ХЭДКАНОНЫ НА БУДУЩИЕ ГЛАВЫ

✨ ДЖАЗ Любит музыку всех жанров, но особенно — старый соул и блюз, потому что Лиза часто ставила его по утрам. До сих пор включает её любимые треки, когда один. После потери Лизы он стал ещё более замкнутым, хотя старается делать вид, что всё как раньше. Его шутки стали реже, улыбки — горькими. Иногда, когда никто не видит, он перезапускает записи с её голосом — как будто она просто “вышла на минутку”. Несмотря на боевой опыт, он никогда не перестал бояться потерять того, кого любит — и Лиза была его первой настоящей эмоциональной связью с человеком. Считает её своим якорем. После неё — мир стал чужим. Его искра частично нестабильна после травмы, связанной с её смертью, но он отказывается лечиться до конца. "Она — часть этой трещины. Пусть останется." 🌹 ЛИЗА Биполярная с острым языком. Могла отшутиться даже перед лицом опасности. Любит спорить с Кроссхейрсом и Рикошетом, называя первого "Зелёнка", а второго "Блоховоз". Имеет сложность контролировать эмоции. В самый неожиданный момент может появиться гиперактивность или прилив любви. Злопамятна, но..Может простить. Ненавидит клоунов, ростовых кукол. Увидит-попытается незаметно уйти. Живёт на НЭСТе. Для солдат уже как родная и имеет от них прозвище "Ходячая котострофа". 💍 ДИНАМИКА ОТН Лиза часто лечила Джаза не только физически — но и словом, прикосновением, голосом. Она знала, где и как его “собирать”. Он, в свою очередь, никогда не позволял никому даже косо посмотреть на неё. Его спокойствие мгновенно превращалось в ярость при угрозе. Между ними были тихие вечера — она сидела с книжкой на его груди, он слушал её дыхание, включал музыку, настраивал свет под «атмосферу». Лиза говорила, что Джаз "эмоциональнее и лучше многих людей", а он отвечал: “А ты — храбрее любого автобота.” В критические моменты она говорила: — Джаз, я заказываю нам гроб. Ляжем вместе, мне похуй на остальных. Он не мог ей отказать. Даже когда знал, что это опасно. Даже когда она часто говорила о смерти... 💔 ПОСЛЕ ЕЁ СМЕРТИ Джаз поставил на её кровати в медотсеке импровизированный передатчик, который каждую ночь проигрывает отрывки их разговоров и музыку, которую она любила. Он больше не даёт никому садиться в свой салон — его "альтформа" выключена навсегда. «Её место не займёт никто». Иногда думает, что сходит с ума: видит её тень в зеркале, слышит голос. Но уже не боится этого. Её ожерелье висит внутри его салона. Он разговаривает с ним, как будто с ней. Он никогда больше не сказал “люблю” вслух. Но всё его существование — это форма любви, ставшей болью.