Про творческий кризис и «Цену анонимности».

Если кратко: Выгорел из-за учёбы. Всё, что писал, выходило плохо. Работы скрыл, чтоб не ощущать морального давления. Спустя девять месяцев вдохновение пришло... во сне. Работа над «Ценой анонимности» возобновлена, главы начнут выходить летом. Если подробно: Я никогда не доводил дела до конца. Более трёхсот недописанных стихов, бесплодные попытки делать мод для фнф, майнкрафт-сервер и игру на юнити, десяток недомонтированных видео, три сеттинга с проработанным сюжетом, визуалом и персонажами, по которым хорошо бы нарисовать комиксы, в конце концов, сорок три черновика на фикбуке... Продолжать можно бесконечно. И вот весной 2022 года, в то самое время, когда под песни «Биоконструктора» я усердно готовился к ОГЭ по физике, мне в голову пришла мыслишка написать что-нибудь по Сайфер/Кейо. Потому что я чертовски их люблю, а во всем фандоме по ним три с половиной фанфика, и те англоязычные. (Когда-нибудь я сделаю огромный пост о любви к роботам и том, почему этот шипп не странный, но сейчас о другом). Тогда я дал себе обещание писать по странице в день, которое потом превратилось в обещание писать по главе в неделю. Лелеял надежду о том, что это будет моя первая доведённая до конца вещь. По расчётам я должен был закончить к новому году. У меня был блокнот в точку, где я записывал сюжет по главам, детали о персонажах, наброски сцен... Даже отдельные фразы, которые случайно приходили мне в голову пока я пытался уснуть или сидел в душе. Изначально это должна была быть легкая работа на пять глав, которую я и выкладывать то не планировал. Но писать коротко, тем более о такой многогранной штуке, как отношения, я не умею. Так что вышел слоубёрн-долгострой, в котором мне захотелось раскрыть вообще всё, но по итогу за восемь глав не было раскрыто вообще ничего. Только обозначены конфликты и оставлены парочка чеховских ружей (о которых я сам, не то что читатели, благополучно забуду, когда сюжет дойдет до их выстрелов). Я начал бояться разочаровать читателей. Восторженные отзывы и отсутствие критики меня угнетали. В фике были откровенно глупые костыли, без которых бы образовались сюжетные дыры, и куча недомолвок - часть из которых продуманы и будут раскрыты в будущем, а часть - не продуманы и не будут. И то, что никто этого не замечал (или по крайней мере не писал об этом), заставляло меня чувствовать себя так, будто я обманываю читателей. Ведь я плохой писатель, а все остальное просто кажется. И моя поделка точно не заслуживает такого одобрения. Эта мысль укрепилась у меня в сознании с началом учебного года и прочтением русской классики по программе. Не то, что бы я до этого никогда в жизни не читал книжки, и не знал, что пишу в разы хуже именитых литераторов, но «Преступление и наказание» во мне что-то переломило. Я почувствовал себя таким ничтожным рядом с гением Достоевского. А новая глава переписывалась уже четвертый раз. А люди ждали. Но не мог же я выложить то, что было откровенно плохо?