Не вошедший отрывок "На грядке с редисом"

В примечаниях под последней частью (https://ficbook.net/readfic/12316437/34286661) я упомянула, что несколько раз переписывала эту работу, так вот, я захотела поделиться, какой бы была эта глава, если бы она всё-таки вышла. Заранее скажу - за ошибки не судить, это черновой вариант, я его не дорабатывала, не переписывала. Что ж, надеюсь, вам будет интересно:) Через некоторое время послышались голоса. Вэй Усянь разлепил веки, потянулся и встал. – О… Сань Лан, похоже, у нас гости. Вэй Усяню подумалось, что лежать у чужих ворот будет совсем уж невежливо, поэтому он почтительно поприветствовал прибывших. В памяти смутно всплыли белые простенькие одежды, лица он не запомнил – уж слишком спешил, да и сейчас непонятно, зачем. К удивлению, юных монах был отнюдь не один: рядом стоял мужчина в красном и всё не сводил грозного изучающего взгляда с непрошеных гостей. Вэй Усянь не мог его в том винить. – Моё имя Се Лянь, – после недолгого молчания сказал монах. – Чем могу помочь? – Вэй Усянь. Монах вдруг переменился в лице, ровно как и мужчина в красном. Но он тут же стер это удивленное выражение лица и пригласил гостей войти, чтобы продолжить разговор. Лань Ванцзи всё это время молчал. Войдя в старый монастырь, Вэй Усяню сразу же бросилось в глаза алтарь с подношениями, а над ним – изображение божества, смутно кого-то напоминавшего. Се Лянь начал суетливо носиться по дому, предложил гостям сесть за стол, с помощью мужчины в красном подал чай. – Какими судьбами пожаловал молодой господин Вэй? Вэй Усянь от угощений не отказался. Он начал говорить: – Случилось это так давно, что даже я думал, уж не приснилось ли мне всё это. Тринадцать лет назад я принес вам мальчика… кажется, в лихорадке. И попросил заботиться о нем, пока я не вернусь. Се Лянь поставил свою чашу, взглянул на Хуа Чэна. Разумеется, он помнил. Помнил всё до единого: как не смыкал глаз три ночи подряд, выхаживая мальчика, как волновался за него, как тосковал по нему все эти годы. Для смертного пролетело много лет, но для бессмертного – ничтожно мало. Он успел привязаться к мальчику, звал его сыном. Пока тот не пожелал уйти с Лань Ванцзи. После этого они не видели его. – Да. А-Юань, – в подтверждении его слов кивнул Хуа Чэн, видя, как Се Лянь погрустнел. Он действительно сильно привязался к мальчику. – Я… я думал, он умер, – продолжил Вэй Усянь. – Думал, что мне всё это привиделось в бреду. Затем я внезапно вспомнил. Что так и не успел вас отблагодарить, – улыбнулся он. Се Лянь удивился. – Что вы, – ответил он. – Нам было совсем не в тягость за ним присматривать. Вэй Усянь не спрашивал, куда после пропал тот мальчик. Вероятнее всего, Лань Ванцзи ему уже всё рассказал. Се Лянь и сам хотел бы поинтересоваться, как Старейшина Илин, от чьей души не осталось и следа, вдруг жив-здоров. Однако решил, что чем меньше расспросов, тем лучше.