BtB: Невошедшее. Линия Райбертов, часть 6

Давно не виделись, родные! Я вам задолжала краткий пересказ того, что дальше ждет Райбертов. В прошлом посте мы остановились на том, что Райберты, пережив совместный поход, простуду и проживание в одном доме, наконец-то находят общий язык. Райнер узнает о диагнозе Бертольда, расспрашивает о тонкостях и проявлениях, что-то даже узнает о детстве Гувера, в общих воспоминаниях мелькает Порко, насоливший им обоим. Парни выздоравливают, Бертольд уезжает к себе домой, т.к. ему нужно срочно дорабатывать промежуточный этап своей картины «Воин» и встречаться с научником. Райнеру, как мы помним, мама Бертла, безумно благодарная за ВЫЛОВ сына из реки, предлагает занять на время его комнату, пока Браун встает на ноги и ищет новую работу. Не бесплатно, конечно, но подъемно (+ в доме Гуверов постоянно не хватает лишних рук, хотя бы с псом по имени Колосс нужно гулять). В душе у Райнера царит пустота. Не депрессивная и не, наоборот, какая-то радостно-окрыляющая, а скорее, нулевая: прежняя боль постепенно излечивается, старые паттерны и привычки рушатся, а новых пока что не создается. Такой, знаете, кризис взросления. Не ясно, за что хвататься, куда подаваться работать (а может, учиться?), может, найти какое-то новое хобби (но ни к чему сердце пока не лежит и интереса не появляется), вопросы уровня Пьера Безухова: «Что такое я? Для чего я? Зачем я? Зачем все делается на свете?». Но ясно одно: хочется наконец-то вести какой-то осмысленный образ жизни, а не слепо плыть по течению, наслаждаясь случайными перепихонами, не брататься со всеми подряд. Хочется, чтобы жизнь наконец обрела какую-то цель. Подумать легко, конечно, а сделать сложно. Проходит некоторое время, кончается осень, выпадает первый снег. На него поглядывает Райнер из окна кухни Пик. Они уже давно помирились, вдобавок Браун познакомил с ней Габи (у ее родителей кончился очередной медиапроект, потому забирать ее из школы регулярно уже не надо, но с кузеном ей все равно иногда прикольно видеться и куда-нибудь ходить). Они сидят втроем, Пик красит лаком ногти Габи, цветом, похожим то ли на аквамарин, то ли на «морскую волну». Райнер выдает между делом что-то в духе: «А у моего художника обои такого цвета в комнате», и лакокрасочный процесс останавливается. «Ты каждую встречу его упоминаешь 😊» - «Да нет, вам кажется, просто к слову пришлось» - «Да ты постоянно только о Бертольде и его семье говоришь» - «Я просто живу сейчас в его доме. Временно» - «Ты позировал перед ним голым» - «Это просто была подработка» - «Он видел твою жопу» - «ГАБИ!» Долго ли, коротко ли, но девушки в итоге ну ОЧЕНЬ непрозрачно намекнули, что, может быть, стоит уже позвать симпатичного скромного художника на свидание? Или хотя бы попробовать узнать его еще поближе? И, конечно же, Браун отшучивается.