Москвабурги 20 век

Мини зарисовка пришедшая мне по Москвабургам 20 века. От лица Саши: "Твои глаза отражение красоты не просто ясного неба, я вижу в них океаны своей души, в них блистают кристаллы, как снег в океане..." Ценность этой фразы я тогда не осознавал... Счастье наше было совсем коротким. Ты был моим подарком судьбы, моим глотком воздуха. Ты смог стать тем, кто показал что такое быть обычным городом без звания или же... Человеком? 1916. В моих глазах нет больше яркого солнца, нет имперского блеска, нет твоих лучистых глаз. Я сошел с ума и плачусь за каждый свой вздох. Жестоко... Почему вселенский мир так жесток со мной? Я тоже был таким. Мое тело дрожит, а из горла крик не выходит наружу, я пытаюсь найти хоть весточку о твоём присутствии... —Тише, Сашенька, тише..— твой шепот является мне возле уха и пальцами пробегаюсь по форме, падаю в твои объятия и верю в защиту. Ты клялся мне что спасёшь от любой боли. Жмусь к тебе доверчиво, Мишенька. Дрожу как котенок уличный. Истошный плач свой помню—Мы все восстановим... Слышишь? А я киваю и глупо верю, подрагиваю от твоих теплых ладоней. Гладишь мою голову и заставляешь верить в лучшее, в то, что скоро это закончится, но сейчас я слеп... Именно эта слепота дала мне понять, что я был ограждён от тебя настоящего 1944. В темнице я родной... Почему родной? В собственном доме заперт.. не имею воли выйти и вновь поверить в жизнь. Серое небо это мой личный холст души. Кровавые отпечатки на стене. Своей кровью рисовал решетки и считал каждую минуту. Пороховатый снег.. по другому звать не могу. В нем остатки плоти и пороха. Замкни меня в свое кольцо, но не блокадное. 1953. Мне слов не подобрать. Я не знаю кто ты и видеть не желаю. Гнать с порога. Ты смотришь на меня как на статую, а может я ей и стал. Моя торможенность и дуло у виска... —Не смотри на меня так— смирно стою и в твою алую пелену гляжу.. ты ведёшь пистолетом от виска и до впалых скул, проводишь по подбородку и задираешь его. Ещё ближе меня тащишь. Отдайся власти, но не мне. Мои чувства охладели как Ленинград в годы войны. Ты жалкое подобие того, кого я так отчаянно любил. И знаешь что... Будь ты проклята, Москва. Тебя ждёт горе, боль и горечь... Навсегда