зарисовка

Нил никогда не гордился тем, что погряз на дне зависимости, но и извиняться за это не планировал. Всё, что ему было нужно для спокойной жизни — это тёплое помещение, бутылка какого-нибудь пойла и абсолютное одиночество. Сейчас он выходил из лечебницы, в которой три месяца подряд лил всем в уши сладкими и одновременно полными горечи речами о том, что он вылечился, что ему помогли, и что он яростно ненавидел алкоголь. Но это было не так. Ведь единственным желанием на протяжении всех этих трёх месяцев в рехабе было желание выпить. И он это сделает как можно скорее, ведь ночные кошмары, полные огня и запаха горелой плоти преследовали его всё это время, не заглушаемые больной панацеей алкоголя. — Здравствуй, Нил! — на лице его дяди была широкая, но в тоже время тревожная улыбка. Нил натянул улыбку-ниточку, более-менее искреннюю, живую. Всё ради того, чтобы Стюарт ничего не заподозрил. Всё ради того, чтобы сбежать этой ночью в магазин незамеченным многочисленными охранниками дяди. Всё ради того, чтобы спать спокойно, не отдавая всего себя на растерзание кошмарам и страхам. — Здравствуй, дядя, — Нил надеялся, что его улыбка похожа на улыбку четырёхгодичной давности, когда он каждый раз искренне улыбался своему дяде, бесконечно благодаря за спасение. Сейчас же Нил предпочёл бы, чтобы Натан убил его в том подвале. — Выглядишь намного лучше. — тревожность начала медленно исчезать с лица Стюарта. — Поправился немного, бошка больше не опухшая. Хорошо они над тобой поработали! Улыбка Нила на одно мгновение приобрела психопатический характер. — И вправду, — мягко кивнул Нил, с глумливым удовольствием и ненавистным самому себе страхом представляя выражение лица Стюарта, когда тот снова увидит его пьяным. — доктора мне очень помогли. Стюарт нежно потрепал его по отросшим рыжим прядям и спросил беспокойно и осторожно: — А друзья?.. Ты не нашёл друзей тут? — Среди наркоманов и алкоголиков? — парень приподнял бровь. — Нет уж, спасибо. — не то чтобы он испытывал какую-то неприязнь по отношению к своим... коллегам, просто ему в целом не нужны были друзья. Конечно он понимал беспокойство Стюарта и видел, как это выглядит со стороны: племянник, переживший страшную смерть матери и не сломавшийся под пытками отца, решил учиться на заочном обучении, а не ходить в колледж и, как все нормальные люди его возраста, искать приключения себе на задницу. А затем ещё и запил, не желая справляться со своими проблемами у психолога и по итогу ломаясь окончательно. Нил чувствовал за это вину перед своим дядей, так как понимал, что тот желает для него только самого лучшего, но в тоже время он ничего не мог с собой поделать. Стюарт снисходительно улыбнулся и медленно произнёс: — Ничего страшного, Нил. Думаю, в Пальметто под присмотром твоего старого друга Кевина, тоже пережившего зависимость, ты ещё заведёшь товарищей! — он похлопал ошеломлённого племянника по плечу. Нил вытаращился на него: — Какое к чёрту Пальметто?