Тигровая

И синьора Росси едва сдерживалась, чтобы не закричать на своего мужа, на его семью. Она взрослый человек, её муж — тоже, однако принимать решения они оба сами не могут, не согласовав это с остальными. «Семья принимает решения вместе», — говорят они. «Вы ещё не настолько зрелые и взрослые, как мы», — молвят они. «Так было из поколения в поколение», — твердят старики, которым уже пора было давно сдохнуть и отправиться на тот свет! Синьора Росси поддерживала со многими из них хорошие отношения, но Мадонна знает, чего ей это стоит! Хотелось поступить совершенно непристойно, как это делала дражайшая младшая сестрица: закричать, закатить скандал и швырнуть что-то дорогое в чужое нахальное лицо, испортив его навсегда. Желательно в этом конкретном случае подошла бы ваза, однако же… «Спокойная уверенность», твердила себе Санса мысленно. «Спокойствие и уверенность». Но даже не «милейшие» родственники её так раздражали, сколько растяпа-муж. Она любит его, честнейшее слово, пусть и не с самого начала, а только… Неважно. Она любит своего супруга, но он в действительности, когда их общий «враг» исчез, оказался не таким человеком, каким являлся ей, защищая от нападок её же младшей сестры — и его тогдашней невесты. Супруг оказался не самым инициативным человеком, жаждущим власти. Он говорил: — Зачем? У нас же итак всего достаточно, к чему стремиться быть выше? И совершенно не разделял её жажду быть в центре всеобщего внимания, власти. Синьора Росси едва сдерживала себя от споров, каждый раз демонстрируя контраст между собой и его бывшей невестой. Видишь? Ты же видишь? Его бывшая никогда не скрывала любви к власти, к деньгам, к преклонному обращению. Никогда и не думала даже «дружить со слугами», помогать нуждающимся. Никогда не ладила с его семьёй, высокомерно высказывая свои мысли и никто — никто! — не мог её заткнуть. Она жила и действовала исключительно так, как хотела. И очень редко себе в этом признаваясь, Санса этому завидовала. Она тоже хотела передавить большинство нахальных родственников, которые осмелились спросить, когда у неё овуляция, чтобы заполучить как можно скорее наследника! Да не одного, а… Они ещё и «про запас» говорили. Санса улыбалась, кивала, но тему перевести так и не смогла. Говорила, а у самой в голове встала картина матери, рожающей снова и снова, с выкидышами вновь и вновь.