Версальские нейросетевые истории. Выпуск IV, [пока] заключительный

Последняя — во всяком случае на данный момент — серия, посвящëнная откровенно бесстыдной НЦухе. Предыдущее: https://ficbook.net/authors/1593671/blog/152309#content https://ficbook.net/authors/1593671/blog/151800#content https://ficbook.net/authors/1593671/blog/151274#content 1. «Перебирала его кудри тонкими пальчиками. Его ладонь скользнула по её бедру, двинулась выше и запуталась в её сорочке. Теперь она полностью раскрылась и обнажила грудь. Её соски напряглись, набухли. Лу понял, что не сможет больше сдержаться. Ему нравится, когда она так сжимает его член, её тело было так тесно и горячо, возбуждëнная плоть пульсировала в нëм. А когда её ногти впились в кожу, стало совсем непереносимо, нестерпимо. И тогда он дал ей чуть больше свободы и взял сильнее. Казалось, часы, предназначенные на самом деле ей, выдержали такую страсть. Сжала его всё туже, не давая ему упасть на простыни. Раздвинул её бëдра. Нагнул её, упёрся коленом в краешек кровати. Был внезапный шок, накатило наслаждение, распирающее чувство полноты и счастья. «Ещё! Сильнее, ещё! – почти что вскрикнул он и попытался выпрямиться. – Ещё, любимая! Да! А-а-ах!» Словно удерживал её на весу, но не удержался и полетел вниз. Ладони и колени дёрнулись. Вдруг подломились вместе с ней. Внутри всё было влажно и дрожали его пальцы.» Им там в Версаль кассеты с немецкой порнухой из 20 века прислали, что они так орут? Я Я ДАС ИСТ ФАНТАСТИШ... в смысле, УИ УИ СЭ ФАНТАСТИКЬ! И да, в том бесстыдстве, которое я скормила нейросетке, про кудри не было ни слова! 2. Ещё непотребство. Это не я! «Он увидел, как она склоняет к нему мокрую щëку, потом тихонько вздохнула, подняла взгляд, и он почувствовал касание её языка к губам. Она что-то прошептала. Дотронулась пальцем до его пупка. Губами до того места, где, несмотря на всю реальность происходящего, осталась в тугом и горячем члене. Обхватила губами. Понял, тоже стал ласкать её живот, еë плоть – её свела судорога. Что-то такое было в этом прикосновении, отчего было чуть легче, чуть стыднее. Рефлекторно пошевелил бëдрами, она ещё раньше прижала их к себе. Вместе они вжались друг в друга, она отодвинулась. Сначала вдавливая чуть-чуть. Это было быстрее, в блаженстве – было мучительно. Через некоторое время всё сжималось и отпустило.» И̶ ̶т̶у̶т̶ ̶м̶н̶е̶ ̶с̶т̶а̶л̶о̶ ̶и̶н̶т̶е̶р̶е̶с̶н̶о̶,̶ ̶ч̶т̶о̶ ̶т̶а̶к̶о̶е̶ «̶т̶у̶г̶о̶й̶ ̶ч̶л̶е̶н̶»̶.̶.̶.̶ 3. «Всё закрутилось в его теле, чувствуя нарастающий в паху жар, он приподнялся и положил её на спину. И тогда понял, что уже не может сделать больше ни одного движения, даже слизать выступившую влагу с её губ, потому что ноги сделали его движения быстрее и жёстче и слабее. Но он знал – она поймёт, когда надо остановиться. Женщина не сможет полностью слиться с его началом. А он хотел слить своё семя с этим телом. На короткий миг всё это стало ясным. Только это тело касалось его, только его. Мгновение длилось и длилась судорогами его радость и боль.»