если ты думаешь, что я не заметил, как ты сел мне на хвост еще у выезда из гаража, то ошибаешься, — задумчиво тянет Пыр. — Тебе уроки не пора делать? Джекс хмыкает. — Я давно не школьник. — А мозгов больше не стало. — Нет, — покладисто соглашается Джекс. — Как и у тебя. Ему прилетает толчок в плечо, легкий, но весомый. Джекс забирает у Пыра почти догоревшую сигарету и тянет её у самого фильтра там, где горечь уже отвратительная. Морщится, ведет плечами и щелчком отправляет окурок в темноту. — Что? — притворно удивляется Джекс. — Тебе с твоей печенью только вот этого всего сейчас не хватало. — Не твое дело, малыш. Шел бы ты домой. Это нечестная игра, и Пыр, конечно, прекрасно об этом знает. Но и у Джекса в голове уже давно отзвенели все тревожные звонки. После отъезда Тары он вообще редко задумывается о том, что делает. Он придвигается ближе, плечом упираясь в плечо Пыра и запускает свою холодную ладонь ему под жилет. - Я думал, эта тема закрыта, — Пыр даже не смотрит на него, но что-то в голосе всё равно ломается, выдает накатившее волнение. Джекс тоже так думал, но сраные сны продолжают его преследовать. Сны, о которых он не расскажет никому, даже Рыжему. — Какая тема? Я просто руки грею. — Дураком не притворяйся. — Я и не притворяюсь. Сам же сказал, что у меня мозгов нет. — Джеки, найди себе подстилку посочнее и отъебись от меня. Или к мозгоправу сходи. Не собираюсь твою протекшую крышу чинить. Тема закрыта, — повторяет Пыр. — Тема не будет закрыта, пока ты не перестанешь быть мудаком и не признаешь, что тебе тоже этого хочется. Пыр наконец удостаивает Джекса взглядом, долгим и внимательным. Словно пытается понять, все ли у него дома, или там давно пусто и даже свет не включается даже изредка. Джекс не убирает ладонь, теперь уже теплую, и то место, где он касается Пыра (там, под футболкой росчерк старого безобразного шрама, удивительно, что Джекс помнит почти каждый) горит под его рукой. — Даже если и хочется, делать я этого не буду. — Правда? — Джекс смотрит хитро и, загораживая собой стоящего у стены Пыра, целует его в сухие обветренные губы. Смазанно, коротко, словно вор. Пыр даже сделать ничего не успевает, а Джекс уже идёт к двери, открыв ее и исчезая в шуме и дрянной музыке. Когда Пыр заходит в мужской туалет, Джекс моет руки. Увидев Пыра, победно улыбается. — Сученыш, — беззлобно говорит Пыр. Кабинка дико тесная, и Джекс встаёт на колени с такой готовностью, словно репетировал этот момент годами с тех самых пор, как впервые увидел приехавшего из Бэлфаста Пыра, возящегося с его мотоциклом. Накануне он снова упал, переборщив с выпивкой на «рыбалке» с Рыжим. — Ничего, сынок, Пыр все починит. Он в этом лучший, — сказал тогда Клэй, а Джекс пожал испачканную маслом руку, которую Пыр неторопливо и не так уж чтоб очень тщательно обтер об джинсы. — Привет, принц Чарминг. Много о тебе слышал, — ухмыльнулся Пыр. Джекс разглядывал его шрамы и держал руку чуть дольше, чем это было прилично, но Пыра это казалось ничуть не смутило и не обидело. С тех пор утекло немало воды. Пыр тяжело дышит, отпихивая от себя нетерпеливо дрожащие руки Джекса, и сам расстёгивает ремень. Джекс судорожно тянет за резинку трусов, но Пыр не позволяет ему, вздернув за подмышки наверх и прижав к себе. — Не здесь. Грязно. Потом. Его не хватает на длинные объяснения, но Джекс все понимает. — Ты такой джентльмен, — не удерживается Джекс, и тут же получает увесистый шлепок по заднице. Смеется запрокинув голову, пока Пыр то ли целует то ли кусает обнажившуюся полоску кожи. Смех срывается в тихий стон. — Почему ты такой ебанутый, — Пыр не спрашивает, просто констатирует. — Тебе лечиться надо. — Вылечи, — говорит Джекс, запуская руки под футболку и хватаясь за кисточку четок, висящих у Пыра на шее. Пальцы оглаживают и перебирают бусины, соскакивая на влажную кожу, где уже пересчитывают шрамы от ножевых и пулевых. Пыр расчерчен ими как карта, и про каждый есть охуительно интересная история. Джекс бы послушал. Не здесь, конечно. Где-то, где есть кровать. В голове радостно ухает лёгкое дурацкое ничего, и Джекс чувствует, как ему окончательно рвёт крышу, когда Пыр стягивает с него джинсы вместе с бельем и обхватывает горячий мучительно стоящий член. — Клэй про тебя говорил, что ты что угодно починишь. — Не тебя, — тихо отвечает Пыр, откидывая голову назад и стукаясь о перегородку. Джекс возвращает любезность и задаёт неторопливый ритм, двигая рукой и притираясь к выставленному между его ног бедру. От Пыра забористо пахнет перегаром, крепким табаком, нагретой кожей и каким-то парфюмом с горькими отголосками бергамота. Не то, чтобы у Джекса был богатый опыт по этой части, он больше по девочкам, но жилистые руки Пыра, его тяжёлое надсадное дыхание, уверенные движения толкают Джекса через край гораздо раньше, чем ему самому хотелось бы. Пыр обхватывает его обеими руками, не оставляя места для движения, и сам толкается в скользкую ладонь, уткнувшись Джексу во влажный висок. Кто-то заходит в туалет и, с пару секунд послушав, торопливо хлопает дверью. Джекса снова разбирает смех, Пыр зажимает ему рот мокрой ладонью. Когда они выходят из бара, помятые и почти протрезвевшие, на небе занимается рассвет. Джекс ковыляет к своему байку с зажатой в губах незаженной сигаретой. — Ты ехать сможешь? — спрашивает Пыр. Джекс пожимает плечами. — Вроде немного выпил. — Не аргумент, — хмыкает Пыр. — Садись. Джекс обхватывает Пыра сзади и смыкает пальцы в замок на талии. Хочется выпить кофе, принять душ. Ещё больше хочется поцеловать Пыра, потому что Джексу мало. Слишком мало, слишком быстро, он готов повторить ещё сколько угодно раз. Он знает, что Пыр не станет, что пройдет ещё очень много времени прежде, чем они сойдутся ближе приличной дистанции. — Так вот как себя чувствуют цыпочки, которых ты катаешь, — тихо говорит Джекс. — Сначала на себе, а потом на этом байке. — Ещё одно слово, и я тебя сброшу, сученыш. — Я бы на тебе покатался. — Так, ну всё. Заливистый смех Джекса тонет в звуке взревевшего мотором Харлея. Пара воронов взмывает с ближайшей ветки с хриплым карканьем.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты