блять блять блять!!!!

мне вчера попался рилс где супер суровый русский челик подтягивается на турниках под «отечество казенное» гио пики. я чуть не заплакала от грусти, что пишу не русскую аушку, ведь это чистый блять аказа!!!!!!! 😭🥵🧨💣🔪🖤 а еще я вечно слушаю хаски когда пишу….. мне нужна мрачная рус аушка…… и у меня в голове сразу картина: аказа в конце работы решает податься в армейку, надевает военную форму, мартинсы сменяет на берцы, заряжает пистолет, возвращает свой натуральный черный цвет волос. …сначала берцы. тяжелые, на толстой подошве. он шнуровал их тугими, идеальными узлами. каждый рывок шнурка отсекал часть его прошлого. ту, что бегала по ночным крышам, что отталкивалась от асфальта скейтом. теперь его шаг должен был быть твердым, гулким, унифицированным. потом — форма. камуфляж грубой, колючей ткани. он надел ее на голое тело. ткань неприятно задела шрамы, но он не поморщился. это была новая кожа. кожа системы. он застегнул все пуговицы, поднял воротник. исчезло последнее напоминание о человеке по имени аказа. остался только номер, предписание, функция. потом он взял в руки пистолет. холодный, матовый, лишенный всякой индивидуальности. не кастомизированный ствол для устрашения, а серийный, армейский. он вставил обойму. звук щелчка затвора прозвучал громче любого слова. это был единственный звук, который отныне имел значение. и под конец — краска. едкая, химическая вонь заполнила комнату. он зачерпывал густую черную массу и методично, слой за слоем, замазывал свое прошлое. ярко-розовый крей — его вызов, его знамя, его демоническая корона — исчезал под густой, уродливой чернотой. такая же, как у всех. как у миллионов. правильная. казенная. он смотрел в зеркало. из него смотрел незнакомец. с мертвыми глазами, короткими черными волосами, в колючей форме. в его руке был казенный пистолет. где-то на фоне, в его сознании, звучал мрачный, похоронный припев: славься отечество наше казённое... это был не уход. это было самоуничтожение. добровольное погребение самой сути своего «я» в братской могиле под названием «родина». он не сбежал от себя. он пошел на единственную войну, которая имела для него смысл — на войну против самого себя. и он ее уже проиграл. новый человек в форме повернулся и вышел за дверь, не оглядываясь. комната осталась пустой. на столе лежал смятый тюбик от краски, как единственное доказательство того, что кто-то здесь когда-то был. И пошёл паровоз тот всеми парами И в три глотки сожрали весь Советский Союз И был сладок на вкус весь тот уксус халявный Поголовный синдром, наполеоновский курс Играла спираль истории всеми цветами Всех под пресс и подстричь каждый куст Если правда с дрожащими только губами То за что воевали Севастополь и Курск? Славься Отечество наше казённое Славься Отечество наше казённое Славься Отечество наше казённое Славься Отечество на–