Второй месяц ковыряю черновик...

Ну и собственно решила закинуть сюда старт, чтобы саму себя заставить однажды его закончить, публиковать не законченный не начну, а то я себя знаю. Скинула своей дорогой подруге на оценку, посмотрим, что скажет искушённый взгляд профи и любителя романтики. Апдейт: ей понравилось, надо думать, как докрутить несколько спорных моментов. Метель выла как живое существо, срывая с губ Лирианны проклятия, которые ни одна целительница никогда не произнесла бы. Снег хлестал по лицу, превращая мир в белую пустоту, где не различить ни земли, ни неба. Она сбилась с тропы час назад — может, два. Время теряло смысл в этом ледяном аду. Пещера возникла внезапно, темная пасть в склоне горы, и Лирианна нырнула в нее, не раздумывая. Внутри царила тишина, такая оглушительная после воя ветра, что в ушах звенело. Она прислонилась к холодной стене, отдышалась, стряхнула снег с плаща целительницы — проклятого маскарадного костюма, который она носила уже полгода. Когда глаза привыкли к темноте, Лирианна увидела свет. Слабое голубоватое свечение исходило из глубины пещеры. Ее пальцы сами потянулись к посоху — нет, к травяной сумке. Целительница. Она целительница. Но любопытство уже жгло под ребрами, требовательное и безжалостное. Она двинулась вперед. Пещера расширялась, превращаясь в грот, и то, что она увидела, заставило ее замереть. Стена изо льда — но не простого. Кристально чистого, сияющего изнутри, словно в нем заключен сам лунный свет. А в этой стене... мужчина. Вмерзший по грудь, с откинутой назад головой, он был прекрасен и ужасен одновременно. Черные волосы растрепаны, на скулах иней, губы посинели. Но он был жив — грудь едва заметно вздымалась, а за закрытыми веками двигались зрачки, словно он видел сны. Руны покрывали лед вокруг него, пульсируя тем же холодным светом. Лирианна подошла ближе. Руны были древними, из тех, что она изучала в запретных гримуарах, прячась от своих "коллег-целителей". Печати. Заточение. "Кто он?" Ее пальцы коснулись льда — и обожглись холодом. Она отдернула руку, но любопытство уже вонзилось когтями в разум. Боевой маг, вероятно. Опасный, раз его запечатали так основательно. Но что он сделал? За что? "Освободить его — безумие." Но разве она не искала знаний всю свою жизнь? Разве не притворялась слабой овечкой именно для того, чтобы добраться до таких мест, до таких тайн? Решение созрело быстро. Лирианна отступила на шаг, сбросила плащ. Под ним — не целительские одежды, а кожаный доспех боевого мага. Она вытянула руки, и пламя вспыхнуло в ладонях — не оранжевое, а белое, жаркое, пожирающее кислород. Огонь ударил в лед. Руны завизжали — высоко, пронзительно, как умирающие духи. Лед трещал, раскалывался, и пар взметнулся к потолку грота. Лирианна не останавливалась, вливая в пламя всю свою силу, ту самую, что прятала месяцами. Лед рухнул.