Вырезанные сцены. Часть 8

Щетка в очередной раз скользнула по длинным русым волосам. Регулус поудобнее устроился на кровати своей девушки, наблюдая, как она заканчивает сборы. - Ты знаешь, что за игру для нас приготовили после обеда? - Понятия не имею. Но хотелось бы до нее серьезно поговорить с Эваном. - Разве ты должен это делать? - Должен? Я бы сказал, что испытываю потребность высказать ему все, что думаю. - Собираешься разрушить вашу дружбу из-за Нарциссы? – Энни начала плести замысловатую косу. - Я собираюсь ему напомнить о его обещаниях. И, если уж на то пошло, это он готов пожертвовать нашей дружбой ради сиюминутных желаний. - Не таких уж сиюминутных. Ему давно нравится Нарцисса. Но она же никого, кроме себя не замечает… - Она считала его хорошим другом и братом, потому что он сам так хотел. А теперь вдруг слетел с катушек. Даже мистер Розье не может его угомонить… - Интересно, что она ему такого сказала во время танца, что тот стал такой потерянный? - Нарцисса умеет быть стервой. - Она и есть стерва. - Ну перестань… Вы же даже начали ладить в последнее время. Нарцисса – самая приятная родня, что у меня есть. Давайте вы уже подружитесь и перестанете меня перетягивать каждые пару месяцев? - Просто раздражает, как вы все вокруг нее носитесь, хотя ей плевать на всех, кроме себя. - Ты не права. - Когда она последний раз интересовалась твоими делами, а не требовала помощи? - И такое бывало, поверь. - Верится с трудом, - Энни закончила прическу и быстро глянула на себя в зеркало. – Я готова. Регулус поднялся, обнимая свою девушку. - Знаю, что в свое время она наговорила тебе кучу гадостей, но я все-таки надеюсь, что в будущем вы сможете подружиться. *** Им перегородили дорогу два француза. - Можно пригласить твою сестру на танец? - Это моя невеста, - холодно ответил Люциус. - А, извините, - юноши поспешно ретировались, переглядываясь и перешептываясь. Люциус задумчиво посмотрел на Нарциссу, которая смотрела вслед юношам. *** Она сама до конца не понимала своего нерушимого спокойствия последние пару недель. Проще всего было объяснить это принятием своей судьбы. Рабастан окружил ее еще больше заботой и нежностью, а что касается его участия в войне… Что ж, по-своему он прав, сражаясь с теми, кто убил ее брата и чуть не убил ее саму. Видимо, ей надо было пережить все это, чтобы его слова зазвучали для нее убедительно.