You Call It Progress. I Call It Panic.

Иногда я думаю, что одиночество — не тогда, когда ты один, а когда ты идёшь рядом с сотнями, и ни одна рука не касается твоей. Когда улица дышит в затылок, а ты всё равно тонешь в себе. Когда кричишь — и никто не слышит, потому что шум слишком плотный, как бетон. Люди бегут, как будто их кто-то гонит, а ты просто стоишь. Или идёшь, но медленно, не туда, не с ними. Они бегут к мечтам, карьерам, отношениям, репутации, к правильной форме тела, к нужному взгляду, к статусу в биографии. А я? Я — не бегу. Я — смотрю. Я — задыхаюсь от скорости, с которой несутся чужие жизни, как будто я должен бежать тоже, иначе меня снесёт. Но я не бегу. Я иду по-своему. Или стою. Или падаю. Они видят цель. Я вижу пустоту. Их ведёт система. Меня держит страх. Они называют это вдохновением. Я — давлением. Им кажется, что мы вместе. Мне — что я одна, даже когда их тысячи. И, наверное, это не болезнь. Не фобия. Не лень. Это просто мир, в котором я не на своём месте. Просто толпа, в которой каждый боится потерять темп, но никто не замечает, что потерян гораздо раньше — там, где перестал быть собой. Мне не нужно, чтобы кто-то повернулся. Мне нужно, чтобы хоть кто-то замедлился. Чтобы кто-то шёл не туда, не так, не по плану.